Массовый туризм



В советское время был очень развит внутренний туризм. Во-первых, попасть за границу в условиях железного занавеса и холодной войны было делом нелегким и почти не реальным. Исключение составляли страны соцлагеря, но и туда пускали далеко не всякого, и под присмотром доверенных лиц, чтобы чего не выкинули наши граждане, не опозорили высокое звание советского человека. Во-вторых, наша советская Родина была настолько широка и разнообразна, что можно было путешествовать бесконечно, познавая родные просторы. Это и Сахалин, и Приморье, и Камчатка с вулканами и гейзерами, тайга, тундра, Заполярье, пустыни, горы, моря и океаны. Можно было сплавляться по рекам, плавать в Черном море, искать капли янтаря на побережьях Прибалтики. Я уже не говорю о культурных программах, экскурсиях по городам и историческим местам. Всего хватало.
Люди узнавали свою Родину. Только так и можно полюбить свою страну – когда вы ее знаете не понаслышке или из книг, а своей личной памятью, своими ощущениями и эмоциями, когда ее уголки пропечатаны в ваших воспоминаниях теми тяготами походов, которые заставляли вас чувствовать вкус жизни. Так уж устроена человеческая память, что все хорошее и беззаботное льется сквозь нее, словно вода в решете, а все неприятное, нарушающее покой и порядок, трагичное и драматическое, будто корявые камни, задерживается в ней, но зато потом доставляет массу приятных воспоминаний о преодолении трудностей и составляет суть и соль всех ваших рассказов о совершенных путешествиях.
Внутренний туризм необходим, граждане обязаны знать свою Отчизну и дорожить ею. Во многих странах существуют специальные программы для школьников и студентов, по которым дети знакомятся с красотами своей страны, с ее культурой, традициями, природой. Государство выделяет для этого средства. Очень жаль, что в нашей сравнительно небольшой республике многие жители не имеют представления ни о ее истории, ни о природе. Редко кто из наших соотечественников путешествует по Кыргызстану. Все стремятся наверстать упущенное: раз сейчас можно поехать практически в любую точку Земли, то, если средства позволяют, едут. Надо же отметиться у египетских пирамид, прогуляться по Лувру и подняться на Эйфелеву башню. Это стремление можно понять.
Когда в советском государстве началась перестройка и наступила пора гласности, народ ошалел от вседозволенности. Издатели печатали все, что когда-то было под запретом. На людей обрушился поток новой информации. Каждая семья выписывала по нескольку наименований газет и журналов. Почтовые ящики трещали от получаемой ежедневно печатной продукции. Покупались книги эмигрантов и диссидентов, запретный ранее плод манил. Рынок захлестнула волна эротической и мистической литературы. А потом – как отрезало. Народ пресытился и вообще перестал выписывать газеты и журналы. Почтовые ящики стали ненужным и бесполезным атавизмом. Люди даже письма друг другу прекратили писать. Так и с туризмом. Народу, в конце концов, надоест ездить по дальним странам или это станет не таким модным и престижным. А незнание своей страны будет признаком дурного воспитания. Люди и поедут по Киргизии.
У нас есть что показать своим согражданам. Есть чем гордиться. И не только Иссык-Кулем, хотя и про него кыргызтанцы мало чего знают. В Кыргызстане масса горных озер, которые хранят свою дикую красоту вдали от туристических троп. Кто из вас, читающих эти строки, наблюдал движение ледяных айсбергов по водной глади озера Мерцбахера? Или всматривался в матовую глубь вод Каракуля, ища малейшие признаки существования там, на дне, космической станции пришельцев? Кто любовался перевернутым миром, отраженным в зеркальной поверхности Алакёля, когда кажется, что под ногами нет твердой опоры и ты повис в пространстве меж двух параллельных миров, а над тобой и под тобой простирается лишь бездонное небо? Арчовые леса Кыргыз-Аты, ореховые рощи Арсланбоба, которым уже не одна сотня тысяч лет, красивейшие водопады практически в любом горном ущелье, экзотические села в Кожокелене, где кажется, что домики, сложенные из камня и глины, не произведение рук человеческих, а творение матери природы, что они просто выросли, словно грибы, из окружающей их красной глины и валунов? А петроглифы, начертанные в древних святилищах, скрывающихся в горах? А завораживающие просторы высокогорных пустынь-сыртов? Всех красот и чудес нашей республики и не перечесть…
2.
Когда я впервые попал за границу, в Англию, был шок – я посетил другую планету, настолько разной была жизнь в бывшем Советском Союзе и на Западе. Удивляло все, начиная от жевательной резинки и «Сникерса» с «Марсом» до помытых тротуаров и переполненных пабов, которые, в отличие от наших пивных, посещались не только мужиками, но и женщинами с детьми, стариками и старухами – это были своеобразные клубы по интересам. Существовали пабы любителей футбола, бокса, даже спелеологов.
Затем были Германия, Венгрия, Польша. Эта была добропорядочная Европа. Чистая, ухоженная. С удобными сквериками, красивыми парками и дворцами, строгими соборами и следами некогда могущественной Римской империи.
Потом были Голландия, Франция и Италия. Европа уже казалась узнаваемой и знакомой привычным изобилием и приветливой улыбкой: «Чем могу вам помочь?»
По улицам ходили толпы туристов, спешащих по одним и тем же маршрутам познакомиться с местными достопримечательностями. Елисейские поля, Эйфелева башня, Триумфальная арка, Лувр, Трафальгарская площадь, Лондонский музей, кофе-шопы в Амстердаме и улица «красных фонарей». И тысячи наших бывших соотечественников, жаждавших приобщиться к вожделенной и недосягаемой прежде европейской культуре. В основном это были евреи, живущие в Европе, Израиле, Канаде, Америке или Австралии. Русская речь звучала везде: «Вы еще не были в Милане?! Там же «Тайная вечеря» самого Леонарда да Винчи! А Венеция – это же великий Веронезе и Тинторетто!» «Как, вы не видели «Давида» Микеланджело?! Не посещали Флоренцию? Не насладились искусством Челлини, не любовались куполом собора, произведением Брунеллески? Что вы тогда делаете в Европе? Зачем уехали из Союза? Что вы тогда пишете оставшимся на родине родственникам? Они же должны жгуче завидовать вам, что вы имеете возможность посещать все эти замечательные места!»
Конечно, и у меня захватывало дух от того, что я прохожу по улочкам, по которым некогда ступали стопы Данте, по камням, помнящим легкую поступь Боттичелли или неспешную походку Бродского. Но я видел, с каким удивлением смотрели на меня мои попутчики. «Вы в самом деле из Киргизии?! Неужели вы опять туда возвращаетесь?!» В их представлении лишь они, эмигранты, имеют полную свободу передвижения по Европе, а оставшиеся соотечественники в СНГ влачат жалкое существование. Когда же я выяснял обстоятельства «забугорной» жизни, то оказывалось, что бывшие наши сограждане живут либо на пособиях и пенсиях, либо в страхе потерять работу, за которую они получают меньше, чем настоящие европейцы. Все, что они там получили – это переполненные магазины и абсолютно безрадостная жизнь, в которой ты по большому счету никому не нужен. Вот наши эмигранты и спешат по Европе, чтобы доказать своим родственникам и друзьям, оставшимся в СНГ, что жизнь за границей великолепна, всего валом. «А вот посмотрите, видите, я рядом с Эйфелевой башней, а на этом снимке – в Афинах, а здесь – Рим». А может быть, они сами себе пытаются внушить, что их жизнь прекрасна? И изумляются, узнав, что мы тоже можем позволить себе путешествовать, и даже туда, куда они себе позволить не могут. Одно дело – дешевенькая путевка в нетуристический сезон, плохонькие отели без завтраков и автобусы без удобств, и совсем другое дело – путешествие по Китаю, Вьетнаму или Африке, куда одни только авиабилеты стоят кругленькую сумму – тут уж одной-двумя сотнями долларов не обойдешься.
А насчет автобусов без удобств – вполне серьезно. Раз мы с женой, будучи в Германии, присоединились к одной туристической группе, едущей в Венецию. Само собой разумеется, народ в автобусе весь – бывшие «наши». Почти поголовно евреи. Местные, из Германии, кроме одной молодой женщины из Америки и пожилой пары из Израиля.
Только мы отправились в путь, гид передал нам пожелание водителей, тоже бывших «наших»: «Туалетом не пользоваться!» А автобус хороший, современный, не то, что туалетом, а и душем оборудованный. В дополнение гид сообщает, что остановок практически не будет, так как расстояние большое, а программа насыщенная. А публика-то почти вся – пенсионного возраста. На слабые возражения против запрета пользоваться туалетом, один из двух водителей отрезал: «Смыть забудете, вонять всю дорогу будет!» Народ понял, что защищать свои права бесполезно и покорно затих.
Следующее грозное предупреждение со стороны водителей было выслушано тоже в тишине: «Бутылочки с водой и пивом выкиньте в мусорные баки. Пройдем по салону, у кого найдем, пеняйте на себя, заберем и выбросим». Сей запрет они объяснили тоже довольно просто: «Вы их, бутылочки, суете в сетчатые карманы на спинках передних кресел, а они рвутся!»
Я хоть и припас с собой в дорогу пару бутылок с минеральной водой, выкидывать их не стал. Меня, во-первых, возмущал беспредел водителей, а во-вторых, я не собирался толкать бутылки в сетчатые карманы. Я их просто положил на сидение рядом с собой. Каково же было мое негодование, когда после одной из остановок я не обнаружил свои бутылки на месте. Водители все-таки обнаружили мой запас и изъяли. При этом сами они вовсю торговали и водой и пивом. Их бутылочки можно было держать на своих местах и, видимо, даже совать в сетчатые карманы.
Кроме этого, наш маршрут проходил самым сложным образом. Мы постоянно куда-то заворачивали, забирая очередных пассажиров, ожидали стыковок каких-то автобусов, на которых прибывали наши попутчики. Сначала я объяснял это себе заботой туристической фирмы об удобствах туристов, но когда обнаружил, что в нашем автобусе собрались люди, едущие в разных направлениях – кто в Париж, кто во Флоренцию, мы – в Венецию, понял: весь этот запутанный и долгий маршрут разработан только с одной целью – сэкономить деньги, а о людях никто и не думал.
3.
Я уже побывал в нескольких странах в качестве туриста и могу кое-что сказать о том массовом туризме, который увидел.
Во-первых, я прекрасно понимаю, что туризм – это выколачивание денег из клиента. Он платит за все: за услуги, проживание, транспорт, экскурсии. Турист ест, покупает сувениры – деньги текут рекой. Каждый шаг должен быть оплачен. И это-то понятно. Но меня коробит другое: то, что выколачивание денег становитФ ся самоцелью. Например, в Иордании, стране довольно бедной, где можно на любом базарчике за доллар выпить десять стаканов вкуснейшего финикового сока, туристу предлагается стакан такого же напитка за два доллара. Гиды водят туристов в определенные магазины и рестораны, где с них дерут три шкуры. Такие специализированные магазины есть практически в каждой стране. В Китае или Вьетнаме вас привозят на фабрику, где производятся какие-либо изделия, например, из шелка или лака, показывают технический процесс и после экскурсии препровождают в фирменный магазин, который готов вам сделать хорошие скидки. Потом вы обнаруживаете, что существуют базарчики, на которых можно точно такой же товар приобрести за сумму в два-три раза меньшую, чем вы выложили за него на фабрике.
Правда, гид вас успокаивает, мол, там вы взяли товар настоящего качества, а тут предлагают плохой. Разницу, как правило, вы заметить не можете.
Существует еще несколько способов беззастенчивого выбивания денег из клиента. Скажем, вы плывете на лодке по реке во Вьетнаме. Она пробила себе дорогу сквозь многочисленные известняковые скалы, островами возвышающиеся среди зеленой равнины. Подземные проходы сплошь увешаны сталактитами. Все красиво и необычно. Но вот вьетнамец, сидящий сзади, на корме вашей лодки и искусно гребущий веслами не руками, а ногами, внезапно останавливает лодку, и из прибрежных зарослей на нас набрасывается целая флотилия торговцев на утлых лодочках. Предлагаются напитки, конфеты, сигареты. Когда вы возмущенно отказываетесь от их товара, они просят купить его для гребца, ведь он работал для вас и устал, и для его жены, которая сидит на носу вашей лодки. Ее присутствие на борту становится ясным во время следующей внезапной остановки – женщина проворно вытаскивает из большой сумки сувениры и национальную одежду. Вы обязаны что-то у нее купить.
Точно такая же ситуация повторилась и на Филиппинах. На одном из поворотов реки, по которой мы двигались на каноэ к расположенным в верховьях водопадам, нас окружила орда торговцев на лодках, предлагавших напитки. Точно так же они предлагали нам угостить наших утомленных гребцов.
Стандартные шоу, организуемые для туристов, наряженные папуасы – все это мне напоминает цирк. Экскурсии «посмотрите направо – посмотрите налево» не оставляют какого-либо следа в памяти. Она хорошо фиксирует чувства и наши эмоции. Я навсегда запомнил тот прилив адреналина, который заполнил безграничной радостью все мое существо, когда я прошел довольно большой отрезок по почти вертикальной скале без страховки. Я шел первым, вбивал крючья и навешивал веревочные перила. Впереди оказалась стенка метра в три. По ней шла вертикальная узкая трещина. Используя ее в качестве зацепов и заклинивая в трещине носки ботинок, можно было сравнительно легко подняться на небольшую полочку выше стенки. Но идти надо было без страховки, потому что бить крючья было бы нечем – руками я должен был цепляться за края трещины. Малейшая ошибка могла привести к срыву – выдержат ли нижние крючья, я не знал. Была еще возможность: попотеть и вбить шлямбурный крюк, но на это потребовалось бы много времени и усилий. Я решил рискнуть и пошел по трещине. Страха не было, но когда я вышел на полочку и сел на нее, меня охватила теплая волна радости – я понял: жизнь прекрасна!
Или другой случай, когда я еще был зеленным новичком, не так давно получившим гордое звание «Альпинист СССР». Мы были на сборах на Памире. Величественный Гиссарский хребет, необычно красивые названия вершин – «Мечта», «Корона Сиамы», ущелья, поросшие орешником, – все это придавало нашим восхождениям ореол романтичности. Несмотря на ноябрь, было тепло, Душанбе утопал в зелени и цветах. В горах скалы тоже были теплые, безо льда, и по ним было легко и приятно передвигаться.
На одном из восхождений я был в группе с бывалыми альпинистами, перворазрядниками, которые решили совершить тренировочный выход перед сложным маршрутом.
Шли они легко, шутили, смеялись. Мне, как новичку, давали право идти первым. Я гордился собой. В одном месте на гребне я вышел на узкую перемычку, обойдя небольшой скальный выступ, и стал невидим для своих товарищей. Согласно маршруту, я должен был спуститься с перемычки по узкому кулуару на другую сторону гребня и пойти дальше вдоль каменной стены горного массива. Но в кулуаре оказался лед. По неосторожности я поскользнулся и полетел вниз. Правда, не слишком быстро, потому что меня страховали мои товарищи. Сам я остановиться не мог – ледоруб я не взял, послушав перворазрядников, которые сказали, что это не восхождение, а простая прогулка, притом, в основном, по легким скалам, поэтому таскать лишнюю тяжесть не стоит. Так я и скользил беспомощно вниз, болтаясь на вытравляемой веревке. Я даже не мог как следует дернуть за страховку. Наконец я остановился, и на перемычке показалась голова Юры Кудашкина. Он удивленно посмотрел на меня. Я виновато развел руками: «Сорвался я». Кудашкин засмеялся: «То-то мы смотрим, больно быстро ты побежал, выдавать веревку не успеваем!»
Мы возвращались из Таджикистана на поезде. Половина плацкартного вагона – наши альпинисты. Дорога дальняя и нудная. Вот наш тренер и бог Анатолий Тустукбаев, в простонародье легендарный Тук, говорит: «Чего сидите, носы повесили? Вам, молодежи, тренироваться надо». Мы смотрим на него преданно и беззаветно, не понимаем, чем нам заняться. Тук командует: «Открывайте вагонные двери и все на крышу!» На полном ходу лезем по лесенке на боку вагона, рассыпаемся по крыше, перепрыгиваем с вагона на вагон. Вот она – свобода! Ветер навстречу такой, что лежать на нем можно. Много ли надо молодому человеку для романтики! Даже по ночам некоторые из наших выходили прогуляться по свежему воздуху. Двоих из них пограничники арестовали и привели к нам в вагон для опознания. «А мы смотрим, – гордо рассказывали они нам потом, – огни в темноте появились. Думаем, станция близко. А огни к нам плывут. Глядь – а это погранцы с фонарями. Ну, вот и повязали».
Вот из таких событий создается наша цепь воспоминаний, в которую вплетены, словно бусинки, наши эмоции и переживания. Они зафиксированы в памяти каким-то химическим образом и никогда из нее не будут вычеркнуты, пока мы живы.
4.
Путешествия, которые предлагает массовый туризм, максимально безопасны и не могут быть другими, потому что туристы на двести процентов должны быть уверены, что с ними ничего незапланированного не произойдет. Мне же такой туризм больше напоминает отдых в советских пансионатах. Завтрак, обед и ужин по расписанию, экскурсии «посмотрите направо, посмотрите налево», лежание на пляже, курортные романы, рыбалка и дискотека.
Безусловно, то, что предлагается туристическими фирмами, проверено временем и самое лучшее. Стена Плача, храмы в Петре, Запретный город, залив Халонг и многое другое, что я видел, уникально само по себе. Но местные фирмы и жители создали навязчивую инфраструктуру вокруг каждого такого удивительного места. Вас фотографируют, когда вы плывете на лодке, и потом продают снимок вам втридорога. Вам навязывают напитки или сувениры, вас осаждают толпы профессиональных нищих, демонстрируя несчастных младенцев. Вас лишают свободы действий, заставляя следовать расписанной программе. Вы теряете возможность полюбоваться понравившимся местом, побродить в поисках объектов для собственных фотоснимков, потому что вы спешите. Иногда совершенно бессмысленно.
В Иордании мы проехали чуть не полстраны на север, чтобы посетить развалины римского города. По пути мы посещали другие интересные места и в конечный пункт прибыли в густых сумерках. Еще на полдороге стало понятно, что там мы ничего не увидим. О чем мы и сообщили гиду. Абдулла почесал затылок и принял решение: нарушать программу нельзя, и мы продолжали бессмысленное движение вперед. Когда мы прибыли на место, разразилась мощная гроза и пошел ливень. Под ненадежной защитой зонтов мы, шлепая по лужам, пробирались в кромешной тьме по древней улице меж каких-то мрачных развалин. Даже неожиданные вспышки молний не помогли нам сориентироваться и определить, в какой стороне находится амфитеатр. Хотя потом, судя по плану, я обнаружил, что мы дважды прошли мимо него.
Сервис должен быть ненавязчивый, и у туриста должна быть свобода выбора. Не должно быть искусственных построений маршрута. Турист сам должен выбрать его схему, чтобы не получилось так, как это было с нами во Вьетнаме или на Филиппинах. Нас везли в лодках по рекам, хотя рядом была хорошая дорога. До водопадов или пещер – цели нашей поездки можно было легко добраться на машине. А для желающих можно было организовать сплав по течению реки. Но в обоих случаях это был маршрут в два конца: туда и обратно, с налетом флотилии надоедливых торговцев.
Мне на память приходит одна встреча. Еще во времена Союза я ездил в Узбекистан налаживать оборудование в знаменитый Шахресабз – родину эмира Тимура. Однажды в поезде моим попутчиком оказался директор небольшого магазина в каком-то узбекском городишке. На мой традиционный вопрос о жизни он кивнул головой, хорошо, мол. И добавил, что магазин его, продающий продовольственные товары, пользуется почетом у покупателей, жителей его городка, потому что вопросами снабжения он, директор, занимается лично. И в его магазине всегда широкий выбор московских конфет. По тем временам это было в диковинку. Я понимающе улыбнулся: чуть-чуть недовесил, чуть-чуть сдачи недодал, вот жизнь и прекрасна. Мой попутчик оскорбился. Его весы верны как аптекарские, а сдачу всегда он дает копейка в копейку, чужого ему не надо. И народ потому к нему валит, что, во-первых, он честный, не обманет, а во-вторых, потому что ни у кого нет такого ассортимента и такого свежего товара! Узбек гордо посмотрел на меня и, понизив голос, добавил: «И деньги я имею всегда лишние, но честно заработанные» Увидев мой непонимающий взгляд, он пояснил: «Бумага! Все очень просто: я продаю бумагу». Насладившись моим непониманием, директор добавил: «Оберточная бумага. Я продаю конфеты, расфасовывая их в кульки. Правило требует, чтобы продавец положил на противоположную чашу весов лист упаковочной бумаги, а я забываю положить. Кто обратит внимание на такую мелочь? Несколько граммов – пустяк. А я тоннами продаю упаковочную бумагу по цене московских шоколадных конфет! Знаешь, не только на хлеб с маслом хватает! А потом, я же для людей стараюсь, они сами выбирают мой магазин. Значит, им у меня нравится, должны же они хоть чуть-чуть мне заплатить за услугу?» Раньше, действительно, до появления полиэтиленовых пакетиков, все продукты паковались в плотную бумагу. Подход моего попутчика – директора магазина к незаметному взиманию платы за услуги меня тогда просто умилил. Мне кажется, что и туризм должен дать такую же свободу выбора и не попирать права людей, грубо обвешивая их или обсчитывая. Народ должен испытывать радость от покупки.
Путешествуя по Киргизии, я имею полную свободу действий, и это мне приносит удовольствие. Я могу остановить машину в любом приглянувшемся месте и провести там столько времени, сколько захочу. Сворачивая с наезженных путей, я открываю все новые и новые привлекательные стороны нашей страны. И я боюсь, как бы навязчивый сервис не захватил Кыргызстан. Сюда едут, потому что у нас сохранились нетронутые, дикие места. Нам надо сохранить нашу уникальность. Иссык-Куль никогда не будет Лазурным берегом или филиппинским пляжем. И не надо. Театрализованное представление никогда не заменит обычного вида высокогорного джайлоо с белыми шапочками юрт, сизым дымком над ними и картины мирно пасущихся отар на склонах гор. Добавьте сюда кристально чистую воду из журчащих родников, могучие вершины, закованные в ледяную броню, гордых беркутов, парящих в синеве небес, посвист сурков и свежий прозрачный воздух, наполняющий вашу грудь – этого достаточно, чтобы испытать радостное чувство свободы. Поверьте мне.
<< | >>
Источник: Кадыров Виктор. Золото Иссык-Куля. — Б.,2008. — 256 с., илл.. 2008

Еще по теме Массовый туризм:

  1. Массовый и элитарный туризм.
  2. Журналистика как массово-информационная деятельность. Понятия «информация» и «массовая информация». Массовая информация как продукт массово-информационной деятельности. Массовая информация и социальная информация.
  3. Структура массово-информационной деятельности: сбор, обработка, компоновка, передача, восприятие, трансформация, хранение и использование массовой информации. Потенциальная, принятая и реальная информация. Семантический, синтаксический и прагматический аспекты массово-информационных текстов.
  4. Часть I. От средств массовой информации к системе массовых коммуникаций
  5. 1. ЖУРНАЛИСТИКА КАК МАССОВО-ИНФОРМАЦИОННАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ. ИНФОРМАЦИЯ И ЕЕ ВИДЫ. МАССОВАЯ ИНФОРМАЦИЯ. СТРУКТУРА МАССОВО-ИНФОРМАЦИОННОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
  6. Глава 4. Правовое содержание свободы массовой информацииИнформационная безопасность и свобода массовой информации.
  7. 6.2. МАССОВАЯ ИНФОРМАЦИЯ. ПРОБЛЕМЫ ПОЭТИКИ И РИТОРИКИ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ
  8. Этапы развития туризма в России.
  9. 5 Формы организации туризма
  10. Уровни культурного туризма
  11. 1 Определение туризма
  12. Туризм в пределах страны
  13. § 2. Классификация туризма
  14. Виды международного туризма
  15. § 1. Определение туризма
  16. § 2.2. ЗНАЧЕНИЕ ТУРИЗМА
  17. Понятие культурного туризма