I. ЯВНЫЙ ПАРАДОКС ЯЗЫКОВОГО ИЗМЕНЕНИЯ. АБСТРАКТНЫЙ ЯЗЫК И СИНХРОННАЯ ПРОЕКЦИЯ

1.1. Проблема языкового изменения явно заключает в себе глубокое противоречие. В самом деле, уже то, что мы обсуждаем эту проблему в причинных терминах и за­даемся вопросом, почему изменяются языки (как будто они не должны изменяться), подразумевает, очевидно, естест­венную устойчивость, нарушаемую и даже отрицаемую развитием, которое представляется противоречащим самой сущности языка.

1.2. Нетрудно указать постоянный источник, к кото­рому непосредственно восходят подобные утверждения, относящиеся к статической концепции языка,— это поло­жение Соссюра о том, что «сама по себе система неизменяе­ма»^[91].

сальным соссюрианцем, ибо Соссюр думал точно так же: «Если лингвист встанет на диахроническую точку зрения, то он увидит не язык, а ряд явлений, изменяющих язык. Обычно говорят, что нет ничего важнее, чем понять про­исхождение данного состояния... однако именно это дока­зывает, что цель диахронии отнюдь не в ней самой»⁸.

1.3. В противоположность упомянутым утверждениям задача настоящей работы состоит в том, чтобы показать:

а) что пресловутого парадокса языкового изменения в дей­ствительности не существует: он объясняется смещением перспективы, которое проявляется главным образом в отождествлении (явном или неявном) «языка» и «синхро­нической проекции»; б) что проблема языкового изменения не может и не должна ставиться в причинных терминах; в) что указанные утверждения все-таки основываются на правильной интуиции, которая, однако, затемняется и ошибочно интерпретируется, поскольку исследуемому объ­екту приписывается то, что вводится только для нужд ис­следования. Отсюда и появляются все противоречия, с которыми неизбежно сталкиваются авторы упомянутых утверждений; г) что антиномию «синхрония — диахрония» следует отнести не к плоскости объекта, а к плоскости исследования, т.

1.4. В последнее время часто говорилось о необходи­мости ослабить категоричность соссюровских дихотомий ⁹. Справедливо указывали, что необходимо заполнить про­пасть, вырытую Соссюром между языком и речью. Что же

касается «языка», то настаивали на необходимости запол­нить пропасть между диахронией и синхронией^[93]. Это во многих отношениях необходимо, хотя маловероятно, что это обеспечит единство лингвистики: ведь лингвистика отнюдь не является целиком соссюровской, да и вряд ли желательно, чтобы она была таковой. Следует заметить, что антиномии Соссюра были сознательно отвергнуты це­лым рядом ученых ^[94]. Но еще важнее показать, что пресло­вутые пропасти вообще не существуют^[95] или, точнее,что они появились из-за частого смешения плана исследуемого объ­екта с планом исследовательского процесса в результате подлинного transitus ab intellectu ad rem^[96].

2.1. Прежде всего следует подчеркнуть, что авторы, цитируемые нами, не отрицают того, что в действительно­сти язык изменяется. Следовательно, несовместимость имеет место не между изменением и действительностью языка, а между изменением и определенным представлени­ем о «языке». Но, поскольку изменение реально, прихо­дится признать, что это представление неадекватно.

другой объект может соответствовать определенному спо­собу рассмотрения реального языка.

2.2. В действительности имеет место последнее: не- изменяющийся язык — это абстрактный язык (который, впрочем, не является нереальным: различие между кон­кретным и абстрактным не должно смешиваться с другим различием — между реальным и нереальным). Никто ни­когда не видел грамматики, которая бы изменилась сама собой, или словаря, который обогатился бы по своей соб­ственной воле. От так называемых «внешних факторов» не зависит только абстрактный язык, зафиксированный в грамматике и словаре. Изменяется же реальный язык в сво­ем конкретном существовании. И этот язык невозможно изолировать от «внешних факторов», то есть от всего того, что составляет физическую сторону речи, историческую обстановку и присущую говорящим свободу выражения. Этот язык дан только в говорении: «Язык не живет своей особой жизнью вне или помимо жизни говорящих»^[97].

2.3.1. При синхронном рассмотрении язык также не изменяется. «Засвидетельствовать изменение [как таковое] в синхронии» никоим образом невозможно; первый принцип при синхронном изучении языка — это сознательное игно­рирование развития и изменения. Это не противоречит ни тому, что в языке есть взаимозависимость между «бытием» и «становлением»^[98], ни тому, «что любое состояние языка является синхронным, но не статическим»¹⁶. В действи­тельности же в соссюровской концепции речь идет не о том, что представляет собой состояние языка, и не о двух способах существования языка, а только и исключительно о том, как именно мы рассматриваем язык.