Юридическая
консультация:
+7 499 9384202 - МСК
+7 812 4674402 - СПб
+8 800 3508413 - доб.560
 <<
>>

РАЗВИТИЕ НАКОНЕЧНОГО УДАРЕНИЯ В ПАДЕЖНЫХ ФОРМАХ СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫХ МУЖСКОГО РОДА


В современной науке установлено*, чтл- раявитие под в и ж н ости ударения — одно из характерных свойств односложных „(реже двусложных) -имен мужского фода. Ещеj XVIII—XIX вв. были широко употребитёльны та к иеГ на п р и м ер .ф о р мы ударения в кос- венных падежах: холма, холму, на холметтыка, языку, о языке Гтг п.
Сейчас удвоение на -керне в падежных .формах у ~этих слов уже^устарело^У многих слов сдвиг нормы происходи?, на глазаЗГу нашего поколения. Например, еще в Словаре Ушакова нормативными признавались только формы родительного падежа с ударением на корне: моста, пруда; ударение моста характеризовалось даже как областная черта. Наконечное ударение угля, углем В. И. Чернышев (Русское ударение.— СПб., 1912) считал особенностью жителей Петербурга. Словарь ударений (1967) и сейчас предлагает для дикторов радио и телевидения только ударение угля, углем. Возникает вопрос: оправданны ли столь жесткие ограничения для современной речи?
Хотя колебание ударения у слова мост продолжается сейчас (ср. у МаяковскогогЯ уселся ~у м о с т а. Травка выросла мо с та), можно с уверенностью утверждать, что преобладающим становится наконечное ударение. Вот'_р"взультаты“ анкети-., рования среди студентов: к мосту— 155, к мосту — 76, в контексте Недалеко от моста: моста — 216* моста — 27._ Совре- менные^^тоэты (Исаковский, Твардовский, Дудин, Жаров, Алигер, Щипачев/Мартынов, Наровчатов и др.) все чаще предпочитают формы моста, мостом и т. п. Естественно, что современные словари уже не могут игнорировать вариантов у мостаГу пруда и т. п. Ср. в Орфоэпическом словаре (1983): моста я'моста, пруда и доп. пруда. Прим_ечательна,_что_ круг существительных, принимающих наконечное ударение в паАежпых-формах, посте-
пенно расширяется. В совремешшяц^ени зафиксированы ненормативные ударения:--ЖЖба4 вьюка* гурта, кряжа и даже гола. Причем, как выяснилось при опросе, молодежь даже предпочитает вариант гола, в контексте ^В-_ворота сборной забили два 2 0 л а: голА—152, гола —J87. Конечно, это~вовсё^ще^не ^слу^" жит _осневанием для пересм^отра^совремйных нормативньцПще- нок, шо общая тенденция проступает здесь достаточно отчет- „ливо. Впрочем, современные словари^ифодолЖа^              ает^я»
цеГІбезТосновании, удерживать, .-традиционное ударение гола.
Вряд ли удастся отстоять в качестве единственно правильных и традиционные варианты угля, углем и т. п. Дважды производившееся анкетирование свидетельствует о том, что сейчас решительно предпочитается наконечное ударение: угля — 145 (167), угля — 72 (75). Положение дикторов радио и телевидения, которые согласно Словарю ударений, обязаны произносить только угля, углем (но ни в коем случае: угля, углём), осложняется еще и тем, что современные поэты (Маршак, Безыменский, Грибачев, Тихонов, Цыбин, Винокуров, Р. Рождественский, Авраменко, Смеляков и др.) беспрепятственно употребляют формы угля, углем.
И на стене, двухцветная, сырая, огромная, как милая земля, в дыму сражений,— карта, фронтовая и черный график черного угля.
(Смеляков. Пейзаж.)
Привез художник и тетрадь И белый холст на раме,
Углём он начал рисовать,
А мы карандашами.
(Маршак. Веселое путешествие от «А» до «Я».)
В стремлении переместить ударение на флексию в падежных формах слово уголь не является исключением.
Эта тенденция свойственна и некоторым другим именам с мягкой основой. Видимо, наконечное ударение, устраняющее редукцию гласного в конце словоформы, является полезным с точки зрения лучшего различения грамматических (іущ.^ол^^і^^дарения особенно часто обнаруживается сейчас              ьГсТпебель/' гусблк
Например, в результате анкетирования в Л ГУ "“выяснилось, чтс более половины опрошенных предпочло бракуемое словарям^ ударение гуся (146 человек), 70 человек высказалось за тради-и ционный вариант гуся. Однако в современной поэзии ударение гуся, гусём встречается редко (Маяковский, Заболоцкий, Долматовский, Корнилов, Тихонов) и, как правило, употребляется в стилистических целях. Отвергаемое некоторыми словарями и нормативными пособиями ударение локтём встретилось еще у А. С. Грибоедова в комедии «Горе от ума» (Петрушка, вечно ты 92 с обновкой, с Разодранным локтем). Нередко так произносят это слово и поэты-современники: Тихонов, Боков, В. Рождественский, Волобуева, Красников и др.:
Дед считался силы непомерной,
Ни локтем, ни словом не,задень.
(Боков. Родина моя...)
И на заре, поднявшись на л о к т ё,
Увидишь мир, где все цветы не те...
(Тихонов. Я снова посетил Донгузорун.)
Наряду с санкционированным нормативными словарями ударением на корне стебля, стеблю, стеблем, поэты '(Брюсов, Грибачев, Яшин, Мартынов, Михалков, Аквилев, Гордейчев и др.) свободно употребляют и варианты с наконечным ударением:
И я ли, идущий как сок по стеблю, отчизна, путями твоими, тебя, отступая, врагу уступлю, с твоими березами в дыме?
(Г ордейчев. Потерянные дни.)
И от его мохнатого стебля,
Припавшего к моим разбитым скулам,
Родимая российская земля Былинной силой на меня дохнула.
(Яшин. Не умру.)
Конечно, возрастающая употребительность новых вариантов с наконечным ударением (локтем, стеблем и т. п.) сама по себе еще не служит достаточным основанием для ломки акцентологической нормы. К тому же наконечное ударение возможно далеко не во всех контекстах, ср.: царапина на локте (на локте), но только: чувство локтя. Однако в данном случае процесс переноса ударения на флексию: угля gt;угля, стебля gt; стебля и т. п., помимо фонетико-грамматической целесообразности (при этом устраняется редукция заударного гласного), поддерживается также аналогическим воздействием группы имен с мягкой основой, уже переместивших ударение в этом же направлении. В XVIII— начале XIX в. произносили гвоздя, червя, груздя, сейчас (см. Словарь Ожегова, 1972) принято: гвоздя, червя, груздя. Таким образом, закрепление наконечного ударения в качестве нормы происходит постепенно и избирательно* от слова к слову. Допуская на правах литературного варианта ударение угля, но отвергая пока акценты стебля, локтя, нормализаторы не вправе упускать из виду то, что в будущем возможна переоценка ударения и у этих слов.
КОЛЕБАНИЯ УДАРЕНИЯ У СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫХ ЖЕНСКОГО РОДА
Вариантность ударения у существительных женского рода, как и у имен мужского рода, обнаруживается главным образом среди дву-, трехсложных~слов, например: баржа и барж^ складчина и складчйка^ззрйгоримя и пригоршня J4 т. п. Общая акцентологическая тенденция здесь не та к'очевидна, как у имен мужского рода. Несколько упрощая проблему, можно сказать, что для, многих существительных женского рода характерно прогрессивное развитие ударения, "т. ел историческое перемещение его ближе-К концу^ сл_ова^7(СД-- Цена gt; ценсу^лйта^^иїтй^,км- кушка ^ квакушка, маслина ^маслйна,сыгровка ^ сыгровка и
Тг7п.).              "              ^              ^              ~
С нормативной точки зрения особенш^цшмечательна судьба ударений у двусложных имен на -й(-я)Тбаржа, пётля^ровня иг др., а также у группы иноязычных* слов на -ия: индустрия, кулинария и др.
Допустимо ли, например, сейчас наконечное ударение в слове петля? С таким вопросом нередко обращаются к специалистам.
Действительно, судя по слрварям., в. XIX в. нормой был только вариант петля. В словарях неправильностей и других пособиях, ударение петля браковалось и продолжает оцениваться как неправильное, не соответствующее литературной нррме. Словарь Ушакова указывает на областной, диалектный характер такого ударения. Словарь Ожегова, (1949) и Малый академический словарь (1957—1961) и (1981—1984) вовсе ,не приводят этого варианта, не признавая его литературным. Запрещает такое ударение петля и словарь-справочник «Правильность русской речи» (2-е изд.— М., 1965).
Однако наблюдения над современной живой речью, выступлениями по радио, стихотворными произведениями последних лет показывают, что бракуемый вариант петля все шире входит в t речевую . практику... Вот лишь некоторые примеры из стихов поэтов:
И чудится злодеям, что шестерка (Искусно сплетена из конопли И, ежели в нее вглядеться зорко,
Имеет вид затянутой петли.
(М а р ш а к. Сатирические стихи.)
Волком выл отец от этой жизни,
Влезть в петлю не раз бедняк хотел.
(Кустов. Родники.)
Все туже смертная петля На горле города-героя!
(Берггольц. Ленинградская поэма.)
Данные анкетирования среди студентов в ЛГУ свидетельствуют даже о преобладании нового варианта петля; в контексте Затянутая п е т л я: петля — 206, петля — 41; в контексте Петля Нестерова: петля — 214, петля — 25.
Примечательно, что слово петля не одиноко в стремлении развить наконечное ударение в формах единственного числа. Аналогичный путь прошло существительное ч; -мдакой-основой льіжня^ (в"Пловаре Даля только льіжня; в Большом академическом словаре и Словаре Ушакова колебание льіжня и лыжня; в современных словарях только: лыжня). Есть основания говорить о начавшемся сдвиге ударения у имен хвоя и ровня. Например, при анкетировании в ЛГУ в контексте Он ёй не ровняв ровня— 137, ровня—107; ударение ровня, хотя и реже, чем традиционное ровня, встречается в современной поэзии (Твардовский, Кедрин, Казакова). Ударение .хвОЯ^обычно усердно запрещается (впрочем, в Словаре Ушакова и Большом академическом словаре дается с пометой разг.), но все настойчивее входит в поэтическую речь (Антокольский, Ошанин, Прокофьев, Хаустов, Островой, Боков, Авраменко, Дудин и др.).
Тропинку трава заплетала,
Траву засыпала хвоя.
В карельских лесах заплутала Военная юность моя.
(Дудин. Тропинку трава заплетала...)
Падают полчищем стрелы косые В гати, в горелые пни и хвою.
Это земля моя, это Россия,
Я нараспашку у речки стою.
(Боков. Заросли, заросли...)
А у моей сосны свои привычки, мелочи, законы...
Я слышу, как под шум хвои о будущем бормочут клены.
(С. Куняев. Здесь должно городу стоять!)
Прежде чем приступить к нормативной характеристике новых вариантов петля, ровня, хвоя, следует попытаться определить причины данного акцентологического сдвига. В ряде научных и научно-популярных работ предлагается весьма упрощенное объяснение этого процесса. Считают, что ударение петля появилось вследствие влияния южновеликорусских говоров. Однако для изменения норм современного литературного языка (а проникновение нового варианта началось сравнительно недавно) одного диалектного воздействия недостаточно. Для этого должны быть внутрисистемные основания. И такие основания есть. Во-первых, перенос ударения у слов петля, ровня, хвоя лежит в общем русле прогрессивного развития ударения у двухслоговых существитель-
ных женского рода на -а(я), т. е. перемещении ударения с первого слога на последний. В прошлом слова губа, клюка, лихва, нужда, плита, резьба, слюда, струна, цена и др. имели ударение на первом слоге, т. е. произносилось губа, клюка, лихва, нужда и т. д. Исконное ударение губа встречается еще у Некрасова й Огарева и сохраняется в выражении у него г у б а не дура. Сравнительно недавно действие этой акцентологической тенденции сказалось на произношении слова баржа. Наряду с традиционной формой баржа, не только в живой устной речи, но и в поэзии (Асеев, Д. Бедный, Сельвинский, Жаров, Симонов, Маршак, Кирсанов, Луконин, Прокофьев, Кустов, Дудин, Яшин, Берггольц, Авраменко, Ваншенкин, В. Рождественский и мн. др.) сейчас употребляется и признан нормативным вариант баржа.
Но дело, по-видимому, не только в общей тенденции и аналогическом воздействии. Для развития наконечного ударения у имен с мягкой основой есть и фонетико-грамматические предпосылки. После мягких согласных весьма плохо опознаются заударные гласные (в особенности а), перенос же ударения на флексию (именительный петля, родительный петли, дательный петле и т. д.) резко увеличивает различительные возможности форм и исключает смешение их из-за редукции гласных. При этом переход ударения на флексию наблюдается в единственном числе, что опять-таки полезно в грамматическом отношении, так как создается четкая противопоставленность форм числа: единственное петля, петлй, петле и т. д.— множественное петли, петель, петлям и т. д. Нежелательное омонимическое совпадение, имевшееся при старом ударении (родительный единственного /гетли=именительный множественного петли), при новом ударении устраняется.
Думается, что грамматическая целесообразность наконечного ударения {петля), преобладание его в живой речи и принятие современными мастерами слова являются основанием для признания за этим вариантом прав литературной нормы (наряду с традиционной формой петля). Ср. в новейших словарях: Орфоэпический словарь (1983): петля и петля; Словарь ударений (1984): только петля.
, Разнобоймв_ударении наблюдается сейчас у некоторых иноязычных слов женского рода на -ия. Говорят индустрия ялмду- стрйя, металлургия и металлургия и т^ п. Акцентныё колебания стали даже осознанно'" использоваться в современной поэзии. Вот как пишет поэт Б. Ручьев:
И какую разгадку найти ей,
Если дивную, грозную — ту,
Кто Индустрией, кто Индустрией,
Кто Гигантом зовет красоту.
(«Индустриальная история».)
Неустойчивость ударения у четырех-, пятисложных существительных на -ия была характерна и для языка XVIII—XIX вв. Причем тогда происходило разнонаправленное перемещение ударения: с предпоследнего слога на третий от конца {академия^академия, симпатия gt; симпатия, но деспотия gt;деспотия, драма- тургияgt;ёриматургйя). Эти колебания и изменения были вызваны главным образом смешением и взаимодействием греческой и латинской модели ударения, а также влиянием заимствований из западноевропейских языков.
В настоящее время заметно преобладание греческой модели (с ударением на -йя). Некоторые слова, в прошлом имевшие устойчивое ударение на третьем от конца слова слоге: индустрия, металлургия и т. п., стали все чаще употребляться с акцентом на -йя: индустрйя, металлургия и т. п. Вот результаты анкетирования (ЛГУ): индустрия— 162, индустрйя — 83; кулинария — 201, кулинарйя — 43. Колебания характерны и для современной поэзии: индустрйя (Маяковский, Безыменский, Кирсанов, Светлов, Асеев, Смеляков, Авраменко, Филатов и др.), индустрия (Безыменский, Сельвинский, Корнилов, Смеляков, Твардовский, Боков, Исаковский, А. Вознесенский, Алигер и др.); металлургйя (Антокольский, Кирсанов, Авраменко, Сикорский), металлургия (Асеев, Долматовский, Борисова):
В который раз, в который раз Он слышал рост металлургии И где-то глубоко внизу —
Раскаты смутные, другие.
(Антокольский. Рождение нового мира.)
И даже, извините,
Вы — невежда
В вопросах металлургии цветной. (Борисова. Стихотворение о воспитании.)
Очевидно, что современная литературная норма вынуждена мириться с наличием двух функционально не загруженных акцентных вариантов. Но что произойдет дальше? Какой из вариантов выйдет победителем в этом соревновании?
Некоторые считают, что больше шансов на победу имеют варианты с ударением по греческой модели на -йя (индустрйя, металлургйя и т. п.). Причину этого видят в. сильном возд^ствии. профессиональной речи вдач ё и и'с тро й н ост и медицинской терм и- нол о г ии. Впрочем, и у самих медикбв/наблібїшіюся колебания: агонйяГп агония, эпйлепсйя'й АШлепсия,логопедйя и логопедия, j^nTejmrnpttn^ и ветеринария; дактилоскопия^ т ^ожтДШЩя; психопатйя, но эпизоотия и т. п. Вероятно, предпосылки колеба- Ішї скрываются в более общих свойствах акцентологической системы русского литературного языка.
Примечательно, что варьирование ударения наблюдается преимущественно у четырехсложных (реже у пятисложных) слов. ^Ілд^ідехсложньїх слов на -ия (их согласно Обратному словарю —
93) характерно устойчивое ударение на первом слоге (ария, гвардия, магия, рация, студия, химия и т. п )7 исключение! 6 слов) — старые'греческие и церковнославянские заимствования (вития, мессия, стихия и т. п.). У многосложных слов книжногозаракхераЗ ударение обычно падает_ на предпоследний слог (^5я), но лри этом закономерно возникает^ побочное (второстепенное), ударение в начале цепочки безударных слогов: йдиосинкразия^мшсрпцефа? лйя, дактилоскопия и т. п. Колебание ударения у четырехсложных слов (индустрия), по-видимому, и вызвано одновременным, но разнонаправленным воздействием: с одной стороны, трехсложные слова (студия, ария и т. п.) как бы оттягивают ударение на третий от конца слог (индустрия), с другой стороны, многосложные слова (идиосинкразия и т. п.) притягивают ударение на предпоследний слог (индустрия)» '
Какой из этих двух «магнитов» окажется сильнее, сейчас предсказать трудноГ75у^ае"тся, однако, что спешить с «отставкой» аариантов индустрия, металлургия цт. п. не следует* хотя Словарь ударений (1967, 1984) обязывает дикторов произносить только индустрия, металлургия. И дело не только в том, что с количественной стороны нетерминологические слова с ударением на третьем от конца слоге (типа студия, магия и т. п. ) преобладают. Процесс освоения книжной, терминологической лексики нередко ведет к утрате побочного ударения и перемещению основного ударения ближе к центру слова, т. е. опять-таки на третий слог от конца, например: флюорография gt; флюорография, вете- ринарйяgt; ветеринария. Это обстоятельство укрепляет позиции традиционных вариантов индустрия, металлургия и т. п. Ср. в Орфоэпическом словаре (1983): металлургия и металлургйя.
<< | >>
Источник: Горбачевич К. С.. Нормы современного русского литературного языка.— 3-є изд., испр.— М.: Просвещение,1989.— 208 с.. 1989

Еще по теме РАЗВИТИЕ НАКОНЕЧНОГО УДАРЕНИЯ В ПАДЕЖНЫХ ФОРМАХ СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫХ МУЖСКОГО РОДА:

  1. РАЗВИТИЕ НАКОНЕЧНОГО УДАРЕНИЯ В ПАДЕЖНЫХ ФОРМАХ СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫХ МУЖСКОГО РОДА
  2. К ИСТОРИИ НОРМИРОВАНИЯ РУССКОГО ПИСЬМЕННОГО ЯЗЫКА В КОНЦЕ XVIII ВЕКА* (СЛОВАРЬ АКАДЕМИИ РОССИЙСКОЙ, 1788-1794)