<<
>>

ДЕЛО БРАТЬЕВ РЕНО

Этот современный город из стекла и бетона сто лет назад выглядел совершенно иначе. В 1868 году Симор (штат Индиана) был утопавшим в грязи поселком, состоявшим сплошь из деревянных домов, который освещался ночью двумя‑тремя одинокими фонарями.

11 декабря с самого утра дул холодный северный ветер, а ночью подморозило. Небо было затянуто тучами, стояла кромешная тьма.

Несмотря на скверную погоду, около полуночи между домами появились мужчины. Сначала один, затем другой, третий… Они молча кивали друг другу и также безмолвно шли в одном направлении. Когда на какое‑то мгновение их фигуры освещались желтым светом фонаря, стоящего на одном из перекрестков, становилось видно, что лица людей скрыты под красными полотняными масками. Все они были вооружены пистолетами, кольтами, что у кого было. Мужчины шли тихо, молча, и было ясно, что эта полночная встреча не была случайной.

На первый взгляд они не отличались друг от друга. Но у некоторых из них на спинах виднелись цифры, нарисованные мелом. Это – организаторы встречи. Они отдавали короткие команды, выстраивали всех в колонну. И вот отряд сформирован. Человек с цифрой «один» на пальто поднял руку, колонна пришла в движение. Путь ее недалек – до перрона Симорского вокзала. Короткое ожидание, и через несколько минут подошел поезд. Без спешки, спокойно и дисциплинированно, красные маски сели в вагон. Мужчины с номерами на спинах еще чего‑то ждали на перроне. Они смотрели в одну сторону. Зажегся фонарик. Один из людей в масках взобрался на телеграфный столб. Достигнув верхушки, он вынул из кармана кусачки и перерезал телеграфный провод. Потом слез и сел в поезд. Только после этого маска с цифрой «один» на спине подала знак машинисту: поезд может отправляться. По всей видимости, это особый поезд. И пассажиры его тоже необычные.

Все два часа пути от Симора до Джефферсонвилля люди в масках сидели, сосредоточенно глядя перед собой в темноту.

Разговаривали между собой только в случае необходимости и много курили. Потом заскрипели тормоза, и все молча встали. Они знали, что будет пересадка.

Одни исследователи истории криминалистики США писали, что машинист с составом уже ждал отряд на станции, он знал в чем дело и был готов доставить «путешественников» к цели. В других же источниках утверждалось, что он не соглашался с ночной акцией и отказывался выехать в Нью‑Олбани, и тогда людям в масках пришлось заставить его повиноваться.

Поезд остановился на вокзале в Нью‑Олбани в три двадцать утра. Еще было темно и дул сильный ветер. Люди с цифрами на пальто направились к зданию вокзала и подали знак ожидавшему всаднику. Он приблизился к ним и произнес странное приветствие, скорее похожее на пароль:

– Salus populi suprema lex[2].

– Salus populi suprema lex, – ответил «номер первый».

– Все в порядке. Телеграфная связь прервана, – сообщил связной.

Они снова построились и колонной направились в город. Теперь они шли быстрее. Их шаги отчетливо раздавались в ночной тиши. Люди вели себя более шумно, взволнованно покашливали, некоторые держали в руках оружие, как бы ожидая нападения из темноты. Они прошли через город, остановились возле государственной тюрьмы. Из‑под красных масок раздавалось раздраженное ворчание. Люди уже не стояли спокойно, а нетерпеливо переминались с ноги на ногу.

Ночная акция была хорошо подготовлена. Командиры заранее назначили тех, кто должен был позаботиться о случайных прохожих, которые могли стать нежеланными свидетелями. Караульные задерживали каждого, кто появлялся поблизости, отводили на вокзал, закрывали в пустых вагонах, угрожая, что при первой же попытке к бегству или криках о помощи они будут связаны и им заткнут кляпом рот.

Мужчин в масках было несколько десятков, и они были вооружены. Люди спешили уступить им дорогу. Так без помех они пришли к тюрьме и постучали в ворота. Оказалось, что надзиратели и шериф уже ждут их. Весть о их появлении достигла тюрьмы раньше, чем они пришли туда сами.

«Номер первый», очевидно, командир вооруженного отряда, сообщил шерифу, кто они и зачем пришли. Он представился командующим главного штаба Комитета бдительности Южной Индианы (в то время Комитета безопасности Южной Индианы) и потребовал выдачи братьев Рено, которые содержались в тюрьме у шерифа Фулленло.

Шериф Фулленло известен сегодняшним американцам по фотографии, которая сохранилась в Национальном архиве США. Это был крепкий мужчина с козлиной бородкой. Шериф попытался защитить правопорядок, а вместе с ним и себя, оказал сопротивление превосходящим силам противника, но быстро сдался. Даже если бы на его месте был бы могучий богатырь, против толпы вооруженных людей он оказался бы бессильным. Надзиратели же сдались сразу, поняв, что им все равно ничего не удастся сделать.

Один из людей с цифрой на спине взял у надзирателя ключи и направился с ними к камерам. К нему присоединилось еще несколько человек. Откуда‑то появилась толстая пеньковая веревка. Мужчины передавали ее из рук в руки, пока веревка не оказалась у тех, кто стоял в первой шеренге. С ней они и вошли в узкий тюремный коридор.

Блок, в котором находились камеры братьев Рено, выглядел почти так же, как и в современных американских тюрьмах: кирпичные стены, стальные решетчатые двери. Камеры располагались в два яруса. Железные лестницы вели на верхнюю галерею. Конструкции лестницы и галереи, по которым входили в камеры на втором этаже, подпирались стойками, прикрепленными к стене при помощи арматуры. Строители и не подозревали, что она‑то и сыграет роковую роль в ту темную декабрьскую ночь.

Первой была очередь Фрэнка Рено, жилистого мужчины с бородкой, которая тряслась от страха. Он заикался, отчаянно звал на помощь, умолял людей в масках помиловать его, в чем‑то клялся. Но все было напрасно. Чья‑то рука накинула петлю ему на шею, другая перебросила пеньковую веревку через стальную конструкцию галереи второго этажа. Остальным оставалось только тянуть.

Фрэнк Рено несколько минут бился в конвульсиях, раскачивался и наконец повис без движения.

Мужчина с фонарем осветил его труп, затем посмотрел на командира. Тот коротко приказал: – Номера «три» и «пять» позаботятся об Уильяме Рено!

Двое в масках открыли камеру номер семь и выволокли брата повешенного. Уильям Рено тоже клялся и умолял. Он знал, что его ждет, так как сквозь решетчатые двери камеры наблюдал за каждым движением мужчин в масках. Ему набросили петлю на шею и вздернули на другой поперечине.

Затем пришла очередь Симеона Рено. Он не желал расставаться с жизнью так дешево, как его братья. Симеон понимал, что у него нет ни малейшей надежды остаться в живых при таком большом числе вооруженных противников, но все же попытался спастись. Это был жест отчаявшегося человека, осужденного на смерть. Он вырвал из стенки камеры чугунный умывальник, и, подняв его, пошел на людей в масках. Уже через пару минут умывальник валялся на каменном полу, а Симеон раскачивался рядом с братьями.

Братьев Рено казнили. Но у людей с пеньковыми веревками была приготовлена петля и для Чарли Андерсона. Они открыли камеру, выволокли отчаянно сопротивлявшегося Чарли, набросили петлю ему на шею и также вздернули на поперечине. Андерсон извивался изо всех сил. Толстая пеньковая веревка не выдержала тяжести тела, повешенный сорвался и распластался на железном полу галереи. Люди в масках заколебались, посмотрели друг на друга вопросительно. Не был ли это знак судьбы? Значит ли это, что казнь не должна повториться?

«Первый номер» отдал приказание. Мужчины подали с первого этажа еще одну веревку и на этот раз поднимали Чарли Андерсона медленно и осторожно. Он уже и не шевельнулся. Зато, как утверждают, вдруг ожил Симеон Рено. По крайней мере, так позднее рассказывали заключенные, которые из своих камер наблюдали за страшным представлением. Они также сообщили, что люди в масках хотели перевешать всех заключенных, но их командир не разрешил.

– Мы сделали все, о чем договаривались, – сказал он.

И люди в масках ушли.

В коридорах тюрьмы никого уже не осталось, и с улицы не доносилось ни звука, но насмерть перепуганные заключенные все еще оцепенело смотрели на висящие тела.

Вдруг они затаили дыхание. Симеон Рено снова зашевелился. Он извивался, перебирал в воздухе ногами, пытался за что‑нибудь ухватиться. Отчаянная борьба за жизнь продолжалась, как утверждали заключенные, целых полчаса. Затем повешенный затих.

Люди в масках снова построились перед тюрьмой в колонну, беспрепятственно прошли через город, еще в предрассветных сумерках сели в вагон ожидавшего поезда, который доставил их назад в Симор.

Драма закончилась. Она вошла в историю криминалистики под многими названиями. Одна из газет того времени даже назвала ее «Симорским карнавалом преступлений». В действительности же это была тщательно продуманная и подготовленная акция добровольных гражданских объединений охраны порядка штата Индиана, одна из операций в войне честных людей против грабителей и убийц, с которыми не могли справиться государственные органы.

Взять закон в свои руки – не лучшее решение, во многих случаях ведущее к анархии. Но в те времена и при тех обстоятельствах в местности, где не было полицейских отделений, способных к принятию действенных мер против преступников, где шерифы нередко были заодно с грабителями и убийцами, во времена, когда во всем Чикаго насчитывалось всего десять полисменов, честные граждане решили сами бороться с преступным миром. В этом большую помощь им оказал лучший детектив Американского континента того времени Аллан Пинкертон.

Семья Рено заслуживает, чтобы о ней рассказать подробнее. Пятеро братьев: Фрэнк, Джон, Симеон, Клинтон и Уильям были убийцами, грабителями, бандитами, принадлежавшими к паноптикуму американского преступного мира. У них была сестра по имени Лаура Эллен, и некоторые исследователи утверждаю, что именно она являлась душой семейного грабительского клана.

Парни выросли в седле, во время гражданской войны они воевали и мародерствовали в ударных отрядах, хорошо проявили себя в деле и вернулись живыми и здоровыми. Семья Рено жила в маленьком городке Рокфорд. Вернувшись домой, братья увидели сожженные дома. Рокфорд полностью сгорел.

Они остались без крова.

В окрестностях Симора рыскали банды преступников, главным образом молодых людей, которые терроризировали всю округу. Во время гражданской войны они научились грабить и убивать во имя своего флага, и теперь не могли приспособиться к мирной жизни. К тому же они не имели понятия, как заработать на жизнь. Демобилизованные братья Рено, таким образом, попали в человеческие джунгли, где действовали только законы крепкого кулака.

Они приспособились к обстоятельствам и организовали семейную банду. Не исключено, что на свою сторону братья привлекли сестру Лауру. Однако представляется маловероятным, что ей принадлежал решающий голос в семейном «предприятии». Все свои силы братья Рено направляли на преступления и авантюры. Их «общество по практическому осуществлению преступлений» начало успешно действовать, и чем дальше, тем успешнее. Вскоре они совершили два первых ограбления и, если верить хронике тех лет, провели операцию прямо как в кино.

На всем скаку, размахивая кольтами, братья ворвались на улицы Элджина (штат Иллинойс). По своему личному опыту времен гражданской войны они знали, как важен фактор неожиданности. Напуганные внезапным нападением люди не могут долго обороняться.

Но на улицах Элджина некому было пугаться. Городок был пуст. Оказалось, что накануне жители избрали нового мэра и в этот день собрались в здании муниципалитета послушать его программную речь. Братья Рено узнали об этом от одинокого прохожего и тут же приняли решение. Прежде всего они удостоверились, что в ратуше на собрании присутствует шериф с помощниками. После этого бандиты оставили своих дозорных и преспокойно отправились в городской банк, где потребовали у кассира все наличные. Кассир исполнил их приказ, так как понял, что помощи ждать неоткуда. Убедили его в этом и направленные на него кольты. Затем бандиты заглянули в кассы нескольких магазинов, забрали все, что им приглянулось и, никем не преследуемые, покинули Элджин.

В тот же день новый мэр сообщил о случившемся в Инди‑анаполис, но полицейский аппарат тех времен не имел возможности решительно вмешаться в действия бандитов, и они продолжали бесчинствовать. Но вот по следам преступников отправился известный детектив Аллан Пинкертон, которого наняли пострадавшие банки и семья богатого фабриканта, который исчез как раз на той территории, где хозяйничала банда братьев Рено.

Аллан Пинкертон к тому времени уже прославился своими первыми громкими делами и знал, что делает. Он послал на родину гангстеров своего агента. По одной версии его звали Фил Оутс, по другой – Дик Уинскотт. Руководство операцией Пинкертон поручил шефу своего чикагского бюро Джорджу Бангсу.

Оутс (или Уинскотт) на первых порах получил единственное задание: втереться в доверие к братьям Рено, войти с ними в как можно более тесный контакт и заполучить их портреты. Он прибыл в Рокфорд под именем Джона Брауна и открыл там пивную. Сразу же после приезда он распустил слух, что сбежал из спрингфилдской тюрьмы, где сидел за убийство. Аллан Пинкертон даже поместил в местных газетах объявление об его розыске. Конечно, это послужило прекрасной рекомендацией для головорезов Рено. Они приняли «беглого преступника» в свою компанию и немало времени просиживали в его пивной.

В настоящее время существуют две версии того, как агенту удалось выполнить свое задание. Согласно первой, он так хорошо рисовал, что вскоре передал центральному бюро Пинкертона точные портреты членов банды Рено и подробные их описания. Согласно другой, агент умудрился некоторых из них усадить перед фотокамерой. Эта версия представляется менее правдоподобной. Фотография в то время находилась на стадии зарождения, переносные камеры еще не были изобретены, а значит агент должен был заманить своих собутыльников в фотоателье.

Как бы там ни было, Оутс (или Уинскотт) отлично справился с заданием. Он отослал портреты в Чикаго, но сразу после этого исчез. Что с ним случилось – выяснить не удалось. Не исключено, что братья Рено раскрыли его подлинное лицо и расправились с ним.

6 октября (по другим источникам 22 марта) 1866 года банда приготовилась к необычной операции. Братья Рено первыми в мире отважились ограбить почтовый вагон компании «Адаме экспресс», следовавший в составе одного из скорых поездов компании «Железная дорога Огайо и Миссисипи», всего в нескольких милях от своей базы в Симоре.

Во всех поездах дальнего следования сразу за локомотивом имелся почтовый вагон «Адаме экспресс». Он предназначался не только для доставки почтовых отправлений, но и для перевозки ценностей. Так что в примитивном сейфе иногда находились мешки с золотом, ящички с драгоценными камнями или золотыми монетами. Но так как никому и в голову не приходило, что поезд может подвергнуться ограблению, их сопровождал единственный невооруженный почтальон.

Четыре брата сели вечером в поезд в Симоре, заняли деревянную лавку и стали безучастно смотреть на проплывающие за окном пейзажи. Они ничем не отличались от остальных пассажиров. Когда же совсем стемнело и почти все в вагоне уснули, братья вышли на площадку.

Долго не раздумывали. Один из них встал в дверях, из которых они вышли, а остальные начали перелезать в соседний вагон. Это был почтовый вагон «Адаме экспресс». Для опытных гангстеров не составляло труда открыть обитые жестью двери, поскольку они прихватили с собой необходимые инструменты. Затем один за другим бандиты скрылись внутри. Никто ничего не видел, ни один из пассажиров не заметил ничего подозрительного. Даже служащий компании, находившийся в самом почтовом вагоне, ничего не услышал из‑за стука колес и пыхтения локомотива. Поэтому он не мог понять, что происходит, когда вдруг перед ним из темноты выросли четыре фигуры с направленными на него кольтами и потребовали ключи от сейфа. У почтальона Уильяма Грейнджера ключей не было, так как сейф фирмы Адамса могли отпирать только начальники контор компании на вокзалах в пунктах назначения. Только они имели ключи от сейфа. Это была простая и мудрая мера предосторожности. Работники почты не брали на себя ответственность за ценные отправления. Это хорошо знал Уильям Грейнджер, но не знали братья Рено, и поэтому они всячески пытались заставить почтальона отдать ключи от сейфа. Напрасно он уверял, что ключей у него нет. Грабители ему не поверили и избили так, что он потерял сознание, открыли дверь и выбросили его на ходу из вагона. Возможно, это и навело их на мысль точно так же поступить с неприступным сейфом.

Это было трудным делом, но преступникам оно удалось. Прежде чем выбросить сейф из вагона, они просигналили фонарем своим сообщникам. Вероятно, те следовали за поездом на резвых скакунах. Как считают, ими руководила Лаура Рено. Когда все было кончено, грабители сорвали стоп‑кран. Поезд остановился, и они исчезли в темноте. Еще до рассвета им удалось найти сейф. Никаких усилий, чтобы открыть сейф, не требовалось, так как в результате удара о землю замки раскрылись и деньги лежали вокруг. Бандиты подобрали почти десять тысяч долларов (по тем временам сумма весьма значительная) и скрылись с места происшествия.

Нападение произошло между станциями Симор и Норт‑Вер‑нон. У Аллана Пинкертона уже был договор с компанией «Адаме экспресс» о поисках преступников, поэтому ему сообщили о случившемся по телефону в Саут‑Бенд, где он вел расследование по другому делу. Детектив немедленно связался со своим бюро в Чикаго и узнал от Джорджа Бангса не только о нападении, но и о загадочном исчезновении почтальона Грейнджера. Сопоставляя все известные на то время данные о преступлениях в штате Индиана, Пинкертон пришел к выводу, что ограбление могла совершить банда братьев Рено. И кто знает, не сотрудничал ли с ними тот почтальон. Братья Рено уже хорошо были известны детективу. В его картотеке имелись точные описания, характеристики и портреты бандитов. Поэтому он поручил Джорджу Бангсу немедленно поднять все материалы, заказать себе отдельный поезд и выехать в Столицу штата Индианаполис, где они должны встретиться и договориться о дальнейших действиях.

В те времена единственным средством дальних сообщений была железная дорога, по которой регулярно, согласно расписанию, ходили поезда. Но при необходимости к локомотиву присоединяли один вагон, и такой специальный поезд потом следовал в нужном направлении вне расписания. В таком поезде Пинкертон и отправился в Индианаполис. Туда же следовал директор его бюро в Чикаго Бангс со всеми необходимыми документами.

На вокзале города Аргоса Аллана Пинкертона догнала телеграмма. Резидент его агентуры в Цинциннати сообщал ему важные сведения. Были разысканы и допрошены свидетели, которые описали подозрительных пассажиров. Судя по описаниям, это действительно были братья Рено. Но самое важное сообщалось в конце телеграммы: сотрудники компании Адамса, проезжавшие на дрезине, обнаружили в кустарнике возле насыпи тяжелораненого почтальона Грейнджера. Они доставили его в больницу в Цинциннати, где он пока лежит без сознания. Пинкертрн решил сначала встретиться с Бангсом в Индианаполисе, а затем как можно быстрее следовать в Цинциннати.

Началась гонка со временем. Машинист и кочегары спецпоезда, в котором ехал Пинкертон, делали все возможное, чтобы как можно быстрее попасть в пункт назначения, где находился раненый. Единственный очевидец нападения мог, если бы позволило состояние его здоровья, описать преступников и опознать их по портретам.

В проведении операции помогли телеграфисты железнодорожной компании. Пинкертон связался не только с помощниками, но и с клиникой доктора Кортейна, где находился Грейнджер. Как сообщал агент Пинкертона в Цинциннати, Роберт Джонс, пострадавший был в безнадежном состоянии. Врачи не были уверены, что он сможет дожить до приезда Бангса и Пинкертона.

Несмотря на это, к прибытию детективов все было старательно подготовлено. Роберт Джонс разыскал государственного прокурора Гатмана и вместе с ним ждал в экипаже возле здания вокзала в Цинциннати. Когда особый поезд с Пинкертоном и Бангсом, который присоединился к шефу в Индианаполисе, прибыл на станцию, Джонс и прокурор Гатман встретили их неприятным известием: почтальон находится в крайне тяжелом состоянии.

Они быстро направились в клинику.

Уильям Грейнджер пришел в сознание, но его организм из последних сил боролся со смертью. Пинкертон поговорил с врачом, но тот не мог гарантировать, что раненый сможет что‑нибудь сказать. И тогда знаменитый детектив провел эксперимент, который вошел в историю мировой криминалистики: в присутствии прокурора он показал раненому портреты подозреваемых – братьев Рено. Грейнджер не мог говорить, но понял, что от него хочет Пинкертон. Детектив попросил его посмотреть портреты и, в случае если кого‑нибудь узнает, просигнализировать, моргая глазами. Так умирающий Грейнджер помог установить, что нападение на экспресс – дело рук Джона и Уильяма Рено. Двух других он не узнал.

Прокурор Гатман выдал ордер на арест обоих братьев. Однако в 1866 году одно дело было знать, кто совершил преступление, и совершенно другое – посадить преступников за решетку. Банда братьев Рено продолжала свирепствовать в окрестностях Симора, оставляя после себя кровавые следы. Грабители и убийцы даже не старались скрываться. Они были уверены в том, что никто не отважится выступить против них.

Когда остальные бандиты узнали, какую необычайно дерзкую операцию провели братья Рено, они, естественно, тоже захотели испытать счастье в этой новой области преступного бизнеса. Но братья Рено отстаивали свое авторство и дали понять остальным, что каждый, кто попытается воспользоваться их методом, будет сурово наказан.

Однако компания молодых авантюристов все же не устояла перед искушением. Они напали на один из поездов и похитили из вагона компании «Адаме экспресс» восемь тысяч долларов. Им не следовало этого делать, ведь Рено во всеуслышание предостерегали от подобного шага. Они разыскали нарушителей запрета, и два конкурента заплатили жизнью за свою дерзость.

Пока Аллан Пинкертон обдумывал, как упрятать двоих братьев за решетку, Джой, Уильям и их шайка терроризировали всю округу, грабя и убивая. Затем братья решились на новую дерзкую акцию. На лошадях они отправились в Миссури, где среди бела дня ограбили банк графства Дэвис и унесли в мешке более двадцати двух тысяч долларов. Но это был последний налет банды в полном составе.

Между тем агенты сообщили Пинкертону о склонности Джона Рено к романтизму. Бандит любил в сумерках посидеть на Симорском вокзале, помечтать о неизвестных далеких краях, странах. Ему нравилось смотреть, как прибывает экспресс и как он затем исчезает в темноте. Сначала послали на разведку Джорджа Бангса. Он вышел в Симоре из экспресса и действительно обнаружил Джона и Уильяма Рено, которые сидели на перилах, болтали ногами и наблюдали за суетой пассажиров на перроне. Джордж тут же сообщил об этом Пинкертону. На следующий же день детектив в сопровождении группы вооруженных парней сел в экспресс в Цинциннати.

В руках у них были чемоданчики и корзинки, как у всех пассажиров, но в карманах они сжимали рукоятки револьверов. В Симоре детективы вышли вместе со всеми и медленно направились к выходу. Братья Рено сидели как обычно на перилах и смотрели на прохожих. Они ждали, пока отойдет поезд. Когда детективы приблизились к перилам, они окружили бандитов – двое спереди, двое сзади, схватили их и моментально надели наручники. Джон и Уильям были так ошарашены, что даже не оказали сопротивления.

Аллан Пинкертон понимал, что арест опасных преступников всего лишь первый шаг к их обезвреживанию. Их нужно еще было посадить за решетку, а надежная тюрьма находилась только в Цинциннати. Во время долгого пути банда могла попытаться освободить арестованных. Поэтому Пинкертон заранее позаботился о спецпоезде, который прибыл вслед за экспрессом. Люди Пинкертона отвели обоих бандитов в вагон, там связали им еще и ноги, и маленький состав отправился в Цинциннати. На Симорском вокзале не было другого локомотива, в тот день там больше не ожидали ни одного поезда, таким образом оставшиеся на свободе члены банды были лишены возможности догнать арестованных.

Фрэнк Рено узнал о проведенной Пинкертоном операции едва ли не через несколько минут после ее окончания. Он тут же бросился на выручку братьям. Банда галопом помчалась на лошадях, пытаясь перерезать дорогу поезду Пинкертона. Однако когда банда доскакала до намеченной точки, состав уже прошел ее. Так Рено впервые потерпели неудачу.

В тюрьме в Цинциннати преступников ознакомили с приказом об аресте по обвинению в ограблении почтового вагона, в основу которого легли показания служащего почтовой компании «Адаме экспресс» Уильяма Грейнджера, и сообщили им, что их будут судить за убийство с отягчающими обстоятельствами, разбойное нападение и грабеж. Постановление об аресте было принято в соответствии с договором о юридическом взаимодействии штатов Огайо и Индиана от 21 апреля 1861 года и было в то время действительным на территории обоих штатов.

Судебный процесс над бандитами не был долгим. Оба получили по 25 лет каторжных работ. Чтобы оставшиеся на свободе преступники не попытались их освободить, место отбытия наказания не сообщалось.

Дальнейшие события показали, как изменчива фортуна. Банда продолжала грабить, совершая все новые и новые нападения. Так зимой 1868 года вооруженные до зубов всадники ворвались среди белого дня в Магнолию (штат Айова), напали на контору банка графства Гаррисон и захватили четырнадцать тысяч долларов наличными. Газеты сообщили на следующий день, что нападение – дело рук Рено.

Пинкертон вновь пошел по следу банды. Ему удалось заманить преступников в ловушку и арестовать недалеко от Каунсил‑Блафс. Но уже в апреле братья Рено проломили оказавшуюся весьма ветхой стену местной кутузки и оказались на свободе. И снова начали свирепствовать, окончательно потеряв голову.

Их наибольшим успехом, но одновременно и лебединой песней, стало хладнокровное нападение на экспресс из Маршфилда (штат Миссури) южнее Симора. Это случилось 22 апреля 1868 года. Они отправились к месту нападения окольным путем, вероятно, не были уверены в том, что их не преследуют люди Пинкертона. Незадолго до рассвета бандиты завалили пути камнями, и когда поезд компании «Железная дорога Джефферсон (Миссури) и Индианаполис» остановился, они вломились в почтовый вагон, застрелили почтового служащего и захватили девяносто шесть тысяч долларов золотом и ценными бумагами. Это была огромная, рекордная по тем временам для Америки, а может быть, и для всего мира сумма, которую не смогли превзойти даже такие известные гангстеры, как братья Джеймс или Янгер.

Как считают некоторые историки, об ограблении сразу же сообщили Аллану Пинкертону, и он по телеграфу потребовал от командира кавалерийской части отправиться на поимку банды. Пинкертон, очевидно, предположил, что бандиты, которые шли к месту ограбления окольными путями, с такой огромной добычей будут возвращаться в свое логово в Симоре кратчайшей дорогой, чтобы как можно меньше рисковать. Поэтому он потребовал от кавалеристов сделать засаду у брода через реку, где по его расчетам должны были переправляться бандиты.

Это был удачный план. Кавалеристы заняли позицию у реки, и когда появились бандиты, взяли их на прицел и приказали сдаться. Бандиты, за исключением одной только Лауры Рено, были арестованы. Лаура, заподозрив неладное на подъезде к переправе, в последнюю минуту успела отделиться от братьев и поскакала прочь. Один из кавалеристов прицелился, но, увидев, что это женщина, решил, что она не имеет ничего общего с бандой.

Как сообщают другие, к сожалению, столь же ненадежные источники, арест происходил иначе. Бандиты после нападения на экспресс скрылись с добычей, и Пинкертон, который шел по их следу, не смог их поймать. А Рено разбойничали дальше. Это переполнило чашу терпения жителей Симора, потребовавших от шерифа решительных действий по защите прав и спокойствия граждан. Но когда они увидели беспомощность стражей порядка, то создали комитеты безопасности, известные больше под названием комитетов бдительности Индианы.

Не будучи профессионалами, они решили своими силами восстановить порядок и спокойствие в штате. Пинкертон обрел в их лице бесстрашных добровольных помощников и неоценимых информаторов. А от одного из них сыщик даже узнал о дальнейших планах банды. Братья Рено собирались ограбить очередной экспресс. Они нашли укромное место недалеко от Симора, так как хотели как можно скорее доставить награбленное в свое логово. Пинкертон запросил почтовую компанию, чтобы ему подтвердили, что в ближайшие дни ожидается крупное почтовое отправление – не менее ста тысяч долларов.

Все проходило так, как и предполагали преступники. Банда подстерегла поезд, остановила его на путях при помощи красного флажка, означавшего – «впереди опасность», после чего двое грабителей нейтрализовали машиниста и кочегара, а остальные взломали обитые железом двери почтового вагона, проникли внутрь и взялись за сейф. Но из глубины вагона на них было направлено полдюжины кольтов. Вместо денежного отправления в вагоне находились люди Пинкертона.

Начался жаркий бой. У бандитов не было шансов на спасение, так как вооруженные люди Комитета безопасности Южной Индианы окружили окрестности. Бандиты для нападения выбрали болотистую местность, рассчитывая на то, что знают здесь все ходы и выходы, а вероятные преследователи увязнут в болоте. Однако добровольные борцы с преступностью были у себя дома и знали местность не хуже братьев Рено. Они устроили засады на всех тропках, и у бандитов оставалось только две возможности – закончить жизнь в наручниках или навсегда остаться в болотах.

Аллану Пинкертону везло, и у него были хорошие помощники. Хотя у комитетчиков было свое понятие о законе и справедливости и при каждом удобном случае они пытались линчевать пойманных злодеев, их отряды были непобедимой армией в битве против преступности. Таким образом, уже через несколько месяцев после первого большого успеха – ареста Джона и Уильяма Рено – людям Пинкертона удалось настичь и арестовать еще троих членов банды, а вскоре после этого Симеона и Фрэнка Рено, Майкла Роджера, Майлса Оугла, Альберта Перкинса и Чарльза Спенсера. Это произошло далеко от района действий банды, в Канаде. Преступники испугались и решили укрыться вне пределов досягаемости отрядов комитета безопасности. Так они оказались в канадском городке Виндзор. Как говорят, это было худшее в мире бандитское гнездо, по сравнению с которым знаменитые Дервуд и Томбстоун казались монастырским приютом. И хотя бандиты укрылись среди других преступников, Пинкертон все же их нашел и арестовал. Но он никак не мог вывезти их в Америку. Он начал переговоры.

Между тем сообщники арестованных гангстеров начали настоящую охоту на удачливого детектива. Прославленный сыщик позднее описал в своих мемуарах все, что он тогда пережил. В книге рассказывается о десятках засад, покушений, погонь. Но из всех переделок Пинкертон вышел живой и невредимый. Правда, как показывает сама жизнь, ни одно из сочинений подобного рода не может быть полностью объективным.

Трудно сказать, что там правда, а что выдумка, но в одном случае сомневаться не приходится. Ведя переговоры о выдаче преступников американскому правосудию, Пинкертон курсировал между Детройтом и Виндзором. На причале паромной переправы через реку к сыщику однажды приблизился наемный убийца и наставил на него кольт. Пинкертон заметил подозрительного типа поздно, но все‑таки успел обернуться и выбить ногой из рук убийцы оружие. Затем он повалил преступника на землю, обезвредил болевым приемом, надел на него наручники и на пароме доставил в Детройт, где сдал его в полицейское управление.

Переговоры о выдаче преступников затянулись. Между тем бандиты использовали все средства, чтобы вернуть своим друзьям свободу. Несколькими годами позднее в канадских газетах появился репортаж, в котором канадский губернатор рассказывал о том, как. Фрэнк Рено пытался подкупить его шестнадцатилетнего сына шестью тысячами долларов. Мальчик должен был уговорить отца, чтобы тот не выдавал остальных членов банды правосудию США и помог заключенным.

После всех проволочек Пинкертон все же добился своего. Президент Эндреу Джонсон подписал требование о выдаче, и британская администрация в Канаде согласилась его удовлетворить. Пинкертон смог получить преступников и перевезти их через границу в Детройт.

Хотя бандиты и потерпели очередную неудачу, но не сдавались. Они объявили открытую войну не только служащим Национального детективного агентства Пинкертона, но также всем членам Комитета бдительности Южной Индианы. Именно их бандиты боялись больше» всего. Гангстеры подстерегали людей на каждом шагу, нападали на членов комитета в их домах, заманивали их в лес и там обнаженных привязывали к деревьям, избивали их, мучили, подвешивали за руки для устрашения остальных. Тем, на кого бандиты опасались открыто нападать, они подбрасывали в окна камни с привязанными записками: «Помни, что умрешь, если допустишь, чтобы братьев Рено линчевали», – говорилось в них.

Об этом гангстеры писали не зря, знали, что члены комитетов безопасности решили взять соблюдение справедливости в свои руки. Добровольные борцы с преступностью опасались, что грабители и убийцы вновь окажутся на свободе и снова начнут хозяйничать в штате. 7 декабря 1868 года умер машинист, которого Рено ранили при налете на поезд в Симоре. Это было последней каплей. Терпение симорских граждан лопнуло. Руководители комитетов бдительности решились на рискованную операцию. Через несколькодней в полночь отряд мужчин в красных мабках отправился в поход к тюрьме в Нью‑Олбани и линчевал троих из братьев Рено и их соучастника Чарли Андерсона.

Но и после этого борьба не прекратилась. Доказательством этому служит листовка, которая перед Рождеством появилась на стенах многих домов. Ее издал главный штаб Комитета безопасности Южной Индианы под заголовком: «SaluS populi suprema lex».

«Гражданам Соединенных Штатов!»

Так как наша организация вследствие сложившихся обстоятельств была вынуждена позаботиться о справедливом наказании главарей грабителей, убийц и головорезов, которые уже много лет нарушают право и порядок и угрожают жизни и собственности честных граждан, живущих в этой части Индианы, а также потому, что страшная трагедия, разыгравшаяся недавно в Нью‑Олбани, подтверждает, что справедливость восстанавливается медленно, но уверенно, мы делаем это заявление, чтобы оправдать перед страной и прежде всего перед людьми штата Индиана все возможные в будущем действия…»

Объяснение, обоснование, но и предостережение тоже. Комитет далее подвергнул острой критике несовершенные американские законы, дающие возможность убийцам убивать, а грабителям грабить. Преступники перестали бояться наказания, что и вызвало ночной поход. Но будущее представлялось членам Комитета бдительности отнюдь не в розовом свете. Поэтому они предостерегали всех преступников, которые в те дни объединились в единый фронт и пытались не только терроризировать, но и убивать граждан, подозревавшихся ими в сотрудничестве с комитетами бдительности, что гангстеры получат жестокий отпор и что их ждет петля, как и их предшественников.

Это объявление о войне между сторонниками правопорядка и преступным миром появилось на стенах домов за два дня перед Рождеством, 23 декабря 1868 года. Эта война продолжается до сегодняшнего дня.

<< | >>
Источник: Вацлав Павел Боровичка. Невероятные случаи зарубежной криминалистики. Часть 1. 1991

Еще по теме ДЕЛО БРАТЬЕВ РЕНО:

- Административное право зарубежных стран - Гражданское право зарубежных стран - Европейское право - Жилищное право Р. Казахстан - Зарубежное конституционное право - Исламское право - История государства и права Германии - История государства и права зарубежных стран - История государства и права Р. Беларусь - История государства и права США - История политических и правовых учений - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминалистическая тактика - Криминалистическая техника - Криминальная сексология - Криминология - Международное право - Римское право - Сравнительное право - Сравнительное правоведение - Судебная медицина - Теория государства и права - Трудовое право зарубежных стран - Уголовное право зарубежных стран - Уголовный процесс зарубежных стран - Философия права - Юридическая конфликтология - Юридическая логика - Юридическая психология - Юридическая техника - Юридическая этика -