<<
>>

1. В каком случае общество можно рассматривать как целевую организацию

Решение проблем местного самоуправления состоит, прежде всего, в отка­зе от классического, сугубо детерминистского подхода к социальному управле­нию. Изменения, происходящие в нашем обществе, демократизация практиче­ски не затронули организацию органов власти.

Несмотря на формально введен­ные институты демократии, по-прежнему господствует центр, по-прежнему власть принадлежит не народу, а органам власти. Это происходит вследствие непонимания самого термина «народовластие», вернее, неправильного его по­нимания. Классическое представление о власти и об управлении как о целедо­стигающей деятельности применительно к народу, как субъекту управления, выглядит нелепо. Не может народ ставить цели и организовывать их исполне­ние. А поскольку это так, всегда находится сила, которая якобы от имени наро­да берется управлять народом.

Постнеклассический подход к пониманию социального управления не предполагает участия народа в повседневном управлении. Народ живет своей жизнью, самоорганизуется под влиянием внутренних процессов и внешней среды и тем самым как бы задает программу действий формируемым им орга­нам власти и управления. В этом и состоит народовластие. Характер отноше­ний между населением и органом власти особенно отчетливо проявляется в масштабах территориальной общности. Органы местного самоуправления при­званы служить населению, а они по-прежнему норовят управлять им. Но, как ни странно, именно такой подход взаимоотношений в наибольшей степени вое-

IOl

требован большинством наших людей. Патерналистское сознание враз переде­лать невозможно. Но это сознание свойственно не всем, и уже заметна тенден­ция к постепенному отказу от отношения к органам власти как к родителям со стороны все большего числа людей разного возраста и социального положения.

Самоуправление отнюдь не означает замену деятельности органов власти на поголовное участие граждан в управленческой деятельности в масштабах муниципального образования.

Уход от патернализма означает такую деятель­ность местных органов власти, которая была бы направлена на удовлетворение интересов местного сообщества, так называемых муниципальных интересов, посредством регулирования отношений как внутри сообщества, так и с внеш­ней средой, в том числе с государством. Причем это регулирование осуществ­ляется с учетом, более того, на основе естественного процесса самоорганизации территориальной общности.

В последние годы резко усилилось внимание к проблеме социального управления. Это, очевидно, вызвано потребностью в его совершенствовании. Знакомясь с публикациями на данную тему, невольно обращаешь внимание на то, что некоторые авторы, говоря о социальном управлении, не делают разли­чия между обществом и организацией. В качестве примера можно привести учебное пособие «Основы социального управления» под редакцией профессора В.Н. Иванова1. Оно полно противоречий. C одной стороны, в нем говорится, что «главный субъект управления — общество в целом»2, а с другой — «клю­чевое понятие управления — воздействие... которое осуществляется в соци­альных системах и может быть понято как воздействие субъекта управления на объект управления с целью перевода его в новое желаемое состояние»1. На этом основании можно предположить, что речь идет о том, как общество, яв­ляющееся, по мнению автора, субъектом, переводит орган власти в желаемое состояние. Если это так, то как понять такую фразу: «В государственном управлении управленческая деятельность, как известно, связана с государст-

1 Основы социального управления / Под ред. В.Н. Иванова. - M.: Высш, шк., 2001.

2 См.: Там же. - С. 4.

102 венной властью, которая тоже может быть весьма различной (тоталитарной, демократической и т.п.), и все же первое и отличительное свойство социально­го управления состоит в том, что это — процесс целенаправленного воздейст­вия управляющей системы на управляемую для достижения ее эффективного функционирования и развития»2.

Получается так, что все-таки субъектом управления является не «общество в целом», а некая сила, стоящая над обществом, другими словами, органы вла­сти. В этом суть классического подхода, и авторы, если они его придерживают­ся, должны бы сохранять его логику. Но уже через несколько страниц читаем: «...правы те исследователи, которые считают, что сегодня необходимо гово­рить о новой парадигме управленческой теории, которая все в большей мере основывается на приоритетном включении в содержание главного субъекта управления — творческой личности, коллективного преобразующего интеллек­та общества, а не только усредненных органов и организационных структур управления»1. Под «новой парадигмой» можно предположить постнеклассиче­ское понимание социального управления. Но это не так. Рассматривая «новую парадигму», автор утверждает, что «именно интеллектуальные системы управ­ления, состоящие из творческих индивидуальностей, мотивированных к управ­ленческой деятельности, способны достигать наилучших результатов в управ­лении общественными делами, обеспечивать упорядоченность и высокий уро­вень организации социальных систем. Поэтому важнейшей функцией управле­ния выступает наиболее полное включение в управленческую деятельность наиболее одаренных в этом отношении граждан, создание своего рода “управ­ленческой элиты”, облеченной доверием общества, профессионально выпол­няющей его главную миссию — создание простора для саморазвития, самопро- явления сущностных сил самой сложной социальной системы и отдельных структурных образований: региональных, муниципальных, трудовых, семей­ных, каждого человека в отдельности на основе самоуправления и саморегули-

1 См.: Там же. - С. 16.

2 См.: Там же. - С. 16.

103 рования»[88][89]. Если вникнуть в содержание этой фразы, то речь идет не о новой па­радигме, а о более совершенной кадровой политике, обеспечивающей высокий уровень профессионализма руководящих кадров. То есть здесь все тот же клас­сический подход, не имеющий ничего общего с новой парадигмой, суть кото­рой удачно раскрыл В.Л. Романов. Но об этом позже.

Авторы учебного пособия утверждают: «политическое (государственное) управление — частный случай управления»[90], то есть различие между общест­вом и организацией (скажем, производственным предприятием) не делается.

Значимость самоорганизации в упорядочении социальных систем, отнюдь не отрицает роли социального управления. Более того, важно отметить, что ре­гулирование социальных процессов не может быть бессубъектным, иначе зачем же человеку дан разум.

Но общество и организация — отнюдь не одно и то же. Применительно к обществу даже не очень корректно употреблять слово «управление». Здесь бо­лее подходит слово «регулирование».

Понятие «организация» широко известно. Это объединение людей ради достижения какой-то цели, которую они не могут достичь поодиночке, но кото­рая важна для каждого. Если человек может достичь своей цели в одиночку, то он так и поступает, никакой организации в этом случае не нужно. Цель опреде­ляет и структуру, и функции организации, и численный, и профессиональный состав персонала. Классик теории управления А. Файоль[91] рассматривает орга­низацию как безличный механизм, построенный из формализованных связей, статусов, целей, в виде многоуровневой административной иерархии. Органи­зация в этом смысле есть, прежде всего, инструмент решения задач, человек не выступает в ней как личность. Он идентифицируется с той функцией, которую осуществляет. Самоорганизация идет и в производственном коллективе, и в любом другом. Здесь наряду с функциональными отношениями обязательно

104 присутствуют и неформальные — социальные и психологические. Но домини­рующими все же являются функциональные.

Понятие «общество» имеет масштабный характер. Это — самоорганизую­щаяся система, охватывающая не только социальные, политические, хозяйст­венные явления, но и факторы самого различного плана. И традиции, и нравст­венность, и право, и само государство — продукт самоорганизации общества. Субъектно-объектные отношения в обществе представляются не столь одно­значно как в организации.

Имеется ли у общества цель? В принципе, цель можно поставить. В исто­рии государств такие примеры найти легко. Целью может быть, например, ми­ровое господство или, скажем, коммунизм. Как появляются такие цели? Оче­видно, они не вытекают из потребностей общества, а являются изобретением правящих сил. Как только правящие силы определяют цель для всего общества, оно, это общество, приобретает черты организации. Здесь, так же как в органи­зации, субъект возвышается над объектом, в качестве которого предстает на­род, указывает ему цель, вырабатывает средства ее достижения и ведет к по­ставленной цели. Как называется такой тип государства, известно. Наиболее ярко он проявился в гитлеровской Германии. Наше общество тоже в недавнем прошлом имело и цель, и направляющую силу, и средства достижения цели. Насколько это было эффективно — другой вопрос. Главное состояло в том, что все общество — и области, и города, и районы представляли собой иерархизи- рованные структурные элементы единой организации. У этой модели был очень существенный недостаток — люди не хотели работать, ибо поставленная свыше цель не была их целью. Она была чужда им.

Демократическое общество не имеет цели. Попытки сформулировать об­щую цель не имеют успеха. Если бы такая цель появилась, это бы означало от­ход от демократического развития, возврат к тоталитаризму. Само общество есть результат необходимости составляющих его членов в самосохранении. Именно необходимость в самосохранении вида Человек привела к возникнове­нию семьи, нравственности, права, государства и других социальных институ-

105

тов. Подчеркнем, все эти институты возникли, специально их никто не созда­вал. Термин «создание» предполагает создателя. В том, что касается общества и его институтов, личность создателя исключена. Назначение названных инсти­тутов, в том числе государства, — обеспечить регулирование социальных про­цессов, происходящих в обществе. Их роль служебная. Широко употреблялось понятие «самоорганизация», причем применительно к процессу движения от хаоса к порядку, т.е. упорядочению. В последующем, когда рассуждения все более будут переходить в практическую плоскость, вместо понятий «самоорга­низация» и «упорядочение» будут использоваться более привычные понятия — «регулирование» или «регуляция»1.

Общество, как любая система, стремится к самосохранению своей целост­ности и устойчивости по отношению как к внешней среде, так и к внутренней энтропии. Сохранение устойчивости социальной системы требует регулирова­ния ее жизнедеятельности. Понятие «регулирование» имеет несколько значе­ний: 1) «приведение в порядок, упорядочение...»; 2) совокупность предписа­ний, исходящих от органов власти или управления, имеющих целью внести по­рядок в ту или иную сферу жизни; 3) форма целенаправленного управляющего воздействия, ориентированного на поддержание равновесия в управляемом объекте и на его развитие посредством введения в него регуляторов2. Исходя из этих определений можно понять, что регулирование относится и к самооргани­зации социальной системы, и к упорядочивающей деятельности органов власти. То есть в самом общем виде и самоорганизация, и власть являются формами социального регулирования. Именно тот факт, что регулирующее, т.е. упорядо­чивающее, начало выступает как общий, определяющий внутреннее содержа­ние и самоорганизации, и управления признак, позволяет независимо от имею­щихся разнонаправленных моментов говорить о них как о явлениях одной сущ-

tВ данном случае понятия “регулирование” и “регуляция” рассматриваются как сино­нимы. Однако более корректно рассматривать понятие “регуляция” безотносительно к субъ­екту, а “регулирование”, наоборот, как осуществляемое под воздействием субъекта (регуля­тора).

2См.: Социальное управление: Словарь. - M.: Норма, 1998. - С. 296.

106

ности. Более того, регулирующий момент составляет определенное внутреннее содержание данного явления. Попробуем разобраться в этом более основательно.

Прежде всего, это непременный атрибут общественных отношений. По мнению М.Н. Сетрова, «регулирование может быть определено как процесс из­менения взаимосвязи элементов системы, направленный на ее сохранение. Это определение, — добавил он, — охватывает все виды регулирования, в том чис­ле и процесс управления»[92]. Под «сохранением системы» следует иметь в виду не сохранение какого-то ее стационарного состояния, а противодействие всему, что могло бы разрушить ее внутренние законы функционирования и развития.

Регулирование социальных процессов может быть объективным и субъек­тивным. Объективное, в свою очередь, делится на природное, производствен­но-экономическое и социокультурное. Субъективное предстает как осознанное воздействие субъекта на социальные процессы. Объективное регулирование осуществляется спонтанно, независимо от сознания. Здесь действуют законы стихийной самоорганизации и саморегуляции субъекта. Субъективное регули­рование осуществляется через посредство специально созданных для этой цели органов власти и управления. То есть объективный и субъективный виды регу­лирования различаются наличием или отсутствием осознанных регулятивных действий. Рассмотрим каждый из названных видов и типов регулирования со­циальных процессов.

107

<< | >>
Источник: Новокрещёнов Александр Васильевич. Самоорганизация территориальных общностей как основа становления и развития местного самоуправления. Диссертация. Екатеринбург - 2003. 2003

Еще по теме 1. В каком случае общество можно рассматривать как целевую организацию:

  1. 1.3. Органы внутренних дел как средство обеспечения внутренней безопасности страны
  2. 1.2. Регулирование внешней и внутренней среды предпринимательских структур как основа их устойчивого развития
  3. 2.2.1 Имидж коммерческой организации
  4. ТЕМА 27 ОБЩЕСТВЕННЫЕ (НЕПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫЕ) ОРГАНИЗАЦИИ В МЕХАНИЗМЕ ЗАЩИТЫ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА.
  5. § 5. Собственность иных некоммерческих организаций
  6. § 2. Преступления, посягающие на состояние защищенности личности, общества и государства от угроз общеопасного
  7. КОНСТИТУЦИЯ РФ – ОСНОВНЫЕ ЧЕРТЫ (ПРИЗНАКИ) КАК ЮРИДИЧЕСКОГО ДОКУМЕНТА
  8. 2.2 ПРАВОВОЕ ГОСУДАРСТВО И ЕГО РОЛЬ В ПОСТРОЕНИИ ОБЩЕСТВА ГРАЖДАНСКОГО СОГЛАСИЯ. КОНКРЕТНО-ИСТОРИЧЕСКОЕ СОДЕРЖАНИЕ КАТЕГОРИИ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА
  9. 2.3 ИНСТИТУТ СОЦИАЛЬНОЙ РАБОТЫ И ЕГОРОЛЬ В ПОСТРОЕНИИ ОБЩЕСТВА ГРАЖДАНСКОГО СОГЛАСИЯ
  10. КАК МОЛОДЫ МЫ БЫЛИ, КАК ИСКРЕННЕ ТОМСКИЙ ПОЛИТЕХНИЧЕСКИЙ ЛЮБИЛИ...
  11. Глава 9. Magnum ignotum1 частной собственности в проекции общего вектора прогресса российского общества
  12. § 4. ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ КАК ЦЕЛЕСООБРАЗНЫЙ АДАПТИВНЫЙ ПРОЦЕСС
  13. К правовому государству и гражданскому обществу
  14. Изменение роли и места организации в экономике
  15. современные подходы к описанию иск как экономической системы
  16. Понятие электронного документа и его производных как доказательств