2. Непрототипические глаголы СВ

Некоторые глаголы СВ могут употребляться с обстоятельствами дол­го, два часа, проявляя в данной сочетаемости сходство с глаголами НСВ. Это прежде всего длительно-ограничительные дериваты, образованные от нетерминативных основ с приставками по-, про- (ср.

М. В. Всеволодова называет еще группу глаголов СВ, у которых сема длительности заложена в лексическом значении, поэтому их сочетае­мость с обстоятельствами типа два года, целую неделю не зависит от ви­да, то есть характерна для глаголов как НСВ, так и СВ: продолжаться -продолжиться, ждать — подождать, сохраняться) – сохранить(ся), оставаться – остаться, задерживать(ся) – задержаться, медлить -помедлить [Всеволодова 1997: 23-24]. При этом некоторые из перечис­ленных глаголов СВ содержат ограничительные приставки по-, про-: продлиться, продолжиться, помедлить, которые также влияют на их сочетаемость. У глаголов сохранить, остаться, задержаться возмож­ность подобной сочетаемости действительно определяется исключитель­но их лексическим значением, выражающим отсутствие смены ситуаций (ср.: Я останусь здесь неделю; Задержись здесь еще пару дней).

В западнославянских языках подобные глаголы более свободно сочета­ются с показателями длительности, ср. чеш. Zůstala jsem tam dlouho – Я оставалась (букв, осталась) там долго; Zdržel jsem se dvě hodiny — Я за­держался на два часа (букв, два часа). Ввиду этого утверждение, что «ле­ксические семы сильнее грамматических» [Всеволодова 1997: 35], пред­ставляется в большей степени справедливым для западнославянских язы­ков, чем для русского, где употребление видов более нормировано, а сама категория вида проявляет большую грамматичность [Петрухина 1998]. Об этом свидетельствуют и закономерности сочетаемости глаголов СВ в предложениях с отрицанием. Так, контекст с отрицанием в западнославян­ских языках, указывая на отсутствие действия, а значит, на неактуаль­ность выделения его предельных моментов, снимает семантические огра­ничения на сочетаемость СВ с обстоятельственными показателями не­замкнутой длительности типа чеш. dlouho, cely tyden, причем в нейтральных по стилю предложениях. Ср. Promiň, že jsem ti tak dlouho nenapsala, neodpověděla – Извини, что я тебе так долго не писала (букв, не написа­ла), не отвечала (букв, не ответила). Такая же сочетаемость зафиксирова­на в словацком и польском языках, ср. пол. Dtugo nic nie napisal, nie krzyknaj, nie przyszedl — Он долго не писал (букв, не написал), не кричал (букв, не крикнул), не приходил (букв, не пришел) [Šmiech 1971: 38; Анань­ева 1993: 71]. Даже для болгарского языка (который с точки зрения упот­ребления видов ближе всего к русскому, несмотря на различия в организа­ции временных систем двух языков) Ю. С. Маслов приводит многочис­ленные примеры сочетаемости таких обстоятельств с глаголами СВ при наличии в предложении отрицания [Маслов 1959, 222-230]. В русском языке подобная сочетаемость возможна при усилении отрицания, которое позволяет представить типичную ситуацию на примере неосуществления одного действия, например: Он целый год строчки не написал; Целый месяц он мне ни разу не позвонил.