Юридическая
консультация:
+7 499 9384202 - МСК
+7 812 4674402 - СПб
+8 800 3508413 - доб.560
 <<
>>

Примечания и комментарии

1 Эти понятия есть философские категории (философия - от

греч. philosophia = phileo люблю+ sophia мудрость = любовь к мудрости, любомудрие; учение о наиболее общих законах развития природы, общества и мышления; философ - мыслитель,

разрабатывающий вопросы мировоззрения и методологии познания; категория - от греч.

kategoria утверждение, высказывание, обвинение; признак) - основополагающие, предельно общие и самые широкие понятия (первопонятия), отражающие в человеческом сознании всеобщие, наиболее существенные свойства и отношения объектов реального мира (предметов, вещей, тел, явлений и процессов). Многие философские категории вследствие их всеобщности можно кратко определить только через отрицание, т.е. через их отношение к соответствующим противоположным категориям. Такие категории образуют пары противоположностей, или оппозиций (от лат. oppositio противопоставление; первые 10 пар оппозиций - “предел- беспредельное", “нечет-чет", “единое-многое", "правое-левое", "мужское-женское", "покой-движение", "прямое-кривое", "свет- тьма", "доброе-злое" и "квадрат-прямоугольник" были впервые сформулированы в 6-5 вв. до н.э. в Древней Греции пифагорейцами, которые стремились “объяснить многое с помощью немного"). К первопонятиям относят, например, категории материи и сознания, многого и единого, прерывного и непрерывного, части и целого, единичного и общего, конкретного и абстрактного, содержания и формы, движения и покоя, качества и количества, необходимости и случайности, возможности и действительности, сущности и явления, причины и следствия и т.д. Вместе с тем есть и не парные, одиночные категории, которые отражают не качественные, а количественные отношения объектов (например, категории пространства и времени не

являются противоположностями, но определяют различные количественные отношения движения материи; пространство и время как свойства материи вне материи не имеют самостоятельного физического смысла) [1-4].

Первые философы природы, или физики (от греч. physis природа; позднее их назвали натурфилософами - от лат. natura природа) пытались объяснить весь мир с помощью конкретных понятий ограниченной общности. Так, родоначальник античной науки и философии, основатель философской милетской школы Фалес (ок. 624546 до н.э.; г. Милет, Иония, юго-западное, эгейское побережье Малой Азии - территория современной Турции) возводил все многообразие природы к единой материальной первостихии - к воде, а Анаксимен (ок. 585-525 до н.э.), ученик Анаксимандра (ок.610-546 до н.э.; милетец, родственник и ученик Фалеса; дал первую формулировку закона сохранения энергии - см. Цит.1.1), - к воздуху и его сгущению- разрежению, как причине всех качественных изменений в мире. Позднее Гераклит Эфесский (ок.554-483 до н.э.; г. Эфес, расположен к северу от Милета, Иония), один из основоположников диалектики (от греч. dialektike искусство вести спор; учение о наиболее общих законах развития природы, общества и мышления) как учения о развитии природы, объяснял изменения мира через движение огня (см. Цит. 1.2). Первые попытки объяснить мир с помощью философских понятий предельной общности (бытие, небытие, нечто, ничто и др.), или категорий, были предприняты в 6-5 вв.

до н.э. элеатами - философами- метафизиками (от греч. meta ta physika после физики; метод мышления, противоположный диалектике и рассматривающий явления действительности не в их историческом и логическом развитии, не в процессе становления и взаимной связи, а, наоборот, - раздельно, изолированно, вне процесса изменения, в состоянии покоя) элейской школы, основанной в греческой колонии на юге Италии, в г. Элея Ксенофаном Колофонским (ок.570-480 до н.э.; выходец из г.Колофона, расположенного к северу от Эфеса, Иония; слушатель Анаксимандра; первый из философов выступил с учением о единстве, вечности и неизменяемости сущего: “ всё [многое] есть одно"): Парменидом (ок.540-460 до н.э.; элеец; ученик Ксенофана и пифагорейцев), его учеником Зеноном Элейским (ок.490-430 до н.э.), ставшим основателем античной диалектики как искусства спора, и последним крупным представителем школы Мелиссом Самосским (середина 5 в. до н.э.; о.Самос, Иония) (см. Цит. 1.3, 1.4). В античности (от лат. antiquus древний; период истории и культуры древних греков и римлян) философские категории была исследованы, развиты и систематизированы в трудах древнегреческого философа- энциклопедиста Аристотеля Стагирита (384-322 до н.э.; выходец из г. Стагира, Македония, п-ов Халкидики; слушатель и преподаватель Академии Платона в Афинах на протяжении 20 лет; основал в 335 г. до н.э. на окраине Афин, в Ликее свою собственную философскую школу перипатетиков - от греч. peripatos крытая галерея, в которой преподавание велось во время прогулок в галерее, - крупнейший центр античной науки) (см. Цит.1.11-1.13) [3-7].

Категории, как наиболее общие понятия, дают возможность в краткой, сжатой форме описывать очень большое, в пределе неограниченное количество однородных и разнородных объектов, их свойств и отношений, т.е. классы объектов (класс объектов - это совокупность, множество объектов, их свойств или отношений, имеющих, по крайней мере, хоть одно общее свойство или отношение, на основе которого объекты можно объединить в общий класс и обозначить его именем соответствующего общего понятия или категории). Тем самым мысль, выраженная в категориях, позволяет охватить, объяснить и понять не только отдельные элементы мира (от лат. elementum стихия, первоначальное вещество; составная часть чего-либо), не только конкретные единичные или общие объекты и части мира, но и мир в целом (немецкий философ 18-19 вв. Георг Гегель, создатель теории диалектики понятий, в предисловии к своему главному труду “Наука логики” писал: ”категории...ввиду своей всеобщности служат сокращениями; ведь какое бесконечное множество частностей внешнего существования и деятельности объемлют собой представления [категории]: битва, война, народ... они служат для более точного определения и нахождения предметных отношений... ”). Категории позволяют строить познание и объяснение мира дедуктивным методом (от лат. deductio выведение) - логическим рассуждением от общего к частному и единичному, т.е. способом исследования и изложения, при котором частные положения, например, следствия или теоремы, логически выводятся из общих положений - аксиом, постулатов, гипотез, правил, законов (первым примером дедуктивного способа мышления в истории греческой и европейской мысли стала метафизика Парменида). Дедуктивный метод познания дополняет противоположный ему индуктивный метод (от лат. unductio наведение) - логическое рассуждение от единичного и частного к общему, т.е. способ исследования и изложения, при котором от наблюдения частных, единичных случаев и фактов, от экспериментальных данных и частных положений переходят к обобщениям - установлению общих положений, выводов, гипотез, принципов и законов. Дедукция и индукция являются для человека основными методами логического постижения мира и главными логическими средствами доказательства в науке [1-4, 7-10].

Философские категории определяют базовые уровни, или ступени, познания человеком природы, общества, самого себя и являются важнейшим элементом научного мировоззрения (русский философ Владимир Ульянов-Ленин в своих “Философских тетрадях” так выразил эту мысль: “Перед человеком сеть явлений природы. Инстинктивный человек, дикарь не выделяет себя из природы. Сознательный человек выделяет, категории суть ступеньки выделения, т.е. познания мира, узловые пункты в сети, помогающие познавать ее и овладеть ею”). Помимо категорий философии, известны категории отдельных, частных наук и общенаучные, а также категории культуры и практики. Категории являются одной из основных форм логического процесса мышления, его организующим началом, или принципом (от лат. principium основа, начало). Вся сложная и многообразная система современных человеческих понятий строится на фундаменте соответствующих категорий. Философские категории, как формы языка и мышления, сформировались в общественном сознании не сразу, не одномоментно, а в длительном историческом процессе общественной практики - обобщения опыта познания и трудовой деятельности людей. Эта практика значительно способствовала (причем вопреки постоянному тормозящему влиянию мифологического и религиозного сознания масс) развитию и успехам человеческого разума, мышление которого происходит посредством понятий и категорий и который является главным условием познания и преобразования мира. Без разума человек до сих пор оставался бы в первобытном состоянии и мало чем отличался бы от обезьян! Категории прошлого и сегодняшнего дня не являются раз и навсегда застывшими понятиями, или догмами, однажды определенными и принятыми на веру на вечные времена. К примеру, за последние два столетия физика дополнила категорию материи принципиально новым объективным содержанием: к многовековому пониманию материи исключительно в форме вещества добавилось понимание материи в форме поля - новой, ранее неизвестной реальности, противоположной веществу (хотя еще Фалес, наблюдая в 6 в. до н.э. за движением куска железа при приближении к нему камня из Магнесии - магнесита, или магнита - и за прилипанием шерстяной нитки к янтарю, натертому тканью, фактически видел проявления двух видов этой скрытой реальности: магнитного и электростатического полей, но для философа непонятные явления стали лишь примером “одушевлённости неодушевлённого”, т.е. "фактом” наличия "души” как источника движения у магнита и янтаря [4-7]). Дальнейшее развитие категорий, их обновление, уточнение, переосмысление и обогащение новыми конкретными знаниями связано с активным познанием и практикой нынешнего состава человечества и его потомков.

Категории являются понятиями логики (от греч. logike; наука о законах и формах мышления; традиционная, или формальная, логика изучает формы мыслей и формы их сочетаний, отвлекаясь от конкретного содержания понятий, суждений и умозаключений; диалектическая логика изучает мышление в его развитии, противоречиях и единстве формы и содержания). Все, о чем можно мыслить, в логике называют предметом мысли. Такими предметами в первую очередь становятся объекты реального мира, их свойства и отношения (необходимо всегда помнить, что сам объект и мысль о нем, или предмет мысли, при всей их общности и близости, отличаются друг от друга, они не тождественны друг другу, т.е. не обладают полным сходством, равенством, вопреки мнению того же Парменида, см. Цит. 1.3). Свойства являются внешним проявлением качества объектов. Качество - это неотделимая от объекта его существенная определенность, благодаря которой он является именно этим, а не другим объектом. Качество дает возможность отличать один объект от другого, и благодаря качеству каждый объект существует и мыслится как нечто отграниченное от других объектов. Каждый объект - это единство качества и количества, причем изменение качества означает коренное изменение самого объекта (но изменение отдельных свойств объекта еще не означает изменение его качества). Качество объекта обнаруживается в бесчисленной совокупности его свойств, вытекающих из внутренних и внешних существенных особенностей самого объекта, т.е. объект не состоит из свойств, а обладает ими (существуют не качества и свойства сами по себе, а только объекты, обладающие качествами и свойствами). Свойство объекта - это проявление той или иной определенной стороны качества объекта по отношению к другим объектам, с которыми он находится во взаимодействии, т.е. всякое свойство не абсолютно, а относительно. Например, если вода при нормальном атмосферном давлении и температуре выше нуля, но ниже ста градусов по Цельсию, является жидкостью, то при нагреве до ста градусов и выше она кипит, превращаясь в пар - газ, а при температуре ниже нуля градусов замерзает, превращаясь в лёд - твердое тело. Таким образом, вода, в зависимости от отношений с другими объектами среды - нагревателями или холодильниками, может иметь физические свойства твердого, жидкого или газообразного тела, причем, меняя отдельные свойства, вода не меняет свое качество, определяемое ее химической формулой H20 (качество изменится и вода перестанет быть водой при ее разложении на молекулы водорода H2 и кислорода O2). Свойства объектов подразделяют на неинтенсивные (противоположные), у которых отсутствуют какие-либо количественные характеристики и имеется только две градации самого свойства: его наличие или отсутствие (например, живой-неживой, верующий-неверующий, условный-безусловный, логичный-алогичный), и интенсивные (количественные), которые имеют количественное измерение (например, масса, объем, плотность, температура, скорость). Свойства объектов позволяют устанавливать сходство и различие между самими объектами, т.е. отличать их друг от друга. Отношение объекта - это его взаимосвязь и взаимозависимость с другими объектами, проявляющаяся в виде неинтенсивных или интенсивных свойств самих объектов (причем объект, взятый в разных взаимосвязях-отношениях, выявляет различные свойства), и количественных отношений между объектами, которые выражаются в числах (как и интенсивные свойства), равенствах, неравенствах и других математических зависимостях. Например, если для трех объектов - городов Брест (Б), Минск и Москва (М) рассмотреть в качестве отношения между ними расстояние S до Минска (соответственно Se и Sm), то это отношение можно выразить неравенством Se < Sm. Свойства и отношения предметов мысли называют признаками (признак - это непосредственно само свойство и отношение предмета или косвенный показатель, примета, знак, по которым можно узнать и определить свойства и отношения предмета). Мыслимый признак есть отражение в сознании признака самого объекта. Множественность признаков любого объекта реального мира связана с тем обстоятельством, что каждый из объектов существует в таком мире не сам по себе, не изолированно, не независимо от других объектов, а только в единстве, в многочисленных взаимодействиях, взаимосвязях и взаимоотношениях с ними. Именно эти взаимосвязи и определяют те или иные признаки объектов [2-4,8-10].

Человек отличает один объект от другого, пользуясь их особенностями (от рус. особенный; не такой, как все, не обыкновенный), которые проявляются в виде специфических, индивидуальных - отличительных признаков, т.е. признаков, принадлежащих данному объекту и отличающих его от других объектов (такие признаки подразделяют на существенные, используемые для выделения объектов в классы, и несущественные, которые не используются для указанной цели, т.е. не каждый отличительный признак является существенным). Признаки, которые присущи не только данному объекту, но и другим, называют неотличительными признаками (например, неотличительным признаком для всех объектов реального мира является их материальность, а отличия материальных объектов друг от друга определяются уже конкретными формами, видами и состояниями материи, создающей эти объекты). Признаки объектов не существуют в отдельности от самих объектов, но мысль их отделяет (абстрагирует) от объектов, делая их частью предметов мысли, соответствующих этим объектам. Первая, самая начальная практическая ступень познания любого объекта заключается в том, чтобы его найти в окружающем мире, в среде (в каком-то целом, среди множества других объектов реальности), выделить из этой среды (изолировать от окружения, “оборвать” лишние связи со средой) и определить (ограничить объект как предмет мысли, как понятие, оставив лишь существенные отличительные признаки, и отбросив остальные как несущественные). Далеко не всегда эти три задачи так элементарны и тривиальны, как, например, поиск в лесу какого-то дерева и его описание. При решении каждой из них искомый объект необходимо постоянно сравнивать с другими, в первую очередь близкими, однородными, похожими на него объектами (объектами того же рода и вида), и устанавливать по отношению к ним его общие и отличительные признаки. Наличие у каждого объекта реальности ряда признаков общих у него с другими объектами, и ряда признаков, которыми он отличается от них, является следствием материального единства мира. В разорванном, бессвязном, нематериальном мире стало бы возможным существование “объектов”, не имеющих между собой ничего общего, т.е. принципиально несравнимых друг с другом, а потому и непознаваемых (примером таких “объектов” могут служить многие образы мифологии и религии, в частности, сторукие великаны, многоголовые гидры, огнедышащие драконы, люди-лошади, или кентавры, нимфы, богини, боги, демоны, ангелы и другие сверхъестественные силы, существующие только в сознании верующих, но не в реальном мире). Даже в реальном, материальном мире, в условиях минимальной, локальной изоляции живых организмов на узкоограниченной территории, наблюдаются значительный рост их отличий от аналогичных организмов остального мира (это явление называют эндемизмом - от греч. endemos местный, а сами организмы - эндемиками, т.е. встречающимися только в определенной местности).

Категории являются предельным видом общих понятий, т.е. понятий, отражающих признаки, общие для определенного класса предметов мысли. Слово “понятие” происходит от глагола “понимать” (человек понимает предмет, или имеет о нем понятие, тогда, когда он знает свойства предмета, его отношения с другими предметами и отличия от них). Понятие - это основная структурная единица мышления, отправная точка и средство дальнейшего роста познания. Понятие в сжатой и общезначимой форме содержит в себе знание о большом количестве предметов. Через понятие человек освобождает свою память от необходимости запоминать все повторяющееся и однородное, т.е. выполняет количественное сокращение предметов, а отвлекаясь от частностей и несущественных свойств, производит и качественное сокращение предметов мысли. Сокращая и обобщая в понятии данные чувственного опыта, человек делает возможным накопление, обработку и передачу огромного объема знаний от одного человека к другому, от одного поколения к другому, от предков к потомкам. Формой существования понятия в человеческом сознании является слово. Любые понятия выражаются и закрепляются в языковой форме в виде слов (философ-материалист 16-17 вв. Фрэнсис Бэкон говорил, что “слова суть знаки понятий’"), или имен (имя - знак или выражение, называющее предмет мысли; собственное имя называет индивидуальный предмет мысли, а общее имя - любой предмет некоторого класса). Имена понятий выражаются в виде отдельных слов, или простых имен (например, “природа", “атом"), в виде простых словосочетаний, или сложных имен (например, “философские категории", “животный мир"), и в виде сложных словосочетаний, или дескрипторных (от лат.descriptor описывать), описательных имен (например, "то, что отличается тем-то и тем-то"). Понятие есть мысль, фиксирующая в обобщенной форме в сознании человека существенные признаки объектов действительности [3,4,8-10]. Мысль всегда раскрывает нам только какую-то часть содержания объекта, и поэтому она беднее объекта, а сам объект, наоборот, всегда богаче содержанием, чем наша мысль о нем. Каждый объект имеет бесчисленное множество признаков, но мысль, выраженная в понятии, отражает лишь их некоторую, малую часть. Именно поэтому нельзя говорить о тождестве (полном сходстве, безусловном равенстве) объекта и понятия о нем. Но, в историческом процессе познания действительного мира и самого человека наше знание о реальных объектах, выраженное в мышлении через систему понятий, все ближе и ближе становится к объекту, все полнее, глубже и точнее отражает все его реальные признаки и сущность, приближаясь к истине как тождеству объекта и мысли о нем (только в такой отдаленной перспективе справедлив вывод Парменида о тождестве мысли и бытия, см. Цит.1.3).

Несмотря на то, что каждый объект реальности имеет неисчислимое множество признаков (свойств и отношений), для научного познания достаточно, если из всего их множества мысль выделит в понятие об объекте только некоторые из них - главные, существенные, наиболее важные с точки зрения исследователя (деятельность людей всегда определяется их потребностями, интересами, целями, и поэтому существенным в каждом конкретном случае признается то, что соответствует этим целям, т.е. выбор существенного в общем случае относителен, условен). Принципиально важно, чтобы мысль выделила признаки объекта не произвольным образом, а таким, чтобы каждый из признаков отдельно взятый был бы необходим (некоторое условие считается необходимым, если данное событие, или факт, не может иметь места без этого условия), а все признаки вместе взятые были бы достаточны (некоторое условие считается достаточным, если данное событие, или факт, обязательно имеет место при этом условии) для отличия выбранного объекта от других. Такое требование определения понятия называют условием необходимости и достаточности. Группа независимых друг от друга признаков, выделенная по условию необходимости и достаточности, образует существенные признаки понятия. Именно они входят в научное определение понятия об объекте, придавая такому понятию и его определению качество однозначности, ясности, четкости (ненаучные, бытовые определения понятий, не учитывающие условий необходимости и достаточности, лишены этого качества: они, как правило, размыты, двусмысленны, неоднозначны). Несмотря на условный характер выбора группы существенных признаков, сами они не представляют из себя нечто условное, имеющее значение только для человека, отличающего одни объекты от других. Эти признаки отражают действительно существующие, реальные признаки объектов, а понятие лишь выбирает, выделяет из всего множества признаков объекта ту их группу, которая характеризует объект с точки зрения его изучения (только в этом смысле существенность признаков относительна) [8-10].

Понятия отражают как общие признаки предметов тех или иных классов, так и сами классы в целом (например, понятие “человек” обозначает класс людей, общими признаками которых являются владение речью, способность к мышлению, целесообразная трудовая деятельность и т.п.). Для одного и того же объекта можно указать, в зависимости от целей исследования, много групп существенных признаков, каждая из которых образует особое понятие об объекте как предмете мысли. Каждому особому понятию соответствует свой класс предметов, а каждый предмет может принадлежать, в зависимости от выбора тех или иных существенных признаков, к бесконечно многим классам (например, человек, как понятие класса людей, может рассматриваться в качестве предмета мысли классов живых организмов, животных, млекопитающих, приматов, гоминидов, расы, национальности, гражданства, семейного положения, специальностей, увлечений и т.д.). Признаки класса всегда присущи всем его предметам и остаются неизменными при переходе от одного предмета к другому внутри класса, но все прочие признаки каждого предмета класса имеют особенный, индивидуальный характер, т.е. используются для различения предметов внутри своего класса. Один и тот же признак одного и того же предмета может быть общим в пределах одного класса, и индивидуальным - в пределах другого класса. Используя общие и индивидуальные признаки можно внутри любого класса предметов выделить новый класс, или подкласс, объединяющий

часть предметов исходного класса на основе хотя бы одного общего признака из группы их индивидуальных признаков (новый общий признак подкласса дополняет признаки самого класса). Исходный класс, в котором выделяются подклассы, называют родовым классом, или родом, а его существенные признаки - родовыми признаками. Сами же выделяемые подклассы называют видовыми классами, или видами, а их существенные признаки, дополняющие родовые признаки, - видовыми признаками (например, человек принадлежит к виду, или семейству, гоминидов - от лат. homo человек + eidos вид=человеческий вид, который входит в род, или отряд, приматов - от лат. primates первенствующие - высший отряд млекопитающих, включающий человека, полуобезьян и обезьян; вид гоминидов объединяет, помимо современного человека, несколько разновидностей ископаемых людей). Этой операции деления класса предметов на подклассы можно противопоставить и обратную операцию объединения различных классов, или подклассов (видов), в некоторый новый класс, или надкласс (род), на основе наличия хотя бы одного общего признака у исходных различных видов. Учитывая возможности родо-видового деления-объединения классов, можно дать другое общее определение понятия: понятие - это мысленное отражение класса объектов или класса классов на основании общих существенных признаков [9,10]. Такое определение учитывает постепенный, пошаговый, локализованный метод познания реальности через построение в сознании человека не одноуровневой, а многоуровневой (пирамидальной) системы понятий о действительности - классов в классах. Следует заметить, что каждому понятию соответствует, как предмет мысли, свой класс объектов реальности (с учетом пустого, или нулевого класса, см. ниже), но не для каждого класса объектов имеется понятие, так как в реальности существует бесчисленное количество объектов и их признаков, бесконечно много классов, а множество понятий в человеческом сознании ограничено. В историческом процессе познания в оборот человеческой мысли поступают все новые объекты и их классы, формируются новые понятия и категории, и этот процесс бесконечен и неисчерпаем. Необходимейшим условием его успешного продолжения и развития является совершенствование человеческого разума, сопровождающееся ростом научной и технической мощи человечества (но мощь, опережающая разум не творцов науки и техники, а человеческих масс, их правителей и политиков, как доказывает история, опасна, разрушительна и губительна для человечества!).

Понятия представляют собой особую форму мышления, отличающуюся от непосредственного, предметно-чувственного, образно-наглядного восприятия (формирование в мозгу человека или животного внешнего образа объекта действительности в момент его непосредственного действия на органы чувств индивида) и созерцания (длительное чувственное, прежде всего зрительное, восприятие отдельного объекта или действительности в целом; непосредственное постижение реальности без осознанного логического мышления, через интуицию). В чувственном познании (через ощущение, восприятие и созерцание) наглядный образ отражает лишь наружную, внешнюю сторону объекта, а его внутренняя сторона, его содержание, сущность остаются, как правило, скрытыми, непознанными (хотя, как метко подметил Аристотель, для многих людей “восприятие равносильно знанию ", т.е. люди часто принимают за истину то, что они видят и чувствуют, но это-то их и обманывает). Чувства являются началом познания, его первичным, нижним уровнем, во многом сходным у человека и животных. Верхний, высший уровень познания определяется логическим мышлением в форме понятий и категорий. Понятия и действия с ними относятся не к чувственной, а к рациональной (от лат. ratio разум, рассудок), интеллектуальной (от лат. intellects разум, рассудок, ум), ментальной (от лат. mens ум), логической (от лат. logos слово, понятие, учение, идея, разум, логика), умственной, мыслительной, или разумной (от рус. разуметь, т.е. понимать; разум - ум, способность понимать и осмысливать действительность), области сознания, которая только и позволяет вскрыть, проявить внутреннюю сторону, внутреннее содержание объекта, понять его сущность, суть. Разум обладает уникальной способностью логически и творчески мыслить, т.е. не просто оперировать с уже готовым знанием (это удел рассудка - от рус. рассуждать, выстраивать суждения, или здравого смысла), но и открывать, создавать, творить новые знания, переходить от знания менее глубокой сущности к знанию сущности более глубокой и более скрытой, познавать действительность и себя самого в качестве высшей формы самосознания материи, этой основы объективной реальности (см. Прим.8).

Понятия формируются в результате следующих логических операций: 1) сравнения - выявления общего и особенного в объекте; 2) отвлечения, или абстрагирования (от лат. abstraction отвлечение) - мысленного выделения из всевозможных признаков реальных объектов только некоторых их них и отвлечения от всех остальных с формированием абстрактных понятий, противопоставляемых

конкретным понятиям (различают виды абстракций: изолирующую, позволяющую вычленить объект из некоторого целого; обобщающую, которая формирует общее понятие об объекте как элементе какого-то класса объектов; идеализацию - от греч. idea идея, понятие, представление, которая образует понятия об объектах, не имеющих своего аналога в действительности, или заменяет реальный объект идеальным; идеализация создает идеальные понятия, например, “точка”, “число”, “идеальный газ” и т.п.); 3) обобщения - выделения общих признаков некоторого класса объектов и перехода на более высокую ступень абстракции путем образования на основе общих признаков более общих понятий и более общих классов; 4) определения - установления смысла нового понятия с помощью других, уже знакомых и осмысленных понятий (Ф. Бэкон указывал, что “дао, что само по себе ново, будет понятно только по аналогии со старым”).

Само по себе имя понятия не отражает признаков класса, названием которого оно служит. Раскрыть содержание понятия - значит определить его, т.е. отличить предмет, мыслимый в понятии, от всех других, сходных с ним предметов путем указания на его существенные отличительные признаки. Определение, или дефиниция (от лат. defmitio определение), понятия решает одновременно три познавательные задачи: 1) раскрывает содержание понятия (например, путем перечисления всех его существенных признаков); 2) отличает предмет понятия от всех других предметов; 3) устанавливает и уточняет значение имени понятия. Например, определив: “человек есть разумное животное, производящее орудия труда’”, мы тем самым перечислили его два важнейших существенных признака - разум и труд, отличили человека от всех других живых существ и уточнили смысл самого имени “человек”. В науке наиболее важным видом явного, или нормального, определения понятий (определение равенством, в левой части которого находится определяемое понятие в виде простого или сложное имени, а в правой - определяющее понятие в виде описательного имени) является определение предмета мысли через ближайший род и видовое отличие. В таком определении вместо полного перечисления всех существенных признаков предмета достаточно указать на его ближайший род и видообразующий признак, или видовое отличие. Но таким способом нельзя определить категории, так как они являются предельно широкими понятиями, которые не имеют рода. Основным приемом определения философских категорий является определение через указание на отношение предмета мысли к своей противоположности, например: “Форма - это способ существования содержания” [7-10].

В понятии различают содержание понятия - совокупность фиксированных в нем существенных признаков предмета мысли, и объем понятия - класс предметов, каждому из которых принадлежат эти признаки, т.е. которые охватываются понятием. Каждое понятие есть диалектическое единство его содержания и объема, т.е. неразрывное единство различного. Понятие можно определить, как раскрыв его содержание, так и определив его класс. Содержание понятия раскрывается, как показано выше, в определении понятия. Например, “реальность - это то, что существует вне сознания человека" (в этой типичной философской формулировке реальность определяется как бы через свою противоположность - сознание, хотя следует учесть, что само сознание имеет две стороны, материальную и идеальную, а потому оно в определенном смысле само является частью реальности и, следовательно, реальность в целом определяется не через свою противоположность, а через свою, особо выделенную часть). С точки зрения происхождения понятий содержание понятия обычно определяется его объемом, поскольку мыслимый класс объектов уже существует до того, как возникает мысль о нем. С точки же зрения применения уже возникшего понятия, его содержание определяет объем понятия. По отношению к объектам реального мира понятия подразделяют на конкретные (понятия, объекты которых реально существуют, например, “человек”, “вода”, “яблоко” и т.п.) и отвлеченные, или абстрактные (понятия, в которых мыслится не целый объект, а какой-то из его признаков, отделенный, отвлеченный, абстрагированный от самого объекта, например, “круглый”, “твердый”, “красный” и т.п.; отвлеченный признак сам превращается в понятии в особый объект - абстракцию). Следует заметить, что в известном смысле любое понятие, включая и конкретное, является абстрактным, так как оно образуется, во-первых, путем изолирования объекта от его окружения (через изолирующую абстракцию), и, во- вторых, путем абстрагирования от несущественных признаков объекта и выделения только его существенных признаков (через обобщающую абстракцию). Все виды абстракций, если только они верны, позволяют человеку достигать большой глубины и широты познания действительности. По отношению к количеству объектов, мыслимому в понятии, понятия подразделяют на общие (понятия, в которых мыслится не отдельный объект, а целый класс однородных или разнородных объектов, т.е. в объем общего понятия всегда входит более одного объекта: например, “река” - в ее объем входит всё множество отдельных конкретных рек на планете Земля, ’’материя” - в ее объем входят все формы и виды конкретного вещества и поля во Вселенной, “химический элемент” - в его объем входят более сотни известных на сегодняшний день химических элементов, начиная с водорода, и т.д.), собирательные (понятия, в которых мыслится группа объектов, но в качестве единого объекта, например, “галактика”, “созвездие”, “человечество”, “лес” и т.п.) и единичные (понятия, посредством которых мыслится один единственный, уникальный - от лат. unicus единственный в своем роде, исключительный - объект, например, “Солнечная система”, “город Минск”, “философ Аристотель” и т.п.) [3,8-10].

Содержание и объем понятий находятся всегда в обратном отношении: с увеличением, расширением объема понятия уменьшается,

беднеет его содержание и, наоборот, чем больше, богаче содержание понятия, тем меньше, уже его объем. Наиболее общие понятия имеют минимальное содержание (минимальный набор признаков, в пределе только один), но максимальный объем, т.е. распространяются на наибольшее количество предметов мысли. Понятия, в которых мыслятся все элементы рассматриваемой области, называют понятиями с универсальным объемом, а сам класс предметов, охватываемый таким понятием, называют универсальным, или универсумом (от лат. universalis общий, всеобщий). Например, к таким понятиям относятся понятия металлов (охватывает весь класс металлов), организмов (охватывает весь класс организмов) и т.п. [10]. К понятиям с универсальным объемом относят и философские категории бытия, действительности, реальности, охватывающие все существующие реальные объекты мира. В содержании этих категорий, если рассмотреть приведенное выше в качестве примера упрощенное определение реальности, имеется только один существенный признак - быть, наличествовать вне сознания человека. Включив в содержание понятия новый, дополнительный признак, не вытекающий из предыдущих, т.е. увеличив содержание понятия, мы тем самым уменьшаем, сужаем его объем. Например, дополнив определение понятия реальности признаком независимости от сознания человека, мы тем самым исключаем из реальности все искусственные объекты, т.е. сужаем объем этого понятия. Аналогично, дополнив это же понятие признаком макрообъекта - от греч.makros большой, больших размеров, мы получаем уже только часть вещественной реальности - мир больших объектов, или макромир (до полномасштабного вещественного мира его дополняет другая часть реальности - мир малых объектов, или микромир - от греч. mikros малый).

Следует отметить, что многие понятия, в частности, понятия из области мифологии, религии, астрологии, магии и других фантастических областей имеют свои имена, имеют значение для верующих в эти имена-понятия, но сами по себе они ничего не обозначают (например, “кентавр”, “нимфа”, “бог Юпитера” и т.п.). Такие имена-понятия - это понятия с пустым, или нулевым, объемом, так как их объемы не содержат ни одного реального объекта, т.е. того, что существует вне сознания человека [8-10]. Они отражают пустой, или нулевой класс, не имеющий ни одного объекта в качестве предмета мысли (предметом мысли таких понятий являются не объекты, а фикции, химеры - см. Прим.2). Эти понятия можно было бы назвать идеальными понятиями (см. выше), но такое название дискредитировало бы те идеальные понятия (например, математические, физические, химические и др.), которые идеализируют реальные объекты, их отношения и свойства. Поэтому правильнее назвать мифологические, религиозные и

другия понятия с пустым объемом и сверхъестественным содержанием не идеальными, а “пустыми понятиями”. Исторический опыт познания показывает, что большинство понятий, созданных человечеством за многие тысячелетия своего существования - это пустые понятия (из них почти сплошь состоят все "потусторонние учения”). Это объясняется тем обстоятельством, что человеческое мышление, при всей своей принципиальной зависимости от объективной реальности, обладает относительной

самостоятельностью - "свободой от материи”, или, точнее говоря, свободой комбинирования материальных элементов, кодирующих человеческий язык (подобно тому, как в компьютерах последовательность электронных двоичных элементов 0 и 1 задает исходный язык компьютера и все его сложные программы, или аналогично тому, как последовательность нуклеотидов задает нуклеотидный, или генетический, код ДНК, определяющий все врожденные качества живого организма, см. §1.5). Мышление может формировать с помощью воображения бесконечный набор не только верных и полезных абстракций, но и абстракций, которые внутренне противоречивы или противоречат законам природы. Такие абстракции могут стать в процессе познания и созидания строительным мусором, строительными лесами, отходами производства, который разумный строитель позже уберет из построенного им сооружения, но они же могут и остаться просто кучей мусора, хлама на месте так и не выстроенного реального сооружения. Человечество самозабвенно и в огромных количествах плодит мусор пустых понятий, утопает в нем и становится заложником собственного "пустотворчества”. Для исключения зависимости людей от пустых понятий и защиты от них разума важно все понятия проверять на правильность. Поскольку понятия отражают в первую очередь объекты реального, материального мира, то правильность понятий зависит от отражаемого в них мира. Понятие является правильным, если оно верно, правильно, истинно отражает реальные объекты (если же оно отражает не реальные объекты, а фикции и химеры, то об истинности, верности, правильности такого понятия говорить вообще не приходится). Проверить истинность понятий можно в процессе человеческой деятельности как путем сопоставления их с достоверными научными знаниями (известными законами природы) и твердо установленными фактами, так и в опыте, в эксперименте, на практике (из практики устанавливаются все факты и выводятся законы). Практика является не только основой и целью познания, но и критерием истинности самого знания.

Следует отличать понятие существования (наличия, бытия объекта), или сущего (совокупности многообразных проявлений бытия), от понятия сущности. Сущность - это философская категория, фиксирующая устойчивые и определяющие характеристики объекта, в отличие от меняющихся и второстепенных его черт, присутствующих в каждом конкретном объекте. Понятие сущности входит в пару противоположных категорий “сущность - явление’". Явление, или феномен (от греч. phainomenon являющееся, явление), - непосредственная данность, отражение реального объекта в чувственном восприятии человека, в его конкретном опыте воспринимающего сознания. Сущность есть внутренняя основа явления, внутреннее содержание объекта, единство всех его многообразных и противоречивых сторон, а явление есть та или иная внешняя форма выражения сущности (Гегель утверждал, что “сущность является ", т.е. явление есть явление сущности). Хотя сущность и проявляет себя через явление, но она скрыта в нем, не тождественна самому явлению, значительно отличается от него (говорят “существенно отличается"). Раскрытие сущности любого явления есть задача для мыслящего человеческого разума. Если бы сущность всегда совпадала с явлением, то наука, основной целью которой является постижение сущности, была бы не нужна. [1,3,4]. Например, видимое движение Солнца вокруг Земли (его восход на востоке, передвижение по небосводу с востока на запад и заход на западе) - это явление, наблюдаемое ежедневно всеми жителями Земли. Но сущность этого явления коренным образом отличается от видимого движения Солнца и заключается в движении Земли по орбите вокруг Солнца и ее вращении вокруг собственной оси в направлении с запада на восток. Аналогично, явлению обыденного, древнего представления Земли в виде некоего неровного, но плоского объекта (огромного блина, покоящегося на океанских водах), противостоит истинная сущность Земли как не плоского, а сферообразного космического тела - геоида. Эти, такие, казалось бы простые с позиций сегодняшнего дня истины, были тысячелетиями скрыты от человеческого разума, задавленного господствовавшими в обществе обманчивыми мифологическими и религиозными представлениями о мире.

Существование, сущее постигаются опытом, на практике (“практика - критерий истины""), но сущность становится доступной человеку только через мышление, через усилия его разума. Если разум “спит", то человек не способен познать сущность явлений. Недаром один великий испанский художник сопроводил серию своих гравюр на антирелигиозную тему эпиграфом: ""Сон разума рождает чудовищ"". Большинство ошибок и заблуждений людей связано как раз с тем, что они принимают явление за сущность и не пытаются его глубоко исследовать с помощью разума (то ли в силу придавленности суровыми условиями жизни и нехватки времени для размышлений, то ли в силу отсутствия любознательности и любопытства, немощи и неразвитости собственного разума, то ли в силу лени и недостатка жизненной энергии). Кроме того, следует признать, что часто люди вообще боятся и не желают познавать сущность явлений, открывать и знать истину, ибо, как давно, но правильно заметил один проповедник, “во многой мудрости много печали, и кто умножает познания, умножает скорбь”. Большинство людей приносит потенциально опасную и нежелательную для них истину в жертву другим своим потребностям, интересам и страстям. Во имя своих чувств и желаний они скорее готовы обмануть себя и других, чем признать истину истиной, или правдой. В начале 17-го века Ф.Бэкон по такому поводу сказал: “Ложно утверждать, что чувства человека есть мера вещей...то, что возбуждает чувства, предпочитается тому, что сразу чувств не возбуждает (наблюдение невидимых вещей оказывается недостаточным или отсутствует вообще). Человек скорее верит в истинность того, что предпочитает...” [11]. А один русский поэт через три столетия уверенно добавил: “Если тронуть страсти в человеке, то, конечно, правды не найдешь’”

2 В материалистической философии широко распространен тезис о независимости реального мира от сознания человека: “Бытие - философская категория, обозначающая реальность, существующую объективно, вне и независимо от сознания человека” [3,7]. Этот тезис в такой общей формулировке ошибочен. Реальный мир - это не только мир, созданный природой, но и человеческим обществом (по крайней мере, в масштабах планеты Земля и ближнего космоса, который исследуется искусственными космическими аппаратами землян). Сама природа, без человека, его деятельности и его сознания, не смогла бы создать ни автомобилей, самолетов и космических кораблей, ни телефонов, телевизоров и компьютеров, ни любых других сложных технических орудий, машин и сооружений (можно утверждать, что, создав человека и через человека, природа значительно расширила свои же возможности по конструированию новой, более разнообразной реальности). Все это - плоды человеческого мышления, разума, сознания и производственной деятельности человека. Реальность, в которой появился человек со своим активно познающим и деятельным сознанием, стала изменяться, а, следовательно, и зависеть в какой- то, пусть и ничтожной в масштабах Вселенной степени, от сознания человека. Без сознания человека не было бы новых искусственных объектов, или артефактов (от лат. arte искусственно + factus сделанный = предмет, изготовленный, сделанный человеком), и новой, антропогенной (от греч. anthropos человек + genos рождение; произошедшей от человека), “очеловеченной” реальности. Поэтому

определять реальность как независимую от сознания при жизни человечества надо с осторожностью и оговорками.

Вместе с тем, реальность существовала, как доказывают физические, геологические, палеонтологические и другие научные исследования, до человека и останется существовать после его исчезновения, т.е. в этом смысле она действительно независима от сознания человека, его наличия или отсутствия. Более того, те или иные изменения реальности через деятельность человека и его сознания возможны только в рамках действующих законов самой реальности, но не произвольных прихотей, желаний или фантазий человечества. Древнегреческий философ Парменид (см. Прим.1), впервые сформулировавший в 6 в. до н.э. идею тождества (от рус. “то же есть”, “одно и то же”; отношение предельного, безусловного равенства, полного сходства) бытия и мышления, полагал, что “можно лишь то говорить и мыслить, что есть’" (см. Цит.1.3). В этом случае великий философ ошибся, так как люди практически и давно доказали свою способность мыслить не только то, что существует, но и то, что не существует в действительности, т.е. мыслить все, что угодно (в том числе и всякий вздор, не имеющий к бытию никакого отношения). Оказалось, что сознание человека способно порождать не только образы, правильно отражающие бытие, но и всевозможные фантастические, вымышленные, произвольные образы - фикции (от лат. fictio выдумка, вымысел; нечто несуществующее, мнимое, ложное, выдаваемое за действительное) и химеры (от греч. chimaira в греческой мифологии изрыгающее пламя чудовище с головами льва, козы и змеи, с туловищем льва впереди, козы в середине и змеи сзади; неосуществимая мечта, причудливая фантазия) [1,3,12]. В том случае, если существование этих образов сознания вне сознания в виде соответствующих им объектов противоречит законам природы, то никакая самая упорная деятельность человека не сможет претворить эти фикции и химеры в объективную реальность, т.е. они не смогут стать новым “нечто", но останутся в сознании человека только как “ничто". Поэтому реальность, если и зависит от человеческого сознания, то она сама же и регулирует эту зависимость: что согласуется с сущностью реальности, то она и позволяет создать человеку не только в его сознании, но и вне его. Не более того.

Так, например, бог - это вымысел, ничто, и, несмотря на присутствие его образа в массовом сознании, это ничто никогда не сможет претвориться в нечто, в реальность. Да, люди могут нарисовать, изваять, описать образ своего бога, т.е. оставить какие-то материальные следы своих представлений о боге (идолы, кумиры, фетиши, храмы, иконы, “священные" книги, “божественные" заветы и т.п.), но они не в силах сделать его живым объектом, существующим вне и независимо от сознания человека. Для решения фантастической задачи “реализации бога” не хватило бы всей разумной, научной и технической мощи не только нынешних, но и всех будущих поколений человечества. Впрочем, в обществе легковерных и слабоумных людей самозванцы, или “живые боги”, не раз возникали в прошлом, да и ныне появляются как грибы после дождя, ибо в сознании масс “свято место пусто не бывает”. Религиозные фанатики с именем Христа или Аллаха на устах убивали и продолжают убивать по всему миру других, ни в чем не повинных людей, но от этого бог фанатиков не становится живее. Своими безумными поступками они лишь свидетельствуют о том, что человек, подчиненный как раб той или иной идее, способен совершить и оправдать любые свои злодеяния. Под воздействием внушения и слепой веры они полагают, что выполняют волю бога (существа, живущего только в их головах, в их мыслях), хотя на самом деле реализуют свои собственные низменные животные инстинкты и страсти, лишний раз доказывая, насколько слаб, ничтожен и жесток может быть человек. Религия полагает, что некогда некий реальный бог, взявшийся непонятно откуда (религия допускает вечность бога, но только не вечность материи!), сотворил человека по своему образу и подобию, но на самом-то деле это человек “сотворил” бога по своему образу и подобию (как отметил немецкий философ Людвиг Фейербах, “бога хотят представить существом, существующим вне нас...но бог есть лишь мир в мыслях... бездонно человеческое невежество, и безгранична человеческая сила воображения; сила природы, лишенная вследствие невежества, своего основания, а благодаря фантазии - своих границ, есть божественное всемогущество... сила бога на самом деле есть сила природы [13]). Причем сотворил, как показала история, на свою же беду (см. Приложение 3). Смерть человечества как единственного носителя сознания, в котором, в частности, зафиксирована и идея о боге, автоматически приведет к смерти как самого “единого бога”, так и всех других богов вместе взятых. Непрекращающиеся в течение тысячелетий попытки религии погрузить человеческий разум во тьму, нацелив его не на постижение реального мира, а на воплощение в этот мир религиозных фикций и химер, являются ярчайшим примером насилия над свободой человеческого духа. Религия направляет силы и энергию человечества по ложному пути и тем самым уводит его от настоящего, истинного пути к реальному, земному, а не “потустороннему, загробному” счастью. Одна из задач науки - освободить разум человека от религиозного духовного рабства.

Может возникнуть “хитрый” вопрос: поскольку человек реален и, если вопреки определению самой реальности как того, что существует вне сознания, признать реальностью и его сознание (как часть человека), то почему все, любые, произвольные образы сознания не могут быть или

стать также реальностью? Частично ответ дан уже выше: потому, что сама реальность “решает”, что в сознании человека соответствует ей (реально), а что нет (нереально). В этом отношении сознание в целом выглядит диалектично противоречивым: оно одновременно реально и нереально. Более глубокий ответ связан с пониманием сущности сознания. Здесь же только заметим, что сознание имеет две стороны: свою реальную основу в виде материального физического носителя (вещества и поля мозга человека) и свое идеальное содержание в виде всевозможных комбинаций (кода) элементарных знаков (как не вспомнить Л. Фейербаха: “и духовная деятельность - телесна... духовное - ничто вне и без чувственного... дух развивается вместе с телом, он связан с чувствами... действительно существующее единство

материального и духовного" [13]). Так, например, сложное понятие химеры является комбинацией четырех более простых понятий, которым соответствуют конкретные объекты (или их части) реального мира, значительно отличающиеся друг от друга, - огонь (четвертое, плазменное состояние вещества), лев и коза (млекопитающие), змея (пресмыкающееся). Природа создала каждый из этих объектов порознь, но человек в своем сознании попытался их объединить друг с другом. Может ли стать реальностью такая комбинация элементов сознания? Нет, так как она нарушает многие законы природы, в частности, физические и биологические (справедливости ради следует заметить, что в действительности существует простейший природный или лабораторный химеризм, т.е. среди живых существ изредка появляются химеры близкородственных организмов, вызванные природными генетическими мутациями или деятельностью человека). И такой вывод следует, к сожалению, отности к подавляющему большинству идеальных построений человеческого сознания - к понятиям, суждениям, гипотезам, учениям, теориям и т.п. Только ничтожная по количеству, но лучшая по качеству, часть кодовых комбинаций сознания способна воплотиться в реальность и стать неопровержимым доказательством силы и мощи познающего и меняющего эту реальность человеческого разума.

3 Умозрительно возможны четыре варианта существования и развития реального мира: 1) мир существует вечно, т.е. не возникал и не может быть уничтожен; 2) мир не существовал, возник, но будет существовать вечно; 3) мир не существовал, возник, а затем уничтожится; 4) мир периодически возникает и уничтожается. Первый вариант, подтверждаемый всеми данными современной науки, принят материалистами: материя, как основа реального мира, вечна и неуничтожима, хотя ее конкретные формы, виды, состояния постоянно изменяются и переходят друг в друга

(взаимопревращаются), т.е. в определенном смысле возникают (рождаются) и уничтожаются (гибнут). Второй и третий вариант предполагают возникновение мира из несуществующего, из ничего (это коренным образом противоречит материалистическому принципу “из ничего не может возникнуть нечто’", или лат.^^ex nihilo nihil fit"" - “из ничего не происходит ничего""). Такой чудесный способ появления мира религиозное сознание объясняет действием необъяснимой,

принципиально недоступной человеческому познанию силы, называемой сверхъестественной, или богом (Л.Фейербах отмечал, что “возникновение телесного мира из духа, из бога приводит к созданию мира из ничего" [13]).

Возникает следующий вопрос: бог существует вечно или он тоже возник из ничего? Ну, а если принят тезис вечного бога, то почему не может быть принят тезис вечной материи?! Ведь в последнем случае устраняется лишняя, совершенно вздорная, “божественная" причина существования мира, и бытие мира выводится из него самого. Но верующие не желают ничего знать и слышать о естественном происхождении и развитии мира, ибо в этом случае им придется признать и свое происхождение из животного царства, что претит их тщеславию и чванству как “божьих тварей" (прекрасно им ответил Фейербах [13]: “Я ненавижу тот идеализм, который вырывает человека из природы; я не стыжусь своей зависимости от природы!"", а я добавлю к этому от себя: “Чем пристальнее я вглядываюсь в “божьих тварей”, тем больше узнаю в них обезьян""). А если бог не вечен, но был когда-то рожден, то опять же возникает вопрос - каким образом: из ничего или от предыдущего своего божественного предка, а тот - от другого боженьки, и так до бесконечности? Третий вариант, кроме того, рассматривает чудесное уничтожение мира в ничто, что так же не соответствует всему опыту человечества: нечто не может превратиться в ничто, а только в другое, иное нечто (вполне возможно временное непонимание человеком этого нового, другого, пока еще непознанного нечто, что вовсе не означает, что оно не существует, т.е. является абсолютным ничто, а это-то еще следует и доказать, что в принципе невозможно: о ничто и сказать-то нечего). Второй и третий варианты являются фундаментом мифологии и религии - алогичных (от лат. a отрицание свойства + logos слово, учение, понятие; противоречащий логике, нелогичный) построений,

слепленных из страха, раболепия, фантазии, невежества, предрассудков и заблуждений неразвитого массового человеческого сознания. Следует заметить, что “священные писания" и другие книги религиозных авторитетов всегда трактуют свою веру, разумеется, не как заблуждение и ложь, а как высшую мудрость, знание и абсолютную истину, причем

на требования разума дать тому доказательства, отвечают по- простому: ”Вера не требует доказательств!”.

Четвертый вариант, если он понимается в плане возникновения мира из ничего и уничтожения в ничто, является разновидностью второго и третьего “божественных" вариантов. Если же возникновение и уничтожение понимаются в смысле изменений и превращений вечной реальности, ее неуничтожимой материальной основы, то этот вариант носит материалистический характер и представляет собой одну из альтернатив развития реального мира. Современная наука рассматривает две основные перспективы изменения той реальности, которую мы наблюдаем сегодня: а) ее вечное, но однократное превращение в другую реальность, лишенную разнообразия и жизни - угасающую, потухающую, умирающую реальность; б) ее вечное и многократное превращение (пульсирование) из возгорающейся реальности, полной разнообразия и жизни, в угасающую реальность, а затем, наоборот, из угасающей в возгорающуюся реальность (в полном соответствии со взглядами Гераклита Эфесского, см. Цит.1.2). Вероятнее всего и ближе к истине находится концепция пульсирующего мира, хотя для окончательного вывода современное человечество пока не обладает необходимой полнотой научных знаний.

4

Наука (от рус. научение, учение, обучение; лат. disciplina, artis, doctrina; англ. science; нем. wissenschaft) - сфера человеческой деятельности по производству знаний; одна из форм общественного сознания, дающая объективные знания о действительности, лежащие в основе объективной, научной картины мира [1-4]. Наука включает как деятельность по получению нового знания, так и ее результаты - систему научных знаний о закономерностях развития природы, общества и мышления. Возникновение науки в человеческом обществе стало принципиально возможным только потому, что сама действительность развивается и изменяется не случайным, произвольным, хаотическим образом, а по свойственным ей глубинным, скрытым закономерностям, которые наука призвана найти, открыть и сделать доступным для человеческого разума (если бы таких закономерностей не было в реальности, то не было бы и самой науки!). Главные задачи науки - получение новых знаний, их накопление, проверка (достоверизация), описание и систематизация, объяснение и предсказание процессов и явлений действительности на основе этих знаний. Наука ставит на основе произведенных знаний новые цели и задачи перед человеческим обществом по его выживанию и улучшению качества жизни в постоянно изменяющихся условиях действительности, а также по дальнейшему познанию реальности и ее преобразованию в интересах всего человечества и его потомков (еще в начале 17-го века

основоположник английского материализма и методологии опытных наук Фрэнсис Бэкон утверждал, что “подлинная же и надлежащая мета [цель] наук не может быть другой, чем наделение человеческой жизни новыми открытиями и благами” [11]).

Действительность сложна и многообразна, ее познание возможно только в длительном, трудоемком и дорогостоящем исследовательском процессе, постепенно, шаг за шагом, путем многократного разделения в сознании многих исследователей различных областей реальности на обозримые человеческим разумом части (Ф.Бэкон, предвидя будущее разделение труда в науке, говорил: ”Люди тогда только начнут осозновать свои силы, когда не бесконечное количество людей будет делать одно и то же, но один будет совершать одно, а другой - другое" [11]), детального изучения всех этих частей и их последующего объединения в общественном сознании в научную картину мира, позволяющую эффективно вести дальнейший процесс познания мира и его преобразования. Путь научного исследования - это дорога без финиша. Чем шире круг наших знаний, тем больше и линия соприкосновения с неизвестным (если у человека имеется только точка знаний, или точка зрения, то область неизвестного, соприкасающаяся с точкой, ничтожна, что позволяет человеку заявлять без всяких сомнений, что “он все знает”; если же у человека имеется не точка знаний, а круг знаний, или кругозор, то область неизвестного, соприкасающаяся с кругом, значительно возрастает, и человек уже не спешит говорить, что он все знает; когда же человек действительно очень много знает, и его кругозор становится громадным, то еще большим для него становится и область неизвестного, и тогда человек может только сказать, как Сократ: “Я знаю, что я ничего не знаю”). Наука изучает окружающий мир не как попало, не хаотически, а выделяет, вычленяет из бесконечно разнообразного материального мира те объекты, познание которых необходимо для достижения наших фундаментальных и практических целей. Научная деятельность и научная система знаний условно подразделяются по отраслям знаний на естественные (совокупность наук о природе, включая астрономию, математику, физику, химию, геологию, биологию и др.), технические (от греч. techne искусство, ремесло, мастерство; совокупность наук об искусственных средствах человеческой деятельности - машинах, механизмах, приборах, устройствах, орудиях, создаваемых для осуществления процессов производства и обслуживания непроизводственных потребностей общества), общественные, или гуманитарные науки (от лат. humanitas человеческая природа, образованность, духовная культура; имеют отношение к сознанию и человеческому обществу, к его культуре, к правам и интересам человека; к этим наукам относят

историю, философию, языкознание, политическую экономию, правоведение, искусствоведение и т.п.) [1-4].

Наука отличается от художественного способа познания действительности (живопись, скульптура, театр, художественная литература и другие искусства с подчеркнуто субъективным, личным взглядом их творцов на мир и человека) своим стремлением к логическому, максимально обобщенному, объективному, достоверному и точному знанию. В противоположность религии, которая основывает свои взгляды на мир на первобытной вере в сверхъестественные силы, требует рабского поклонении несуществующим богам (богу) и безоговорочного признания всеми верующими догм, изложенных в “священных” книгах, написанных в древности “пророками” и другими религиозными “авторитетами”, наука все свои утверждения основывает на объективных, достоверных доказательствах и постоянной проверке их истинности в процессе многочисленных опытов, экспериментов и ежедневной практики всего человечества (еще Ф. Бэкон доказывал, что “люди же до сих пор мало задерживались на опыте и лишь слегка его касались, а на размышления и выдумки ума тратили бесконечное время...вопрос, можно ли что-либо познать, разрешается не спором, а опытом... всего вернее истолкование природы достигается посредством наблюдений в соответствующих, целесообразно поставленных опытах... самое лучшее из всех доказательств есть опыт, если только он коренится в эксперименте”[11]). Наука и религиозная вера есть антиподы (от греч. antipodes расположенные ногами к ногам; люди или учения с противоположными взглядами) и несовместимы друг с другом в современную эпоху знания. Конечно, были и есть отдельные верующие ученые, вера которых связана с их религиозным воспитанием в детстве или религиозным давлением общества, но в целом наука подрывает все устои религии, делает ученых сознательными или стихийными материалистами, а их отношение к религии может быть выражено знаменитой фразой французского астронома, математика и физика Пьера Симона Лапласа (1749-1827), который на вопрос императора Наполеона Бонапарта, почему в сочинении Лапласа “Трактат о небесной механике” нет упоминания о боге, ответил: ”Я не нуждаюсь в такой гипотезе”.

Истинность, т.е. соответствие действительности, доказуемость и проверяемость научных знаний составляет одну из главных особенностей науки. В мире много различных религий, сект и верований, но наука о реальности, существующей вне человеческого сознания, о природе, о естественном мире одна и та же. Ее знания достоверны и одинаковы для всех стран и народов мира. Каждый житель Земли потенциально способен их сознательно освоить, понять, многократно применить и проверить на практике. Если религия требует от людей слепой веры и бездумного подчинения, а за сомнения в вере готова лишить человека жизни (только в средние века на кострах “святой” инквизиции в европейских и других странах были сожжены миллионы людей! - см. Приложение 3), то наука, наоборот, говорит: ”Не верь! Подвергай всё сомнению! Проверяй всё разумом и практикой”. Наука призывает человека освободить свой разум от религиозных оков и эффективно использовать его во благо жизни и прогресса для себя, своей семьи, близких, общества и человечества в целом.

5 Понятие ничто означает отсутствие, небытие конкретного сущего (каких бы то ни было качеств, или определенностей) или же отсутствие бытия вообще (в этом случае отождествляется с понятием небытия вообще) [3,4]. Противоположностью этому понятию является понятие нечто, или бытие. Религия и идеалистическая философия полагают, что мир был создан богом из ничто, из небытия, из несуществования. Но в материалистическом мире нет и не может быть реальности, понимаемой как ничто, как небытие, как несуществование, как абсолютная пустота, или пространство без материи. Парадокс познания, но первыми понятие пустоты как небытия, как не-сущего ввели в натурфилософию в 5 в. до н.э. древнегреческие материалисты- атомисты Левкипп и Демокрит для объяснения механического перемещения твердых мельчайших и неделимых частиц - атомов (в те времена еще не было понимания того, что движение твердых тел не требует пустоты, а может происходить и происходит в непустой среде путем вытеснения, или замещения, одного вещества другим - к этой мысли пришел почти через сто лет после атомистов Аристотель, провозгласивший тезис: “Природа не терпит пустоты!”) [4,7,17]. Материалистический мир - это мир, сформированный и заполненный неуничтожимой материей, находящейся в вечном самодвижении, постоянно изменяющей свои формы, виды и состояния. В таком мире нет нематериальной, сверхъестественной действительности, понимаемой как бог, и нет пустоты, ничто, небытия, из которых бог якобы создал нечто, бытие. В материалистической философии понятие “ничто” имеет смысл только применительно к тем идеальным построениям человеческого сознания, которые не соответствуют реальному миру и не могут быть в него воплощены в процессе человеческой деятельности. Такие построения следует именовать как ничто, пустое, иллюзия, фикция, химера, абракадабра (от греч. abrakos божество + др.-евр. dabar слово = магическое, таинственное слово, которому приписывается чудодейственная сила; непонятный набор слов, бессмыслица), абсурд (от лат. absurdus нелепый, бессмысленный), ахинея (рус., чепуха, чушь, вздор, бессмыслица, нелепица, вранье, глупость), галиматья (от фр., бестолковщина, бессмыслица, чепуха, вздор), белиберда (татарск.- рус., чепуха, чушь, вздор, дрянь) и т.п. Многие творения человеческой мысли, если не их большинство (включая религиозные, мистические, астрологические, теософские, философские и другие учения), можно смело назвать этими именами, а об их творцах сказать, что они несли или несут ахинею, галиматью, белиберду.

Но, следует также не забывать и о том, что воображение, фантазия (“безгранична человеческая сила воображения” - говорил Л. Фейербах), а также связанные с ними иллюзии, фикции, химеры и другие “пустые” построения ума, являются необходимой частью сознания и имеют для него вполне определенное значение. Они, в частности, служат средством удовлетворения ряда других, помимо познания действительности, духовных, или психических (от греч. psyche душа), потребностей человека. Так, например, они могут использоваться индивидом для умственных игр и развлечений, могут стать средством “убить время” реальной жизни и создать иллюзию новой, более приятной, но воображаемой, виртуальной (от лат. virtualis возможный, кажущийся) жизни. Или, что более серьезно, “пустые” построения ума могут стать средством тренировки человеческого воображения, направленного впоследствии на серьезные дела - создание нечто и преобразование реальности. В перечисленных и других аналогичных случаях подобные построения можно именовать такими менее резкими, менее обидными словами, как фантазии, сказки, сказочки, детские росказни, небылицы, байки, побасенки. При этом надо помнить о принципиальном отличии сказки от действительности: первая существует только в сознании человека или в овеществленных, опредмеченных образах этого сознания (книжках, фильмах, спектаклях и т.п.), а вторая существует вне и независимо от сознания человека. Если бы религия не пыталась сегодня вмешиваться в реальную жизнь людей, диктовать им мысли и поступки, то к ней можно было бы отнестись также как к сказочке (Л.Фейербах: ”Искусство [в отличие от религии - Г.А.Л.] не требует признания его произведений за действительность"")!^]). Но она упорно пытается и сегодня, как в прежние времена, “сделать сказку былью’", поставить пределы человеческому познанию, разделить человечество по вероисповеданиям и сектам, завести его в тупик и обречь в конечном итоге на самоистребление во имя веры, основанной на “божьем” страхе, невежестве и низменных человеческих, а по существу “обезьяньих”, страстях. Фанатизм верующих не имеет границ, несет несчастья и смерть всем иноверцам, “неверным” и даже тем единоверцам, на которые указует перст их фанатичных религиозных наставников и вождей.

6 Мифологические и религиозные представления возникли у людей первобытного общества естественным образом в процессе бесчисленных попыток понять и объяснить себе тот сложный, разнообразный и суровый мир окружающей природы, от которого человек всецело зависел в своей каждодневной жизни. Природа постоянно и активно являла людям свои мощные и грозные силы (падения и взрывы метеоритов, землетрясения и извержения вулканов, дожди и наводнения, громы, молнии и пожары, пыльные бури и засухи, нападения хищных зверей и враждебных племен, болезни, травмы и смерть), причины которых были скрыты, неизвестны и непонятны. Человек, будучи плодом длительной и жестокой эволюции природы, ее творением, почти ничего не знал о ней, не знал и того главного факта, что природа - мать и отец всего человеческого рода (чему удивляться, если от этого факта до сих пор пытаются “откреститься как от черта” все религии и верующие: люди с радостью признают себя “божьими тварями”, но только не творениями природы и тем более потомками обезьянолюдей). При неразвитом, еще младенческом сознании и разуме, человек мог понять окружающий мир только исходя из уже известных и доступных ему ощущений, восприятий, представлений, чувств и знаний. Весь его еще весьма незначительный опыт познания мира был целиком сосредоточен в рамках жизни собственного рода и племени, обитавших на ограниченной территории суши. Полнее и лучше всего человек понимал организацию своего рода, его правила, запреты и законы, условия взаимодействия внутри рода между сородичами, включая подчиненность одних другим (в определенной мере сходное “понимание”, как известно, присуще уже всем стадным животным: семействам слонов, стаям волков, обезьян и т.д.). Именно эти начальные знания о жизни своего рода-племени человек перенес на всю природу, наделив ее образами и качествами, подобными человеческим. Человек “дал” силам природы человекоподобное лицо и душу, т.е. олицетворил и одушевил их. Первобытного человека убеждала в правильности таких антропоморфных (от греч. anthropos человек + morphe форма; наделение человеческими свойствами объектов природы и богов) представлений и та необыкновенная слаженность,

целесообразность, “разумность”, которая наблюдалась им в природе (в природе человек увидел то же самое, что природа заложила в него самого - определенную организацию и соподчиненность, но понять, что все это сотворила сама мать-природа, а не какое-то всесильное существо вне природы, было еще недоступно младенческому разуму человека). Человек решил, что такое мог сотворить только бог (Л.Фейербах отмечал, что "... другая причина веры в бога: человек переносит на природу представление о своем целесообразном творчестве. Природа целесообразна - и, следовательно, ее создало разумное существо... ”[13]).

Все силы природы превратились в человеческом сознании в человекоподобные существа (духов, демонов, богов и т.п.), которые, в отличие от самого человека, были им же наделены нечеловеческими, чудесными качествами - сверхъестественной разрушительной и созидательной силой, т.е. всесилием (“бог все может”), всезнанием (“бог все знает”), всевидением (“бог все видит”), всеслышаньем (“бог все слышит”), всесущностью (“бог везде”), всеблагостью (“от бога все блага и все лучшее”), всесправедливостью (“бог справедлив и каждому воздает по заслугам”) и бессмертием (“бог вечен”). В этих качествах человек отразил свою мечту о тех идеальных свойствах, которыми желал бы обладать сам (впрочем, об этом же продолжают мечтать и современные люди). Олицетворив и одушевив природу, человек тем самым приблизил ее к себе в своем первобытном сознании, сделал ее понятнее для себя и получил шанс наладить с ней “дружеские” отношения. Подобно тому, как внутри рода-племени любому сородичу требовалось расположенность к нему старших, вождей (от этого порой зависело не только благополучие человека, но и сама его жизнь), и это расположение добивалось за счет покорности, почитания, поклонения и принесения даров старшим, точно так же человек стал добиваться расположения у одушевленной им же природы - поклоняться и приносить ее богам различные жертвы растительного, животного или человеческого происхождения. Создав в своем сознании богов и наделив их силами, отнятыми (украденными!) у природы, человек вместо слепых, неуправляемых и непонятных сил реального мира “получил для себя” те силы, которые можно было понять с помощью чувств (без разума!) и с которыми можно было “договориться”. Исполняя магические ритуалы и принося жертвы богам (духам), человек наивно полагал, что таким путем может воздействовать на грозные природные стихии. Ему казалось, что он обманул природу, но на самом деле он впервые, по-крупному и надолго обманул себя самого и своих потомков. Природу, реальность не обманешь - она безразлична к человеческим хитростям и домыслам! Можно, конечно, и сегодня продолжать по-прежнему вести диалог с вымышленным богом (богами, духами), делая вид, что все в жизни и смерти зависит только от него (от них), но в современном обществе, наполненном достоверным научным знанием о мире, такой диалог все более напоминает беседу умалишенного в сумасшедшем доме со своими бредовыми призраками.

Антропоморфные представления древних о богах очень едко высмеял еще в 6 в. до н.э. древнегреческий поэт и философ Ксенофан (см. Прим.1). Его прозвали бичевателем гомерообмана за стихи и элегии против Г омера и Г есиода, в которых он бичевал сказанное ими о богах (оба его великих предшественника описывали жизнь богов по аналогии с жизнью людей, упоминая не только достоинства, но и пороки богов, подобные людским: раздоры, войны и битвы, обман, интриги и шантаж, измены, подкуп и пьянство, похоть, сожительство и прелюбодеяние и т.п.). Ксенофан писал: “Если бы руки имели быки и львы или кони, Чтоб рисовать руками, творить изваянья, как люди, Кони б тогда на коней, а быки на быков бы похожих Образы рисовали богов и тела их ваяли, Точно такими, каков у каждого собственный облик”, т.е. у каждого вида животных бог был бы похож на их же вид. Так и люди, по Ксенофану, живописуют своих богов сходно с собственным обликом: ”эфиопы пишут своих богов черными и с приплюснутыми носами, фракийцы - рыжими и голубоглазыми, мидяне и персы - также подобными самим себе, египтяне также изображают их по собственному образу” [5]. В условиях древнего языческого мира с его многобожием (в некоторых древних религиях насчитывалось по несколько тысяч богов разного уровня соподчиненности) Ксенофан первый выдвинул идею не просто верховного бога, а строго монистического бога (от греч. monos один; учение, признающее основой всего существующего одно начало: либо материальное, либо духовное): “Единое есть бог”. По Ксенофану, бог существует, но не подобен человеку, а полностью абстрактен: он вечен, один, однороден и шарообразен, все слышит и видит, но не дышит, и всецело есть сознание, разум. Таким образом, в противовес антропоморфной мифологии и религии Ксенофан развил пантеистические (от греч. pan всё + theos бог= всё есть бог, или природа есть бог) представления: бог есть мировой разум. Идея единого бога со временем утвердилась в ряде мистических философских учений (неоплатонизм) и монотеистических религиях (от греч. monos + theos бог): иудаизме, христианстве и исламе. Но по существу такой исторический переход от многобожия к единобожию, осуществленный в интересах правителей разных народов (по принципу ”на небе один бог, а на земле один властелин, назначенный богом”), только замаскировал начальный антропоморфный самообман человека. Ложь осталась на многие века в основе религиозного мировоззрения человечества и продолжает господствовать в нем поныне, прикрываясь сегодня в светских обществах якобы необходимостью моральной защиты “традиционных духовных ценностей” и утешением страждущих (больных, несчастных и дезориентированных в жизни людей).

Уже в 5 в. до н.э. некоторые древнегреческие философы, несмотря на всеобщее и повсеместное господство религиозного мировоззрения, стали выражать свои сомнения в существовании и реальности богов. Так, например, философ Протагор из Абдер (480-410 г. до н.э.; Фракия), который 40 лет вел жизнь странствующего софиста, т.е. учителя мудрости, в своем сочинении ”О богах” писал: ”О богах я не могу знать ни того, что они существуют, ни того, что их нет, ни того, каковы они с виду. Ибо многое препятствует знать это: и неясность вопроса, и краткость человеческой жизни" (за свои сомнения в существовании богов Протагор был изгнан из Афин, а его сочинения публично сожжены). Еще дальше Протагора в своем отношении к богам пошел Диагор Мелосский (5 в. до н.э., о. Мелос, Кикладский архипелаг) по прозвищу “Безбожник", или “Атеист" (от греч. a не + theos бог= безбожник"), ученик Демокрита, философ и поэт, вообще отрекшийся от богов. Вначале он был глубоко верующим человеком, но перестал верить в богов после того, как его предал самый верный из друзей, а боги за это не наказали предателя-клятвопреступника. Диагор подверг ядовитой критике многие мистерии (от греч. mysterion таинство; тайные религиозные обряды в честь богов) и подобно Ксенофану насмехался над богами народной политеистической (от греч. poly много + theos... = многобожие, язычество) и антропоморфной греческой религии. Афинский суд приговорил его в 415 г. до н.э. к смертной казни за нечестие, его сочинения были сожжены, но ему самому удалось бежать [3,6,7].

Уже в те времена появились первые здравые философские суждения о том, что не боги создали этот мир и людей в нем, а, наоборот, люди присвоили имена богов великим силам природы и выдумали самих богов по своему образу и подобию, причем не только ради объяснения сил окружающей природы, но и в целях управления поведением своих соплеменников. Так, ученик Сократа и дядя Платона, афинский аристократ, философ и писатель Критий (ок.460-403 до н.э.) в своей сатирической драме “Сизиф" развил взгляд на религию, как на выдумку правителей (законодателей), введенную для того, чтобы наложить узду на людей, которых не могут удержать одни запреты и законы общества. Людям надо было внушить страх перед всевидящим и всеслышащим существом, ибо мощь законодателей была недостаточна для прекращения преступлений, совершаемых тайно (и действительно этот фактор способствовал целенаправленному распространению религии властьимущими среди подчиненных им народов, причем и в современном обществе государство нередко прибегает к религии в тех же целях). Другой греческий философ, софист, ученик Протагора Продик из Кеоса (5 в. до н.э.; о. Кеос, Кикладский архипелаг), утверждал: “Солнце, луну, реки, источники и вообще все полезное для нашей жизни древние наименовали богами за пользу, получаемую от них, как, например, египтяне - Нил". Еще один известный философ- безбожник Евгемер из Мессаны (ок.300 до н.э.; о. Сицилия) в своем труде “Священная запись" изложил теорию (позже она была названа евгемеризмом и оказала большое влияние на философов 18-го века) о том, что божества - это просто лучшие люди первобытного времени (вожди, герои племен), впоследствии обожествленные. Он говорил:

”Когда жизнь людей была неустроена, то те, кто превосходил других силою и разумом так, что они принуждали других повиноваться их приказаниям, стараясь достигнуть в отношении себя большего поклонения и почитания, сочинили, будто они владеют некоей изобильной божественной силой, почему многими и были сочтены за богов” (известно, что уже в 3-м тысячелетии до н.э. обожествлялись многие правители древних цивилизаций Египта, Месопотамии и других стран, и захоронения царей-богов сопровождались массовыми человеческими жертвоприношениями). Римский философ, писатель и политический деятель Марк Туллий Цицерон (103-43 до н.э.) так подытожил в своем сочинении “О природе богов” деятельность этих философов-вольнодумцев (в 302 г. н.э. по декрету римского императора Диоклетиана это произведение Цицерона было осуждено как вредное для государственной, тогда еще языческой, религии империи): “Учения всех этих [философов Протагора, Диагора и др.] не только уничтожают суеверия, заключающие в себе пустой страх перед богами, но также и религию, которая состоит в благочестивом поклонении богам. А те [Критий], которые утверждали, будто все эти представления о бессмертных богах были измышлены мудрыми людьми в интересах государства с той целью, чтобы религия приводила к выполнению своих обязанностей по отношению к государству тех, кто на кого не могут подействовать доводы рассудка? Разве они не разрушили религию до основания? А что оставил от религии Продик из Кеоса, учивший, что люди включали в число богов то, что шло на пользу человеческой жизни? А те [Эвгемер], которые учат, что богами после смерти становились или храбрые, или прославленные, или могущественные люди, и их-то мы имеем обыкновение чтить, молиться и поклоняться им, разве не чужды всякой религии? ”[6, 7,14].

Но в своей массе и античные философы, подобно необразованным и невежественным народам, оставались верны господствовавшим в обществе представлениям о богах. Что же их, помимо самой веры и традиций предков, убеждало в правильности их религиозного мировоззрения? Об этом выразительно сказал Цицерон, вложивший в уста представителя философской школы стоиков (Древняя Стоя основана в 300 г. до н.э. в Афинах Зеноном Китионским - ок.336- 262 до н.э., о. Кипр - и продолжена его учениками Клеанфом и Хрисиппом) аргументы в защиту богов [14]: “Вообще, наши делят весь этот вопрос о бессмертных богах на четыре части. Во-первых, они учат, что боги существуют, затем - каковы они; потом - что они управляют миром; наконец, - что они пекутся о человеческих делах...Когда мы взираем на небо, когда созерцаем небесные явления, разве не становится вполне ясным, вполне очевидным, что есть некое божество (numen) превосходнейшего ума, которое всем этим управляет?...Если кто в этом сомневается, то я не понимаю, почему он не сомневается также, есть солнце или его нет!Чем одно очевиднее другого?...всем людям всех народов в общем известно, что есть боги, ибо знание у всех врожденное и как бы запечатленное в душе...что они есть - никто не отрицает. Наш Клеанф [ок.330-230 до н.э.; сменил Зенона на посту главы школы; особое значение придавал теологии - от греч. theos бог + logos учение= систематизированное изложение вероучения - Г.А.Л.] считает, что понятия о богах сложились в человеческих душах по четырем причинам. Первой он полагает...возможность предчувствия будущего. Вторая - это великие блага, которые мы получаем от благоприятного климата, плодородия земли и великие множества других благ. Третья - [это разные природные явления], которые устрашают наши души: молнии, бури, грозы, метели, град, засуха, эпидемии, землетрясения и часто слышимый подземный гул, каменные дожди, и дожди как бы из кровавых капель, обвалы и внезапное появление зияющих трещин в земле, затем противоестественные уроды среди людей и животных; далее, появление небесных факелов (метеоров) и тех звезд, которых греки называют кометами, а наши - волосатыми...Устрашенные такими явлениями, люди сообразили, что есть некая небесная и божественная сила. Четвертая причина и самая важная - равномерность движений и круговращений неба, Солнца, Луны, звезд, их различие и разнообразие, красота и порядок. Созерцание этих вещей само в достаточной мере указывает, что все это не случайно...это не могло произойти без причины...есть некто, стоящий во главе всего этого, которому все повинуется...необходимо признать, что все великие передвижения в природе управляются неким умом (mens)...Конечно, такая согласованность между различными частями вселенной не могла бы иметь места, если бы она не удерживалась бы единым божественным и неразрывным духом (spiritus)...У мира по необходимости должен быть совершенный и абсолютный разум...[небесные светила] с полным основанием следует считать одушевленными и способными чувствовать и мыслить...звезды должны быть причислены к богам...А о наличии у звезд способности чувствовать и мыслить более всего свидетельствует их порядок и постоянство их движения, в которых нет ничего произвольного, ничего изменчивого, ничего случайного. А ведь нет ничего такого, что могло бы разумно и размеренно двигаться без участия рассудка (consiUum)...они движутся по собственному побуждению, руководствуясь своим чувством, своей божественностью...звезды движутся самопроизвольно. Тот, кто их видит и все отрицает существование богов, поступает поэтому не только невежественно, но и нечестиво...Итак, что боги существуют настолько очевидно, что того, кто это отрицает, едва ли можно считать в здравом уме...Тот, кто считает, что этот изумительный порядок и невероятное постоянство небес, который порождает все и всех, существование и благополучие, обошлись без ума, тот сам, следует считать, лишен разума...бог не подчиняется и не подвластен никакой природе, он сам правит всей природой ”. С позиции знаний сегодняшнего дня над этим по-детски беспомощным, но весьма самоуверенным лепетом стоиков-теологов можно посмеяться, но в то же время в их суждениях рельефно проступает главная причина веры людей в богов: зависимость людей от “хороших” (благих) и “плохих” (устрашающих) сил природы, а также непреходящее удивление человека перед “разумной” организацией самой природы, невольно предполагающее участие в этом какого-то могущественного, сверхчеловеческого, божественного разума. Сегодня мы достоверно знаем, что таким “разумом” являются естественные законы самой природы, вытекающие из ее материального основания.

Переход от непосредственного познания природы к “общению” со сверхъестественными силами и богами (а позже - единым богом), уход от реального мира в мифологию и религию надолго привел человека к отказу от сознательного, целенаправленного исследования природы. Зачем было напрягать разум и изучать природу, если всем управляют боги, если на любой вопрос о природных явлениях сразу же следовал простой и убедительный ответ жрецов религии: “Так угодно богам”. А на очередной вопрос: “Почему так угодно богам?” следовал не менее разоружительный ответ: “Не исповедимы пути господни”. Следует признать, что религиозное мировоззрение надолго затормозило эволюцию человеческого разума (известно, что любой орган живого организма сохраняется и развивается только тогда, когда он постоянно работает, а то, что не используется, постепенно разрушается и отмирает; поэтому, если нет серьезных задач, работы, нагрузки для мозга и разума, то задерживается и его развитие). Попытки же использовать разум там, где все решает вера, всегда превращались в трагедию или, наоборот, в фарс и комедию. Примером тому могут служить многовековые философские и теологические дискуссии о богах (как в вышеприведенном фрагменте из Цицерона), “вершиной” которых можно признать средневековые споры христианских схоластов о том, “сколько ангелов помещается на острие иглы?”. Только жестокая необходимость выживания человечества не в воображаемом, а в суровом материальном мире (мире без богов), стихийно удержала человека на его бесконечно медленном пути разумного развития. Прошли десятки тысяч лет эволюции человеческого вида Homo Sapiens (Человека Разумного), но только в последние 400-500 лет человеку удалось, наконец-то, повернуть свое сознание от религии к

науке, от веры к знанию, от заблуждения к истине, от религиозного рабства к свободе человеческого духа.

Некоторые философы-материалисты 20-го века полагали, что главные корни религии лежат в эксплуатации человека человеком, а с ее устранением религия лишится своего фундамента. Русский философ- марксист и революционер Владимир Ульянов-Ленин в 1905 году в своей статье “Социализм и религия” писал: “Религия есть один из видов духовного гнета, лежащего везде и повсюду на народных массах, задавленных вечной работой на других, нуждой и одиночеством. Бессилие эксплуатируемых классов в борьбе с эксплуататорами так же неизбежно порождает веру в лучшую загробную жизнь, как бессилие дикаря в борьбе с природой порождает веру в богов, чертей, в чудеса и т.п. Того, кто всю жизнь работает и нуждается, религия учит смирению и терпению в земной жизни, утешая надеждой на небесную награду. А тех, кто живет чужим трудом, религия учит благотворительности в земной жизни, предлагая им очень дешевое оправдание для всего их эксплуататорского существования и продавая по сходной цене билеты на набесное благополучие. Религия есть опиум для народа. Религия - род духовной сивухи, в которой рабы капитала топят свой человеческий образ, свои требования на сколько-нибудь достойную человека жизнь...гнет религии над человечеством есть лишь продукт и отражение экономического гнета внутри общества...пролетариат поведет широкую, открытую борьбу за устранение экономического рабства, истинного источника религиозного одурачения человечества..." Действительно, эксплуатация человека человеком и экономический гнет внутри общества являются мощной силой, влияющей в том числе и на религиозность людей. Но Ленин идеализирует и абсолютизирует эту силу, которая сама по себе не является достаточной для того, чтобы быть фундаментом религии. Более мощные силы, порождающие религиозное мироощущение, вытекают из краткости человеческого существования, из страха смерти, болезней и несчастий, из слабости и ничтожности человеческого организма перед всесилием природы и общества. Само по себе устранение экономического гнета не приведет к свободе человеческого духа, так как останутся действовать все другие, не менее значимые причины существования религии. Доказательства этому жизнь приводит на каждом шагу (например, возврат к религиозности сообществ людей, бывших ранее атеистическими, или религиозность вполне экономически обеспеченных, состоятельных людей в разных странах мира).

<< | >>
Источник: Гуртовцев А.Л.. Думать или верить? Ода человеческой ослиности. Философия реального мира, или новые философские очерки о многовековых общечеловеческих заблуждениях, глупостях и преступлениях против разума и жизни. Минск 2015. 2015

Еще по теме Примечания и комментарии:

  1.   ПРИМЕЧАНИЯ УКАЗАТЕЛИ ПРИМЕЧАНИЯ [†]
  2.   ПРИМЕЧАНИЯ УКАЗАТЕЛИ ХРОНОЛОГИЧЕСКАЯ ТАБЛИЦА
  3.   ПРИМЕЧАНИЯ 
  4. Примечания 
  5.   ПРИМЕЧАНИЯ И КОММЕНТАРИИ
  6.   ПРИМЕЧАНИЯ  
  7.   ПРИМЕЧАНИЯ И ПОЯСНЕНИЯ  
  8. ПРИМЕЧАНИЯ УКАЗАТЕЛИ БИБЛИОГРАФИЯ ПРИМЕЧАНИЯ [†††††††††††††††††††††††††††††††††] Пьер Бейль. К истории философии и человечества
  9. ПРИМЕЧАНИЯ УКАЗАТЕЛИ ПРИМЕЧАНИЯ
  10. ПРИМЕЧАНИЯ И КОММЕНТАРИИ