Современная западная философия.

Современная западная философия предстает в обществен­ном сознании как комплекс уникальных по содержанию учений некоторых мыслителей XIX века, таких, как С. Кьеркегор, А. Шопенгауэр, Ф.

классики в связи со значительным расширением предметного поля философствования, из-за включения в него проблематики культурного, экзистенциального, практического характера. Она оказалась определяющим фоном, на котором стали обсуждать­ся и вопросы традиционной (классической) философии - онто­логические, гносеологические и методологические. Поэтому можно сказать, что отсчет эпохи современной философии сле­дует вести с того момента, когда она «окунулась» в безбреж­ный океан чисто человеческих проблем, стремясь разрешить их нерациональными средствами типа интуитивного и волевого отношения к миру.

Ситуация в сфере философии складывалась так, как будто XIX век «устал» от рационализма и начал по-новому ценить чувства, волю, интуицию, скрытую от разума внутреннюю энергетику человека. Все это позволило говорить о кризисе классической философии, который начался, когда стали возни­кать философские школы и системы с приставкой «нео» типа неогуманизма, неопозитивизма, неореализма, неосхоластики, неотомизма, неофрейдизма и т.д. и т.п. В них с самого начала выражалось принципиальное несогласие с ориентацией класси­ческих философских систем на разум. Они расходились и по мировоззренческим, и по методологическим парадигмам. Сово­купность содержательных проблем этих неоклассических школ чрезвычайно обширна и многообразна.

Основным критерием и одновременно главным «рабочим инструментом» традиционной философии (начиная с Сократа) считался человеческий разум, способный к логическому позна­нию бытия, рационально-творческому осмыслению его. Фило­софские классики (особенно Г. Гегель, К. Маркс) были твердо убеждены во всесилии разума, в безграничности человеческого познания как залога реального воплощения гуманистических ценностей и идеалов. Их исходным тезисом был следующий: человек сам по себе (по своим природным задаткам и способно­

стям) является разумным и творческим существом. Он сознает свои возможности и поэтому может строить свою жизнь на су­губо рациональных началах. Мышление философов-рационали­стов, как правило, было проникнуто жизненным оптимизмом, осознанием своей особой роли как интеллектуального миссио­нерства в обществе. Они рисовали заманчивые картины восхо­ждения человека к всеобщему счастью на основе достижений науки, техники и просвещенческой деятельности философов.

Сциентистская (лат. scientia - наука) настроенность клас­сических философских концепций особым образом преломля­лась в пафосе и стиле рационализма (Декарт, Спиноза, Кант, Гегель, Маркс и т.д.). Традиционным стало философское убеж­дение в том, что человек способен познавать природный и об­щественный мир и по своему разумению преобразовывать, улучшать его. Отсюда цели и задачи познания мира философа­ми-рационалистами понимались как выяснение (а затем и объ­яснение) всеобщих связей и отношений в природе вещей с по­следующим качественным преобразованием мира в соответст­вии с собственными интересами. Ничем не омраченный фило­софский рационализм господствовал в европейской ментально­сти до конца XIX века.

Одним из первых философов, решительно выразивших свое недоверие, даже враждебность всем классическим рацио­налистическим философским системам, стал немец Артур Шо­пенгауэр. Вместо традиционной идеи рационального объясне­ния причины мира он предложил качественно иную - идею во­левого первоимпульса. Все, что существует, он представлял как волю к жизни. Причем философ не только умалял значение ра­зумного начала в познании за счет возвышения роли веры и чувства, но и абсолютизировал волю как первопричину мира - «ненасытное слепое влечение, темный глухой порыв». Разум, по мнению этого мыслителя, конечно, есть, но он вторичен, функционируя не сам по себе, а только как следствие порыва воли, которая признается единой энергетической базой всех форм познания мира. Разум выступает лишь орудием воли, как когти или зубы зверя. А. Шопенгауэр рассматривал человече­скую волю как нечто родственное «неисповедимым силам ми­

роздания», которым свойственны все «волевые порывы» суще­го. Воля для Шопенгауэра - абсолютное начало познания, ко­рень всего сущего. Вселенная им мыслится как воля и пред­ставление.

Еще более категорично высказал свое недоверие разуму известный датский теолог, философ и писатель Серен Кьерке­гор (1813-1855). Он критиковал разум за его неспособность ориентировать индивида в сложном, противоречивом мире при­роды и общества. Философ открыто поставил вопрос о непра­вомерности развития всякой рационалистической философской системы и выдвинул в качестве ее альтернативы новый крите­рий философствования - теснейшую связь философии с челове­ческим индивидом, его фактическими чувствами, настроения­ми, переживаниями и с некой безысходной трагичностью инди­видуального человеческого бытия. Он решительно отвергает все рационалистические направления, но особенно философ­скую систему Гегеля, за игнорирование реальных проблем жиз­ни конкретных личностей.

Если в классической рационалистической философии гу­манистические понятия и представления были органично взаи­мосвязаны с культом научного познания и объяснения мира ве­щей, предметов, явлений, если философы-рационалисты созна­тельно возвеличивали роль и значение человеческого разума в жизни людей и противопоставляли его темным силам, стихий­ности природных и общественных явлений, то в зарождающих­ся философских течениях возобладали совершенно иные, осо­бые формы своеобразного иррационалистического гуманизма, апеллирующего только к предрассудкам или сугубо субъектив­ным взглядам, вырабатываемым в темницах человеческого под­сознания. Все эти изменения в философских парадигмах не могли не повлиять на традиционные ценности и идеалы духов­ной культуры, да и на состояние всех форм общественного соз­нания. Они привели к выработке иных принципов человеческо­

го познания и организации на этой базе общественной жизне­деятельности.

Несмотря на принципиальные изменения в философском мире, классическая философия продолжала по-прежнему суще­ствовать. Она так же, как и наука, стремилась рационально ис­кать и осмысливать новые истины, давать им мировоззренче­ские и аксиологические оценки. Действительно, как столетие назад, в наше время функционируют такие философские док­трины, которые высоко оценивают роль и значение разума в об­ществе и именно с ним связывают будущий социальный про­гресс. Однако, как и прежде, продолжается практика обличения разума, расширяются некие философские суждения о якобы ан­тигуманистическом характере самих научных открытий, техни­ческих и технологических достижений.

Однако надо признать, что крупные научные открытия, а также современные технические и технологические изобрете­ния действительно прямо или косвенно воздействуют на тради­ционно сложившиеся формы общественного сознания. Они влияют на физическое и психическое здоровье населения и серьезно меняют даже сам характер природного саморазвития живых организмов (например, клонирование). Естественно, ми­ровую общественность не могут не беспокоить такие факторы. Между тем специалисты в области молекулярной биологии, биомедицины уже создали реальные предпосылки для практи­ческого вмешательства в механизм наследственности. Синтези­рованы новые биохимические вещества, способные воздейство­вать на психику миллионов людей.

В силу этих обстоятельств на первый план философского осмысления выдвинулись глобальные проблемы: загрязнение окружающей среды, фальсификация пищевых продуктов, все большая утрата контакта человека с природой вследствие рас­ширяющегося урбанизма, ведущего к превращению человече­ских отношений в сугубо функциональные.

В силу уже этих новых факторов бытия человека научный оптимизм и упование только на мощь разума катастрофически уменьшаются. Как следствие, получают массовое распростра­нение иррациональные мрачные пророчества и негативные оценки науки. Они затрагивают не просто отдельные стороны человеческой жизнедеятельности, а саму природу человека, принципы организации общества, смысл жизни каждого от­дельного индивида. Однако надо признать, что сами по себе та­кие пессимистические настроения ряда философов не являются чем-то абсолютно новым. Еще К. Маркс резонно замечал, что повышенные меры господства человека над природой оборачи­ваются все большим его закабалением, а накопление вещест­венного богатства ведет к духовному опустошению человека, отчуждению его от продуктов собственного труда.

Кризисное противоречие современной общественной жиз­ни по-своему проявляется в социологии, политологии, морали, искусстве, религии и т.д. Но более очевидно и остро оно сказы­вается на содержании современной философии Запада. Именно философия призвана вырабатывать оценочное представление о состоянии и перспективах саморазвития человечества. Опира­ясь на такое представление, она и предлагает общественному сознанию свой оптимистический или пессимистический взгляд на роль и значение науки, техники и технологии в обществен­ном развитии, а также философскую ориентацию либо на ра­зум, то есть на науку, либо на формы ненаучного познания - волю, чувства, интуицию. В начале XX столетия Вильгельм Дильтей (1833-1911), представитель так называемой филосо­фии жизни, с огорчением писал: «Одной из наиболее действи­тельных причин, не перестающих доставлять все новую и но­вую пищу скептицизму, является анархия философских систем. ...Оглянемся ли мы назад или посмотрим вокруг себя, везде мы видим в хаотическом беспорядке беспредельное многообразие философских систем» [2].

Причиной появления многообразных неклассических на­правлений философской мысли стал интерес к познанию тех сторон жизни и деятельности человека, которые не осмыслива­лись ставшими уже традиционными в середине XIX века фило­

софскими системами. В этом смысле возникновение некласси­ческой философии - явление вполне закономерное. В познава­тельной деятельности человечества (в естественных и техниче­ских, общественных и гуманитарных науках, в художественном творчестве и медицине, а также в обобщающей весь процесс познания философии) начала формироваться принципиально иная гносеологическая парадигма, которая нацеливалась на ин­тегрирование и синтезирование обеих методологических уста­новок - как классической, так и неклассической. Чтобы понять и оценить это новое явление в познании мира вещей, предме­тов, а также общественных процессов и жизни индивидов, не­обходимо поближе познакомиться с теми альтернативными фи­лософскими направлениями, которые в течение более столетия активно противодействовали идее рационализма.

6.2.