2.6. Осложнение предложения в аспекте его сегментации

По мере повышения синтаксического яруса объем соединяемых частей становится все более значительным, увеличивается их синтаксическая про­тяженность, возрастает денотативная и семантическая наполненность.

Обособление является особой ступенью распространения предложения. Оно заключается в присоединении к основному составу предложения оборо­тов или словосочетаний с дополнительной предикативностью:

После одной из таких атак Михаил Андреевич, весь израненный, оч­нулся в плену (Е.Долматовский. Зеленая брама).

У кирпичной стены, разрушенной снарядом, стоял, глядя в бинокль, коренастый, нахмуренный человек (А.Толстой. Хождение по мукам).

Он был жив, но без сознания (Г.Брянцев. Конец осиного гнезда).

Усталый, измотавшийся в поездке по району, Баскалов поздним вече­ром вышел из машины у приуральской гостиницы «Россия» (А.Блинов. Сча­стья не ищут в одиночку).

Сперва звонит телефон - ночью, ошалело, страшно...(С.Родионов. Цветы на окнах).

К вечеру, ниже опустившиеся, молчаливо подступившие к земле гро­мады хребта давили ее своей призрачной тяжестью (В.Астафьев. Пастух и пастушка).

Следует отметить, что развертывание простого предложения посред­ством обособления не изменяет смысл высказывания, а лишь вносит новые

семантические оттенки и выполняет эмоциональную функцию. Для сравне­ния приведем такой пример:

Худой, какой-то плоский, он [Баскалов] даже в этой куцей коммуналь­ной постели вдруг потерялся, исчез (А.Блинов. Счастья не ищут в одиночку).

Данное высказывание представлено развертыванием детермината (рас­пространяемого компонента), функционирующего в роли подлежащего он посредством детерминанта (распространяющего компонента), который вы­ражен оборотом худой, какой-то плоский. Если мы свернем этот оборот, в свою очередь, преобразовав его в другое простое предложение, то получим следующее высказывание, представленное двумя простыми предложениями: Баскалов был худой, какой-то плоский.

При сравнении изначального высказывания со вторым, развернутым, мы приходим к следующим выводам. Смысл высказываний не изменился. Однако в первом высказывании автором особо выделяется, актуализируется худощавое телосложение главного героя Баскалова, подчеркивается тем са­мым семантика этого значения. Кроме того, высказывание автора характери­зуется значительно большей экспрессией, а второе воспринимается как сти­листически нейтральное.

В целях актуализации зависимого от подлежащего определения на­блюдается его обособление, которое может располагаться как в препозиции, так и в постпозиции по отношению к детерминату:

И она, ласковая, протянула ему руку (И.Шмелев. Неупиваемая Чаша). Начальником назначили Сашу Творогова, отважного, молодого, но уже опытного партизана (Д.Медведев. Это было под Ровно).

Она выскочила из-за стола, низенькая, худая, метнулась в горницу оде­ваться (Л.Фролов. Сватовство).

[Два острых тополя, стоявших против дома, в скверике, отчетливо виделись.] Голые, в веник собранные, они были недвижны, угольно-черны (В.Астафьев. Пастух и пастушка).

В некоторых случаях детерминат, известный из предыдущего высказы­вания или по контексту, заменяется соответствующим местоимением, что создает дополнительную экспрессию. Для сравнения приведем следующие примеры:

1) От него, уже неуправляемого, в панике рассыпались и немцы и рус­ские (В.Астафьев. Пастух и пастушка).

2) От танка, уже неуправляемого, в панике рассыпались и немцы и русские.

3) От уже неуправляемого танка в панике рассыпались и немцы и русские.

Порядок расположения сегментов во всех трех примерах - инверсиро­ванный. Однако первые два предложения характеризуются актуализацией определения уже неуправляемого, при этом наибольшая экспрессия ощуща­ется в первом примере, где детерминат представлен местоимением. В треть­ем предложении при перестановке элементов высказывания наблюдается свертывание обособления. Смысл предложения не изменился.

Обособлению может подвергаться один из однородных членов пред­ложения, независимо от позиции детермината по отношению другого или других однородных членов. Проиллюстрируем это следующими примерами:

За окном пробегали скошенные поля, леса и перелески, реки и озера, деревеньки, приютившиеся по косогорам и в ложбинах, с облезлыми, полу­разрушенными церквами (С.Баруздин. Само собой).

По служебной лестнице он карабкался медленно, со скрипом: подчи­нялся чужой воле, редко проявляя инициативу, избегал риска, самостоятель­ныхрешений (Г.Брянцев. По тонкому льду).

Важно подчеркнуть, что осложненное предложение может характери­зоваться двойной актуализацией, когда говорящим выделяются два семанти­ческих элемента:

Новую увидал Илья, светлую госпожу свою, прекраснейшую во сне по­следнем (И. Шмелев. Неупиваемая Чаша).

Явная экспрессивность этого предложения обусловлена следующими факторами: во-первых, инверсией атрибутивных словосочетаний светлую госпожу свою, во сне последнем; во-вторых, дистантным расположением компонентов атрибутивного словосочетания новую госпожу, целью которого является актуализация зависимого компонента новую; в-третьих, инверсиро­ванным порядком главных членов предложения увидал Илья; и, наконец, обособлением дополнения-детермината госпожу, которое способствует ак­туализации детерминанта. Таким образом, в этом высказывании актуализи­руются словоформы новую и прекраснейшую.

Обособленные однопадежные существительные выполняют в предло­жении либо функцию приложения, либо функцию уточняющих членов. При этом приложение имеет, в отличие от уточняющих членов, качественно-характеризующую семантику или содержит какие-то дополнительные сведе­ния, определенным образом характеризующие определяемое. Признаковая семантика приложений является базой, на которой в условиях обособления формируется значение полупредикативности, что не свойственно уточняю­щим членам предложения [Основина 1986: 13].

Позиция приложения строго не определена, оно может занимать как препозитивное, так и постпозитивное положение по отношению к уточняе­мому компоненту; как контактное, так и дистантное расположение:

Так говорил Валентин Михайлович Чернышов, известнейший на всю страну писатель (А.Иванов. Повесть о несбывшейся любви).

Для сравнения произведем некоторые трансформации, изменив пози­цию приложения:

Так говорил известнейший на всю страну писатель, Валентин Михай­лович Чернышов.

Для функционирования уточняющего значения обязательна контакт­ная постпозиция по отношению к уточняемому. Может наблюдаться и дис­тантное расположение при местоимениях, тогда, как правило, уточняющий член занимает конец предложения. Однако в этом случае в обособленном существительном угасает функция уточнения, пояснения. Оно воспринима­ется как вариативный повтор того же члена предложения в эмоционально-экспрессивных целях:

Только почему она, жизнь, не научила его принимать эти выезды спо­койно, как ежедневную работу? (С.Родионов. Цветы на окнах)

Может быть потому, что он из рода Малыгиных - славных морехо­дов (Ю. Казаков. Долгие крики).

Кроме того, функция обособленного подлежащего может зависеть от его расположения по отношению к сказуемому. Так, в препозиции обособ­ленное подлежащее характеризуется наибольшей выразительностью, актуа­лизацией. В постпозиции же оно лишено детерминирующего значения, ему свойственна лишь функция уточняющего члена предложения; в этом случае говорящим актуализируется не детерминат, а детерминант. Приведем сле­дующие примеры для сравнения:

Мы, деникинцы, идем как на параде, на юг Кубани (А.Толстой. Хож­дение по мукам). - Идем как на параде, на юг Кубани мы, деникинцы.

Мы, пограничники, так обучены - факт проверяется перекрестными показаниями (Е. Долматовский. Зеленая брама). - Так обучены мы, пограничники...

В экспрессивных конструкциях может функционировать ряд уточняю­щих членов:

Несу пирожки, смотрю - он! Его превосходительство, Колюшкин ди­ректор (И.Шмелев.

Кроме того, экспрессия этого высказывания определяется нарушением синтаксических связей, на которых строится распространившееся в наше время явление парцелляции. Данное явление рассматривается как «речевая презентация предложения в виде нескольких коммуникативно самостоятель­ных сегментов одного высказывания» [Ванников 1979: 58]. Чем сильнее свя­зи, нарушаемые интонационным делением на самостоятельные отрезки, тем сильнее экспрессивность такой конструкции. Нарушение подчиненных свя­зей создает эффект, приковывая внимание адресата к каждому парцелляту.

Языковое воплощение одной и той же ситуации может быть различ­ным, реализацией того или иного словопорядка и связанных с ним синтакси­ческих, семантических и грамматических структур. Сравнение вариантов изофункционального ряда дает основания для уточнения значения, функции семантических компонентов, для выяснения специфики того или иного сред­ства передачи какого-либо элемента семантики предложения. Для сравнения приведем следующие примеры:

Ребятишки, уже накупавшись до звона в ушах, жарились в песочных лунках (Е.Носов. Шумит луговая овсяница). - Ребятишки, которые уже на­купались до звона в ушах, жарились в песочных лунках.

Уныло посвистывал ветер в голых кустах, росших на островке (А.Иванов. Жизнь на грешной земле). - Уныло посвистывал ветер в голых кустах, которые росли на островке.

Над потолком, засыпанным золой, видна была ее голова в черном платке (А.Блинов. Счастья не ищут в одиночку). - Над потолком, который был засыпан золой, видна была ее голова в черном платке.

В первом предложении каждой пары причастный оборот служит де-терминатом для последующего развертывания предложения (перспективы). То, что в причастии слито в одну форму, в придаточном предложении пред­ставлено расчлененно детерминантом (субъект действия, относительное по времени действие, отношение-признак). Придаточное предложение является предикативной единицей, и это подчеркивается в причастии наличием про-позитивного значения ситуации. В тех случаях, когда у говорящего есть вы­бор той или иной структуры, он обусловлен иллокутивной функцией.

Таким образом, словопорядок существенен и для словосочетания, и для простого, и осложненного предложения. Для изучения порядка следования сегментов важен учет характера тех пропозиций и пресуппозиций, которые они эксплицируют или имплицируют на различных ярусах синтаксиса с це­лью полноценной реализации иллокутивной функции. Рассмотрению этих вопросов на высших ярусах синтаксиса посвящена следующая глава нашего диссертационного исследования.