§ 210. II. Критика классификации Гая и Юстиниана и замена ее новою

Hesse, uber das Wesen und die Arten der Vertrage des heutigen Romischen

Rechts. 1868. — Brinz, kritische Blatter. Nr. 1. 1852. — Baron, die Condictionen.

§ 4. 1881.

Vertruge. 1881.— Fa/igerow, §600.— Windscheid, §§ 302. 303. 326.— 7?ngt;zz,

§§ 247. 319. 337. — Bekker, § 95 Beil. I.

1. Критика. Четырехчленное деление оснований происхождения обязательств свойственно (как неосновательно думают) не вообще римской юриспруденции, а лишь воззрениям Гая[74], заимство- ванным Юстинианом ; прочие римские юристы довольствовались лишь указанием на главнейшие основания возникновения обяза- тельств: контракты и деликты. Оно и не исчерпывает предмета: много обязательств нельзя подвести ни под одну из этих категорий. Наконец, эта классификация содержит два неясных выражения; слово «контракт» означает, что обязательство основано на воле сторон, слово «деликт» — что обязательство возникает из противоправного действия; но какие обстоятельства порождают так наз. obi. quasi ex contractu и quasi ex delicto, этого из названия не видно; и часто повторяемые Гаем и Юстинианом слова: sed quasi ex maleficio tenentur, quasi ex contractu teneri videntur и т. п. вовсе не указывают, каково основание возникновения этих обязательств: они указывают лишь на то, что должник по quasi-контракту должен обсуждаться подобно должнику по контракту, должник по quasi-деликту — подобно должнику по деликту, так что дело идет о сходстве ответственности.

Итак, из понятий, которые римское право дает для классификации оснований возникновения обязательств, пригодны только контракт и деликт.