<<
>>

Постпозитивизм : критический рационализм К. Поппера.

К. Поппер, одним из первых среди мыслителей позитивистского толка, признал общую несостоятельность неопозитивизма как философии науки. Поэтому свою философскую концепцию — критический рационализм, теорию роста научного знания — фальсификационизм он построил как антитезу последнему.
Выдвигая свою концепцию, Поппер исходил из того, что в познании существует фундаментальная асимметрия между верификацией и фальсификацией: если для подтверждения бесконечного, или строгого, универсального суждения — "естественного закона", необходимо соответствие бесконечного количества его следствий с "непосредственными дан-ными" опыта, то для фальсификации этого суждения достаточно одного единственного контраргумента. Стало быть, научный закон — это предло-жение с квантором всеобщности VxF(x) может быть фальсифицировано, но не может быть верифицировано, поскольку класс всех "х", для которых утверждается наличие признака "F", оказывается бесконечным. Но предложение с квантором всеобщности эквивалентно ложному (в логическом смысле) предложению с квантором существования — 1 3x1 F(x). Предложение, которое его может опровергнуть, должно иметь вид 3x1 F(x), которое, в свою очередь, может быть получено из единичного эмпирического утверждения 1 F(a) по правилу: F(a) Зх F(x). Что и требовалось доказать: универсальное предложение с квантором всеобщности ("естественный закон") хотя и не может быть обосновано с помощью верификации, но может быть опровергнуто и тем самым приобретает статус научного. Но, вместе с тем, предложения же с квантором существования — Зх F(x) ненаучны, ибо их можно верифицировать, но нельзя фальсифицировать. Это можно доказать, рассуждая следующим образом: опровержением предложения Зх F(x), должно быть его логическое отрицание — 1 Зх F(x), которое, в свою очередь, эквивалентно предложению с квантором всеобщности — Vx 1 F(x). Но последнее невозможно получить логически из единичных эмпирических суяедений, и, тем самым, нельзя фальсифицировать предложения с квантором существования — по той же причине бесконечности класса х-в.
Поэтому они относятся, согласно критерию фальсифици- руемости Поппера, не к науке, а метафизике .

Идеалом научности, или, точнее, эмпирической науки Поппер считает

логико-дедуктивные аксиоматические системы , в которых аксиоматическая дедуктивная система в силу своей природы устроена так, что она представляет собой логические процедуры передачи и сохранения свойств истинности предложений сверху вниз (от аксиом или посылок к следствиям или заключению) и передачи и сохранения свойств ложности (а не истинности) снизу вверх (от следствий к посылкам, т.е. знаменитый modus tollens). Этим обстоятельством и объясняется невозможность эмпирического обоснования науки. Так как непременными атрибутами науки являются дедукция и опора на эмпирический базис, то в ней невозможно обосновать (то же самое, подтверждать), а можно лишь опровергать. "Метод фальсификации не предполагает, — пишет Поппер, — индуктивного умозаключения, но только непроблематические тавтологические преобразова-ния дедуктивной логики" . Таким образом, дедуктивная логика становится, по Попперу, "органоном критицизма" , а критицизм рассматривается им как рационализм.

Из сказанного ясно, что Поппер сделал выбор в пользу принципа фальсификации в качестве критерия научности в ущерб принципу верификации. Здесь имело место гештальт-переключение — в структуре концепции неопозитивизма (логического конвенционализма) процедура верификации была замещена процедурой фальсификации, и вследствие этой операции произошло изменение в самой структуре гештальта: для концепции Поппера предметом конвенции становится эмпирический базис (вместо верхних этажей теории — законов и аксиом в традиционном конвенционализме) и последнее слово в науке остается за критическим ("решающим") экспериментом. Отныне нет места в теории ad hoc — гипотезам. "Теория, которая не может быть опровергнута каким бы то ни было мыслимым событием, — пишет Поппер, — ненаучна. Неопровержимость есть не достоинство теории (как часто думают), а ее недостаток" .

Тут, нам думается, комментарии излишни.

В отличие от неопозитивистов Поппер признавал влияние философии на развитие науки. На примере коперниканской революции он пытался показать эвристическое влияние платонизма на становление гелиоцентрической системы мира. При этом Поппер указывает, что Коперник в одно время учился в Болонье у платоника Новары и заимствованная у него платоновская идея блага, играющая центральную роль в мире идей, послужила "прототипом" коперниканской идеи о том, что Солнце должно играть та-

кую же роль в мире чувственных вещей . Таким же образом он представил эвристическое влияние пифагореизма на формирование астрономических идей Кеплера вкупе с данными наблюдения Тихо Браге . Мировоззренческая идея (принцип) метафизического, мифического или религиозного характера, согласно Попперу, первична по отношению к данным наблюдения, т.е. последние переинтерпретировались в свете первой и тем самым она (идея) "контролировала" концептуальную (эвристическую) интуицию ученого . Следовательно, эвристическое влияние философии на науку осуществляется, согласно его концепции, путем переформулировки (переинтерпретации) философских, т.е. метафизических проблем научного метода . У метафизики, по Попперу, нет своего предмета исследования, т.е. у нее нет собственной онтологической проблематики (позже он ввел онтологию "трех миров"): философия у Поппера сведена, по существу, к эпистемологии и методологии (и логике) научного открытия. "... Эпистемология, или логика научного открытия, должна быть отождествлена с теорией научного метода", — пишет Поппер . Далее он продолжает: "... Немало доктрин, которые являются метафизическими и, таким образом, несомненно философскими, могли бы быть интерпретированы как типичные гипостатизации методологических правил" . Последние рассматриваются Поппером как конвенции. "Аналогично тому как шахматы могут быть определены при помощи свойственных им правил, — пишет Поппер, — эмпирическая наука может быть определена при помощи ее методологических правил" .

Все эти правила конструируются с целью обеспечения критерия демаркации. Попперовскую эпистемологию или теорию метода схематически можно представить следующим образом: а) выдвижение гипотезы; б) оценка степени фальсифицируемости гипотезы; в) селекцию предпочтительной (рискованной, по Попперу) гипотезы, имеющей достаточное число потенциальных фальсификаторов; г) выведение эмпирически проверяемых следствий и их экспериментальная проверка; д) отбор следствий, имеющий принципиально новый характер; е) отбрасывание гипотезы в случае ее фальсификации. Если же теория не фальсифицируется, то она временно поддерживается: ж) принятие конвенционального решения о принятии определенных фактов и теорий. Значит, Поппер исследует логику принятия и смены теорий. По Попперу, обоснованное научное знание — это знание, которое прогрессирует путем последовательных опроверже-

ний, т.е. способно к росту. Центральной проблемой эпистемологии Поппе- ра является проблема значения, иначе говоря, проблема научного открытия.

Теория роста научного знания приводит Поппера к некоторым гносеологическим выводам. Первое, что можно заметить в этой теории, это то, что он не видит различия между подтвержденной теорией и гипотезой, т.е. их Поппер незаконно отождествляет (его так называемый "фаллибилизм"). "Все теории, — пишет Поппер, — являются гипотезами; все они могут быть опрокинуты, опровергнуты" . Второе, что можно отметить в ней, это

тезис о неприменимости понятия истины к научным (фальсифицируемым, согласно Попперу) положениям. Этот тезис является следствием принципиальной гипотетичности научного знания. Истина как недостижимый идеал, по Попперу, выполняет лишь регулятивную функцию в научном познании. Она у Поппера, заменяется "правдоподобием" (verisimilitude) (степенью приближения к истине): "... теория Tj менее правдоподобна, чем теория Т2, если и только если... истинное, но не ложное содержание Ті меньше, чем у Т2, или ... истинное содержание Т| не больше, чем Т2, а ложное содержание Т| больше, чем Т2 Короче, мы говорим, что Т2 ближе к истине или похожа на истину, чем Ть если и только если из нее следует больше истинных, а не ложных высказываний или по крайней мере столько же высказываний истинных, но меньше ложных" .

Далее он продолжает: "Таким образом, поиск правдоподобия есть более ясная и более реалистическая задача, чем поиск истины" . Для достижения истины, по Попперу, принципиально недостаточны "эмпирические аргументы", т.е. всякий опыт. Поэтому она абсолютно недостижима.

Итак, сделаем некоторые выводы (промежуточные): а) происходит своеобразная подмена (отождествление) теории как основной единицы методологического анализа менее развитыми формами научного знания: феноменологической конструкцией (высшей формой эмпирического знания)

индуктивизм (Милль, Мах и их последователи неопозитивисты — "редукционисты"), умозрительной концепцией — конвенционализм (Пуанкаре, Дюгем и их последователи неопозитивисты — логические конвенцио- налисты: Карнап, Гемпель, Айдукевич и др.), теоретической гипотезой, ложной теорией — фальсификационизм (Поппер и попперианцы: Г. Альберт, Г. Ленк и др.); б) также происходит подмена (и отождествление) объективной научной истины в логическом позитивизме логической непротиворечивостью, а в фальсификационизме — правдоподобием', в) также наблюдаем подмену (и отождествление) философии с логическим анализом

языка науки, а в фальсификационизме — теорией научного познания — эпистемологией. Список подмен (и отождествлений) можно продолжить в направлении исследования функций философии. В неопозитивизме ее эвристическая функция вообще не обсуждается, а подменяется (и отождествляется) регулятивной (косметической) функцией логического анализа языка науки, а, напротив, в критическом рационализме (фальсификационизме) она обсуждается, но отождествляется с "переинтерпретацией" или переформулировкой философских проблем в проблемы научного метода (Поппер). Это, все-таки ближе к регулятивной, нежели к эвристической функции.

Рациональный смысл сказанного выше заключается в нижеследующем. Хотя указанные методологические подходы к природе теории, вообще говоря, ошибочны, тем не менее они сыграли позитивную роль в методологии науки, обратив внимание исследователей на роль различных средств исследования и видов знания (эмпирических, умозрительных и теоретических видов исследования и видов знания и др.

эвристических моментов) в формировании научной теории. Если уж остановиться на процедурах (принципах) верификации и фальсификации соответственно в неопозитивизме и критическом рационализме, то рациональный смысл их заключается в том, что они устанавливают границы применимости гипотезы, т.е. без них не можем говорить строго о границе применимости теории. Эта граница определяется пределами применимости эмпирического знания, которое гипотеза объясняет и предсказывает. Гипотеза считается истинной, если все эксперименты согласуются с ее предсказаниями ("верификация"), и ложсной, если хотя бы один из них противоречит одному из ее предсказаний ("фальсификация"). Следовательно, точная проверка гипотезы возможсно лишь на основе сочетания процедуры верификации с процедурой фальсификации. Абсолютизация каждой из этих процедур в неопозитивизме и фальсификационизме приводит к их ошибочному про-тивопоставлению, в результате чего точная проверка становится невоз- можсной .

В рамках своей концепции фальсификационизма Поппер фактически обсужсдает принцип конкретности теоретических предсказаний. Дело в том, что "абстрактные" предсказания в отличие от конкретных нельзя ни подтвердить и ни опровергнуть, так как они делаются в неопределенной форме (типа "предсказания цыганской гадалки на игральных картах" или натурфилософского "гениального угадывания научных законов"). Значит, требование принципиальной фальсифицируемости теории является следствием принципа конкретности теоретических предсказаний, но только в

границах применимости теории. Отрицательные результаты опыта (факты, не подтверждающие предсказания теории) показывают, что исследование достигло границ предметной области, т.е. того фрагмента действительности, свойства которого объясняются существующей теорией. Следовательно, дальнейшее развитие исследования возможно лишь в ходе расширения пределов известной области и построения на основе новых эмпирических данных более общей фундаментальной теории. Таким образом, исследование проникает в область опровержения существующей теории, но в то же время — в области объяснения и предсказания будущей теории. В этом, на наш взгляд, заключается рациональный смысл конвенциональности эмпирического базиса в фальсификационизме Поппера.

Что касается списка подмен (и отожествлений), то все эти пункты логически взаимосвязаны, ибо каяедая методологическая концепция строится, исходя из определенной "аксиомы" (неопозитивизм из принципа верификации и критический рационализм из принципа фальсификации). Суть подмены (и отождествления) научной истины с логической непротиворечивостью теоретических высказываний в верификационизме заключается в том, что в нем математическая логика объявляется основным средством построения и анализа гипотетико-дедуктивных научных теорий. Это во- первых. Во-вторых, конвенционализм подменяет (и отождествляет) научную теорию умозрительной концепцией, а последняя, в свою очередь, может быть только осмысленной или бессмысленной, т.е. к ней не применим критерий истинности или ложности. Отсюда, логическая непротиворечивость является необходимым и достаточным критерием осмысленности умозрительной концепции. Поэтому неудивителен тот факт подмены (и отождествления) объективной истины логическими и др. конвенционали- стами с логической непротиворечивостью. Отсюда вытекает подмена (и отождествление) философии с логическим анализом языка науки и как следствие подмена (и отождествление) эвристической функции философских принципов (т.е. ее отрицание и подмена антиэвристической функцией, как следствие отрицания онтологической функции философского знания) регулятивной функцией, т.е. своеобразной логической (аксиоматически-дедуктивной) "косметикой" готового научного знания. Суть подмены (и отождествления) научной истины (и объявления ее регулятивным принципом) в фальсификационизме Поппера и др. правдоподобием ("похожестью на истину") заключается в том, что в нем научная теория подменяется (и отождествляется) теоретической гипотезой (и ложной теорией), ибо спецификой гипотезы как вероятного знания является правдоподобие и неправдоподобие (и ложной теории — неправдоподобие и ложь или за-блуждение). Что касается признания эвристической функции эпистемологических принципов, то можно предположить что ее рациональный смысл

заключается в том, что Поппер попросту заметил эвристическую роль философии в интерпретации теоретических систем, а не в формировании (и выборе) основополагающих теоретических принципов, т.е. теоретических программ последних. Следовательно, эвристическая функция философии не выходит за рамки ее регулятивной функции и подчинена ей, что, конечно, является ошибочной инверсией: все обстоит на самом деле с точностью до наоборот.

Крик природы "Нет!", выраженный в логическом "modus tollens", т.е. в принципе фальсификации Поппера, может быть, по И. Лакатосу, подавлен еще более громким криком человеческой изобретательности. Что он имеет в виду под последней?

<< | >>
Источник: Очиров Д.Э.. Методологическая физика. -Улан-Удэ: Изд-во ВСГТУ, 2004- 346 с.. 2004

Еще по теме Постпозитивизм : критический рационализм К. Поппера.:

  1. Постпозитивизм : критический рационализм К. Поппера.
  2. СООТНОШЕНИЕ ЭВРИСТИЧЕСКОЙ И РЕГУЛЯТИВНОЙ ФУНКЦИИ ФИЛОСОФСКИХ ПРИНЦИПОВ в ФОРМИРОВАНИИ НОВОЙ ФИЗИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ
  3. 1. Постпозитивизм.
  4. 89. ПОСТПОЗИТИВИЗМ
  5. Постпозитивизм.
  6. Методология науки.
  7.   § 7. Основные вопросы онтологии  
  8.   Научные дела в зеркале западной философии науки  
  9. Постпозитивизм
  10. ГНОСЕОЛОГИЯ: ИСХОДНЫЕ ПРИНЦИПЫ И ПРОБЛЕМНОЕ ПОЛЕ
  11. ЛОГИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКАЯ КОНЦЕПЦИЯ КАРЛА ПОППЕРА (Вступительная статья)
  12. Позитивизм и неопозитивизм