<<
>>

Русский национальный язык XVIII-XIX веков


Состояние русского языка в настоящее время представляет собой острейшую проблему для государства, для всего общества. Это объясняется тем, что в языке сосредоточен и представлен весь исторический опыт народа: состояние языка свидетельствует о состоянии самого общества, его культуры, его менталитета.
Разброд и шатание в обществе, падение нравственности, утрата характерных национальных черт — все это сказывается и на языке, ведет к его упадку.
Сохранение языка, забота о его дальнейшем развитии и обогащении — гарантия сохранения и развития русской культуры. Поэтому каждый гражданин Российской Федерации, кем бы он ни работал, какую бы должность ни занимал, несет ответственность за состояние языка своей страны, своего народа. Чтобы выполнить этот гражданский долг, осознанно принимать участие в языковой политике', необходимо иметь представление о развитии и положении русского языха в разные периоды его существования, поскольку настоящее глубоко и всесторонне осмысливается, познается только в сравнении с прошлым.
Начнем с положения русского языка в XVIII веке, когда прогрессивно настроенные круги общества старались поднять авторитет русского языка, доказать его состоятельность как языка науки и искусства. Особую роль в укреплении и распро-
«ранении русского языка в этот период сыграл М.В. Ломоносов. Обладая талантом, огромными знаниями, страстно желая изменить отношение к русскому языку не только иностранцев, но и русских, он создает первую на русском языке «Российскую грамматику», в которой впервые представляет научную систему русского языка, создает свод грамматических правил, показывает, как следует пользоваться его богатейшими возможностями.
Особенно ценно то, что М.В. Ломоносов рассматривал язык как средство общения, постоянно подчеркивал, что он необходим людям для «согласного общих дел течения, которое соединением разных мыслей управляется», т.е. необходим для совместной деятельности, ее организации. По словам Ломоносова, без языка общество было бы похоже на несобранную маши- • ну, все части которой разрозненны и бездействуют, отчего и самое «бытие нх тщетно н бесполезно».
Прекрасно понимая роль науки, просвещения в возвеличении Отечества, его процветании, Ломоносов добился не только создания университета в Москве, но и приема в число студентов разночинцев. По его мнению: «В университете тот студент почтеннее, кто больше научился, а чей он сын — в том нет нужды».
Желая поднять престиж русского языка и сделать лекции понятными для большинства студентов, М.В. Ломоносов доказывал, что в первом русском университете преподавать должны российские профессора и на русском языке. Увы! Ученые в основном были приглашены из-за границы и лекции читали на латинском или немецком языках. Русских профессоров было всего двое: Н.Н.Поповский (философия, словесность) и А.А.Барсов (математика, словесность).
Именно Н.Н.Поповский, ученик Ломоносова, начал свою первую лекцию в стенах открывшегося в 1755 г. Московского университета словами: «Прежде она (философия) говорила с греками; из Греции переманили ее римляне; она римский язык переняла весьма в короткое время и несметною красотой рассуждала по-римски, как не задолго прежде по-гречески.
Не можем ли и мы ожидать подобного успеха в философии, какой получили римляне?.. Что же касается до изобилия российского языка, в том перед нами римляне похвалиться не могут. Нет
такой мысли, кою бы по-российски изъяснить было невозможно.
... Итак, с Божиим споспешествованием, начнем философию не так, чтобы разумел только один из всей России или несколько человек, но так, чтобы каждый, российский язык разумеющий, мог удобно ею пользоваться».
Н.Н. Поповский стал читать лекции на русском языке. Такое нововведение вызвало недовольство со стороны профессо- ров-иностранцев. Спор о том, можно ли читать лекции на русском языке, тянулся свыше десяти лет. Только в 1767 г. Екатерина II разрешила читать лекции в университете на русском языке.
О превосходстве русского языка перед другими, о незаслуженно пренебрежительном отношений к русскому языку, о его недооценке со стороны не только иностранцев, но и самих русских писал М.В. Ломоносов в предисловии к «Российской грамматике»: «Повелитель многих языков, язык российский, не токмо обширностью мест, где он господствует, но купно и собственным своим пространством и довольствием велик перед всеми в Европе. Невероятно сие покажется иностранным и некоторым природным россиянам, которые больше к чужим языкам, нежели к своему, трудов прилагали». И далее: «Карл Пятый, римский император, говаривал, что ишпанским языком с богом, французским — с друзьями, немецким — с неприятель- ми, италиянским — с женским полом говорить прилично. Но если бы он российскому языку был искусен, то, конечно, к тому присовокупил бы, что им со всеми опыми говорить пристойно, ибо нашел бы в нем великолепие ишпанского, живость французского, крепость немецкого, нежность италиянского, сверх того богатство и сильную в изображениях краткость греческого и латинского языка».
Что же представляет собой русский язык XVIII века? Какие особенности характерны для него в этот период?
В.К. Тредиаковский в статье «Слово о богатом, различном, искусном и несходственном витийстве» подчеркивает, насколько различными бывают ситуации, в которых приходится пользоваться русским языком: «Необходимо и богу обеты полагать, и государю в верности присягать, и сенаторов покорно просить,., и на площади разговаривать, и комедшо слушать, и у купца покупать,.. и работных людей нанимать,.. и на слуг кричать, и детей обучать ... все сие токмо, что природным языком». Но этот «природный язык» был в то время неупорядочен. В художественной литературе, официально-деловых документах, научных трактатах широко использовали так называемый славяно-русский язык. Это был русский язык, вобравший в себя культуру старославянского языка. Поэтому первостепенной задачей было создание единого национального русского языка.
Намечается концентрация общенародных элементов за счет отбора наиболее распространенных особенностей южнорусского и севернорусского наречий. Одновременно с этим начинается демократизация языка: в его лексический состав, граммати-ческий строй в значительном количестве входят элементы живой устной речи городского купечества, служилых людей, низшего духовенства, грамотных крестьян.
Наряду с демократизацией начинается освобождение от влияния церковнославянского языка, языка религии и богослужения.
Многое сделал для упорядочения русского языка М.В. Ломоносов. Разработав теорию о трех стилях (высоком, среднем и низком), он ограничил использование старославянизмов, которые уже в то время были непонятными и усложняли, утяжеляли речь, особенно язык официальной, деловой литературы.
В XVIII веке происходит обновление, обогащение русского языка за счет западноевропейских языков: польского, французского, голландского, итальянского, немецкого. Особенно это проявилось при формировании научного языка, его терминологии: философской, научно-политической, юридической, технической. Однако чрезмерное увлечение иностранными словами не способствовало ясности и точности выражения мысли. Петр I даже вынужден был издать приказ, до которому «предписывалось писать все российским языком, не употребляя иностранных слов и терминов», поскольку от злоупотребления чужими словами «самого дела выразуметь невозможно».
В выработке русской терминологии значительную роль сыграл М.В. Ломоносов. Как ученый, сделавший немало открытий в разных областях знания, он вынужден был создавать научную и техническую терминологию. Ему принадлежат слова, не утратившие свою значимость и в настоящее время: атмосфера, возгорание, градус, воздушный насос, материя, обстоятельство, трясение, электричество, термометр и др.
Своими многочисленными научными трудами он способствует формированию научного языка.
В 1771 г. в Москве учреждается Вольное Российское собрание. Его членами становятся профессора, студенты университета, писатели, поэты, например М.М. Херасков, В.И. Майков, Д.И. Фонвизин, А.Н. Сумароков. Основная задача общества — составление словаря'русского языка. Кроме того, оно стремилось привлечь внимание к русскому языку, способствовать его распространению и обогащению.
Пропаганде русского языка во многом помог журнал «Собеседник любителей Российского слова», первый номер которого вышел в 1783 г. В нем печатались сочинения только русских авторов, переводы отсутствовали. Цель журнала — служить на пользу родной речи.
К концу XVIII века предпочтительное использование в устной и письменной речи русского языка становится признаком патриотизма, уважительного отношения к своей нации, своей культуре. Именно это и подчеркивает публицист, участник Отечественной войны 1812 г. Ф.Н. Глинка, говоря о Суворове: «Суворов знал прекрасно французский язык, а говорил всегда по- русски. Он был русский полководец».
Писатель, историограф Н.М. Карамзин в «Письмах русского путешественника» с горькой иронией пишет: «... в нашем так называемом хорошем обществе без французского языка будешь глух и нем. Не стыдно ли? Как не иметь народного самолюбия? Зачем быть попугаями и обезьянами вместе? Наш язык и для разговоров, право, не хуже других*. Б другой статье «О любви к отечеству и народной гордости» он связывает отношение к родному языку с гражданственностью, уважением к своей стране, своему народу:
«Язык наш выразителен не только для высокого красноречия, для громкой живописной поэзии, но и для нежной простоты, дня звуков сердца и чувствительности. Он богатее гармонией, нежели французский, способнее для излияния души в тонах, представляет более аналогических слов, то есть сообразных с выражаемым действием: выгода, которую имеют одни коренные языки! Беда наша, что мы все хотим говорить по- французски и не думаем трудиться над обрабатыванием собственного языка; мудрено ли, что не умеем изъяснять им некоторых тонкостей в разговоре? Один иностранный министр сказал при мне, что язык наш должен быть весьма темен, ибо русские, говоря им, по его замечанию, не разумеют друг друга и тотчас должны прибегать к французскому. Не мы ли сами подаем повод к таким нелепым заключениям? Язык важен для патриота» [68,57).
В XIX веке на всем протяжении столетия продолжаются споры о том, что считать основой русского национального языка, какую роль должен играть церковнославянский язык в развитии его стилей, как относиться к простонародному языку и просторечию? Кто же принимает участие в этом споре, кто был озабочен состоянием и дальнейшим развитием русского языка? Прежде всего, это Н.М. Карамзин, его последователи и славянофилы во главе с А. С. Шишковым (писатель, общественный деятель, министр просвещения).
Н.М. Карамзин считал, что русский язык слишком тяжел для выражения мыслей и нуждается в обработке. «.., Язык наш хотя и богат, — писал он, — однако ж не так обработан, как другие, и по сие время еще весьма немногие философические и физические книги переведены на русский» [68,55).
Преобразование языка, по мнению карамзинистов, требует его освобождения от последствий влияния церковнославянского языка. Ориентироваться следует на новоевропейские языки, особенно на французский. Русскому языку необходимо придать легкость, сделать его простым и понятным широкому кругу читателей. Для этого необходимо исключить архаические и профессиональные славянизмы и канцеляризмы, специальные термины различных ремесел и наук, грубое просторечие. С другой стороны, язык нуждается в создании новых слов, в расширении семантики старых слов для обозначения вводимых в обиход, в основном светского общества, понятий.
Карамзин создал и ввел в оборот слова; влюбленность, общественность, будущность, промышленность, человечность, общеполезный, достижимый, усовершенствовать, которые и в настоящее время сохраняют свою актуальность.
Говоря о простонародных словах, какие из них допустимы в произведениях, в речи, а каких должно избегать, Карамзин основным критерием выбора считает те идеи, кото-рые слово обозначает. Вот как он разъясняет свою мысль в письме И.И, Дмитриеву; *Пичужечки не переменяй — ради бога не переменяй!.. Имя пичужечка для меня отменно приятно потому, что я слыхал его в чистом поле от добрых поселян. Оно возбуждает в душе нашей две любезные идеи: о свободе и сельской простоте...
То, что не сообщает нам дурной идеи, не есть низко. Один мужик говорит пичужечка и парень: первое приятно, второе отвратительно. При первом слове воображаю красный летний день, зеленое дерево на цветущем лугу, птичье гнездо, порхающую малиновку или пеночку, и покойного селянина, который с тихим удовольствием смотрит на природу и говорит: Вот гнездо!Вот пичужечка! При втором слове является моим мыслям дебелый мужик, который чешется неблагопристойным образом или утирает рукавом мокрые усы свои, говоря: Лй, парень! Что за квасіНадобно признаться, что тут нет ничего интересного для души нашей!» [68,62]. В высказывании Ка-рамзина проявляется его пристрастие к эстетизированному слову, нежелание широкой демократизации литературной речи.
Академик В.В. Виноградов в работе «Основные этапы истории русского языка» глубоко и всесторонне определил слабые стороны деятельности Карамзина в создании «нового слога российского языка»: «Отсутствие широкого демократизма и народности, пренебрежение к «простонародному» языку и его поэтическим краскам, слишком прямолинейное отрицание славяно-русской языковой культуры, еще продолжавшей снабжать словарным материалом язык науки и техники, а образами и фразеологией стили художественной прозы и особенно стиха, излишнее пристрастие к европеизмам в области фразеологии и синтаксиса, наконец, надоедливая легкость, сглаженность и манерность изложения в языке Карамзина — не удовлетворяли разные слои современного русского общества. Уже была осознана широкими кругами необходимость демократизации и всестороннего самобытного национального развития языка литературы — научной, политической и художественной — в соответствии с растущими вширь и вглубь общественными потребностями» [19,51].
Славянофилы, их вдохновитель А. С. Шишков, рассматривали старославянский как первобытный язык всего человечества и считал, что именно он должен стать основой русской литературной речи. По его представлению, между церковнославянским и русским языками существуют только стилистические различия. В доказательство Шишков предлагал срав-
нить выражения; «юная дева трепещет» и «молодаядевка дрожит»; «склонясь на длань главою» и «опустя голову на ладонь», В первых противопоставленных фразах используются старославянизмы юная, трепещет, длань, глава, которые придают повествованию возвышенное, торжественное звучание. В других предложениях употребляются русские слова молодая, дрожит, голова, ладонь, которые делают высказывание сниженным, обиходно-разговорным.
Виноградов, называя Шишкова реакционным сторонником церковно-книжной культуры, тем не менее подчеркивал, что его статья «Рассуждение о старом и новом слоге Российского языка» (1803, 2-е изд, 1818) вскрыла «ряд существенных недостатков карамзииской реформы, связанных с недооценкой культурного наследия славянизмов, с непониманием исторической роли славяно-русского языка и его выразительных средств, а также с аристократическим отношением к народной речи и к народной поэзии». «Благодаря работам Шишкова, — продолжает Виноградов, — были глубже осознаны соответствия в строе и словаре русского и церковнославянского языков, точнее оп-ределились семантические границы между русским и западно-европейскими языками* [19,51—52).
Представители демократически настроенной русской интеллигенции, высказывая свое отношение к деятельности Карамзина и Шишкова в области реформирования русского литературного языка и его стилей, подчеркивали, что вопрос о новом литературном языке не должен решаться без учета проблемы народности, без определения роли живой народной речи в структуре общенационального языка. В этом отношении показательно творчество великих писателей первой половины XIX века Грибоедова и Крылова, которые доказали, какими неисчерпаемыми возможностями обладает живая народная речь, насколько самобытен, оригинален, богат язык фольклора. Вот как оценивает творчество Крылова и как определяет его значение в истории русской литературы и русского языка Белинский: «Но басни Крылова, кроме поэзии, имеют еще другое достоинство, которое вместе с первым заставляет забыть, что они — басни, и делает его великим русским поэтом: мы говорим о народности его басен. Он вполне исчерпал в них и вполне выразил ими целую сторону русского национального духа: в его баснях, как в чистом, полированном зеркале, отражается русский практический ум, с его кажущегося неповоротливостью, но и с острыми зубами, которые больно кусаются; с его сметливостью, остротою и добродушно-саркастическою насмешливостью; с его природною всрностию взгляда на предметы и способносгию коротко, ясно и вместе кудряво выражаться. В них вся житейская мудрость, плод практической опытности, и своей собственной и завещанной отцами из рода в род. И все это выражено в таких оригинально-русских, не передаваемых ви на какой язык в мире образах и оборотах; все это и представляет собой такое неисчерпаемое богатство идиомов, руссизмов, составляющих народную физиономию языка, его оригинальные средства и самобытное, самородное богатство, —• что сам Пушкин не полон без Крылова в этом отношении» [68, 223],
С. Пушкина по праву считают создателем современного русского литературного языка. О реформаторском характере творчества Пушкина писали его современники.
Н.В. Гоголь: «При имени Пушкина тотчас осеняет мысль о русском национальном поэте. В самом деле, никто из поэтов наших не выше его и не может более назваться национальным; это право решительно принадлежит ему. В нем, как будто в лексиконе, заключается все богатство, сила и гибкость нашего языка. Он более всех, он далее всех раздвинул ему границы и более показал всё его пространство. Пушкин есть явление чрезвычайное и, может быть, единственное явление русского духа: это русский человек в его развитии, в каком он, может быть, явится через двести лет. В нем русская природа, русская душа, русский язык, русский характер отразились в такой же чистоте, в такой очищенной красоте, в какой отражается ландшафт на выпуклой поверхности оптического стекла» [68,181].
Г. Белинский: «Трудно охарактеризовать общими черта-ми великость реформы, произведенной в поэзии, литературе, версификаций и языке русском. <... > Ни один поэт не имел па русскую литературу такого многостороннего, сильного и плодотворного влияния. Пушкин убил на Руси незаконное владычество французского псевдоклассицизма, расширил источники нашей поэзии, обратил ее к национальным элементам жизни, показал бесчисленные новые формы, сдружил ее впервые с русскою жизнью в русскою современности ю, обогатил идеями, пересоздал язык до такой степени, что и безграмотные не могли уже не писать хорошими стихами, если хотели писать < ... > Из русского языка Пушкин сделал чудо,.< ... > Он ввел в употребление новые слова, старым дал новую жизнь...» [68, 227\.
И.С. Тургенев: «Заслуги Пушкина перед Россией велики я достойны народной признательности- Он дал окончательную обработку нашему языку, который теперь по своему богатству, силе, логике и красоте формы признается даже иностранными, филологами едва ли не первым после древнегреческого» [68,302].
А: С. Пушкин в своем поэтическом творчестве и в отношении к языку руководствовался принципом соразмерности и сообразности. Он писал: «Истинный вкус состоит не в безотчетном отвержении такого-то слова, такого-то оборота, но в чувстве соразмерности и сообразности». Поэтому он в отличие от карамзинистов и шишковистов не отвергал старославянизмов, не выступал против употребления слов, заимствованных из французского языка, не считал невозможным или зазорным использование простонародных и просторечных слов. Любое слово допустимо в поэзии, если оно точно, образно выражает понятие, передает смысл. Особенно богата в этом отношении народная речь. Пушкин не только сам собирает, записывает народные песни, сказки, пословицы, поговорки, но и призывает писателей, особенно молодых, изучать устное народное творчество, чтобы увидеть, почувствовать национальные особенности языка, познать его свойства.
Знакомство с его произведениями показывает, насколько творчески, оригинально включал Пушкин просторечные слова в поэтическую речь, постепенно разнообразя и усложняя ш функции. Никто до Пушкина пе писал таким реалистическим языком, никто так смело не вводил обычную бытовую лексику в поэтический текст. Вспомним строчки из «Графа Нулина». Героиня поэмы Наталья Павловна
... скоро как-то развлеклась Перед окном возникшей дракой Козла с дворовою собакой И ею тихо занялась- Кругом мальчишки хохотали,
Меж тем печально, под окном,
Индейки с криком выступали Вослед за мокрым петухом;
Три утки полоскались в.луже;
Шла баба через грязный двор Белье повесить на забор.
Профессор Московского университета С.П. Шевырев (1806— 1864) писал: «Пушкин не пренебрегал ни единым словом русским и умел, часто взявши самое простонародное слово из уст черни, оправлять его так в стихе своем, что оно теряло свою грубость. В этом отношении он сходствует с Дантом, Шекспиром, с нашим Ломоносовым и Державиным. Прочтите стихи в «Медном всаднике»:
...Нева всю ночь
Рвалася к морю против бури,
Не одолев их буйной дури,
И спорить стало ей невмочь.
Здесь слова буйная дурь и невмочь вынуты из уст черни. Пушкин вслед за старшими мастерами указал нам на простонародный язык как на богатую сокровищницу» [20, 292—293).
ХЕХ век — серебряный век русской словесности и русского языка. !
В это время происходит небывалый расцвет русской литературы. Всеобщую признательность приобретает творчество Гоголя, Лермонтова, Гончарова, Достоевского, Л.Толстого, Салтыкова-Щедрина, Островского, Чехова и др. Необыкновенных высот достигает русская публицистика: статьи Белинского, Писарева, Добролюбова, Чернышевского. Мировое признание получают достижения русских ученых Докучаева, Менделеева, Пирогова, Лобачевского, Можайского, Ковалевского, Ключевского и др.
Развитие литературы, публицистики, науки способствует дальнейшему становлению и обогащению русского национального языка. Словарный состав пополняется новой общественно-политической, философской, экономической, технической терминологией: мировоззрение, целостность, самоопределение, пролетариат, гуманность, образование, обособление, действительность, бесправие, крепостник, крепостничество, собственник, самообладание, самоуправление, впечатлительность, аграрный, артикуляция, агломерат, кристаллизация, горизонт, экземпляр и мн. др. Обогащается фразеология: центр тяжес- ти, привести к одному знаменателю, отрицательная величина, достигнуть апогея, вступить в новый фазис, по наклонной плоскости и др.
Научная и публицистическая литература увеличивает запас интернациональной терминологии: агитировать, интеллигенцияtинтеллектуальныйfконсервативный, максимальный, минимальный, прогресс, интернационал, коммунизм, культура, цивилизация, реальный, индивидуальный и мн. др.
Художественная литература служит базой для пополнения русской фразеологии и образования новых слов. Например: А ларчик просто открывался; Наделала синица славы, а моря не залегла; Ли, Моськаtзнать, она сильна, что лает на слона; А Васька слушает да ест; Услужливый дурак опаснее врага; Слона-то я и не приметил; Худые песни соловью в когтях у кошки; Как белка в колесе (Крылов); Горе от ума; Шумим, братцыt шумим; Шел в комнату, попал в другую; Карету мне, карету; Ну как не порадеть родному человечку; Нельзя ли для прогулок подальше выбрать закоулок (Грибоедов); административный восторг (Достоевский); головотяпы, карась-идеалист, недреманное оког благоглупости, Иудушка, мягкотелый интеллигент (Салтыков-Щедрин),
Бурное развитие науки, устойчивый рост журнально-газет- ной продукции способствовали формированию функциональных стилей литературного языка — научного и публицистического.
Одним из важнейших признаков литературного языка как высшей формъг общенародного языка является его нормативность. На протяжении всего XIX века идет процесс обработки общенародного языка с целью создания единых грамматических, лексических, орфографических, орфоэпических норм. Эти нормы теоретически обосновываются в трудах Востокова, Буслаева, Потебни, Фортунатова, Овсянико-Куликовского, Шахматова; описываются и утверждаются в грамматиках Востокова, Греча, Калайдовича, Грота и др.
Богатство и разнообразие словарного состава русского языка находит отражение в словарях (исторических, этимологических, синонимических, иностранных слов), которые появляются в XIX веке*
Известные филологи того времени (Давыдов, Востоков, Срезневский, Грот и др.) публикуют статьи, в которых пцре» деляют принципы лексикографического описания слов, принципы отбора лексики с учетом целей и задач словаря. Таким образом, впервые разрабатываются вопросы теории лексикографии.
Самым крупным событием было издание в 1863—3866 гг. четырехтомного «Толкового словаря живого великорусского языка» В.Й, Даля. Словарь был высоко оценен современниками. Его автор в 1863 г. получил Ломоносовскую премию Российской императорской Академии наук и звание почетного академика.
Трудно даже представить, что такой богатейший материал (свыше 200 тысяч слов!) собрал, описал один человек. И не просто олисал, а указал, где то или иное слово бытует, как оно произносится, что означает, в каких пословицах, поговорках встречается, какие производные имеет. Справедливо написал об этом словаре проф. П.П. Червинский: «Есть книги, которым суждена не просто долгая жизнь, они непросто памятники науки, это вечные книги. Вечные они потому, что их содер-жание не подвластно времени, над ними не властны ни социальные, ни политические, ни даже исторические изменения любых масштабов. <,., > К таким книгам, без сомнения, следует отнести и «Толковый словарь живого великорусского языка» Владимира Ивановича Даля» [51,6].
Подготовка к ЕГЭ/ОГЭ
<< | >>
Источник: Л.А, Введенская, Л.Г, Павлова, Е. Катаева. Русский язык и культура речи: Учебное пособие для вузов. 10-е изд. Ростов н/Д: изд-во «Феникс»,2004. — 544 с, (Серия «Высшее образование».). 2004

Еще по теме Русский национальный язык XVIII-XIX веков:

  1. Введение. Пути становления русской литературы XVIII века и формирование ее национального своеобразия
  2. Русская литература послепетровской эпохи и христианская традиция
  3.   ПОЛИТИЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ РУССКОГО КОНСЕРВАТИЗМА 
  4. Русский национальный язык XVIII-XIX веков
  5. Особенности русской философии
  6. Философия и становление национального самосознания
  7. Глава первая Русский язык и русскоязычное образование в царской России и в СССР: страницы истории
  8. ИЗУЧЕНИЕ ЯЗЫКА ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ В СОВЕТСКУЮ ЭПОХУ
  9. ОБЩИЕ ПРОБЛЕМЫ И ЗАДАЧИ ИЗУЧЕНИЯ ЯЗЫКА РУССКОЙ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
  10. ЯЗЫК ХУДОЖЕСТВЕННОГО ПРОИЗВЕДЕНИ
  11. О СВЯЗИ ПРОЦЕССОВ РАЗВИТИЯ ЛИТЕРАТУРНОГО ЯЗЫКА И СТИЛЕЙ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
  12. ЗНАЧЕНИЕ ФИЛОЛОГИЧЕСКИХ ТРУДОВ Д. И. ФОНВИЗИНА В ИСТОРИИ РУССКОГО ЛИТЕРАТУРНОГО ЯЗЫКА
  13. РУССКИЙ ЛИТЕРАТУРНЫЙ ЯЗЫК В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XVIII ВЕКА*
  14. ЯЗЫК «БОРИСА ГОДУНОВА»*
  15. ДУХОВНЫЕ ИСТОКИ РУССКОГО ЛИТЕРАТУРНОГО ЯЗЫКА
  16. Книжнославянский язык в системе дополнительного образования