<<
>>

  «записки об учении» 

 
Издавать [хорошо] продуманные законы и призывать [на службу] добродетельных и достойных достаточно, чтобы снискать известность, но не достаточно, чтобы привести людей в движение. Приблизить мудрых и за- ботиться о дальних достаточно, чтобы привести людей в движение, но не достаточно, чтобы исправить народ.
Если благородный муж желает исправления народных нравов и обычаев, он обязательно должен начинать с просвещения. Пока яшма не отшлифована, она еще не сосуд; пока человек не научился, ему не познать истины. По этой-то причине древние государи в построении государства и в управлении народом ставили просвещение на первое место. В «Толковании судеб» 50 говорится: «Думай о том, чтобы с начала и до конца постоянно пребывать в учении». Именно таков смысл [нами] сказанного.
Пусть есть превосходные яства, но, не вкусив их, не познаешь их вкуса; пусть есть высшая истина, но, ие учившись, не познаешь ее благости. По этой-то причине, только начав учиться, узнаешь о собственном несовершенстве; только начав обучать, узнаешь, что такое трудности. Но, познав свое несовершенство, можпо заняться собой; познав трудности, можно себя укрепить. Поэтому- то и говорят, что учитель и ученик растут вместе. «Толкование судеб» гласит: «Обучение наполовину учение». Именно таков смысл [нами] сказанного.
В древности обучали так: в кланах были школы шу, в данах — школы ян, в областях — школы с/ой, в столицах—школы сюэъх. Поступали в учение каждый год, через год держали экзамен. В первый год проверяли умепие читать извлечения из классиков и волю к учению. Через три года проверяли, питает ли ученик почтение к науке, наслаждается ли обществом [своих товарищей]. Через пять лет проверяли широту знаний и близость с наставником; через семь лет проверяли способность рассуждать о пауках и выбирать друзей. Это называлось малым становлением. Через девять лет учащийся уже знал аналогии и мог делать умозаключения, твердо стоять [в пауке] и не нзмепять [учению]. Это называлось великим становлением. Потом можно было исправлять народ и улучшать [его] нравы, дабы ближние подчинялись с охотой, а дальние взирали с надеждой. Таков был путь великого учения. В книгах говорится, что «муравей мастерит постоянно»52. Именно в этом смысл сказанного [нами].
Начиная великое учение, в парадных меховых одеждах совершали жертвоприношения плодами [земли], высказывая тем свое преклонение перед истиной. [Затем] читали нараспев три [первые] оды из числа «Малых»53, начиная тем свое служение. Войдя в школу, с ударом барабана открывали котомки [с книгами], являя свое прилежание к наукам. Два дерева — ся и чу54 — служили для того, чтобы внушать трепет. До летних жертвоприношений знаний не проверяли, чтобы [ученики] были вольны в своих помыслах. [За ними] постоянно наблюдали, но [ничего] не говорили, чтобы те [работали] спокойно. Младшие лишь внимали, но не [смели] спрашивать, дабы в учении соблюдалась постепенность. Вот каковы были семь великих принципов обучения. Как гласят книш: «В учении чиновник начипает с дела, книжник же — с помыслов!» Именно таков смысл сказанного [нами].
Принципы великого учения таковы: в учебное время должны идти нормальные занятия, в каникулы же следует учиться дома54а.
Ведь, не умея играть, пе сможешь настроить струну; не зная [простых] напевов, не сможешь взять правильный тон и в стихе, а пе научившись различать одежды, не сможешь соблюдать церемониал. Если не вдохновиться этим умением, не сможешь насладиться и своими науками. Поэтому благородный муж, в учении накапливая, совершенствуется, а отдыхая, [приобретает знания] в развлечениях. И когда он утвердится в учении, а наставник станет ему родным, когда он будет получать наслаждение [в обществе] своих товарищей и верить в свою правду, он не изменит им, даже разлучившись с наставником и однокашниками. В «Толковании судеб» говорится: «Питай почтение к последовательности, постоянно служи [своему долгу] — и совершенство придет!» Именно таков смысл сказанного [нами].
Нынешние же учителя лишь читают нараспев свои дощечки с письменами, умножая их толкования, стремятся достигнуть продвижения вперед, но не заботятся об утверждении [в главном]. И потому ученики не проявляют рвения, а учителя не раскрывают до конца их таланты. Такие методы ложны, требования неразумны. И в результате ученики [остаются] невежественными в своей науке и ненавидят учителя, страдают от трудностей [учения] и не видят в нем пользы. Пусть даже они закончат свою науку, все равно вскоре же отдалятся от нее. В этом причина неудач просвещения.

Вот принципы Великого учения: пресекать то, что еще не вскрылось, — это называется предупреждением; использовать благоприятный момент — это называется своевременностью; не перескакивать с одного на другое — это называется последовательностью; проверять друг друга, умножая доброе, — это называется чувством локтя. Таковы четыре принципа, благодаря которым образование процветает.
Если же пресекать [дурное], когда оно уже обнаружилось, то [дурное] укоренится и его не одолеть. Если учиться, когда время ушло, то, как ни старайся, не добьешься успехов. Если учиться беспорядочно, не соблюдая последовательности, все перепутается п не будет совершенствования. Если учиться в одиночестве, не имея товарищей, кругозор будет ограничен, а познания скудны. Если не быть осмотрительным с друзьями, можно пойти наперекор наставнику. Если предаться гульбе, можно погубить человека. Таковы шесть причин, из-за которых просвещение приходит в упадок. Только зная причины расцвета и упадка просвещения, благородный муж может стать наставником. Когда благородный муж учит и наставляет, он ведет, но не тянет за собой, побуждает, по не заставляет, открывает [пути], но не доводит [до конца]. Поскольку же он ведет, а не тянет, [между ним и учеником] царит согласие; поскольку побуждает, а не заставляет, [учиться] легко; поскольку лишь открывает путь, но не доводит до конца, [ученик] думает. Согласие [между учеником и учителем], легкость [обучения], [самостоятельные] размышления — вот что называется умелым руководством.
Ученикам бывают свойственны четыре недостатка. В науках люди либо алчут многого, либо довольствуются [слишком] малым, либо относятся к ним несерьезно, либо останавливаются [на полпути]. Недостатков этих четыре, ибо [люди] различны в сердце [своем], и, лишь познав их сердца, можно избавить их от недостатков. Просвещение — это развитие достоинств и избавление от недостатков.
Искусный невец может передать людям свою манеру пения; искусный учитель может передать людям своп помыслы. Если речь сжата и доходчива, глубока и содержательна, скупа на примеры, но понятна, можно сказать, что она передает помыслы.

Только познав, что в учении легко и что трудно, что прекрасно и что дурно, благородный муж сможет наставлять во многом. А будучи в состоянии наставлять во многом, он сможет стать наставником. Став наставником, он может стать начальствующим лицом. А лишь будучи начальствующим лицом, можно быть государем. Так что при помощи наставника можно научиться, как быть государем. По этой-то причине следует внимательно выбирать учителей. В книгах говорится: «При трех правителях, при четырех династиях55 учителя были всем». Именно в этом смысл сказанного [нами].
Самое трудное в учении — научиться [по-настоящему] почитать учителя. Но, лишь почитая его, преклоняешься перед его истиной. А лишь преклоняясь перед истиной, народ познает почтение к наукам. По этой-то причипе только в двух случаях государь не смотрит на своего подданного как на подданного: когда тот замещает покойного56 и когда тот является наставником. Согласно этикету великого учения, даже призванный пред лицо сына неба, [его] учитель не совершает поклона в северную сторону 57 — в этом сказывается уважение к учителю.
Способный ученик, хотя бы наставник и уделял ему меньше внимания, добьется вдвое большего, [чем другие], и все отнесет на счет учителя. Неспособный же, как бы ни старался наставник, постигнет лишь половину и будет за это негодовать на учителя. Умеющий спрашивать словно обтесывает крепкое дерево: сначала выбирает, где полегче, а потом принимается и за сучки; пусть пройдет немало времени, но он все поймет из бесед [с учителем]. С тем, кто спрашивает бестолково, все обстоит наоборот. Умеющий отвечать на вопросы подобен колоколу: коснутся его тихо — прозвучит едва слышно, ударят сильнее — зазвучит громче и умолкнет лишь тогда, когда его перестанут спрашивать. С неумеющим же отвечать все обстоит наоборот. Все это — пути к продвижению в науках.
Заученных знаний недостаточно, чтобы учить людей, — непременно надо прислушиваться к тому, что они спрашивают. Только если [ученик] не умеет задать вопрос, следует говорить самому. Если же сказанного он не усвоил, можно сделать передышку. Ведь сын хорошего кузнеца должен сначала постоять за мехами, сын хорошего мастера-лучника — потрудиться над колчанами, а если лошадь, Которую приучают ходить в оглоблях, упирается, пусть побегает [сначала] за повозкой! Из этих трех примеров благородный муж может черпать свою волю к учению.
Ученые древности, сопоставляя вещи и явления, делали умозаключения. [Они видели, что] барабан не то же, что пять звуков, но без него пять звуков не приходят в согласие; вода не то же, что пять цветов, но без нее пять цветов не образуют узора; учеба не то же, что пять министров, но без нее нельзя ими повелевать; учитель не то же, что пять одеяний, но без него не понять, что их роднит [между собой]58. И благородные мужи говорили: «Великая добродетель — не для служения: Великая Истина — не орудие, Великую Верность не связывают [клятвой], Великое Время — не единообразно». Познав эти четыре [истины], можно устремиться помыслами к истокам [наук]. Когда три правителя совершали жертвоприношения водам, они всегда начинали с рек, а морями кончали, ибо в первых — исток, во вторых же — окончание. Это и называется потрудиться у истока.
 
<< | >>
Источник: ЯН ХИН-ШУНА. Древнекитайская философия. Собрание текстов в. двух томах. Т. 2. М., «Мысль»,1973.. 1973

Еще по теме   «записки об учении» :

  1. IX. Общие итоги второго периода в истории науки уголовного права в России
  2. Библиографический указатель
  3. О теории начального обучения
  4. ЕРЕТИЧЕСКИЕ УЧЕНИЯ 
  5.   Статья вторая  
  6. Примечания 
  7.   «записки об учении» 
  8. Записка от неученых к ученым, духовным и светским, к верующим и неверующим ЧАСТЬ I
  9. Записка от неученых к ученым русским, ученым светским, начатая под впечатлением войны с исламом, уже веденной (в 1877—1878 гг.), и с Западом — ожидаемой, и оканчиваемая юбилеем преп. Сергия
  10. Глава 1. Судьба Н. Я. Данилевского (школа жизни, наук и общений)