<<
>>

ВПЕРЕД! В ПРОФЕССИЮ

В.П. Сушко

Родители и детство

Sl вырос в семье военного. Отец окончил войну на Дальнем Востоке, их артиллерийская воинская часть находилась то в Хабаровске, то в Бикине. Есть такой город рядом с Хабаровском. В Хабаровске отец и познакомился с нашей будущей мамой. Семья мамы на Дальнем Востоке оказалась еще раньше, в 1936 году. Дед вроде не был комсомольцем, но уехал из Ярославля на Дальний Восток осваивать новые земли. Моя старшая сестра и младший брат родились в Хабаровске, а я как раз в Бикине.

В1952 году отцу дали ордер на квартиру, тогда мы жили в Хабаровске. Вечер мама с отцом порадовались, что переедут в новую квартиру, а утром отцу вручили приказ. Отца перевели из артиллеристов в строительные войска и мы поехали всей семьей в Красноярский край строить новый город. Сегодня он называется г. Железногорск.

Вот было время! Как продуманно все делалось. Строился комбинат (ГХК), строился город и одновременно в институтах страны готовили специалистов. Томский политехнический в подготовке кадров для комбината был в лидерах. Память в институте о том времени - 10-й учебный корпус Томского политехнического. Его построили специально для подготовки специалистов на эти предприятия. Сложное было время. Все лето и осень семьи военных жили в деревне на съемных квартирах. Золотой осенью приехали отцы забрать нас с собой. Несколько семей, с нехитрым скарбом, в один грузовичок, назывался «полуторка», так как брал груз 1,5 тонны. И поехали. Красивейшие осенние деньки выпали на это время. Деревья золотые, ярко-зеленые сосны, ели, пихты. В речушках, которые на грузовиках пересекали вброд - чистейшая вода. Красиво!!! Приехали на место. Кругом тайга, длинный и очень глубокий овраг. На склонах оврага деревьев почти не было. На склоне оврага наши отцы настроили землянки, ведь прошли войну и умели это делать просто здорово. Поперек оврага бульдозером нарыли траншеи, по стенам столбы и забирка из тонких сосен, сверху накат из бревен. Длина землянки метров 10 и в морозы маленькой печурки хватало, чтобы было тепло. Не знаю почему, но нытья не было у родителей, знали, что это временно. Так и было, зима в землянке, год в простом бараке, год в хорошем бараке, а потом квартира в двухквартирном деревянном доме. Их у нас называли «финские», так как они были разборные и их привозили из Финляндии. Hy вот, оказывается, и Финляндия внесла свой посильный вклад в нашу атомную промышленность. Интересное было время, мы наслаждались свободой, а отцы служили. Лучше всего атмосфера этой жизни показана в фильме «Анкор, еще анкор», Гафт там играет командира части. В этом месте воинские части базировались временно, после окончания работ их оттуда вывели. Но еще раньше, в 1957 году нам дали квартиру в самом городе, как я говорил, сегодня он называется Железногорск. Мы жили в городе, учились в школе, мама работала. Отец возвращался очень поздно, после 10-ти вечера. Раз я его спросил, почему другие отцы вечером уже пришли с работы, а тебя нет, а он мне: «они работают, а я служу Родине». Я много ездил по нашей стране, много повидал разных городов, но скажу честно - таких городов не много, а Железногорск все-таки лучший. Проектировали его Ленинградский ГИКП (Государственный институт комплексного проектирования), филиал №1 в Северске, а №2 в Железногорске. Здесь я вырос, кончил школу и уехал в Томск учиться.

Школа

Выбор профессии.

Планы - учиться в танковом училище, стать офицером.

Прошел районную, городскую, краевую, медицинские комиссии, на отборочной медицинской комиссии, с участием врачей училищ, забраковали. Ухо - не годится для службы в армии, старые раны

Школа № 91, Красноярск 26 (сегодня - ЗАТО г. Железногорск)

(рубец на перепонке). Окончил школу. Возник вопрос Н.Г. Чернышевского: «Что делать». Планы стать офицером накрылись медным тазом, для других задач был морально не готов. Прошли экзамены в школе (я окончил школу №91), выпускные вечера, а мне нигде учиться неохота. Решил пойти по линии спорта и усиленно готовлюсь к парусной регате в славном городе Ленинграде (август 1966 г.). Это не понравилось маме. Силком отправила сдавать документы в Красноярский политех. Я послушный, съездил, вернулся и сказал: «Институт не понравился». Но моя мама очень серьезный человек, спорить не стала, а через два дня собрала мне чемодан, купила билеты, и это меня ждало на табуретке в комнате, когда я вернулся с ночных гонок и чуть не разбил лоб об эту пирамиду. Назавтра уехал в Томск.

Станция Тайга

Из города, где жил (сегодня Железногорск) на автобусе до Красноярска, а дальше поездом в Томск. Поезд из Красноярска

на ст. Тайга приходил в полночь, ждать нужно до утра, когда едет поезд Мариинск - Асино и везет и студентов и абитуриентов в г. Томск.

На вокзале всех полно, все ошалелые от свободы, все общаются, делятся своим детством, которое завтра кончится. В 6-00 утра пришел долгожданный поезд, народу в него набилось, как в трамвай, и с этим комфортом через 2 часа 40 минут мы добрались до Томска.

Томск

В Томске поехал к сестре, она училась в пединституте. Их общагу нашел быстро, оставил чемодан, набитый учебниками и двумя рубашками, и пошел в институт. Планировалось поступить в ТИРЭТ (теперь ТУСУР) и посвятить свою жизнь сплошной электронике. Ехал на трамвае и решил выйти на остановке «Политехнический институт», а дальше пойти пешком и посмотреть город. Понравились корпуса ТПИ и я заглянул в главный корпус. А там! Полно абитуры-дуры и студенток, которые работали в приемных комиссиях. Эти студентки агрессивно хватали всех за руки и тащили в приемные комиссии своих факультетов, я поддался двум белобрысеньким и оказался в приемной ФАСа. Написал заявление, сдал документы и стал абитуриентом. Поселили в общаге на Вершинина, 37.

Экзамены

Свободная жизнь слегка увлекла, опомнился, когда до первого экзамена остался день. До 4-х утра прочел, сколько смог, учебник по физике и рано утром пошел на экзамен. Физику сдавали в 8-м корпусе, корпус был еще закрыт, и почти никого не было. Сел на лавочку, стал листать учебник, подошел худощавый брюнет и сел рядом. Познакомились. Это был Юра Паутов из города Лениногорска. У него не было учебника. Стали листать мой. Открылся корпус, нашли нужную нам аудиторию, зашли и первыми взяли билеты. Сдали быстро и получили 5, хотя доп. вопросами препод замучил. Довольные собой, расстались. Вторым экзаменом была химия. Сдавали в 16-м корпусе, время до экзамена использовал более эффективно. На экзамен пришел тоже рано и корпус тоже был закрыт. Лавочек не было, но были какие-то бревна (там шла еще стройка). На одном сидел лысый парень в кепке и больше был похож на зэка, а не на будущего студента. Познакомились, это был Слава Юсупов из города Ки- селевска. Я и Слава тоже зашли первыми. Препод так же долго мучил вопросами, а я вроде отвечаю и все правильно, препод думал, думал и спрашивает: «что такое торф», я ему отвечаю: «торф - продукт, который получается в результате разложения мха на болоте».

А он мне: «а как он выглядит», я ему: «а вы что его никогда не видели?», он: «я-то видел, говори, если знаешь». Пришлось рассказать, поставил 5. А на некоторых факультетах уже начали сдавать письменную математику. И для многих это оказался последний экзамен. Потоки были большие, поступало в два раза больше, чем обычно (в 1966 г. одновременно выпускались и 11-е и 10-е классы). На письменной математике вылетало больше половины поступающих. И вот настал мой час, 3-й экзамен- письменная математика. Сдавали ее в главном корпусе, в аудитории на 2-м этаже, парты амфитеатром, все, как в кино. Нас рассадили, дали проштампованные листы бумаги (не помню, давали бумагу на черновики или нет), раздали варианты для решения. Над первой задачей долбился не менее часа и не могу решить, но упрямый, остальное и не смотрю, а продолжаю на этой задачей долбиться. Проходит мимо проверяющий, посмотрел гору моих исписанных бумаг и шепотом говорит: «Оставь, решай остальное». Я сообразил и успел сделать все остальные задачи. На следующий день, на крыльце 8-го корпуса объявляли результаты экзамена, кто сдал, тому отдавали экзаменационный лист, а листы не сдавших складывали в отдельную пачку, пачка не сдавших была очень, очень толстая. Мне влепили трояк. Hy хоть так, не подойди ко мне проверяющий, как бы сложилась моя жизнь? Следующий экзамен устная математика, сдавали там же, где и физику. Правила ломать не стал, тоже пошел первым; знакомых Юры и Славы не было. Готовился недолго, пошел сдавать. Препод мучил меня допами минут сорок. Задает вопросы и не может найти мои пробелы, потом спрашивает, а почему тройка за письменную математику. Я ему и ответил, что задача была не для знаний школьника, а он в ответ, что такие вещи надо знать и влепил, зараза, четверку. Осталось написать сочинение. Перед сочинением я расслабился, на предыдущих экзаменах так постарались экзаменаторы, что на горизонте замаячил недобор в институт. В итоге, так и случилось, после сдачи экзаменов конкурса практически не было, на МСФ и ГРФ брали даже с одними тройками, а некоторым повезло, - разрешили даже пересдать один устный экзамен.

На литературу пошел спокойно, сразу выбрал тему и начал ее раскрывать. Рядом стройненькая девчонка ерзает, спрашиваю ее: «Что мучаешься?», а она говорит, что не знает, о чем писать, предложил ей сдувать все у меня, а она проверит мои ошибки. Списывала она лучше, чем проверяла мои ошибки, ей поставили 5, а мне 4. Но не сожалею, вспоминаю это с юмором, а то, может быть, за ошибки и двойку заработал бы. На следующий день вывесили списки, я там тоже был. Почти все в этот же день умчались по домам собираться в колхоз, а я мог уехать только на следующий день, т.к. поезд до Тайги уже ушел.

Страшная ночь, или Клопы

Общежитие опустело, в комнате я остался один, в студгород- ке тишина, скучно и тревожно, дома волнуются, а я не стал давать телеграмму. Проснулся от страшных кошмаров, меня грызли со всех сторон, включил свет, и о! мамочка родная, что творится в комнате. Было впечатление, что клопы всего общежития переехали в мою комнату, весь потолок, углы стен кишели диким количеством клопов. Попытки давить их или жечь огнем результата не дали, ночь не спал, уснул под утро. В этот день уехал домой за вещами для колхоза.

Колхоз

Чтобы работать в колхозе, нужно иметь две главные вещи: кирзовые сапоги и фуфайку. Если у тебя их нет, ты бесполезный человек, и тебе самому трудно. По грязи в тапках не пойдешь, а если пойдешь, то промочишь ноги и заболеешь, а кому ты больной нужен. А фуфайка - супер-универсальная одежда, когда на

улице тепло, в ней не потеешь, когда холодно, то в ней тепло и даже ветер ее не продувает. В общем, фуфайка отличная штука и не только для колхоза.

Приехав в Томск, поселился уже в родной общаге и пошел в приемную комиссию узнать про колхоз. Прихожу в кирзовых сапогах, в рубахе фланелевой ковбойского фасона, в общем, одежда меня делала старше. Спрашиваю у девушек, которые работали в комиссии, про колхоз, а в меня вцепился седой дядька и спрашивает, из какой я группы. Отвечаю: 816/3. Он в ответ - молодец, будешь в этой группе старостой, я упираюсь, но он был уж очень настойчивый, со скрипом, но договорились старостой только на колхоз. Дали список группы, и завтра я должен был ее собрать у общаги, получить матрасовки, одеяла, подушки, грузиться на машины и ехать на пристань для отбытия пароходом в населенный пункт Каргасок. Уже работая в колхозе, узнал, что в переводе с остяцкого языка это означает Медвежий мыс.

Собирал обормотов из своей группы с трудом, все разбегались, как тараканы, кое-как получили подушки, одеяла и матрасовки и с этими тюками расселись у входа в общагу ждать транспорт. Подъехали грузовики, погрузились со своим скарбом и поехали на пристань. Для доставки нас в Каргасок был выделен старый колесный пароход, назывался «Омск». На реке Обь был еще точно такой же и назывался «Томск».

На эту, не первой молодости посудину, погрузили студентов (насколько помню) нашего факультета и АВТФ, на первый курс АСФ набирали около 300 человек (4 группы - электрооборудование летательных аппаратов, 4 группы гироскопические приборы и устройства, 2 группы - автоматические установки, 2 группы - следящие системы), если я и ошибся, то в меньшую сторону. Примерно столько набирали и на 1-й курс АВТФ. Конечно, в колхоз поехали не все, кто поступил, в то время умных и хитрых хватало. Но 400-500 человек на эту посудину погрузили. Я не уверен в этих цифрах, но в каютах ехало в два раза больше, и столько же ехало где как смогли устроиться. Самое теплое место было возле машинного отделения. Через трое суток прибыли в Каргасок. Впервые в жизни увидел мостовую, мощенную деревянными чурками, видимо, из лиственницы. Технология наверно такая: с дорожного полотна выбирался грунт на глубину 0,5 м, в это корыто устанавливались чурки диаметром 0,4 0,5 м и

На пароходе «Омск» из Томска в поселок Каргасок. Слева направо студенты гр. 816/3:

Кравченко А., Штакес В., Попандопуло К. Август, 1966 г.

высотой 0,5 м. Затем полотно засыпалось песком, его там полно. Прекрасная и практичная мостовая, долговечная, из местных материалов, прочная и всегда сухая, не действуют скачки температур и прочие физические факторы. Чудо, а не мостовая.

К обеду нас распределили по совхозам, нашей группе достался зверосовхоз в деревне Лозунга, там выращивали черно-бурых лис. Мы, наивные, думали, что будем помогать их выращивать. Все намного проще, лис нужно кормить мясом, траву они не едят, для мяса там выращивали лошадей, спрашивал, почему не коров, но почему, не помню, может быть, коров на мясо сдавали. Лис кормить не получилось, и в деревне жить тоже не получилось. Нас всех отправили на этот остров, который получался между рекой Обь, впадающим в нее Васюганом и проливом (назывался Киндал) от Васюгана до Оби. Вот туда нас, 20 человек, и привезли на маленькой барже. Жилье - две избушки и два чердака на

Студенты гр.816/3 на сенокосе, Каргасокский район, остров, образованный реками Обь, Васюган и проливом Киндал. Наше жилье на острове.

Сентябрь, 1966 г.

них. C нами был парторг совхоза, ответственный и серьезный мужик и многому нас научил, четверо рабочих совхоза, одна повариха, три десятка лошадей и один маленький-маленький трактор. Этот остров - заливные луга, и трава там вырастала после спада воды в конце августа, а было ее там видимо-невидимо. Но большой техникой там ничего не сделаешь, она топла, и косили все конными косилками и этим маленьким тракторишкой. Работая там, мы многому научились. Впервые появилась возможность научиться обращаться с лошадьми, запрягать, седлать, ездить верхом, работать с конными граблями. C конной косилкой нам не давали работать, так как опасное орудие труда. Наши девушки работали копновозами (к седлу привязывалась веревка метров 20, верхом подъезжаешь к копне, веревкой охватываешь копну, второй конец к седлу, и галопом к стогу). Копны везлись к стогу, а там мы (мужская половина группы) во главе с парторгом совхоза метали здоровые зароды сена (стога).

Студенты гр.816/3 на сенокосе. Вид на угодья и конные грабли из-за обеденного стола. Справа парторг совхоза. Сентябрь, 1966 г.

Был среди нас Витя Штакес, по возрасту он был самый старший. Однажды расхвастался Витя, что умеет объезжать лошадей, а необъезженных там был маленький табун (на корм лисичкам- сестричкам). Ну, наш начальник, парторг, говорит: «Витя, давай, пойдем объезжать». Отловили одного жеребца, уздечку нацепили, седлать нельзя, так как если лошадь сбросит седока, то стременами все ноги переломает. На шею надели веревку, я держу этого жеребца за эту веревку, а Витя верхом. Сначала было все нормально, лошадка ходила по кругу, Витя счастливый верхом сидит. И вдруг Витя надоел лошадке, как давай она скакать на месте, то на дыбы, то крупом вверх, а потом понесла, куда глаза глядят. Я удержать ее не могу, Витя верхом болтается и держится на ней неизвестно как, дальше хуже, я на пузе, за ней на веревке, а Витя орет «помогите». Кончилось тем, что веревка на шее лошадки (надета была петля) стала ее душить, и она брякнулась на землю. А Витя полетел вперед метров на 6. Но хорошо, что все благополучно кончилось. Но потом мы эту лошадку все-таки объездили, послушной стала, может, сообразила, что лучше в оглоблях, чем к лисичкам.

Месяц пролетел незаметно, к концу сентября погода стала довольно холодной и в наших двух халупках, даже без печного отопления, стало нежарко. За это время мы сделали колоссальную работу, даже глазам своим не верили. Зародов (так здесь называют большие стога сена) наставили около двух десятков, каждый в диаметре около восьми - десяти метров и высотой такие же, а может, и выше. Парторг совхоза был доволен и нам объявили дату отъезда. За работу нам выдали зарплату, на каждого получилось рублей по семьдесят, но половину удержали за питание.

Уезжали из п. Каргасок, куда и прибывали на пароходе «Омск». Но обратно нам повезло, навигация заканчивалась, на речном транспорте пассажиров убавилось и в Томск нас повезли на шикарном дизель-электроходе класса «река-море». Три палубы, ресторан, полно места и всем хватило полок в каютах. Наличие ресторана помогло некоторым из нас в первый день избавиться от заработанных денег, а в долг взять негде, но ничего, доехали. В реку Томь наш корабль зайти не смог, осенью она сильно обмелела, в районе речного порта нас пересаживали на суденышки типа «Речной трамвай» и даже они скребли днищем по гравию на подходе к пристани.

Снова Томск

На пристани Томска нас ждали институтские грузовики, в основном ЗИЛы, и на них нас быстро доставили в родные общежития, заканчивалась вторая половина дня. Мы считали, что прилично выглядим, вроде не сильно грязные, но уже в холле будущей родной общаги, на нас накинулись взросленькие студентки: «Вот понаехали, грязь в общежитие притащили, наверно и вши есть». Вшей не было, это точно, банные дни мы себе устраивали.

Началось расселение, был конец сентября, уже месяц шли занятия. Все комнаты заселены, и нам предлагалось только подселение к старшекурсникам. А мы уже сдружились, хотели поселиться вместе, кто по интересам был ближе. Нам пятерым,

А. Титаренко, В. Иноземцеву, С. Кутьмину, А. Кравченко и мне, удалось получить отдельную комнату, комната была на первом этаже в конце коридора. Счастливые, мы быстро обустроились и радовались, что нам сильно повезло. Наш оптимизм слегка уменьшился, когда через два - три дня к нам зашел Юра Соломонов, земляк Александра и Семена, подтвердил наше везение, первокурсникам отдельная комната - это редкость. Но заметил, что в этой комнате в прошлом году столовая мясо хранила. Перед нами появилась ясная перспектива замерзания. А зима 66-67-го годов, нужно сказать, была очень суровой. Морозы в декабре-феврале доходили до тридцати пяти градусов и ниже. Предупреждение нам пошло на пользу, и в ближайшую субботу мы посетили томскую барахолку. В те времена она была уникальным местом, позже мы ее регулярно посещали, это у нас было вместо бесплатного театра. Билет на трамвай - 3 копейки, и наслаждайся сценами из жизни, пока не замерзнешь. Там можно было увидеть интересные сцены и оригинальных личностей. На этой барахолке, мы приобрели электрическую плитку, электрических обогревателей тогда не выпускалось. Электрическая плитка была мощностью около трех киловатт и самодельная, промышленность тогда выпускала электрические плитки мощностью не более 1,0-1,5 киловатт. Сделана она была местным умельцем из двух огнеупорных кирпичей, в кирпичах торцевой фрезой была выбрана канавка для спирали, в канавке спираль из нихрома диаметром один миллиметр и все эта конструкция уложена в стальную обечайку на ножках. Плиткой мы гордились: не плитка, а зверь, зимой не замерзли.

Учеба, 1-й курс, начало

C преподавателями нашему факультету и нашей специальности очень повезло. Практически по всем дисциплинам нам читали лекции если не самые лучшие, то одни из самых, самых лучших преподавателей. Заслуга в этом нашего декана и заведующих кафедрами. Математику нам читал Ветвитский, уже старенький, но читал здорово. По его лекциям можно было учиться, не заглядывая в учебники, весь материал понимался практически сразу, так доходчиво он его давал. Но хоть и старенький, но с юмором,

Студенты гр. 816/3 на занятиях по начертательной геометрии, преподаватель Б.Л. Степанов. 1966 г.

делал нам редкие паузы на лекциях. На экзаменах никогда не оставлял нас одних, даже не ходил обедать, откроет портфель, достанет яблоко, грызет и слушает. Знаний предмета требовал, но не злобствовал, в оценках сильно не скупился.

Лекции по «начерталке» читал Б.Л. Степанов, молодой и очень грамотный преподаватель, он вел и практические занятия. Мне этот предмет нравился на первом курсе больше других предметов.

Физикупреподавалсамыймолодойизнашихлекторов - Вайз- бурд, его в институте считали восходящей звездой, и лекции у него были тоже достойные. Для нас первокурсников это были самые главные предметы. А вот материаловедение мы считали для нас необязательной дисциплиной, будущие авиаторы, гордости через край. Но насколько он важен для инженера, ясно стало на заводе и спасибо преподавателям, что они нам понятно объяснили, что такое ледебурит, аустенит и мартенсит. Работая в приборостроении, понял, что знать это очень важно и при монтаже электронных блоков пайкой, а не только при выплавке стали. Химия для нас была непрофильным предметом, но и она оставила память благодаря Анатолию Кравченко - юному

пиротехнику. Решил он нас попугать, лабораторная работа по химии была третьей парой, он работу не делал, а лазил по шкафам с химреактивами, задавал преподавателю вопросы разные, в итоге набрал селитры, марганцовки и других препаратов и исчез. Когда мы пришли в родное общежитие, в фойе нас встретил запах гари, ясно, где- то пожар. А пожар не где-то, а у нас. Навстречу летит Анатолий с чайником, а вода только на втором этаже, это был уже его третий рейс. Юный пиротехник делал небольшие взрывпа- кеты из утащенных препаратов, Анатолий Кравченко

чтобы насыпать их в коридоре (первый слева) на беговой дорожке и веселиться: когда мы придем,

взрывпакеты будут рваться под нашими ногами. Для ускорения процесса, готовые взрывпакеты разложил на батареи отопления для высыхания, прилег на кровать и уснул. Спал он очень хорошо, так как серьезно занимался лыжами и легкой атлетикой. Его рекорд по бегу в институте не могли побить 19 лет. Взрывпакеты высохли и самостоятельно взорвались, попадав с батареи на его матрас. Матрас потихоньку тлел под его ногами, ну а ему тепло и сны хорошие. Почувствовал он проблемы, когда четверть матраса уже начала хорошо гореть и в комнате стоял дым. Зря он пропускал химию, от незнаний и впопыхах открыл дверь и форточку, большой приток кислорода и сильная тяга сделали свое дело, матрас вспыхнул, огонь перекинулся на шторы и тягой воздушного потока, в пламени их унесло в форточку. Наши тюлевые шторы, гордость нашей мужицкой комнаты, исчезли. Хорошо, что все хорошо кончилось, но этот урок послужил всем нам примером, что в жизни не бывает случайных ЧП, любые ЧП дело рук человека. Это очень важно не только в обыденной жизни, но и при выполнении любой работы. Создаешь новый продукт, изделие - помни, это будет в руках человека и делай так, чтобы

Студенты гр.816/3 и Александр Титаренко (гр. 816/4) ФАЭМ ТПУ перед Ленинским субботником, апрель, 1967 г.

Валерий Сушко (в шляпе) сидит на колесе велосипеда

не был нанесен вред. Ну, а Анатолий тоже использовал опыт тушения пожара и на 3-м курсе устроился работать без отрыва от учебы в пожарную часть, а имея хорошую физическую подготовку был одним из лучших бойцов пожарной части.

После этого случая с пожаром мы в комнате завели вахтенный журнал, который вели все годы учебы и отмечали в нем все важные случаи нашей скромной жизни. Журнал увез с собой Саша Титаренко, который после окончания института уехал на авиационный завод в город Арсеньев. Эпиграфом в журнале были строки:

«Верностью друзей - держится мир», Эрнест Хемингуэй.

И хотя прошло уже сорок семь лет, как мы впервые встретились, мы помним друг друга, встречаемся, хоть и не часто, чаще звоним друг другу.

Так начиналась наша студенческая жизнь, полная оптимизма, молодых надежд, но все это впереди, целых пять лет и шесть месяцев. И как же мы их торопили, чтобы быстрей прошли эти годы. Но это все впереди, и надеюсь, что смогу про это написать в следующей части моего короткого рассказа.

27 ноября 2013

Об авторе

Сушко Валерий Петрович (р. 1949),

- АСФ ТПП(1966-1972 гг.);

- ТПП —проректор по строительству (1973-1974 гг.); -ПО «Контур», Томск, ведущий конструктор, начальник

лаборатории, нач. цеха, зам. гл. конструктора объединения (1974-1995 гг.);

- НИИ ПИ Томск, начальник отдела (1995-1997 гг.);

- частные фирмы, Томск, зам. директора по производству (1997-2000 гг.);

- СФТИ, Томск, ведущий конструктор (2000-2007 гг.);

- ТПУ, ЭНИН, Тошк, cm. научный сотрудник (2007-2011

гг.);

-Группа компаний «АМТ&С», Москва, Троицк, руководитель направления (с 2011 г. по настоящее время)

<< | >>
Источник: Б.Ф. Шубин. Томские политехники - на благо России: Книга шестая. M.: Водолей,2014. - 416 с.. 2014

Еще по теме ВПЕРЕД! В ПРОФЕССИЮ:

  1. За время Второй империи капиталистическое развитие Франции шагнуло далеко вперед.
  2. 8. Профессио-нальное правовая культура. Понятие и средства правового мышления.
  3. ТЕМА 9. ЭТИЧЕСКИЕ И НРАВСТВЕННЫЕ ОСНОВЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ ОТДЕЛЬНЫХ ЮРИДИЧЕСКИХ ПРОФЕССИЙ
  4. Занятие 2. Этические и нравственные основы деятельности представителей отдельных юридических профессий
  5. Как выбрать профессию?
  6. Ориентации выпускников школ на продолжение образования и получение профессии
  7. Мотивы продолжения образования и получения профессии
  8. Профессии
  9. классификации профессий
  10. Модуль профессии
  11. Приложение 2.Классификация профессий типа «человек-человек» Общая характеристика (по Р.Д. Кавериной)
  12. Престиж профессии
  13. 9. СПЕЦИФИКА ЖУРНАЛИСТСКОЙ ПРОФЕССИИ. ВИДЫ ЖУРНАЛИСТСКИХ СПЕЦИАЛИЗАЦИЙ И ПРОФИЛИЗАЦИЙ. ЛИЧНОСТЬ ЖУРНАЛИСТА, ОБРАЗОВАНИЕ, МОТИВАЦИЯ. ОСОБЕННОСТИ ЖУРНАЛИСТСКОГО ТВОРЧЕСТВА