Об особенностях хозяйства в средние века

Почему необходимо было вмешательство властей в процесс ценообразования? Какую прибыль можно считать умеренной? Религия не могла ответить на этот вопрос однозначно. Не было подсказок и у Аристотеля.

В то же время сама система экономических отношений не вырабатывала каких-то объективных ограничителей для величины прибыли. Если в условиях современной рыночной экономики конкуренция более или менее выравнивает цены, создавая этим внутрирыночные лимиты для прибыли, то в описываемые времена ничего подобного не наблюдалось

В условиях средневекового хозяйственного уклада абсолютно господствовал принцип монополии. Конкуренции избегали всеми средствами. Уставы городских цехов были построены так, чтобы предотвратить конкуренцию между мастерами. Для этого, в частности, были установлены обязательные нормы ученичества — чтобы не множилось число мастеров. Устав Ганзейского союза был построен аналогично с целью избежать конкуренции между купцами. Все это не было вызвано какой-то особой жадностью.

Боязнь конкуренции имела под собой объективную основу в те времена ручного труда и однообразных условий производства и торговли.

Конкуренции мог желать лишь тот, кто имел какое-то естественное преимущество, скажем, более дешевое сырье или особое качество продукта, вызванное, допустим, свойствами почвы (как некоторые французские вина). Такая конкуренция неизбежно разоряла соперников и могла привести к упадку целых городов и местностей. Оттого и боялись конкуренции, как черт ладана.

Сказанное объясняет многие обычаи средневекового производства Непременным стремлением было получить привилегию в торговле, если речь шла о новом рынке сбыта, или привилегию в производстве, если дело было в новом для данной местности виде продукта Законодательство было нацелено на охрану местных ремесленников и купцов от проникновения чужаков на их рынки (такая политика называется протекционизмом). Уставы ремесленных цехов предусматривали строжайшую охрану секретов производства. Вступая в члены цеха, подмастерье давал соответствующую клятву, за нарушение которой полагалась смерть.

Поскольку везде и во всем царила монополия, постольку и цены были монопольными. Они могли давать и нередко давали весьма и весьма высокие барыши. Дошедшие до нас документы показывают, что прибыль часто могла достигать 100, 200 и более процентов по отношению к затратам. А величина 40—60 процентов была практически заурядной.

Сказанное делает понятным требование средневековых идеологов ограничивать размеры прибыли законодательным путем. И такое лимитирование прибыли осуществляли тогда, насколько могли, светские власти.