<<
>>

§ 3. Понятие и механизм образования электронно-цифровых следов

В понятийно-терминологическом аппарате криминалистики понятие следа играет роль системообразующего фактора, вокруг которого и в связи с которым сформировался и развивается язык данной науки, ее общая и частные теории, другие подсистемы и элементы криминалистического знания, а также разрабатываемая криминалистическая научная продукция, направленная на достижение целей борьбы с преступностью.

«Сведения о следах, образующихся в связи с совершением преступлений, - как писал еще в 1947 г. Б. И. Шевченко, - занимают в криминалистике одно из наиболее значительных мест.

В процессе развития криминалистики представление о следах все более и более расширяется благодаря появлению новых способов их изучения.

Несомненно, что дальнейшие открытия и изобретения позволят обнаруживать следы, пока недоступные современному криминалисту.

С другой стороны, по мере улучшения методики и техники изучения следов уменьшается количество тех из них, которые до этого считались непригодными для каких-либо выводов» .

Существенный вклад в развитие учения о следах (трасологии) и появившейся впоследствии частной криминалистической теории о механизмах следообразования внесли такие известные ученые, как О. Я. Баев, Р. С. Белкин, Г. Л. Грановский, И. Ф. Крылов, Л. К. Литвиненко, С. М. Потапов, И. И. Пророков, Б. И. Шевченко, И. Н. Якимов и другие.

Как известно, с позиций теории отражения подготовка, совершение и сокрытие любого преступления, в том числе компьютерного, как конкретного события, происходящего в материальном мире, всегда вызывают изменения в окружающей среде. Отражением преступных действий являются следы. Свойство отражения, присущее всем видам и формам материи, заключается в том, что каждый объект материального мира в процессе взаимодействия с окружающей средой подвергается воздействию внешних факторов. Следы такого воздействия сохраняются на объекте определенное время.

Отражение присутствует всегда, когда происходит взаимодействие двух и более материальных объектов - объектов следообра- [124] зования. «Природа информации, носителями которой выступают объекты следообразования, различна. Следообразующий (отражаемый) объект является носителем непосредственной, первичной информации, выражающейся в совокупности присущих ему индивидуальных и устойчивых свойств и признаков. Следовоспринимающий (отражающий) объект - носитель отраженной, производной от первого объекта, «вторичной» информации, возникшей вследствие контакта, то есть взаимодействия. В результате устанавливается причинно-следственная связь между ними на основе их связи с происшедшим событием. Но следовоспринимающий объект несет информацию не только об отражаемом объекте. Он является также носителем информации о механизме следообразования, то есть о действиях с отражаемым объектом или самого отражаемого объекта. В данном случае отражаемый объект является средством передачи информации о способе, а через него и о субъекте действия»[125]. Эта информация передается от системы к системе не иначе, как при помощи каких-либо материальных носителей. Следовательно, она может быть передана в пространстве и сохранена во времени, а также подвергнута обработке.

Эта информация всегда выражается в материальной форме в виде сигнала, который является отображением сообщения и средством переноса информации в пространстве и во времени.

При этом важно подчеркнуть, что сигнал может иметь самую различную физическую природу и в информационном процессе выполняет функцию носителя, другими словами, переносчика информации, например, о событии преступления, от ее источника - следообразующего объекта к приемнику - следовоспринимающему объекту и далее к адресату (рис. 8).

Сигнал включает содержание и форму информации. Отображение определенных свойств объекта или события составляет содержание сигнала. Материальная же его основа как средство отображения, хранения и перемещения служит его формой. Применительно к рассматриваемой нами проблематике заметим, что объективные формы существования компьютерной информации были выделены и исследованы в предыдущем параграфе.

Следы и их материальные носители являются объектом поиска, фиксации, изъятия, предварительного и судебно-экспертного исследования по уголовным делам, а также источником собираемой и используемой в уголовном судопроизводстве доказательственной информации. Этим и объясняется то неослабевающее внимание, которое уделяет криминалистическая наука изучению следов.

Следы, образующиеся при использовании преступником в качестве средства совершения преступления компьютерной информации, в том числе для преступного воздействия на компьютерную информацию, которая является предметом преступного посягательства, есть важнейшая составная часть системы материально фиксированных следов. Результаты их обнаружения и исследования играют решающую роль в выявлении, раскрытии, расследовании и предупреждении преступлений различных видов (см.: приложение). «При современном развитии вычислительной техники и информационных технологий, - писал А. В. Касаткин, - «компьютерные следы» преступной деятельности имеют широкое распространение. Это должно учитываться следователями и оперативными работниками в их деятельности по собиранию доказательств наряду с поиском уже ставших традиционными следов»[126].

Вместе с тем результаты анализа криминалистической литературы свидетельствуют о том, что в настоящее время существует ряд неразрешенных проблем теоретического и прикладного характера, связанных с определением понятия, уяснением содержания, выделением общих и частных признаков, построением классификации, научным пониманием механизмов образования таких следов, а также разработкой криминалистических средств, приемов и рекомендаций по их обнаружению, фиксации, изъятию и анализу в целях установления обстоятельств, имеющих значение для раскрытия, расследования и предупреждения преступлений.

Как правильно отмечает в своей докторской диссертации В. А. Мещеряков, многие положения учения о следах (трасологии) и частной криминалистической теории о механизмах следообразования, показавшие свою значимость в течение длительного промежутка времени при расследовании общеуголовных преступлений, оказались малоэффективными при оперировании со специфическими следами, образующимися при совершении преступлений в сфере компьютерной информации[127]. Подробный анализ причин сложившегося положения на уровне кандидатской работы в 2000 г. предпринял А. Н. Яковлев[128]. Мы, в свою очередь, полагаем, что основная причина не- эффективности научного криминалистического знания применительно к рассматриваемой теме заключается в том, что следы выделенной категории до настоящего момента исследовались в рамках существующих частных теорий, ориентированных на работу с традиционными следами, либо в аспекте немногочисленных авторских учений, не относящихся к криминалистической технике (с позиций криминалистических методики и тактики, а также теории доказательств, судебной экспертизы и оперативно-розыскной деятельности). Таким образом, научные знания об этой группе следов и механизмах их образования оказались размытыми, фрагментарными, бессистемными. Полагаем целесообразным обобщить и систематизировать эти знания в рамках предлагаемой нами подотрасли криминалистической техники - криминалистического компьютероведения, точнее, одного из его разделов - криминалистического исследования компьютерной информации. Рассмотрим его концептуальные основы.

Известно, что основу криминалистического учения о механизмах следообразования преимущественно составляют закономерности, связанные с механическим контактным взаимодействием следообразующего и следовоспринимающего объектов, имеющих, как правило, фиксированные физические параметры: форму, размеры, вес, объем, плотность и т. п. Следообразование носит двусторонний характер, вследствие чего изменяется как следообразующий, так и следовоспринимающий объект.

Как следует из содержания понятия компьютерной информации, подробно исследованного нами в первом параграфе настоящей главы, в основе механизма следообразования при совершении компьютерного преступления всегда лежат электромагнитные взаимодействия. При этом между объектами следообразования отсутствует непосредственный механический контакт, поскольку изменение их внутренних свойств осуществляется с помощью электромагнитных сигналов и полей, имеющих конкретные материальные признаки: частоту, напряженность, направленность, время существования. Эти сигналы распространяются в окружающем пространстве, передаются по каналам электросвязи, фиксируются на магнитных и иных материальных носителях по определенным правилам, обусловленным той или иной электронно-цифровой системой кодирования сведений (сообщений, данных), которые в них содержатся.

Гносеологическое содержание понятия следа в данном случае сохраняется неизменным: следом является любое материальное изменение среды, например, происходящее в канале электросвязи, на машинном и ином материальном носителе компьютерной информации, в файловой системе, связанное с событием преступления. Так, поскольку файловая система представляет собой совокупность особых информационных единиц - файлов, специальных служебных таблиц (каталогов, таблицы разделов, загрузочных записей, таблиц размещения файлов) и кластеров, эти изменения могут касаться местоположения и содержимого файлов, формата и (или) характеристик файлов, создания или удаления файлов, изменения содержимого специальных служебных таблиц (каталогов, таблицы разделов, загрузочных записей, таблиц размещения файлов), а также состоя-

129

ния кластеров .

Применительно к объектам материального мира используемый в криминалистике термин «след-отображение» имеет свою специфику. Его принято определять в основном как отображение на одном материальном объекте внешнего строения другого материального объекта, обнаруживаемое визуально (непосредственно) либо опосредованно с помощью технических средств. Результат взаимодействия устанавливается по наблюдаемой разнице между двумя состояниями одного и того же объекта. При этом собственно акт отражения, хотя в целом и подчиняется детерминированным физическим законам, в деталях носит случайный характер. Благодаря значительной вероятностной составляющей полнота, форма и особенности отражения в следе признаков внешнего строения объекта строго не определены, что предопределяет, например, невозможность точного, до мельчайших деталей, воссоздания модели акта отражения.

Вовлеченные в событие преступления объективные формы существования компьютерной информации лишены такой характеристики, как внешнее механическое строение. Как правильно заметил А. Н. Яковлев[129] [130], подразделяясь на активные и пассивные (программы и данные соответственно), они взаимодействуют по алгоритмам, заложенным в активные объекты - компьютерные программы. Алгоритм компьютерных программ, будучи полностью детерминированным, определяет характер и детали изменений, вносимых как в компьютерную информацию при воздействии на нее, так и в собственные данные программы. В этом смысле формат, содержание, иные особенности файла в каждый момент времени определяются суммой предыдущих воздействий программ на файл и являются своеобразным отображением особенностей алгоритмов этих программ.

Воздействие одной объективной формы существования компьютерной информации на другую может быть обнаружено по наблюдаемому различию между тремя известными их состояниями:

1) по признакам изменения их содержания, формата и других характеристик;

2) по изменению алгоритма работы программы;

3) по автоматически создаваемым компьютерной программой (негласно для пользователя) скрытым файлам, которые используются некоторыми программами и операционными системами для фиксации хода обработки компьютерной информации и ее восстановления на случай аварийного сбоя в работе компьютерного устройства или его программного обеспечения.

Эти фиксируемые изменения и будут следами-отображениями, характеризующими результат взаимодействия. Поскольку состояние файла наблюдаемо, оценка полноты имеющегося следа-отображения практически малозначима. Благодаря детерминированности алгоритма, вызвавшего след-отображение, в большинстве случаев возможно однозначное определение причины возникновения следа-отображения и компьютерной программы, послужившей инструментом для создания наблюдаемых изменений.

К аналогичным выводам в своей докторской диссертации пришел и В. В. Крылов[131].

Продолжая исследование вопроса, отметим, что в криминалистическом учении о следах в зависимости от характера образования материальные следы также принято подразделять на следы-предметы (части предметов). Под ними понимаются материальные объекты, возникновение, изменение положения или состояния которых связано с событием преступления. Они отражают материальные изменения, происходящие в обстановке места происшествия. К ним относятся орудия преступления, объекты преступного воздействия, части предметов, похищенные вещи и т. п.

Основываясь на результатах анализа материалов оперативной, следственной, экспертной и судебной практики, а также концептуальных положениях, приведенных в первой главе настоящей работы, полагаем, что следами-предметами следует также считать машинные носители информации, интегральные микросхемы и микроконтроллеры, ЭВМ, системы ЭВМ, сети ЭВМ. Помимо того, что в них содержится компьютерная информация, связанная с событием преступления, отдельные электронные модули этих предметов (за исключением машинных носителей) при работе излучают в окружающее пространство дополнительную криминалистически значимую компьютерную информацию, которая может быть дистанционно обнаружена и зафиксирована с помощью соответствующих радиоэлектронных[132] или специальных технических средств[133] [134]. С позиций теории защиты информации это так называемые «побочные электромагнитные излучения и наводки (ПЭМИН)», возникающие в результате обработки информации посредством электронных, оптикоэлектронных, электрических, электромеханических технических устройств: ЭВМ, монитора, принтера, сканера, дисковода и других. Эта информация может быть расшифрована (раскодирована) с помощью компьютерных программ, средствами электронно-вычислительной техники представлена в человекочитаемом

134

виде и использована в целях уголовного судопроизводства .

Способы перехвата и расшифровки таких сигналов, распространяющихся по техническим каналам основных и вспомогательных средств, систем и сетей, давно известны как оперативно-техническим подразделениям субъектов ОРД, так и преступникам[135].

Лабораторные опыты показывают, что наиболее мощные и достаточно легко расшифровываемые информативные сигналы исходят от работающих мониторов с электронно-лучевой трубкой, принтеров, сканеров, соединительных и электропитающих проводов, а также модемов. Так, например, монитор ЭВМ излучает в окружающее пространство электромагнитные сигналы, которые могут быть перехвачены на расстоянии до 1 000 м[136]. В этих целях используются обычные дипольная антенна и телевизионный приемник (телевизор), имеющий частично доработанную электронную схему, либо специальное техническое средство, предназначенное (приспособленное, запрограммированое) для негласного получения информации с указанного канала связи. С их помощью можно видеть и записывать ту информацию, которая в режиме реального времени отражается на мониторе - ее источнике (передатчике сигналов).

Анализ материалов следственной практики, проведенный Г. В. Семеновым, показывает, что эти технологические особенности обработки компьютерной информации широко используются преступниками для совершения преступлений в сфере мобильных телекоммуникаций[137].

Вместе с тем до настоящего времени в отечественной криминалистической науке не выработано четкого определения понятия следов, объективно представленных в виде компьютерной информации, дискутируются вопросы относительно механизмов их образования и криминалистической классификации. Сложность в формулировках этих научных категорий обусловлена, на наш взгляд, недопониманием, во-первых, материальной сущности компьютерной информации, во-вторых, процессов ее создания, обработки, передачи и защиты в ракурсе механизмов следообразования. Например, В. А. Мещеряков в понятие «кибернетическое пространство» включает все объекты, связанные с созданием, обработкой, передачей и защитой компьютерной информации, - «совокупность систем связи, совокупность локальных вычислительных сетей, средства и системы защиты информации, протоколы информационного обмена, совокупность средств вычислительной техники, сетевые платы, линии связи, концентраторы, ЭВМ, объекты микроэлектроники с элементами монтажа, бит, байт, элементы обеспечивающие электропитание, заземление, охлаждение и т. п.»[138]. Также он предложил ввести в криминалистический категориальный аппарат понятие «виртуальные следы», которые определил как «следы, сохраняющиеся в памяти технических устройств, в электромагнитном поле, на носителях машиночитаемой информации, занимающие промежуточное положение между материальными и идеальными»[139]. К их числу им были «отнесены отдельные файлы в автоматизированной системе, кластеры на магнитном носителе, информация, передаваемая в эфире посредством электромагнитной волны, и т. п.»[140] [141]. Впоследствии он предложил следующее определение данного понятия: «Виртуальный след - это любое изменение состояния автоматизированной информационной системы (образованного ею «кибернетического пространства»), связанное с событием преступления и зафиксированное в виде компьютерной информации (т. е. информации в виде, пригодном для машинной обработки) на материальном носителе, в том числе на

141

электромагнитном поле» .

В 2005 г. Л. Б. Краснова, продолжая развивать идеи своего научного руководителя В. А. Мещерякова, предложила ввести в криминалистический оборот термин «компьютерный объект». При этом его содержание так и осталось неясным. Как следует из автореферата диссертации, сначала данный термин понимался как «объекты, с которыми приходится сталкиваться» только «при расследовании преступлений, совершаемых с использованием информационных технологий», а затем - как «объекты, являющиеся компонентами автоматизированных информационных систем и информационных технологий, взаимодействующих для решения задач обработки информации, имеющей значение для выявления, расследования преступлений и судебного разбирательства по уголовным делам»[142].

Определяя «электронные вещественные доказательства» как «электронное техническое устройство, которое, благодаря своим индивидуальным или системным (проявляющимся только при одновременном использовании с иными объектами) свойствам, служило орудием преступления или сохранило на себе следы преступления, а также может служить средством для обнаружения преступления или установления обстоятельств уголовного дела»[143], она необоснованно исключила из сферы уголовного судопроизводства такие вещественные доказательства, как программы для ЭВМ, базы данных, электронные документы и иную документированную компьютерную информацию, которые не являются электронными техническими устройствами ни по своей физической природе, ни в соответствии с их законодательными определениями (Федеральные законы «Об электронной цифровой подписи», «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»).

Рассматривая электронные документы и электронные вещественные доказательства, Л. Б. Краснова неоднократно подчеркивает, что их основным отличием от обычных доказательств является «виртуальная природа закрепления информации на них»[144]. Мы полагаем, что эта позиция глубоко ошибочна, поскольку, во-первых, в основе любого электронного документа лежит электронно-цифровая природа фиксации информации[145], во-вторых, понятие «виртуальный» происходит от лат. virtualis - «не имеющий физического воплощения или воспринимаемый иначе, чем реализован в действительности»[146]. Аналогично мы оцениваем и термин «виртуальный след». Представляется, что с позиций криминалистики «виртуальных следов» и «виртуального либо кибернетического пространства» не может быть в принципе, равно как «виртуальных доказательств», и «виртуальной природы фиксации доказательственной информации» с точки зрения уголовно-процессуальной науки.

Вернемся к аргументации В. А. Мещерякова. Автор по тексту работы в определенной степени сам себе противоречит, утверждая, что «виртуальные следы» существуют de facto на материальном носителе, но не доступны непосредственному восприятию их человеком», но в то же время далее пишет: «... для их извлечения необходимо обязательное использование программно-технических средств, что сближает эту группу с материальными следами, но не делает их таковыми»[147]. Данную позицию разделяют Ю. В. Гаврилин, Г. В. Семенов, А. И. Усов и ряд других авторов. Они ошибочно полагают, что, помимо традиционных материальных и идеальных следов, исследуемых в рамках криминалистического учения о следах и в теории о механизмах следообразования, в отдельную категориальную группу нужно выделять и виртуальные (информационные) следы[148]. При этом в качестве следообразующих и следовоспринимающих объектов они правильно указывают на объективные формы представления компьютерной информации - файлы, компьютерные программы и другие[149]. Мало того, А. И. Усов, и в этом его также надо поддержать, предложил под виртуальным следом понимать любую зафиксированную криминалистически значимую компьютерную информацию, в том числе данные об ее изменении[150].

По поводу изложенных В. А. Мещеряковым научных положений В. Н. Черкасов и А. Б. Нехорошев заметили: «Следы на фотопленке тоже недоступны их непосредственному восприятию. След пальца руки может быть не заметен без соответствующего инструмента. Однако это не повод считать их не материальными»[151].

В 1998 г. В. В. Крылов, изучая на уровне докторской диссертации следовые картины криминальной деятельности в сфере информации как отражение способа совершения преступления, методологически верно выделил такие следы преступлений, как: файлы; сигналы; машинные носители; ЭВМ и другие компьютерные устройства; системы ЭВМ; компьютерные сети и сети электросвязи; линии электросвязи; программы для ЭВМ, в том числе специализированные («хакерские»); постоянные и оперативные запоминающие устройства и изменения, которые в них происходят; базы данных; изменения в файловой системе и операционной системе; электронные коды доступа в сеть ЭВМ[152]. Результаты его диссертационного исследования были положены в основу многих научных работ по смежным темам других авторов, в том числе настоящего монографического труда.

Рассматривая отдельные аспекты фиксации электронно-цифровых следов как доказательств, отметим следующее.

«Поскольку доказательства - суть отражения преступления в окружающей среде, - писал Р. С. Белкин, - результат их фиксации будет отражением отражения, или производным отражением. В информационном аспекте речь идет о переносе информации с одного объекта - доказательства - на другой - материальное средство фиксации»[153]. Это положение в полной мере относится и к такой объективной форме существования информации, как компьютерная. Причем, как было отмечено, перенос (копирование) ее с одного материального объекта на другой, например из памяти цифрового фотоаппарата на оптический компакт-диск, возможен только с помощью необходимых научно-технических средств - средств электронно-вычислительной техники и соответствующего программного обеспечения. При этом передача, копирование компьютерной информации неизбежно сопровождаются потерей части доказательственной информации.

Принимая за основу методологический подход, предложенный Р. С. Белкиным[154], считаем, что информационная сущность фиксации доказательств, находящихся в электронно-цифровой форме, будет заключаться в том, что:

1) производится перекодировка доказательственной компьютерной информации, содержащейся на оригинальном материальном носителе, в форму, доступную для восприятия ее человеком, например, она отображается на экране (мониторе) компьютерного устройства или прослушивается как фонограмма;

2) компьютерная информация изымается вместе с ее материальным носителем либо копируется на отличный от оригинала материальный носитель, когда его изъятие невозможно или нецелесообразно;

3) обеспечивается сохранение доказательственной компьютерной информации для неоднократного ее использования в процессе доказывания, например, в процессе судебно-экспертного исследования, предъявления как доказательства в ходе допроса и (или) судебного разбирательства;

4) благодаря сохранению зафиксированной «порции» компьютерной информации обеспечивается возможность ее накопления до необходимого объема, т. е. до момента доказанности всех обстоятельств, подлежащих установлению. Например, по реквизитам файла электронного сообщения, отправленного преступником в адрес потерпевшего, устанавливают примерную дату и время совершения преступления, электронный адрес преступника, идентификатор его компьютерного передающего устройства, абонентский номер этого устройства в компьютерной сети оператора связи, физический адрес нахождения компьютерного устройства, с которого было отправлено сообщение, возможные следы подготовки указанного сообщения на данном техническом устройстве;

5) обеспечивается возможность отбора информации о событии преступления: фиксируется не вся компьютерная информация, поступающая к следователю и в суд, а лишь относящаяся к предмету доказывания (относимая компьютерная информация), допускаемая законом (допустимая компьютерная информация) и существенная в рамках предмета доказывания;

6) запечатлевается не только сама доказательственная компьютерная информация, но и информация о путях, способах ее получения как необходимое условие признания ее допустимости по делу[155].

Фиксация доказательства, в том числе находящегося в виде компьютерной информации, преследует цель запечатления фактических данных. Причем, если на первый план в процессуальном понимании фиксации таких доказательств выступает процессуальная форма их удостоверения и запечатления, то с криминалистических позиций понятие фиксации доказательственной компьютерной информации носит содержательный характер. Здесь делается упор на действия по фиксации доказательств и средства этих действий. В. Е. Шабалин понимает фиксацию доказательств как «производимую с соблюдением процессуальных правил и с помощью средств и приемов криминалистики деятельность определенных лиц, направленную на сохранение относящихся к делу фактических данных и проводимую в рамках процессуальных норм, обеспечивающих доказательственное значение этих данных»[156]. Все это в полной мере относится и к тем фактическим данным, которые находятся в электронно-цифровой форме в виде компьютерной информации.

В заключение сделаем краткие выводы.

1. Электронно-цифровой след - это любая криминалистически значимая компьютерная информация, т. е. сведения (сообщения, данные), находящиеся в электронно-цифровой форме, зафиксированные на материальном носителе с помощью электромагнитных взаимодействий либо передающиеся по каналам связи посредством электромагнитных сигналов.

2. Электронно-цифровые следы являются материальными невидимыми следами. В основе механизма их образования лежат электромагнитные взаимодействия двух и более материальных объектов - объективных форм существования компьютерной информации.

3. Воздействие одной объективной формы существования компьютерной информации на другую (взаимодействие объектов следообразования) может быть обнаружено по наблюдаемому различию между тремя известными их состояниями.

4. Основными следообразующими и следовоспринимающими объектами являются: электромагнитный сигнал, файл, программа для ЭВМ и других компьютерных устройств (компьютерная программа), база данных, электронное сообщение, электронный документ, электронная страница в сети ЭВМ, сайт в сети ЭВМ.

5. Электронно-цифровыми следами-предметами следует считать машинные носители информации, интегральные микросхемы, микроконтроллеры, ЭВМ, системы ЭВМ, сети ЭВМ. Помимо того, что в них содержится компьютерная информация, связанная с событием преступления, отдельные электронные модули этих предметов (за исключением машинных носителей) при работе излучают в окружающее пространство дополнительную криминалистически значимую компьютерную информацию, которая может быть дистанционно обнаружена и зафиксирована посредством соответствующих радиоэлектронных или иных специальных технических средств. В последующем эта информация с помощью компьютерных программ и средств электронно-вычислительной техники может быть расшифрована (раскодирована), представлена в человекочитаемом виде и использована в целях уголовного судопроизводства.

Подготовка к ЕГЭ/ОГЭ
<< | >>
Источник: Вехов В. Б.. Основы криминалистического учения об исследовании и использовании компьютерной информации и средств ее обработки : монография / В. Б. Вехов. - Волгоград : ВА МВД России,2008. - с.. 2008

Еще по теме § 3. Понятие и механизм образования электронно-цифровых следов:

  1. Кибернетика и экономика
  2. § 3. Конкретные виды преступлений против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления
  3. § 3.5. Правотворчество перед вызовами глобализма
  4. § 4.7. Проект «электронного государства» и проблема тотального контроля над человеком
  5. § 3. Особенности производства типичных следственных действий первоначального этапа расследования
  6. СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ
  7. оглавление
  8. § 1. Понятие и предпосылки возникновения учения об исследовании и использовании компьютерной информации и средств ее обработки как частной криминалистической теории
  9. § 2. Предмет, объект, система и задачи криминалистического компьютероведения
  10. § 1. Понятие и сущность компьютерной информации как объекта криминалистического исследования
- Административное право зарубежных стран - Гражданское право зарубежных стран - Европейское право - Жилищное право Р. Казахстан - Зарубежное конституционное право - Исламское право - История государства и права Германии - История государства и права зарубежных стран - История государства и права Р. Беларусь - История государства и права США - История политических и правовых учений - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминалистическая тактика - Криминалистическая техника - Криминальная сексология - Криминология - Международное право - Римское право - Сравнительное право - Сравнительное правоведение - Судебная медицина - Теория государства и права - Трудовое право зарубежных стран - Уголовное право зарубежных стран - Уголовный процесс зарубежных стран - Философия права - Юридическая конфликтология - Юридическая логика - Юридическая психология - Юридическая техника - Юридическая этика -