<<
>>

С. ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ (DIE WECHSELWIRKUNG)

В конечной причинности именно субстанции относятся друг к другу как действующие. Механичность (der Mechanismus)

состоит в этом внешнем характере причинности, в том, что рефлексия в себя причины в ее действии это в то же время отталкивающее бытие, иначе говоря, что в тождестве с собой, которое свойственно причинной субстанции в ее действии, она столь же непосредственно остается чем то внешним себе, и действие перешло в другую субстанцию.

Теперь во взаимодействии эта механичность снята, ибо оно заключает в себе, во первых, исчезание указанного выше первоначального сохранения непосредственной субстанциальности, а во вторых, возникновение причины и тем самым первоначальность как опосредствующую себя с собой своим отрицанием.

Вначале взаимодействие выступает как взаимная причинность предположенных, обусловливающих друг друга субстанций; каждая из них есть относительно другой в одно и то же время и активная и пассивная субстанция. Поскольку обе тем самым и активны, и пассивны, постольку всякое различие между ними уже снято; оно совершенно прозрачная видимость (Schein); субстанции суть субстанции лишь постольку, поскольку они тождество активного и пассивного. Само взаимодействие есть поэтому еще только пустой способ (Art und Weise); и еще требуется только внешнее соединение того, что уже и в себе имеется, и положено. Во первых, [теперь] соотносятся друг с другом уже не субстраты, а субстанции; в движении обусловленной причинности сняла себя еще остававшаяся предположенная непосредственность, и обусловливающий момент (das Bedingende) причинной активности это еще только воздействие или собственная пассивность. Но это воздействие исходит, далее, не от другой первоначальной субстанции, а как раз от причинности, которая обусловлена воздействием, иначе говоря, которая есть нечто опосредствованное. Это вначале внешнее, которое привходит в причину и составляет сторону ее пассивности, опосредствовано поэтому ею самой; оно порождено ее собственной активностью и есть тем самым пассивность, положенная самой ее активностью.

Причинность обусловлена и обусловливает;

обусловливающее это пассивное, но в той же мере пассивно и обусловленное. Это обусловливание или пассивность есть отрицание причины ею же самой, так как она по существу своему делается действием и именно благодаря этому есть причина Взаимодействие есть поэтому лишь сама причинность;

причина не только имеет некоторое действие, но в действии она как причина соотносится с самой собой.

Благодаря этому причинность возвращена к своему абсолютному понятию, и в то же время она достигла самого понятия. Она прежде всего реальная необходимость, абсолютное тождество с собой, так что различие необходимости и соотносящиеся в ней друг с другом определения суть субстанции, свободные по отношению друг к другу действительности. Необходимость есть таким образом внутреннее тождество; причинность это его обнаружение себя, в котором его видимость бытие иного в субстанциальном смысле сняла себя и необходимость возведена в свободу. Во взаимодействии первоначальная причинность выступает как возникновение из ее отрицания из пассивности и как прохождение в этой пассивности как становление, но так, что это становление есть в то же время в такой же мере лишь обретение видимости; переход в иное это рефлексия в себя само; отрицание, которое есть основание причины, это ее положительное слияние с самой собой.

Итак, в этом слиянии необходимость и причинность исчезли; они содержат и то и другое: непосредственное тождество как связь и соотношение и абсолютную субстанциальность различенных [моментов], стало быть, их абсолютную случайность, содержат первоначальное единство субстанциальных различий, следовательно, абсолютное противоречие. Необходимость есть бытие, потому что оно есть; единство бытия с самим собой, имеющего себя основанием. Но и наоборот, так как оно имеет основание, то оно не бытие, а всецело лишь видимость, соотношение или опосредствование. Причинность есть этот положенный переход первоначального бытия, причины, в видимость или просто в положенность и, наоборот, переход положенности в первоначальность; но само тождество бытия и видимости это еще внутренняя необходимость.

Эта внутренность или это в себе бытие снимается движением причинности; тем самым утрачивается субстанциальность находящихся в отношении сторон и раскрывается необходимость. Необходимость становится свободной не оттого, что она исчезает, а оттого только, что лишь ее внутреннее еще тождество обнаруживает себя (manifestiert wird), и это обнаружение себя есть тождественное движение различенного внутрь себя самого, рефлексия в себя видимости как видимости. В то же время, наоборот, случайность благодаря этому становится свободой, так как стороны необходимости, имеющие облик таких действительностей, которые сами по себе свободны и не отсвечивают друг в друге, теперь положены как тождество, так что эти тотальности рефлексии в себя теперь отсвечивают (scheinen) и как тождественные в своем различии, иначе говоря, положены лишь как одна и та же рефлексия.

Поэтому абсолютная субстанция, отличая себя от себя как абсолютная форма, уже не отталкивает себя от себя как необходимость, равно как и не распадается как случайность на безразличные, внешние друг другу субстанции, а разделяет себя, с одной стороны, на такую тотальность, которая (то, что прежде было пассивной субстанцией) есть нечто первоначальное как рефлексия в себя из определенности, как простое целое, содержащее внутри самого себя свою положенность и положенное в этой положенности как тождественное с самим собой, на всеобщее, а с другой стороны, на тотальность (то, что прежде было причинной субстанцией) как на рефлексию в себя точно так же из определенности к отрицательной определенности, которая, таким образом, как тождественная с собой определенность также есть целое, но положена как тождественная с собой отрицательность, на единичное. Но ввиду того что всеобщее тождественно с собой лишь постольку, поскольку оно содержит внутри себя определенность как снятую и, следовательно, есть отрицательное как отрицательное, оно непосредственно та же самая отрицательность, что и единичность, а единичность, так как она точно так же есть определенное определенное (das bestimmte Bestimmte), отрицательное как отрицательное, есть непосредственно то же самое тождество, что и всеобщность. Это их простое тождество есть особенность, которая от единичного содержит момент определенности, а от всеобщего момент рефлексии в себя, содержит их в непосредственном единстве. Вот почему эти три тотальности суть одна и та же рефлексия, которая как отрицательное соотношение с собой выявляет себя как различие двух указанных [сторон], но как полностью прозрачное различие, а именно в виде определенной простоты или простой определенности, которые суть их одно и то же тождество. Это и есть понятие, царство субъективности или свободы.

<< | >>
Источник: Фридрих Гегель. Наука логики. 1997

Еще по теме С. ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ (DIE WECHSELWIRKUNG):

  1. с) Взаимодействие вещей (Die Wechselwirkung der Dinge)
  2. С. ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ (DIE WECHSELWIRKUNG)