<<
>>

СООТНОШЕНИЕ КАТЕГОРИЙ ДИАЛЕКТИЧЕСКОГО И ИСТОРИЧЕСКОГО МАТЕРИАЛИЗМА

 

Проблема соотношения категорий исторического материализма определяется прежде всего соотношением диалектического материализма и исторического материализма как наук. Известно, что исторический материализм есть составная часть марксистско-ленинской философии, что он представляет собой распространение положений диалектического материализма па понимание общества, на понимание его истории, что он является материалистическим пониманием истории.

Известно, что если до Маркса и Энгельса уже существовал философский материализм, то в понимании общественных явлений до марксизма не было материализма, что домарксистские философы-материалисты были материалистами лишь в понимании природы, в общефилософских вопросах, а в понимании общества оставались в основном на позициях идеализма. Ведь домарк- совский материализм был, по выражению основоположников марксизма, материализмом лишь «внизу», т. е. в понимании природы вообще, и создание науки, исторического материализма было доведением материализма «до верху», до понимания общественной жизни. Этот научный подвиг, совершенный основоположниками марксизма, был вызван не только теоретическими, но и практическими потребностями, а именно необходимостью дать пролетариату идейное оружие для ниспровержения капиталистического общества и создания социалистического, коммунистического общества.

Ввиду того обстоятельства, что общественная жизнь всеми мыслителями до марксизма понималась в основном идеалистически, исторический материализм явился совершенно новой наукой, в своих принципиальных основах коренным образом отличавшейся от всей домарксистской социологии. Однако это, конечно, не значит, что исторический материализм ничего не использовал из старых домарксистских наук об обществе. Многие категории старой социологии и исторической науки, такие, например, как экономика, общественные классы, политика, духовная жизнь общества и т.

д., вошли в исторический материализм, хотя во многих случаях и с новіьім пониманием своего содержания и в особенности с новым пониманием их соотношений. С другой стороны, некоторые категории исторического материализма, такие, например, как базис и надстройка, были введены в общественную науку лишь марксизмом.

Исторический материализм отличается тесной и органической связью с диалектическим материализмом, гораздо более тесной и неразрывной, чем связь между домарксистской со- циологией и домарксистскими философскими системами, что и подчеркивается вышеуказанным определением исторического материализма как распространением диамата на область общественных явлений. Эта связь взаимная: положения диалектического материализма не только преломляются и конкретизируются в историческом материализме, но, с другой стороны, входят в обоснование ряда положений диалектического материализма. Так, например, Л. Фейербах, раскрывая свое материалистическое понимание отношений между объектом и субъектом, аргументировал это понимание лишь антропологически, натуралистически (для себя я субъект, а для тебя — объект, без объекта — природы и других людей — не может быть и субъекта и т. д.), но не исторически. Диалектический же материализм для обоснования положения о первичности объекта в отношении субъекта привлекает вопрос о соотношении общественного бытия и общественного сознания в истории общественного развития: общественное бытие определяет общественное сознание.

Таким образом, в отличие от фейербаховской внеистори- ческой аргументации единства субъекта и объекта, диалектический материализм обосновывает понимание отношений между субъектом и объектом положением исторического материализма об изменении общественного сознания в зависимости от исторического изменения общественного бытия.

Как- видим, философский характер исторического материализма несомненен. В нашей философской литературе справедливо критиковались попытки объявить истмат не философской, а специальной наукой,'наподобие физики, языкознания или исторической науки.

Эти попытки, несомненно, ведут к отрыву истмата от диамата, к принижению значения и теоретической силы как первого, так и второго. Диамат и истмат сильны прежде всего своей неразрывной связью, своей монолитностью. (...)

Истмат есть часть марксистской философии, однако это только одна сторона вопроса. Другая сторона состоит в том, что истмат нельзя полностью отождествить с диаматом. Диамат— это наука о наиболее общих законах природы, общества и человеческого мышления, т. е. наука о таких законах, которые действуют во всех этих трех областях. Истмат же представляет собой науку о законах общественного развития, т. е. о таких законах, которые действуют лишь в общественной форме движения материи. Таким образом, истмат отличается от диамата прежде всего объемом действия своих законов.

Некоторые из этих законов истмата суть общие с диаматом, например закон соотношения бытия и сознания. В. И. Ленин указывал, что нельзя не видеть прямой и неразрывной связи между положением диалектического материализма о том, что бытие определяет сознание, и положением исторического материализма, согласно которому общественное бытие определяет общественное сознание; другие же вполне специфичны для истмата, например закон соотношения народных масс и личности в истории. Однако и первая группа законов по существу тоже специфична для истмата в том смысле, что эти законы действуют в области общественных явлений специфическим образом и, (...) наконец, как уже говорилось, истмат имеет свою собственную систему категорий.

Все категории исторического материализма — не только такие, как, например, экономика, политика, государство и т. п., но и категорий, близкие к диалектическому материализму, как общественное бытие и общественное сознание, материальные отношения и т. д. — суть собственные категориии исторического материализма, имеющие здесь свое особенное содержание и смысл. Это тем более относится к законам исторического материализма. Так, например, закон об определяющей роли экономики в отношении остальных сфер общественной жизни или закон соответствия производственных отношений уровню и характеру производительных сил формулируется именно историческим материализмом.

(...) Итак, истмат есть особая наука в системе марксистских философских наук, есть марксистская социология.

История общественных наук показывает необходимость социологии, т. е. науки о законах исторического процесса, в отличие от исторической науки, изучающей конкретные пути исторического развития. Социология как наука возникла задолго до исторического материализма. В. И. Ленин вскрыл основные недостатки и пороки домарксистской социологии. Все это потребовало создания новой науки о закономерностях истории человечества. Термин «социология» в применении к историческому материализму не употреблялся в течение многих лет, за исключением отдельных случаев. Однако термин «социологический» в смысле «общеисторический» употреблялся. В настоящее время термин «марксистская социология» в применении к историческому материализму не встречает протеста как термин, наиболее адекватно обозначающий науку о действительно общих законах истории. Этот термин полезен также и для преодоления неправильного, но довольно долгое время существовавшего мнения, что якобы марксизм не признает общих закономерностей истории, а признает лишь законы отдельных социально-экономических формаций. Кроме того, термин «марксистская социология» необходим и для преодоления неправильных взглядов на исторический материализм как лишь на метод общественных наук, взглядов, фактически отрицающих за историческим материализмом достоинство самостоятельной науки, исследующей объективные законы исторического процесса. Что исторический материализм является марксистским методом изучения общественных явле- ний, это бесспорно. Но метод, поскольку он претендует на объективное значение, должен основываться на объективных исторических фактах и законах. Поэтому истмат есть прежде всего онтология общественной жизни, т. е. познание этой жизни, как она есть сама по себе, независимо от нас, и только на этой основе од выполняет методологическую функцию.

Понимая истмат как науку о законах истории, надо иметь в виду, что каждая общественно-экономическая формация наряду с действующими в ней общеисторическими (социологическими) законами имеет и свои собственные, присущие только ей, законы и закономерности, определяющие возникновение, развитие и упадок этой формации.

То обстоятельство, что домарксистская социология не признавала или не знала существования отдельных социально-экономических формаций и присущих им специфических законов, как раз и было причиной дискриминации термина «социология» применительно к историческому материализму.

В связи с этим возникает вопрос о соотношении исторического материализма и исторической науки. Данное соотношение, если взять его в самой общей форме, состоит в том, что исторический материализм и формулирует законы и закономерности исторического процесса в их, так сказать, «чистом» виде, т. е. в их логической отвлеченности, а историческая наука изучает конкретные модификации этих законов и закономерностей, их проявления в ходе реального исторического процесса. В самом деле, возьмем, например, вопрос о классическом рабовладельческом обществе. Рассматривая вопрос о том, какова основная причина разложения первобытнообщинного строя и возникновения рабовладельческого общества, истмат освещает этот вопрос как пример действия общеисторического (социологическогр) закона соответствия производственных отношений уровню и характеру производительных сил. Истмат отнюдь не рассматривает особенности реального развития рабовладельческих стран (Древней Греции, Рима, стран Востока и т. д.), последнее — дело исторической науки.

Возьмем еще пример. Исторический материализм изучает и формулирует общий закон, присущий не одной какой-либо формации, а нескольким формациям, — закон классовой борьбы, соотношение и взаимозависимость различных ее форм (экономической, политической и идеологической) с учетом того, какие особенности принимало действие этого общего закона в отдельные эпохи развития человечества. Историческая же наука изучает те особенности социально-классовых взаимоотношений, какие имели чі имеют место в отдельных формациях и в отдельных странах. (...)

Ошибочно полагать, что историческая наука лишь описывает факты. Она раскрывает их закономерную связь. История есть наука не фактологическая, не описывающая только, но и раскрывающая действия закона.

Но исторический материализм интересует закон как таковой, а историческую науку — сто конкретное действие. Исторический материализм, пользуясь достижениями исторической науки, выводит свои законы широкой общности и значения, доводя их до степени общих законов исторического процесса.

Все сказанное необходимо было для того, чтобы выяснить характер категорий исторического материализма. Мы видели, что исторический материализм занимает как бы «среднее место» между диалектическим материализмом и исторической наукой, категории исторического материализма поэтому также занимают это среднее место. Они не столь всеобщи, как категории диалектического материализма, но и не столь част- пы, как категории исторической науки. (...)

Целый ряд понятий исторической науки, а именно те понятия, которые имеют частный характер в смысле временном, пространственном (территориальном), личном и т. д., не входят в исторический материализм как предмет исследования, употребляются в его теоретической ткани лишь в иллюстративном плане. Что же касается категорий диалектического материализма, то все они употребляются в историческом материализме. В этом нет ничего неожиданного: философские категории употребляются все или частью в любой специальной науке, однако в историческом материализме они исследуются лишь в той более конкретной форме, в какой эти общие определения бытия выступают в общественной жизни.

При этом некоторые категории исторического материализма даже терминологически, словесно близки к категориям диалектического материализма. Это относится в особенности к категориям общественного бытия и общественного сознания, к категории материальных общественных отношений, а также к категории базиса. (...) Назовем эту группу категорий философскими категориями истмата. Они немногочисленны.

Другая группа категорий истмата, составляющая большинство истматовских категорий, вполне специфична для последнего, не имеет непосредственного философского содержания и в диамате употребляется лишь в иллюстративном плане, например: экономика, политика, идеология, производственные отношения, классовая борьба, демократия, диктатура и т. д. Назовем эту группу категорий социологическими категориями истмата.

Каково соотношение между категориями диамата и категориями истмата первой группы, т. е. группы философских категорий диалектического материализма, а именно: «бытие», «материя», «сознание», «основа», «обоснованное» и т. д. суть определения наиболее общего характера, выражающие явления, свойства и отношения природы, общества и мышления. В силу своей предельной общности, т. е. всеобщности, они, обладая огромным познавательным значением, в то же время не могут отображать специфические особенности этих явлений, свойств и отношений в отдельных формах движения материи, в том числе и общественных явлений и отношений. Иными словами, категории диамата недостаточно конкретны для адекватного отображения общественной жизни, нуждаются в своей конкретизации в применении к последней. Они и конкретизируются поэтому в соответственных категориях исторического материализма: общественного бытия, общественного сознания, материальных общественных отношений, базиса и надстройки. (...) В указанных категориях истмата наряду со смыслом соответственных категорий диамата имеются поэтому еще и дополнительные признаки, более конкретный смысл, выражающий специфику определенных явлений и отношений общественной жизни.

Каково далее соотношение между категориями диамата и категориями истмата второй группы, названными -нами социологическими категориями истмата? Категории истмата этой группы, как уже говорилось, не имеют непосредственного философского смысла и ничем не отличаются по своей природе от категорий любой специальной науки, таких, как, скажем, наследственность, стоимость и т. д. Их соотношение с категориями диамата такое же, как и соотношение категорий любой специальной науки, а именно: категории диамата дают методологическую, диалектико-материалистическую основу для выяснения природы и соотношения этих категорий.

Так, например, исторический материализм определяет политику как концентрированное выражение экономики, ее обобщение и завершение. Это положение является выражением диалектико-материалистического подхода к соотношению экономики и политики. Оно означает, что политика и экономика тесно связаны между собой на основе определяющего действия экономики на политику, что политические актіьі являются сознательным и обобщенным выражением тех тенденций, которые в массовом порядке проявляются в экономике, что политические мероприятия имеют своей целью прежде всего развитие тех тенденций, которые проявились в экономике, либо их пресечение.

Возьмем еще пример. Исторический материализм рассматривает буржуазную демократию как форму диктатуры буржуазии, а диктатуру пролетариата — как выражение подлинной, действительной демократии. В этих положениях ясно выражен материалистический и диалектический подход к соотношению данных категории.

Или же, например, соотношение народных масс и личности в историй. Это соотношение является выражением диалектического взаимодействия общего и отдельного, классически сформулированного В. И. Лениным в фрагменте «К вопросу о диалектике». Короче говоря, данная группа категорий свя- :lt;;ша с диалектическим материализмом не смыслом и содержанием отдельных категорий, как первая группа, а применяемым к соотношению этих категорий марксистским диалектическим методом как методом общенаучным.

Таким образом, самый общий анализ категорий истмата подтверждает еще раз положение о том, что исторический материализм является одновременно и философской наукой, п марксистской социологией. При этом граница этих двух сторон исторического материализма проходит по линии различения философских и социологических категорий истмата. Если бы истмат содержал в себе только социологические категории, как это имело место в домарксистской и имеет место в современной буржуазной социологии, то истмат был бы просто социологией, специальной наукой об обществе. Но это, как мы видим, не так. Марксизм поднял науку об обществе не только тем, что раскрыл диалектико-материалистическое понимание отношений между старыми, социологическими категориями, но и тем, что ввел ряд новых, философских категорий, непосредственно связанных с диаматом и выступающих, его продолжением в области общественных явлений. Мы сознательно употребили слово «продолжение» в отличие от термина «применение». В области социологических категорий диамат применяется, как во всякой специальной науке, а в области философских категорий истмата диамат продолжается, доводится до верху.

Соотношение категорий диалектического материализма, с одной стороны, и исторического материализма — с другой, определяется также их различной научной природой, выражающейся в различии тех теоретических функций, которые выполняют эти две указанные науки. Диалектический материализм есть теоретическая основа истмата и других марксистских философских наук: этики и эстетики. Диамат — это, так сказать, сердцевина всей этой группы марксистских философских дисциплин, их теоретическое средоточие. Диалектический материализм, являясь наукой о наиболее общих законах всей действительности и мышления, есть теоретическая основа всех наук и всей практики. Поэтому теоретические функции или задачи, выполняемые диалектическим материализмом, обладают наибольшей многогранностью сравнительно со всеми остальными науками, в том числе и с историческим материализмом.

Диалектический материализм обладает четырьмя основными теоретическими функциями: онтологической, гносеологической, логической и методологической. Что подразумевается под онтологической стороной или функцией науки? Каждая наука изучает явления окружающей людей действительности так, как они суть сами по себе, независимо от нас, от субъ- екта. (...) Так же и марксист, исследующий явления общества, подходит к ним прежде всего как к естественноисториче- скому процессу, т. е. как к тому, что происходит в обществе помимо воли и сознания людей.

Даже исследование явлений сознания и мышления в психологических и логических науках требует такого онтологического подхода, т. е. исследования явлений сознания и мышления, как специфических явлений природы. Онтологический подход и соотвественно онтологическая функция, т. е. объяснение явлений как таковых, отвлекаясь от их отношений к сознанию человека, есть основная и опредляющая функция науки. Наука, лишенная задачи раскрывать и объяснять явления окружающего нас мира, перестает быть наукой. Эту задачу— объяснить мир в целом — выполняет философия. Именно в силу этой функции она и является мировоззрением. Называя марксистскую философию наукой о наиболее общих законах природы, общества и мышления, мы и формулируем прежде всего ее онтологическую задачу и соответственно онтологическую функцию: открытия и объяснения всеобщих законов действительности.

Своей онтологической функцией философия не отличается качественно от специальных наук. Она отличается от них в этом отношении, однако, широтой своего предмета, т. е. тем, что- объясняет мир в целом и его всеобщие законы, а не части (области) этого мира и не частные законы, управляющие явлениями лишь этой области. Онтологическая сторона науки и философии объективна не только по содержанию, но и по форме: она отвлекается от субъекта. Объективно реальное бытие, материя первично в отношении субъекта, а следовательно, и в отношении гносеологии и логики, так как законы познания и мышления определяются объективными свойствами и законами природы. Поэтому онтологическая функция является в философии начальной и определяющей все остальные ее задачи и функции. Отрицание этой функции философии вообще и марксистской философии в частности современными идеалистами и позитивистами не случайно: они имеют целью лишить философию ее ,объективного научного значения, превратить в наукообразную субъективную конструкцию. (...)

Значение диалектического материализма не исчерпывается объяснением мира, марксистская философия одновременно является и теорией познания, гносеологией. Гносеологическая функция — это специфическая функция философии: специаль^- ная наука не является гносеологией. Основной вопрос философии, вопрос об отношении мышления к бытию, есть вопрос не только онтологический, но и гносеологический, точнее — он является основой теории познания. Действительно, материализм и идеализм представляют собою различные и противоположные основы теории познания.

Материалистический принцип первичности материи в отношении мышления, теория отражения бытия сознанием определяют решение всех вопросов марксистской теории познания. Другая сторона этого основного вопроса, т. е. вопроса о познаваемости мира, есть также сугубо гносеологический вопрос. Таким образом, основа гносеологии лежит в области философского материализма. (...)

Гносеология имеет, в свою очередь, две части: первая определяет, в чем состоит природа сознания и мышления (теория отражения бытия сознанием), а вторая — как происходит процесс познания. Таким образом, в гносеологии в широком смысле слова, охватывающей весь диалектический материализм, следует различать одну часть, один раздел, который является теорией познания в более узком смысле слова, а име- но учение о процессе познания (о ступенях познаниях и их соотношении, об истине, о роли практики и т. д.).

Диалектический материализм является также весь, целиком и онтологией, за исключением этого последнего раздела— учения о процессе познания, так как онтологическое значение имеет не только философский материализм, но и диалектика— ее принципы, законы и категории. У всех у них есть одновременно и онтологическое и гносеологическое значение: все они суть одновременно и объективные явления, объективные законы и закономерности и их аналоги — законы философской науки.

Таким образом, онтология и гносеология в диалектическом материализме суть не отдельные его части, а лишь различные аспекты, различные грани одного и того же содержания, отдельные функции, выполняемые этим содержанием, этими идеями. Но диалектический материализм не только раскрывает законы природы и познания, но и учит мыслить по-марксистски. В этом состоит его логическое значение, логическая функция. Отделить задачи логики от онтологии легко, труднее отделить логику от гносеологии. Однако и здесь различие этих задач достаточно ясно. Надо различать познание и мышление. Гносеология есть учение о познании, а логика — учение о мышлении. Познание — это результат деятельности мышления. Мышление же есть орудие, инструмент познания. (...)! Мышление имеет свои законы, соблюдение которых обусловливает правильность получаемых результатов. Оно обладает также своими формами, в рамках которых проходит процесс мышления. Формы и законы мышления также надо различать. Их различие подобно различию техники и технологии в производстве. Образы чувственного восприятия приобретают логические формы понятий, суждений и выводов, подобно тому, как в процессе производства предметы природы под воздействием инструментов и станков видоизменяют свои формы, превращаясь в готовую продукцию. (...)

Процесс познания и соответственно теория познания также имеют свои законы и формы, но уже другие. Закономерности процесса познания по объему своего действия значительно шире закономерностей мышления (логики), так как процесс познания начинается с ощущения, восприятия и прочих форм и ступеней чувственного познания, тогда как логика имеет дело с «готовым материалом», полученным на ступени чувственного познания. Она изучает лишь вторую ступень познания, процесс рациональной обработки материала чувственности. Учение теории познания о ступенях познания, о так называемом материальном критерии истины, о роли практики и т. д. выходит за границу логики.

Различие теории познания и логики состоит и в том, что логика имеет нормативный характер: она дает нормы, правила мышления, учит правильно мыслить. Такие требования диалектической логики, как требования конкретности,, возможной всесторонности, историчности (учета места, времени и обстоятельств), взаимопереходов и взаимопроникновения мыслей и т. д., вытекающие из проявления законов диалектики в процессе мышления, несомненно имеют нормативный характер. В отличие от норм формальной логики, имеющих общечеловеческий характер и значение, нормы диалектической логики суть нормы марксистского мышления, т. е. более высокие требования к мышлению.

Диалектическая логика, так же .как и формальная, заключает в себе две основные проблемы и соответственно две основные части: учение о законах мышления и о віьітекающих из этих законов правилах (и приемах) мышления и учение о формах мышления. Так, например, из закона единства, взаимопроникновения и борьбы противоположностей, являющегося одновременно и объективным законом действительности, и принципом познания, и законом марксистского мышления, вытекает правило, или прием, при характеристике и оценке того или иного явления в процессе его развития учитывать его противоположную сторону: в положительном — отрицательное, в правильном — неправильное, в желательном — недостатки, в случайном — необходимое, в успехе — возможность поражения, в уроках поражения — залог будущего успеха и т. д. (...)              ,

Вторую сторону диалектической логики, как уже отмечалось, составляет изучение смысловой природы и соотношения форм мышления: понятий, суждений и выводов, присущих марксистскому мышлению, как высшему мышлению, имеющему дело с процессом развития. Эта работа имеет огромное значение. Еще Р. Декарт сказал: «Определяйте значение слов, и вы избавите мир от половины его заблуждений». Формы мышления в формальной и диалектической логике одни, но в диалектической логике они более сложны и идут дальше.

Категории суть, разумеется, понятия, и соответственно к ним применимы все их формально-логические характеристики, но это не просто всякие понятия, а такие, за которыми стоят' закономерности, всеобщие отношения действительности. Кроме того, учение о категориях — не формально, а содержательно.

Формальная логика трактует лишь понятие вообще — его виды, признаки и т. д., не касаясь конкретного содержания каждого отдельного понятия. Последнее и невозможно, так как понятий огромное множество. А диалектическая логика не останавливается на определениях, присущих всем категориям, а должна спуститься до изучения каждой категории в отдельности и до изучения каждой отдельной связи между категориями. Это возможно, так как категорий немного. Диалектическое учение о категориях не может поэтому уложиться в рамках формально-логического учения о понятии.

В. И. Ленин неоднократно обращал внимание на величайшее значение правильного марксистского мышления в решении политических и иных вопросов практической жизни, а также и в области специальных наук. В «Материализме и эмпириокритицизме» он показал, что неумение ряда естествоиспытателей мыслить марксистски, диалектически было одной из причин кризиса физики второй половины XIX и начала XX в. (...)

Перейдем к методологической функции диалектического материализма. Понятие методологии связано с понятием метода, однако едва ли правильно думать, что методологической функцией обладает лишь диалектика, что только она одна нужна деятелям практики, науки и искусства в их работе. Последним в такой же мере нужен и материализм. Соблюдать нормы, правила диалектического мышления — это одна из сторон методологической функции марксистской филосрфии, но отнюдь не вся функция. Данную функцию выполняет весь диалектический материализм, и она вытекает из всех вышеизложенных функций последнего.

В самом деле. Мировоззренческая, онтологическая функция имеет определяющее значение и для методологического руководства практикой, наукой и искусством со стороны марксистской философии. Без марксистского мировоззрения, без материалистического взгляда на природу, общество и законы их развития невозможно сознательное применение этими работниками ни марксистской теории познания, ни диалектической логики. Таким образом, методологическая функция включает в себя ряд сторон, соответственно трем предыдущим функциям, а именно: воспитание марксистского мировоззрения; внедрение в практику общественной работы и руководства, а также в практику научной и художественной деятельности марксистского диалектического метода; воспич тание умения применять в практической и теоретической деятельности нормы и приемы диалектической логики, умения мыслить по-марксистски.

Таковы основные теоретические задачи, или функции, диалектического материализма. Следует еще раз подчеркнуть, что все эти функции следует понимать как различные грани одного и того же философского содержания. Образно выражаясь, диалектический материализм поворачивается то одной, то другой гранью, в зависимости от того, какая задача решается, чему именно философия помогает.

Не только диалектический материализм в целом, но и многие отдельные его положения выполняют всю совокупность этих функций. Таковы, например, все законы и категории диалектического материализма. Так, категории «форма» и «содержание», как взятые по отдельности, так и связанные в закон «содержание определяет форму», выражают объективные связи, отношения (онтологическое значение), выступающие в процессе познания всех явлений (гносеологическое значение), есть формы мышления (логическое значение) и поэтому требуют учета их природы и соотношений в процессе практики и познания (методологическое значение).

Другие положения диалектического материализма обладают преимущественно тремя функциями: онтологической, гносеологической и методологической. Так, например, вопрос об отношении бытия и сознания является предпосылкой материалистической логики, но не непосредственно логическим. Наконец, некоторые проблемы диалектического материализма лишены непосредственного онтологического смысла. Таково учение о процессе познания. Это и понятно, так как этот отдел трактует не мир как таковой, а его отражения в уме человека. Приписывание онтологического смысла таким понятиям, как, например, понятие истины, т. е. представление, что истина есть не соответствие мысли действительности, а сама эта действительность, — извращение марксистского материализма, гипостазирование идей (представление об идеях как о внешних существах).

Таким образом, философский материализм и диалектика имеют одинаковое значение и достоинство в качестве онтологии, гносеологии и методологии. Но если философский материализм есть лишь теоретическая основа логики, то марксистская диалектика является логикой по своему существу.

Таковы основные функции диалектического материализма и таково соотношение и место этих функций в диамате., Какие же функции имеет исторический материализм как наука? Конечно, не все из указанных. Как было сказано, специальные науки в общем имеют лишь одну функцию — онтологическую. Правда, теоретические, обобщающие науки в той или иной отрасли знания выполняют и методологическую функцию по отношению к более частным и специальным дисциплинам своєї! области. Такие науки, как теоретическая физика, несомненно даібт направление исследованию отдельным областям физической науки; дарвинизм дает направление исследованиям и частных областях биологической науки. Итак, если все науки имеют лишь онтологическую функцию, то теоретические, обобщающие, «обозревающие» науки (греческое «теорео» — значит «обозреваю») выполняют и методологическую функцию в отношении субординированных их наук (но, разумеется, в отличие от диалектического материализма, не всех наук). В действительности, конечно, дело обстоит значительно сложнее, так как взаимное методологическое влияние теоретических наук идет дальше: от теоретических наук одной области знания на науки другой области знания, от математики на многие области естественных и общественных наук, от специальных наук на философию и т. д.

Исторический материализм, так же как и обобщающие науки специальных областей знания, обладает функциями онтологической и методологической. Отличие исторического материализма и его категорий от других теоретических паук состоит, однако, в том, что его онтологическое и методологическое значение распространяется на всю область общественных наук, тогда как в области естествознания к настоящему времени такой обобщающей науки о всей природе еще не существует. Однако исторический материализм обладает и гносеологической функцией, ибо он исследует отношение исторического объекта к историческому субъекту, т. е. является гносеологией в широком смысле слова. Но он не содержит в себе гносеологии в узком смысле слова, т. е. учени,я о процессе познания и его категорий. Так обстоит дело с соотношением категорий диалектического и исторического материализма, если взять этот вопрос в самой общей форме. Но далее идет основная группа вопросов, касающаяся соотношения категорий истмата между собой.

 

<< | >>
Источник: Тугаринов В. П.. Избранные философские труды. — Л.: Издательство Ленинградского университета.1988.—344 с.. 1988

Еще по теме СООТНОШЕНИЕ КАТЕГОРИЙ ДИАЛЕКТИЧЕСКОГО И ИСТОРИЧЕСКОГО МАТЕРИАЛИЗМА:

  1. Марксистская философия
  2.   РУССКИЙ МАТЕРИАЛИЗМ 
  3.   2. Фальсификация диалектико-материалистической философии путем «отождествления» ее с религией  
  4. 3) О субординации категорий
  5. АТРИБУТИВНЫЕ КАТЕГОРИИ
  6. РЕЛЯТИВНЫЕ КАТЕГОРИИ
  7. Введение. Категории и их место в науке исторического материализма
  8. СООТНОШЕНИЕ КАТЕГОРИЙ ДИАЛЕКТИЧЕСКОГО И ИСТОРИЧЕСКОГО МАТЕРИАЛИЗМА
  9. СООТНОШЕНИЕ ОБЩЕИСТОРИЧЕСКИХ И СПЕЦИФИЧЕСКИХ ЗАКОНОВ И КАТЕГОРИЙ ОБЩЕСТВЕННОЙ ЖИЗНИ
  10. ПРОБЛЕМЫ СТРУКТУРЫ, СУБОРДИНАЦИИ И СИСТЕМЫ КАТЕГОРИЙ ИСТОРИЧЕСКОГО МАТЕРИАЛИЗМА
  11. ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ Плюралистические извращения диалектики исторического процесса.
  12. Глава IX Марксистская философия
  13. II.12.2.Советская философия
  14. Тема 2. Исторические типы философии