ИЗМЕНЕНИЯ ГЛАСНЫХ В СОЧЕТАНИИ С СОГЛАСНЫМ

Общеславянское о вместо ё перед v

Еще в диалектах литовско-славянского языка (но не во всех, как свидетельствует прусский язык) ё в положении перед v (из индоевропейских v и у) изменялось в а0, откуда общеславянское о, если только за v не следовала мягкая гласная.

Указание на то, что в тех диалектах литовско-славянского языка, где е перед v без последующей мягкой гласной изменялось в at (общеславянское б), то же е перед пг/4"мягкая гласная" сохранялось без изменения, представляет числительное дбВАть, д6ватъ, дввАтин (с дсватъ тождественно литовское devin- tas), где мы находим литовско-славянское е перед „гг-)-мягкая гласная"; начальное d в этом числительном заменило собой п (сравните, например, латинское novem, где о перед v из е) еще в диалектах литовско-славянского языка (но не во всех, как свидетельствует прусский язык), под влиянием, как кажется, числительного „десять".

Общеславянское і из ё и ь перед j

С литовско-славянским изменением ё в а° (общеславянское о) перед v аналогично общеславянское изменение ё в Ї, ь перед у, а всякое ь перед у обращалось затем в общеславянском языке в і недолгое (я предполагал для него прежде полудолготу, но, может быть, оно было кратким). В старославянском языке из общеславянского і в этом ij (равно как и в ij с старым г) мы находим н, а в паннонских текстах частью также и ь, причем между различными паннонскими памятниками существуют в этом отношении известные различия, о которых я буду говорить впоследствии. В современном русском языке из рассматриваемого нами общеславянского і (равно как и из старого і) перед у, а также перед русским і (и) в дифтонге, из общеславянского jb (при известных условиях), мы находим е в положении под ударением, а в положении без русского ударения общеславянское і (и старое Ї) перед русским у исчезло у нас или же, именно после двух согласных, в литературном наречии является как і, которое существует здесь также в положении без ударения перед русским і в дифтонге.

Общеславянское і из ё перед у является в старославянском н (ь), например, в именительном множественного числа на -ню (-ые) в именах мужеского рода с основами на первоначальное Ї (чередовавшееся с дифтонгом аер), например в трню (трые), людню (людые), итше; сравните греческие треТlt;;, (iaast?, из *-срєєс, *paaeslt;, где между гласными исчезло индоевропейское у, латинские tres, oves, из 4rees, *ovees, где также между гласными исчезло индоевропейское у. Такого же происхождения было общеславянское і перед у ив родительном множественного числа на

ijb, откуда старославянское -нн (-ьн), в именах существительных мужеского и женского рода с основами на первоначальное Ї (чередовавшееся с дифтонгом аЧ), например в люднн (людьн), пжтнн, костнн, русские людей, костей; сравните греческое -scdv, с утратою первоначального j между гласными, например в paasoDv.

Общеславянское і из ь перед j было, например, в Hrijb — „трех" (по форме родительный множественного числа), откуда старославянское трнн (трьн), древнерусское трей; сравните литовское trijd (греческое xptamp;v, латинское trium допускают объяснение как из индоевропейского Чгїіа°т, так и из ЧгШт). Такого же происхождения общеславянское і перед j было получено старославянским языком, например, в прнгдтн— „заботиться, иметь попечение", прнгатель, в именах существительных на -ни (ьи), например Брдтнга, при врдтрни (в родственном греческом cppaxpta -ta может восходить к индоевропейскому -?аа), которым в литовском язык.е соответствуют имена на ija; в именах прилагательных на -нн (-ьн), -ни (-ьи), -ню (-ые), например бфжнн, вожни, бфжню, поскольку такие имена восходят к индоевропейским образованиям с основами на -Ца°, -iiae или -lja°, -ija и на -Ша или -ija*, чередовавшиеся при известных условиях с -їа°, -ше и -їй* (основы этого образования являются в старославянском языке в таких именах прилагательных, как отьть, *тьуд, отьуе); в формах местоимения снш (сьга), chia (сыд), сии (сьи)[VIII]. Общеславянское і из ь перед j существовало и в окончании -ijb в именительном и винительном единственного числа мужеского рода имен прилагательных определенных, оканчивавшихся в неопределенной форме в тех же падежах на ь (конечное -jb в -ijb из приставленного местоимения *іь); в старославянском языке отсюда -нн (-ьн) и далее редкое -н, например пфслъдьмнн и посдъдьнн, русское последний.

Общеславянское изменение ъ в у (звук ы) в положении перед j

На общеславянское изменение ъ перед j в у (такого же количества, как и і из ь перед j) указывает форма именительного и винительного единственного числа мужеского рода в прилагательных определенных с основами на твердую согласную перед конечною гласной, именно форма на -у]ь, из -amp;/amp;, где -у6 из приставленной местоименной формы *іь. Отсюда в старославянском языке форма на --ын и далее на -и, например д«кръш, д«Бри, в русском языке в литературном наречии формы на -ый, -ой (сравните о из ы перед у, например, в мою при старославянском мънж), например добрый, слепой. В старославянском языке при форме на --ын существовала и форма на -ъи (два звука), например д«врън, при довр-ын, а потому и форму на -и, например д«кр-ы, можно возводить здесь не только к форме на -ын, но также и к форме на -ън; кроме того, в некоторых памятниках в написании и в дфвр-ы могли совпадать как звук -ы, так н сочетание звуков ъ-н. В Остромировом евангелии при формах на -ин, с -ы указанного происхождения, и на -и являются иногда и формы на -ън, преимущественно в причастиях прошедшего времени действительного залога, например вндъвън, прншьдън,

с

СЪШЬДЪН, ВЪСЪДВЪН,ВЪСЪИВЪН, прннмън, Н^ЪЪДЪН, *СМЪН, ДЬрЖЛВЬНЪН, где

написание ън должно обозначать сочетание гласных ъ и и, а не звук ы, так как ы в Остромировом евангелии вообще не передается написанием ън; единичное сън, при сын (неопределенная форма си), если не описка, образовано по аналогии с вндъвън и т. д., при вндъвъш и т. д. С формами Остромирова евангелия вндъвън и т. д. могут быть однородны и формы Супрасльской рукописи на -ъи, при формах на -ъш и -и, например *тъвръгън, влдгън, сддвьнъи и другие (хотя также, например, грлдън), но в Супрасльской рукописи написание ън обозначает иногда и звук ы9 а потому и в формах *тъвръгън и т. д. значение написания ън остается неясным. В Зографском евангелии как в именительном и винительном падежах единственного числа мужеского рода прилагательных определенных на -ъш, так и в других падежах, имевших -ъш, вместо этого -ъш является (при редком и в сокращенных формах) написание, передаваемое мной условно через ъ», где і обозначает звук і (это как указал Ягич, не входит в состав того написания ъ1, которое обозначает в Зографском евангелии звук ы), например Д*Б(Ш, ПрЪДЛВЪ', ВЪСЪЛВЪ', мрътвъсхъ, нбпрдздънъ'мъ И Т.

Итак, в именительном и винительном падежах единственного числа мужеского рода прилагательных определенных с основами на твердую согласную перед конечною гласной старославянский язык имел при форме на -ъш также и форму на -ъ-н. В этом -ъ-н, как свидетельствуют факты, во всяком случае нельзя видеть фонетическое изменение группы -Ъ1Н, т. е. отношение ЭТОГО -ъ-н к -ъш не однородно с отношением диалектического -ьн к -нн, но как именно произошла старославянская форма на -ъ-н в именительном и винительном единственного числа мужеского рода прилагательных определенных, для меня остается неясным.

Общеславянское изменение ei перед j в ё, откуда ie (?)

На основании сопоставления старославянских дънв (днитн), смвія са (емнитн ел) и соответственных образований других славянских языков, например смеюсь, с латышскими leiju — „лью*, smeiju — „смеюсь,* можно предполагать, что литовско-славянский дифтонг ei в положении перед j обратился в общеславянском языке в ёу откуда далее іе (старославянское ъ), еще тогда, когда ёь само по себе не изменилось в общеславянское Ї.

Об изменении общеславянского у (из первоначальных І, і и у) в положении после согласных я буду говорить впоследствии, так как согласные негубкые в группах „согласнаясами подвергались известным изменениям, а историю групп „губная согласная -f- у'“ удобнее будет рассмотреть в связи с историей групп „согласная негубная +у“.

Общеславянское изменение гласных в положении после мягких звуков (согласных и гласных)

В известную эпоху жизни общеславянского языка, и притом уже после образования носовых гласных (об этом свидетельствуют общеславянские (і)ж, уж, как мы увидим далее), гласные б, йу U (когда еще й и й не перешли в ъ и у) в положении после мягких неслоговых звуков, уподобляясь последним, переходили в соответственные мягкие гласные, именно б в ёу старославянское е, й в Ї, откуда далее ьу старославянское ь, а И в 1у старославянское н, причем, как свидетельствуют факты, о которых я говорю далее, изменение и (йу ЇЇ) в і (І, і) происходило через посредство звука й (краткого и долгого). Это изменение гласных б, й, U в положении после мягких неслоговых звуков возникло в общеславянском языке еще тогда, когда дифтонг бу, обратившийся с течением времени в ё и далее в iet сохранялся как б/, вследствие чего, как скоро б после мягких неслоговых звуков стало изменяться в ёу из оі в таком положении получалось бу, которое далее, как и всякое бу, переходило в 1у старославянское н. Я думаю, что и дифтонг биу обратившийся с течением времени в общеславянское й, старославянское *у, сохранялся еще как би в эпоху, когда б после мягких неслоговых звуков изменялось в б; поэтому из би в таком положении получалось ёиу которое далее, как и всякое ёиу переходило в у'й (через посредство, вероятно, дифтонга ш), где і в положении после і сливалось с ним в одно іу а после у, упо» добляясь ему, переходило в у (причем из уу получалось у), тогда же, когда всякое і после согласных негубных уподоблялось предшествовавшей согласной (об этом явлении я говорю далее). Таким образом, из общеславянского би в положении после мягких неслоговых звуков должно было получиться й в эпоху распадения общеславянского языка, т. е. старославянское ю, в различном значении этого написания, а после согласных у, ж и т. д. также и «у. Из такой истории общеславянского би. после мягких неслоговых звуков следовало бы, что фонетический закон относительно рассматриваемого нами изменения гласных о, б, й в положении после мягких неслоговых звуков возник в общеславянском языке еще тогда, когда і после согласных сохранялось как і; следовательно, теми мягкими неслоговыми звуками, которые оказывали влияние на изменение следовавших за ними б, б, б, были в таком случае именно і и у (последнее в положении после гласной). В числе случаев, где мы находим в общеславянском языке, в эпоху его распадения, б в положении после мягкой согласной, существуют, правда, и такие случаи, в которых самое й произошло не из первоначального дифтонга, но из литовско-славянского о (индоевропейского а0) с известным качеством долготы. Таковы, например, общеславянские (в эпоху распадения общеславянского языка) -у'й и -Щ в окончании дательного единственного числа имен с основами на индоевропейские -ja°, -Ш°, -щ° (например, в старославянских формах дательного краю, к«5ю), а я говорил уже, что общеславянское -й, откуда старославянское оу, в окончании дательного единственного числа имен с основами на индоевропейское -б°, в положении после славянской твердой согласной, а также и в окончании дательного падежа -тй (старославянское -и«у) в местоимениях восходит к индоевропейскому -a°i, литовско-славянскому -бі, где б имело в литовско-славянском языке ту долготу, при которой оно переходило в общеславянском языке не в й, но в й (неслоговая часть первоначального дифтонга исчезла). Или таким же было общеславянское Щ в том слове, которое является в русском шурин (шу- из шю-) и в соответственном слове других славянских языков, если это слово родственно с древнеиндийским sjalas, с тем же значением (причем различие в плавной, г и /, восходило бы к индоевропейскому диалектическому различию, известному нам и в других словах). Эти случаи, однако, не препятствуют признавать, что общеславянское (в эпоху распадения общеславянского языка) й и бу после мягких неслоговых звуков образовалось через посредство еу, и дают лишь указание на историю происхождения общеславянского й из литовско-славянского д с известным качеством долготы, а именно, показывают, что это д обратилось сперва в общеславянском языке в би, которое далее, как и всякое би, перешло само по себе в й, а в положении после мягких неслоговых звуков еще ранее изменилось в ёи (когда б после мягких неслоговых звуков стало изменяться в І), откуда Ш, и т. д. Замечу еще, что на образование общеславянского й из литовско-славянского б с известным качеством долготы через посредство какого-то дифтонга (именно би, как мы видим) указывает и то обстоятельство, что в литовско-славянском dj с таким б неслоговое і исчезло в общеславянском языке, между тем как в литовско-славянском й°і (из первоначального ааі) оно не отпадало в общеславянском языке, и из а°і, как и из литовско-славянского а°і, здесь получилось впоследствии ё и далее ie (старославянское % в дательном (сывъ); утрата і в окончании дифтонга бі, с б известного качества долготы, могла произойти в общеславянском языке в то время, когда самое б этого рода обращалось в би, т. е. і исчезло здесь не в окончании дифтонга, но в окончанйи трифтонга.

Пр и м е р ы. Общеславянское ё из б после мягкого неслогового звука является в старославянском о, например, в следующих случаях: в местоименной основе ю-, например й формах юг*, юм*у, ЮІА, сравните греческое о- в относительном местоимении б; (греческое 1 указывает здесь на индоевропейское і); в окончании основы дательного множественного числа имен с основами в этой форме на индоевропейские -ш°-, -га0-, fa0-, например к*нюмъ, краюмъ, сравните * в дательном множественного числа рав*мъ; в окончании именительного-винительного единственного числа среднего рода имен и местоимений с теми же основами, например п*дю, к*пню, м*ю, сравните * в мъст* (это * вместо ъ имеет нефонетическое происхождение, как я объясню впоследствии); в творительном единственного числа на -еш имен на индоевропейские -їй*, -iaа, -ja* в именительном единственного числа, например в*дюга, вратнюш, сравните * в р-ывош; в окончании глагольных основ настоящего времени на первоначальное -ja°, а после Ї и на индоевропейское -Ш° (і в таком положении переходило в j еще в литовско-славянском языке, как я говорил уже); в причастиях страдательного залога, например гдаlt;- г*л!емъ, дъллюмъ, пнюмъ, сравните * в причастии нес*мъ; в окончании тех же глагольных основ настоящего времени в формах 1-го лица множественного И двойственного чисел, например ГЛЛГОЛЮМЪ, глаг*лювъ, дъллюмъ, дълаювъ, пнюмъ, пнювъ (сравните, например, греческое о в cpspojxsv), а под влиянием аналогии этих глаголов, в которых, следовательно, окончание основы в формах 1-го лица множественного и двойственного чисел созпало в общеславянском языке с окончанием основы на -б из индоевропейского -йе в формах 2-го лица трех чисел и 3-го лица единственного и двойственного чисел, то же б еще в общеславянском языке заменило собой д (из индоевропейского а0) в формах 1-го лица множественного и двойственного чисел настоящего времени[IX] и в других глаголах тематического спряжения, например старославянские несемъ, несевъ, вместо *Н6С*МЪ, *нес*въ, при иесеть, несете, подобно, например, глдг*люмъ, гллг*лювь (с б из б фонетического происхождения), при глдг*лють, глдг*люте.

Общеславянское еі и далее і из оі после мягкого неслогового звука является в старославянском н, например, в следующих случаях: в формах местоимения нмь, нмъ, нмн, нмд, нхъ, от индоевропейской основы Ча°- (греческое о в относительном «с), сравните ъ (=греческое ot, например, в xotatv) в тъмь, тъмъ, тъмн, тъмл, тъхъ; в окончании местного единственного числа имен с основами на индоевропейские -й°, -уа°, -уа°, например в местном к*йн, п*лн, кран, к*пнн, сравните ъ(=греческое оівоїхоі — „дома") в местном рлвъ, мъстъ; в окончании местного единственного числа имен на индоевропейские -їй*, -ій*9 -ja* в именительном единственного числа, например в местном в*Хн, врдтнн, сравните ъ (=греческое at в xapat) в местном р-ывъ; в окончании именительного-винительного двойственного числа тех же имен на индоевропейские -їй*, -ia*f -jd* в именительном единственного числа, например в двойственном в*лн, врлтнн, сравните ъ из индоевропейского аЧ в двойственном ръшъ; в окончании именительного-винительного двойственного числа имен среднего рода с основами на индоевропейские -1а°, -щ°, -уа°, например в двойственном п*лн, к*пнн, сравните ь из индоевропейского a°i в двойственном мьсть. Общеславянское ё1 и далее Е из oi после мягкого неслогового звука мы находим в старославянском н также и в окончании основы славянской повелительной формы (из индоевропейского желательного наклонения) не единственного числа тех глаголов тематического спряжения, в которых основа тематического спряжения в изъявительном наклонении оканчивалась на первоначальное -уй° (чередовавшееся с -уяе)gt; а после Е и на первоначальное -ia° (чередовавшееся с ше), например в формах повелительного глаг*лнмъ, глаг*лнте, пншнмъ, пишите, дь- ланмъ, дьлантб, вьр*унмъ, вьр*унте, пннмъ, пинте, сравните ь (««греческое oi в срєроїтє) в верьть. В старославянском языке в непроизводных глаголах этого рода (но не в производных) рядом с указанными формами существовали и новообразования, с основами не единственного числа на -а после общеславянского j или после согласной, полученной смягченною (в паннонских текстах и ь из а после старославянской смягченной согласной), а также и на ь, вместо н, например в Остромировом евангелии *увнлмъ (а здесь ошибочное написание в значении и), съвлжате, а также, например, п*кажьте, вънемлъте, в Зографском евангелии, например, съвАжате, п*кажате, п*кажьте, в Саввиной книге, например, пните, п*кажатб, п*кажьте, в Супрасльской рукописи, например, вийте, п*стелимъ, п*кажатб, прогыплемъ (здесь ь может быть непосредственно из а после старославянской смягченной согласной). Формы с основами на -ь недиалектическое, как например п*нажате, представляют собой более поздние новообразования сравнительно с формами, имеющими в окончании основ а после общеславянского j или после общеславянской смягченной согласной, например п*кажате, а а получилось здесь фонетически из ь после мягкой согласной в известную эпоху жизни старославянского языка (когда у, ж и т. д. были еще мягкими). И в тех и в других новообразованиях ь вместо н перенесено из таких форм, как верьмъ, верьте, т. е., например, под влиянием аналогии со стороны верьмъ, верьте, при формах изъявительного наклонения веремъ, всрете, и при формах изъявительного наклонения пнюмъ, пнюте, глаг*л!емъ, глаг*ліете получались новые формы повелительного *пн]ьмъ, *пи]ьте, *гдаг*дьмъ, *глаг*льтв, откуда фонетически пнимъ, пните, глдтммъ, глдг*литс; подобные же новообразования под влиянием той же аналогии возникали и в более позднее время, как свидетельствуют такие новые формы, как п*кджътс, при покдждте (непосредственно из *п*кджитс). Влиянию аналогии со стороны всръмъ, всрътс на гддтнмъ, глл- г*лнтс, пннмъ, пннте и т. д. могло способствовать и то обстоятельство, что в единственном числе повелительной формы и в тех и в других глаголах было получено в окончании -н, например всрн, глдг*лн, пнн (о происхождении здесь общеславянского і я говорю далее). — В глаголах с основами изъявительного наклонения (настоящего времени) на индоевропейское -ш°, -йе после согласной, т. е. в тех глаголах, к которым принадлежат в старославянском языке, например, езды и — „сидеть", н*снтн5 существовало еще в общеславянском языке известное новообразование в окончании основы повелительной формы, а именно, из -іді-, -іеі- здесь являлось -її- вместо -lt;1)/, под влиянием основы изъявительного наклонения (не в 1-м лице единственного числа) на то -ЇІ-, о котором я говорил прежде, т. е., например, под влиянием основы *sedli- или *nosu- в формах изъявительного наклонения *sediinib, *sediite или *nosiimb, *nosiite и в повелительной форме получались *sediimb, sediite и *nosiimb, *nosiite, а -її- далее стягивалось в -/-, откуда старославянское -Н- В ПОВеЛИТеЛЬНЫХ формах СЗДНМЪ, СЗДНТе И Н*СНМЪ, Н*СНТ6.

Общеславянское ei и далее і из того ді в положении после мягкого неслогового звука, которое образовалось из литовско- славянского (Pi, индоевропейского й*і (с сокращением слоговой гласной в дифтонге), мы находим в старославянском н в окончании дательного падежа единственного числа имен на индоевропейские -їй*, -ій*, -ja* в именительном падеже, например в дательном в*лн, врдтнн, сравните % ( = греческое -ос, в х^Р*?» tcjjl^) в дательном р-ывъ.

Общеславянское ёу и далее їй, щ, й, из ду, в положении после мягкого неслогового звука мы находим в старославянском написании ю в его различных значениях, а после известных согласных (y, ж и т. д.) также и в *у, при ю, например в конечном слоге основы настоящего времени таких производных глаголов, как в*юга, врдуюга и врду*уі« (в неопределенном в*ювдтн, врдygbath общеславянское ё из д после мягкого неслогового звука), сравните производные глаголы на -*yi« с *у в положении после старой твердой согласной (в литовском тождественны по образованию производные глаголы на -auju), например въ- р*унв (неопределенное вьр*вдтн). Такого же происхождения старославянское ю, *у в звательной форме имен на (*gt;ь, из общеславянского -(!)ь, и на -и, из общеславянского -/amp;, в именительном падеже, например в звательной форме *уунтелю, враую и врау*у, краю; сравните *у (тождественное с литовским -аи) в звательной форме съш*у.

Общеславянское ёи и далее їй, іїї, її из того би в положении после мягкого неслогового звука, которое получалось из ли- говско-славянского 6 с известным качеством долготы, является, как я говорил, в старославянском ю, *у в окончании дательного единственного числа имен с основами на индоевропейские -ш°, -щ°, -уа°, например в дательном к*ню, враую и врау*у, краю; сравните *у в дательном рав*у.

В некоторых случаях трудно определить, произошло ли общеславянское її в положении после мягкого неслогового звука (т. е. старославянское ю, а после известных согласных и *у) из би или же из ёи (т. е. индоевропейского аеи).

Общеславянское Ї и далее ь из первоначального и (откуда далее ъ) в положении после мягкого неслогового звука мы находим в старославянском ь в корне слова, например в шьвснъ, где общеславянское *sbv~, из *siuv-, от индоевропейского корня %її- (в старославянском шнтн), перед гласными *siuu- и *sjUv Такого же происхождения старославянское ь в суффиксе является, например, в одном из дбух образований причастия прошедшего времени действительного залога производных глаголов на -нтн, например в формах хвдль, хвдлыид и т. д. (при хвллнвъ, хвдлнвъшд и т. д.); сравните ъ при несъ, мссъшд и т. д. Может быть,в именах старославянских классов „к*ньа, „кран" (старославянское н здесь из общеславянского jb) были получены некоторые имена с основами на литовско-славянские -ш, -уй; в таком случае старославянские -ь и -н (последнее из -jb) в именительном и винительном единственного числа этих имен восходили бы частью к общеславянским -lt;%, -jb, из -ш, -уй, с первоначальным й. В значительном большинстве таких имен, однако, как показывают формы склонения, были получены основы не на -у’й, -уй, но на первоначальные -23°, -у*3°, -уЗ°, где й° чередовалось с йе, и в тех из этих имен, которые имели основы на первоначальное -уй0, общеславянское ъ в именительном и винительном единственного числа получилось в положении после мягкого неслогового звука из того й, которое являлось в общеславянском языке из б в конечном закрытом слоге, как мы увидим далее (сравните старославянское ъ из общеславянского ъ в именительном и винительном ВЛЬКЪ ИЛИ ВЛЪКЪ (= греческие Хияос, Xuxov), где общеславянское ъ из б, индоевропейского а0); в литовском языке им соответствуют имена на -fas и -lt;l)as в именительном единственного числа. Что же касается тех имен старославянского класса „к*нь“, в которых получены основы на первоначальные 4а° и -у*3°, при -ше и -у'Зе, то, как я говорил уже, общеславянское ь, старославянское ь, в именительном и винительном единственного числа допускает здесь двоякое объяснение: или также из й, получившегося в закрытом конечном слоге из индоевропейского а0 (сравните греческие имена на -ос в положении после старых Ї и у), или же из литовско- славянского Ї, являвшегося из е, т. е. индоевропейского 3е, в положении после Ї и у (сравните литовские имена на -ys и -is в именительном, на -б)д в родительном и т. д.). Точно так же и относительно общеславянского местоимения Чу из ЧЬу ЧІ, откуда старославянское н в н-же, я уже говорил, что и здесь общеславянское ь допускает двоякое объяснение: или из й, получившегося в конечном закрытом слоге из индоевропейского й° (сравните греческое относительное местоимение ос), или из того литовско-славянского Ї, которое происходило из индоевропейского 3е в положении после у и Ї (сравните литовское yjs-—„он").

Общеславянское Ї и далее ь из непервоначального й после мягкого неслогового звука мы находим в старославянском в также, например, и в окончании родительного множественного числа в таких формах, как, например, к*нь, д*ушь, и сюда же принадлежит н из общеславянского ]ъ (т. е. после гласной), например, в родительном множественного трин, к*стнн; сравните ъ в родительном множественного равъ, женъ, сл*весъ, сы- н*въ. Происхождение здесь общеславянского -й, -ъу родственного с греческим -lt;dv, латинским -ит (из -от) в родительном множественного, я разъясню впоследствии.

Общеславянское Ї из первоначального й (которое далее изменилось в общеславянское у) в положении после мягкого неслогового звука является в старославянском н, например в шнтн, русское шить, где общеславянское § из si; с шнтн тождественно литовское siati — „шить* (si- выражает мягкое s) и родственны по корню латинские suo, sutum, sutor.

Общеславянское і из непервоначального й (которое далее перешло в у) в положении после мягкого неслогового звука является в старославянском н в окончании творительного множественного числа имен с основами на индоевропейские -їй0, -id0, -ja°, например в к*нн, крин; сравните -ы в творительном рак-ы, а о происхождении этого ъ1 (тождественного с греческим -о'с в І'тптоїс и с латинским -eis, -ts в equis) я говорил прежде.

Другого рода общеславянское изменение качества гласной в зависимости от предшествовавшего мягкого звука мы находим в изменении общеславянского ё из литовско-славянского ё (индоевропейского йе) в положении после мягких неслоговых и слоговых звуков в гласную более открытую, а именно в й, откуда и старославянское а; в эпоху, когда происходило это явление, общеславянский дифтонг бр, следовательно, еще не совпал с ё из литовско-славянского ё. Образование общеславянского й из ё после мягких звуков принадлежит, я думаю, более позднему времени сравнительно с рассмотренным уже нами изменением общеславянских б, й, й после мягких неслоговых звуков, а именно в то время, когда ё переходило в й в положении после мягких звуков, общеславянское і после согласных уже не сохранялось как р, но подвергалось тем изменениям, о которых я говорю далее; я сужу так на основании того, что из общеславянского начального рё получалось, как мы увидим, одно ё, следовательно, еще тогда, когда не действовал закон относительно изменения ё в а после мягких звуков, а между тем самое изменение начального рё в ё должно было происходить в то время, когда і после согласных уже не сохранялось как р, так как иначе и из рё после согласных получилось бы ё, чего мы, однако, не находим.

Примеры общеславянского изменения ё, из литовско-славянского ё, в й, старославянское а, в положении после мягкого слогового звука я приводил уже, когда говорил о формах общеславянского имперфекта; сюда принадлежит, как мы видели, старославянское д после ъ в таких формах, как г*ръдхъ, *умьдхъ, нссъдхъ. Что же касается общеславянского изменения ё, из литовско-славянского ef в йу старославянское д, в положении после мягких неслоговых звуков, то мы находим это явление именно после у и после смягченных согласных, а смягченными мягкими согласными были как различные согласные, получавшиеся из групп „согласная-{-Утак и б, i, s из k, g, yw перед ё, как перед мягкой гласной. Старославянское д из общеславянского а такого происхождения является, например, в следующих грамматических случаях: д в окончании основы неопределенного в крнудтн, деждтн, слъиидтн, ст*ідтн, тождественное С ъ в г*рътн (сравните в настоящем времени основы kjhiyh-, лежи- и т. д. и г*рн-); д в образовании сравнительной степени мън*ждн (от мъногъ), в*уган (от в*ун), тождественное с ъ в д*връи (от д*връ); д в словообразовательном суффиксе в пеуддь, тождественное с ъ суффикса -ъль в гивъль; д в словообразовательном суффиксе в *усннганъ („кожаный"), тождественное с ъ суффикса -ънъ в кдмънъ {„каменный"); первое д в -дд имперфекта в пеуддхъ, м*жддхъ, внгадхъ, съгадхъ, хвдлюдхъ, х*ждддхъ (второе д здесь такого же происхождения, как и в дъллдхъ), сравните -ъл в несълхъ. В корнях слов общеславянское й из ё после мягкого неслогового звука мы находим в старославянском д в словах, имеющих в корне уд-, жд- из некогда бывших ke-t gё-: например, удръ, удр*кдтн, где общеславянское ей- из родственно литовское JterSti—„чаровать" (с кратким е в ke-)\ удсъ, родственно прусское kisman (в форме винительного единственного числа) — „время", где Ї из ё\ жлл*вдтн—„печалиться", родственно литовское gelti (с новою долготой е в ge-) — „сильно болеть" (например, о зубах), „колоть" (например, об укушении пчелы), gelimas (с старой долготой е в ge-) — „сильная боль в костях"; съ-ждгдтн — „сожигать", сравните жегж, жештн.

Одновременно с изменением общеславянского ёу из литовско- славянского ёу в й в положении после мягких звуков происходило, я думаю, и однородное изменение общеславянских носовых гласных I и ц после мягких звуков в более открытые носовые гласные $ и Q, но это явление я рассмотрю далее, в связи с образованием в общеславянском языке носовых гласных.