<<
>>

«ЖАЛЬ, ЧТО МЫ РАССТАЕМСЯ ТАКИМ ОБРАЗОМ»

В мае 1986 года на совещании в Министерстве иностранных дел Шеварднадзе говорил о том, что надо отказаться от прежнего постулата: Советский Союз должен быть столь же силен, как и любая возможная коалиция противостоящих ему государств.

Этот постулат заставлял бешено вооружаться, подорвал экономику и тем самым национальную безопасность страны. Весь мир завалили оружием, а своим гражданам не смогли обеспечить сносную жизнь. Продажа нефти принесла стране сто восемьдесят миллиардов долларов, а в магазинах пустовали полки, во всех городах вводили талоны и очереди стояли за самым необходимым.

Взгляды Шеварднадзе предопределили его столкновение с военными, которые видели, что им грозит: министр призывал к принципу разумной достаточности, что вело к ограничению военных расходов, чего его военные никак не могли допустить. Это было время, когда Европу именовали театром военных действий. Людей пугали возможностью войны и заставляли жить словно в осажденной крепости.

Горбачеву и Шеварднадзе выпала миссия закончить холодную войну. Надо было прекратить военное соперничество с Соединенными Штатами, освободить страну от гонки вооружений, которая была ей не под силу. Знающие, великолепно образованные, опытные советские дипломаты боялись мыслить по-крупному, были поглощены деталями. Шеварднадзе не был профессионалом, но парадоксальным образом непрофессионализм помогал ему принимать более смелые решения.

Когда Горбачев и Шеварднадзе начали проводить новую внешнюю политику, американский президент Рональд Рейган оставался подчеркнуто холоден. Американцы не верили в возможность крутых поворотов в политике Москвы, считали, что русские разыгрывают перед ними очередной спектакль.

Многое изменила встреча Горбачева и Рейгана в Рейкьявике в октябре 1986 года. Известный дипломат Юрий Дубинин опубликовал свои воспоминания о том, как прошла эта встреча.

Горбачев приехал в исландскую столицу с грандиозным планом полного уничтожения ядерного оружия, чего американцы никак не ожидали. Они были настроены на продолжение прежних тягучих споров. А Горбачев с победным видом излагал им свой план. Он предложил наполовину сократить стратегические наступательные ядерные вооружения. В Европе согласился полностью ликвидировать ракеты средней дальности, заморозить количество ракет с дальностью полета менее тысячи километров, чтобы со временем договориться о полном уничтожении и этого класса вооружений. И наконец, Горбачев предложил переговоры о прекращении испытательных ядерных взрывов. Это была программа, рассчитанная на пять лет, которая должна была привести к полному отказу от ядерного оружия.

Американский президент не был готов к таким масштабным предложениям. Рейгану понадобилось время, чтобы проконсультироваться с Государственным секретарем Шульцем и экспертами. В обмен на свои уступки Горбачев хотел, чтобы Рейган отказался от стратегической оборонной инициативы (СОИ), то есть планов создания противоракетного оружия в космосе.

Рейгановская военно-космическая программа стала тяжким ударом для советских военных. Столько лет они создавали огромные арсеналы баллистических ракет с ядерными боеголовками, способными уничтожить Соединенные Штаты. Неужели американцы смогут запросто сбивать их в космосе и многолетние усилия пойдут прахом?

—Я все жду,— многозначительно сказал Горбачев Рейгану,— когда вы начнете делать уступки мне.

Рональд Рейган не хотел отказываться от своих космических планов. Он предложил вместо подписанного в 1972 году Договора о противоракетной обороне заключить новый, который бы позволял вести хотя бы исследовательские работы в области создания оборонительного космического оружия. Ведь нужны же гарантии на тот случай, если другая сторона или какой-то маньяк захотят нанести ядерный удар по Соединенным Штатам.

Горбачев на это ответил:

—Раз мы идем на глубокие сокращения ядерных вооружений, то должны быть уверены, что не только фактически, но даже в мыслях другая сторона не захочет поколебать стратегическую стабильность. Стало быть, нужна уверенность в бессрочном характере договора о противоракетной обороне.

Когда переговоры стали близиться к концу, Горбачев сказал, что готов идти даже на большие сокращения ядерных сил, но без определения судьбы Договора о противоракетной обороне. Вся стратегия этих сокращений рушится.

—Мы возвращаемся к исходной позиции и должны закончить встречу,— развел руками Горбачев.

—Неужели нам придется разъехаться ни с чем?— огорченно сказал Рейган.

—Фактически да,— подтвердил Горбачев.

Но когда подошло время прощаться, Михаил Сергеевич предложил сделать перерыв и продлить встречу, чтобы министры иностранных дел Шеварднадзе и Шульц попытались еще что-то придумать.

—Мы ведь с вами вправе продлить немного встречу,— резонно заметил Горбачев.

Последнее предложение советской стороны было таково. В течение ближайших пяти лет стратегические наступательные силы сокращаются вдвое. А в последующие пять лет обе страны вовсе отказываются от такого оружия. В течение этих десяти лет США и СССР не выходят из договора о противоракетной обороне. Запрещаются испытания космических элементов противоракетной обороны, разрешаются только лабораторные исследования и испытания.

Горбачев говорил Рейгану:

—Если вы через десять лет все же захотите продолжить работу над вашей программой СОИ, то мы сможем вместе это обсудить. Зачем сейчас, заранее решать этот вопрос?

Рейган опять попросил сделать перерыв. Вместе с Шульцем они ушли обсуждать советское предложение. Дискуссия у американцев получилась долгая. Они вернулись в комнату переговоров, когда уже стало темнеть. Американцы сделали две поправки. С одной разобрались легко и достигли компромисса. С другой вопрос был сложнее. Американцы предлагали разрешить обеим сторонам продолжить «исследования, разработки и испытания, разрешенные Договором по ПРО». Тонкость состояла в том, что советская делегация считала возможным разрешить только лабораторные разработки, не представляющие опасности,— без практических испытаний в космосе такое оружие не создашь.

Горбачев сразу спросил:

—Из вашей формулы исчезло упоминание о лабораторных исследованиях.

Это сделано сознательно или нет?

—Да, сознательно,— ответил Рейган.— А в чем дело?

—Меня это сильно смущает,— объяснил свою позицию Горбачев.— Формулировка дает одной из сторон возможность производить эти работы и утверждать, что договор вовсе не нарушается. Создается неравная ситуация, ухудшается безопасность одной из сторон. Мы не можем снять из договора уточнение, что испытания должны ограничиваться лабораторными условиями.

—Вы разрушаете мне все мосты к продолжению моей программы СОИ,— сказал Рейган.— Я не могу пойти на ограничения такого характера, которых вы требуете.

Горбачев оставался столь же непреклонен:

—Если в отношении лабораторий это ваша окончательная позиция, то тогда мы можем действительно завершить нашу встречу.

—Да, окончательная,— подтвердил Рейган.— Но неужели ради одного слова в тексте вы отвергаете историческую возможность договоренности?

—Здесь дело не в слове, дело в принципе. Мы не можем согласиться с тем, чтобы в период, когда будет сокращаться ядерное оружие, Соединенные Штаты расширяли СОИ и шли с ней в космос.

Рейган пустил в ход последний аргумент:

—Я все же прошу вас изменить вашу точку зрения, сделать это одолжение для меня с тем, чтобы мы могли выйти к людям миротворцами.

—Согласитесь на запрещение испытаний в космосе,— стоял на своем Горбачев.— На что-то другое мы пойти не можем. На то, что могли, мы уже согласились. Нас не в чем упрекнуть.

—Жаль, что мы расстаемся таким образом,— искренне сказал Рейган.

—Мне тоже очень жаль,— ответил глубоко разочарованный Горбачев, который считал, что до успеха было рукой подать.— Я хотел договоренности и сделал для нее все, что мог, если не больше…

<< | >>
Источник: Леонид Михайлович Млечин. Министры иностранных дел. Внешняя политика России. От Ленина и Троцкого – до Путина и Медведева»: Центрполиграф; М.; 2011. 2011

Еще по теме «ЖАЛЬ, ЧТО МЫ РАССТАЕМСЯ ТАКИМ ОБРАЗОМ»:

  1.   ОПЫТ О БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТИ И БЛАГОТВОРИТЕЛЬНЫХ ШКОЛАХ
  2.   ИССЛЕДОВАНИЕ О ПРИРОДЕ ОБЩЕСТВА
  3.   ОПЫТ О БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТИ И БЛАГОТВОРИТЕЛЬНЫХ ШКОЛАХ  
  4.   ИССЛЕДОВАНИЕ О ПРИРОДЕ ОБЩЕСТВА  
  5. ВЕЛИКИЙ ТРУД, ВПЕРВЫЕ ОБОСНОВАВШИЙ ПРАВА ЧЕЛОВЕКА
  6. «ЖАЛЬ, ЧТО МЫ РАССТАЕМСЯ ТАКИМ ОБРАЗОМ»
  7. 3.4. Этические нормы речевой культуры (речевой этикет)
  8. ЭСТЕТИЧЕСКИЕ ОТНОШЕНИЯ ИСКУССТВА К ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ (ДИССЕРТАЦИЯ)
  9. [ПОДСТРОЧНЫЕ ПРИМЕЧАНИЯ К ПЕРЕВОДУ МИЛЛЯ]
  10. ПРЕДЛОЖЕНИЯ ТИПА Здесь не пройти; Цвести садам! Молчать!
  11. Красовский В. Е Роман‑эпопея «Война и мир»