<<
>>

  2. Аристотелпкп призпают не истинную, а мнимую мудрость  

И конечно, величие этой божественной мудрости совсем не таково, каким рисуют его аристотелики. Именно поэтому мы так часто встречаем у Лукиана, Боэция 22 и у других жалобы и упреки по поводу того, что величие это столь недостойно трактуется псевдофи&лософами.
Мне по крайней мере представляется, что мудрость некогда сошла с неба в образе Минервы23, чтобы добиться на Земле великих успехов на благо че&ловечества. Но когда она увидела, что эти профаны пренебрегают ею и предпочитают ей подрумяненную лжемудрость, она поднялась и улетела на небо вслед за Астреей24, и теперь едва удается тысячами молитв и обетов склонить ее к тому, чтобы она показала свой лик или хотя бы лишь свою тень. Что же тут сердить&ся аристотеликам? Ведь это обычно, что все самое пре- красное и святое уклоняется от соприкосновения с чорнью, ибо нет ничего настолько драгоценного, чтобы оно не могло быть замарано прикосновением рук толпы. А ведь философия — предмет наименее общедоступ&ный — особенно избегает людей с заурядным умом. Что же они сердятся? Ведь сами они, презирая мудрость, пренебрегли ее подлинным изучением и, страстно по&клоняясь лику софистики, словно некие Иксионы 25, об&няли бесплотное облако! Так что же, повторяю, они негодуют? Ведь всякий, кто серьезно отдался изучению их философии, полагает, что это та самая философия, которая обычно прославляется в следующих прекрас&ных речениях: О философия, учительница жизни! Ты исследуешь добродетель и изгоняешь пороки! Что бы&ло бы без тебя не только с нами, но с человеческой жизнью вообще? Или в таких словах: Один день, про&веденный разумно и согласно твоим предписаниям, следует предпочесть почти всему бессмертию, и т. д.26 Всякий, повторяю, ревностно принявшийся за изуче&ние этой философии скоро спохватывается, что он да&ром тратит масло на светильники и свой труд и что он, как человек, которому приснился клад, хватает и об&нимает лишь пустой призрак. Что касается меня, то каждый раз, когда я думаю об этой софистике, мне хочется воскликнуть: Не она воспитательница души и не может по праву называться мудростью; и далее: О свет человеческого рода, о первый путь к спасению! Защита, спокойная гавань, утешение, путеводная нить жизни! О мир и врачевание души! О высокочтимая обитель! Мудрость, которая слаще и приятнее некта&ра! Кто, кто тебя теперь любит или кто тебе следует? В ком ты обитаешь? Или кто на Земле твоя гордость? Некогда ты царила в храмах, портиках, гимнасиях, в советах и в царских дворцах, ныне же ты никому не известна, а вместо тебя царят крохоборство и бредни27.
<< | >>
Источник: Пьер ГАССЕНДИ. СОЧИНЕНИЯ В ДВУХ ТОМАХ. Том 2. «Мысль» Москва - 1968. 1968

Еще по теме   2. Аристотелпкп призпают не истинную, а мнимую мудрость  :

  1. Мудрость как сущностное выражение истины
  2. ?.2.6. Мудрость и любовь к мудрости
  3. Проникновение античной мысли в ближневосточную культуру в доисламский период и влияние ее на становление исламской теологии и философии. Переводческая деятельность. Особенности восприятия античности исламской культурой. «Фалсафа» как восприемница античной мудрости, теоретического оружия против исламского конформизма. Концепция двойственной истины: знания для «масс» и для «элиты». Учение Платона и Аристотеля в трудах «восточных перипатетиков».
  4. § 3. Теория истины: диалектика относительной и абсолютной истины
  5. 8. 4. Проблема истины в философии и науке. Критерий истины.
  6. Истина, оценки, ценности; факторы, стимулирующие и искажающие истину
  7. Истина, заблуждение, ложь, критерии истины
  8. Проблема истины. Истина. Заблуждение. Ложь.
  9. Теорема 1. Ничто из того, что заключает в себе ложная идея положительного, не уничтожается наличностью истинного, поскольку оно истинно.
  10. Мудрость
  11. Мудрость
  12. "Истины разума" и "истины факта". Связь гносеологии с онтологией в философии XVII века