5. «Философия философии» Г. Струве


Доктор философии Иенского и Московского университетов, ординарный профессор Варшавского университета Генрих Струве уже по своему образованию представляет продукт международной философской диатрибики XIX в.
Войдя в философское сообщество сочинением «Самостоятельное начало душевных явлений» (1870), Г. Струве за время своей преподавательской деятельности проявил себя активнейшим представителем философской диатрибики. Его книга «Элементарная логика. Учебник для преподавания и самообучения» только к 1888 г. выдержала семь изданий (189). Он выступал также в печати по вопросам нравственного и эстетического воспитания учащейся молодежи (185; 186; 302; 303).
Специальную разработку «проблемы философии» на ди- атрибическом уровне он начал еше в 1872 г. в сочинении «Отличительные черты философии и их значение в сравне-нии с другими науками». Уже в нем Струве приходит в выводу: «Мы должны сознаться в том, что предмет фило-софии не определен точно; сами философы не согласуются между собой относительно вопросов: что такое философия? к чему стремится она? что составляет ее главную, настоя-щую задачу, отличающую ее от других наук?» (188.5). В ходе многолетней работы над учебными руководствами у него созрел замысел написать «Энциклопедию философ-ских наук и направлений в связи с введением в философию или философию философии». Как первая часть этого обширного труда и было опубликовано в 1890 г. «Введение в философию, разбор основных начал философии вообще».
Отличие этого сочинения от всех, издававшихся до него и после него «Введений в философию», состоит в том, что все его 425 страниц посвящены анализу круга проблем, непосредственно связанных с уяснением вопроса о специфике философии как особого явления духовной жизни. Струве собрал и систематизировал огромный материал по рассматриваемой проблематике, содержавшейся, главным образом, в диатрибической литературе за все время ее существования вплоть до 90-х гг. XIX века. Сочинение Струве предвосхищает содержание и структуру многих учебных пособий по философии, созданных и опубликованных в XX в. Его с полным основанием можно рассматривать как труд, выражающий главные черты, проблемы, приемы, ме-тодику и дух всей философской диатрибики в ее подходах к вопросу о специфике философии. Как нам представляет-ся, в мировой диатрибической литературе нет сочинения, равного книге Струве. Ее содержание позволяет увидеть истоки многих ходячих представлений и предрассудков относительно философии, понять, что многое, выдаваемое чуть ли не за новейшие достижения философской диатри-бики, уже в конце XIX в. зачислялось в состав philosophia perennis (вечной философии).
Вся совокупность вопросов, возникающих в связи с уяснением специфики философии, разделена Струве на три группы: 1) определение и характеристические черты философии; 2) отношение философии к другим явлениям умственной жизни; 3) метод философии и формы философского образования.
Необходимость в «строго научном и критическом изучении основных начал философии как философии» Струве выводит из того безотрадного положения, в котором оказались «труженики философии» в его время. «По моему глубокому убеждению, - писал он, - хаос, господствующий в настоящее время на поприще философских воззрений, отсутствие твердых основ для рациональной кооперации ученых на этом поприще, бесплодные споры из-за преимуществ или исключительной научности того или другого направления, произвольное смешение личных или господствующих в той или другой среде взглядов, с научностью и истиною вообще, - все эти и многие другие недостатки современного философствования могут быть постепенно устранены толь-ко при добросовестном изучении начал философии вообще, на основании историко-критического разбора настоящего характера философии, ее задач и появившихся до сих пор попыток их разрешения» (184.VI-VII).
Добиться устранения хаоса, по мнению Г. Струве, можно только «на основании совместного стремления к единству взглядов на задачи философии вообще» (184. VIII).
Своими предшественниками в разработке вопросов «философии философии» Струве считает лишь немногих авторов, написавших специальные руководства. К числу авторов таких работ он относит Ф. Сидонского «Введение в науку философии», Г. Спенсера «Основные начала», Г. Рит- тера «Энциклопедия философских наук», Е. Дюринга «Курс философии», О. Флюгеля «Проблемы философии и их ре-шение», JI. Штромпеля «Введение в философию», П. Жанэ и Г. Селье «История философии». Оценивая значение этих трудов для создания «философии философии», Струве от-мечает: «Несмотря на разные философские направления, лежащие в основании упомянутых сочинений, все они оживлены одним общим стремлением разъяснить основ-ные начала философии, определить ее предмет и задачи, ее метод и пособия и вообще дойти до положительного взгляда на философию» (184.IX).
Особенно высокое мнение сложилось у Г. Струве о том вкладе в решение «проблемы философии», который внес Е. Дюринг. С его точки зрения, «Курс философии» Дюринга гораздо более, чем другие подобные сочинения, «направлен к разъяснению основных начал философии, к образованию точного понятия о самой философии, о ее предмете и задачах, о ее цели, стремлениях и методе» (184. IX).
Забота о выработке «положительного взгляда на фило-софию», который в форме дефиниций выражал бы то об-щее, что присуще пониманию философии коллегами - представителями различных течений философии: гегельянства, субъективного идеализма позитивистского и неокантианского толка, вульгарного материализма, - вот что проходит красной нитью через все сочинение Г. Струве.
В качестве предпосылки рассмотрения вопроса о специфике философии Струве постулирует «единство человеческого знания». Затем он отождествляет это единое человеческое знание с наукой, так что наука оказывается у него «совокупностью человеческих знаний вообще». В итоге в анализ вводится некое внеисторическое образование - наука вообще, «одна наука» для всех этапов истории общества. Этой единой науке соответствует единое «всеобщее бытие». Хотя человеческое знание имеет своим предметом все существующее, однако вследствие ограниченности еди- ничного ума «всеобщая наука раздробилась на большое число отдельных наук» (184. 26).
Продолжая излагать эту легенду, рассчитанную на легковерных студентов, Струве уверяет, что разделение на философские и специальные науки, кроме того, что оно основывается на ограниченности единичного ума, обуслов-лено еще поразительными и выдающимися свойствами «всеобщего бытия». Оказывается, что оно содержит в себе, с одной стороны, «единство и однообразие существенных начал всеобщего бытия», а с другой - представляет собой «множество и разнообразие бесконечного числа отдельных частных явлений бытия». Эта нехитрая констатация ка-жущейся очевидности затем кладется в основу объяснения разделения наук на философские и частные. «Одни науки занимаются преимущественно изучением существенных начал бытия, общего единства и однообразия его частных явлений; другие же науки стремятся прежде всего к изуче-нию этих частных явлений, их множественности и разно-образия. Первую группу наук мы можем соединить в поня-тии общих или универсальных наук; вторую же группу образуют частные, или так называемые специальные на-уки. Первая группа общих или универсальных наук со-впадает с философскими науками. Философские науки - это именно самые общие науки, цель которых заключается в изучении тех существенных начал бытия, которые обусловливают собою единство всех его частных явлений. Этим философским наукам противопоставляются все ос-тальные науки, как науки специальные, исследующие оп-ределенные стороны всеобщего бытия и частные явления его» (184. 27). Частные науки Струве называет познава-тельными, а философские - объяснительными.
Для большей убедительности и для того, чтобы подготовить читателя к безропотному восприятию вводимого им далее определения предмета философии, Струве подробно объясняет, в каком смысле в этом определении и его обо-сновании используются им термины «начало», «явление», «принцип», «сущность», «субстанция», «общее», «частное», «закон». Он предупреждает читателя, что обозначаемые этими терминами «предметы» имеют две стороны: субъективную (или, как теперь говорят, гносеологическую) и объективную (или онтологическую). Термин «начало», или, что то же самое, «принцип» (от латинского principium «начало, основание»), разъясняет Струве, обозначает то, что служит исходной точкой, источником, основанием, фундаментом для другого содержания. Следовательно, этот термин обозначает либо мысль, из которой выводятся или доказываются другие мысли, либо бытие, служащее причиной другого бытия. В первом случае это начало знания (principium cognoscendi), во втором - начало бытия (principium essendi).
Термин «принцип», указывает Струве, в русском языке употребляется преимущественно в гносеологическом значении, а термин «начало» - в онтологическом, поэтому он совпадает с терминами «сущность» и «субстанция» (от латинского substantia «основание»). «Началу», «субстанции», «сущности» противостоит «явление», или «феномен» (от древнегреческого phaino «освещаю, проявляю, выявляю») как производное от «начала», «субстанции», «сущности». С понятиями начала, сущности, субстанции, внушает Струве, связано понятие общего, а с понятием явления связано понятие частного. Общее есть свойство «начала», «принципа». Частное же касается только «явления». Понятие «начала» служит исходным для понятия «закон». Для Струве «закон в сущности есть не что иное, как общее начало, обнаруживающееся в однообразном соотношении частных явлений» (184. 33).
Уже Струве, следуя логике таких диатрибических рассуждений, устанавливает различие между законами по степени их абстрактно-формальной общности, т.е. выстраивает иерархию законов от principium particulare до principium generale. «Каждая специальная наука имеет своим предметом явления, уже до известной степени объединенные и обобщенные; каждая из этих наук, стремясь к изучению своей частной группы явлений, рассматривает вместе с тем общие начала, обнаруживающиеся в этой группе и называемые обыкновенно законами данной специальной науки» (184. 36).
По глубочайшему убеждению Струве, различие «между философскими и специальными науками основывается прежде всего на различной степени объединения и обобщения явлений бытия и его начал. Философия стремится к самым высшим обобщениям, к определению всеобщих начал бытия и рассматривает отдельные явления его с точки зрения этих всеобщих, существенных начал. Между тем специальные науки довольствуются обобщениями, истекающими из изучения частных групп явлений, и при этом не принимают во внимание тех всеобщих начал бытия, которые действуют не только в специальной группе явлений, но и во всех остальных явлениях» (184. 36).
Прежде чем сформулировать определение философии, Струве в очень сжатой форме передает традиционную для всей диатрибики версию истории философии. Когда-то, уверяет он, существовала наука, которая обнимала собою все знание, всякое стремление ума к познанию и объяснению явлений бытия. Однако по мере расширения объема зна-ния и с разделением труда из философии выделились от-дельные специальные науки. Философия же, поскольку она сохранилась как отдельная наука, оставила за собой познание всеобщих начал знания и бытия и, следователь-но, роль связующего звена между частными науками.
Только после всех этих приготовительных объяснений читатель готов принять за истину все, что последует далее, и вот тут Струве указывает предмет философии и дает ее дефиницию: «Таким образом, предметом философии как особой науки, в отличие от других наук, служит: 1) иссле-дование умственного процесса знания, его начал и зако-нов; 2) исследование всеобщих начал бытия и, наконец, 3) объяснение частных предметов знания, т.е. частных яв-лений бытия, с точки зрения всеобщих начал знания. Из вышесказанного истекает следующее определение филосо-фии: философия есть наука, занимающаяся исследованием всеобщих начал знания, умственных и предметных, с целью объяснить частные явления бытия с точки• зрения этих всеобщих начал» (184. 58).
По мнению Струве, философия в XIX в., принимая окончательный характер «самой общей из наук, науки все- обнимающей, универсальной», есть соединение двух до-полняющих друг друга точек зрения, из которых одна ос-новывалась на идеальных, субъективных (гносеологичес-ких) началах знания, другая же на началах объективных, реальных (онтологических).
К «характеристическим» чертам философии, к ее specifica diffirentia Струве относил: 1) критическую самостоятельность мышления, 2) стремление к образованию общего мировоззрения.
Первая специфическая черта философии, как считает Струве, вытекает из ее развития как науки о началах зна-ния, когда объектом критики полагается ум и познава-тельные процессы. Здесь философия утверждает себя в ка-честве теории познания или «науки наук», в основу кото-рой положен скепсис, принцип сомнения в достоверности всех данных и утверждений частных наук и любого другого знания.
Как теория познания философия, будучи критичной и антидогматичной, берет на себя роль верховного судьи в вопросах различия истинного знания от ложного. «Философская критика распространяется как на мыслящий ум и его познавательные процессы, с целью определения их значения при познании истины, так и на предметные материалы знания, на его объекты, чтобы убедиться в том, насколько наши представления и понятия о предметах соответствуют действительности. Таким образом, философская критика обнимает собою: 1) критику ума как субъекта познавательной деятельности и 2) критику взглядов на действительное бытие, на так называемую объективную реальность, как общего предмета знания» (184. 73-74).
То, что здесь Струве преподносит под видом теории познания, есть не что иное, как крайне вульгаризированная позиция кантианства, адаптированная до уровня буржуазного здравого рассудка, отягощенного неистребимым опасением быть обманутым и потому относящегося с недоверием и подозрительностью ко всему на свете, но в то же время убежденного, что без полицейского, хотя бы и в образе «критической теории познания», в этом мире надувательства, где даже продукты духовного производства подаются под фальшивой этикеткой, не обойтись.
Вторая специфическая особенность философии, отличающая ее от других наук, по мнению Струве, прямо вытекает из того, что она есть изучение предметных, «бытий- ственных» (онтологических) начал. При помощи идей «мира», «вселенной» она приводит в единое стройное целое бесчисленное множество отдельных, частных предметов, вещей, существ, явлений и, таким образом, составляет общее мировоззрение. Но поскольку речь здесь идет не о стихийно складывающемся воззрении на мир, а о таком понимании мира, который возникает в результате фило-софской критики, то возникающее в ходе нее мировоззре-ние выступает как вторая составная часть философии, как метафизика, или онтология, ибо «критический... разбор основных взглядов на предметную, объективную действи-тельность составляет предмет особой философской науки, метафизики» (184. 77).
Струве протестует против употребления термина «метафизика» в качестве презрительной клички. Он много раз возвращается к определению метафизики как самой общей философской науки «об объективных, предметных или бытовых (так он переводил термин «онтологический» -
А.П.) началах знания». По его глубокому убеждению, метафизику (онтологию), не подрывая мировоззренческого назначения философии, «из объема философии исключить нельзя» (184. 119, 121).
По одержимости, с которой творец «синтетической философии» Струве защищал честь онтолого-метафизическо- го мундира диатрибической философии, он уступал разве лишь религиозному философу С.Н. Трубецкому. Тот в эти же времена провозглашал: «А метафизика - заветное святое святых философии, ее душа; отнимите метафизику, философия распадается... Она есть то, что делает философию философией, что отличает ее от опытного, эмпирического знания» (197.32-33). Трубецкой отстаивал неприкос-новенность философской онтологии, хорошо понимая опас-ность распространения и укрепения атеизма, в массовом масштабе порождаемого в умах людей под влиянием успе-хов научного естествознания. Он стремился представить метафизику (онтологию) единственно истинной наукой о бытии. «Что такое сущее (ti to on) - это и есть основной вопрос метафизики... безусловная идея сущего, сама по себе, совершенно метафизична...» (197.6). Полагая, что «первая философия всех народов заключается в их свя-щенных книгах», он в то же время интересовался генези-сом науки, связывая появление метафизики как науки с именем Фалеса, который якобы предсказал затмение солн-ца. «Затмение 585 года является... первой такой хронологической датой в истории греческой науки, 28-ое мая 585 года есть официальный день ее рождения» (197.71). Трубецкой «умел мобилизовать» все для обоснования идеи союза религии (и ее рафинированного варианта - метафизики) с наукой для доказательства научности теологии.
При разборе системы аргументации, приводимой Струве в пользу диатрибического толкования философии, нельзя не обратить внимания на один из примечательных ходов его мысли. Чувствуя необходимость в терминологическом различении мировоззрения вообще от того мировоззрения, которое должно быть продуктом критической работы фи-лософии, а может быть, предвидя упреки в том, что, опре-деляя философию в качестве мировоззрения, он тем самым дает повод всякое мировоззрение объявить философией, Струве использует термин «философское мировоззрение».
Оказывается, когда речь идет о мировоззренческой специфике философии, то имеется в виду не участие философии в формировании у человека обычного «мирского» ми- ровоззрения, а нечто иное. «Обыкновенное значение слова мир сочетается с понятием о внешнем, видимом, сотворенном, чувственном бытии. В этом смысле мир противопоставляется обыкновенно Богу как Творцу, как Началу вечному, невидимому, духовному, философский смысл слова мир в понятии о мировоззрении иной, более обширный. В этом смысле мир обозначает безусловно все существующее и обнимает собою не только видимое, чувственное бытие, но и бытие невидимое, духовное, не только настоящее, но и прошедшее и будущее, равно как и основное начало всего существующего и его явлений... Философское мировоз-зрение заключает в себе, таким образом, все вообще мыс-лимое» (184. 77).
Определив философское мировоззрение как «воззрение на все существующее, на бытие», Струве оставляет за философией, стремящейся к построению «философского мировоззрения», право утверждать, «что мира в той форме, в какой он нам представляется, вовсе нет, что он не действителен, что он только произведение нашего воображения, род субъективной галлюцинации, лишенной объективного бытия», право сомневаться в возможности познания и уразумения этого мира (184.79).
Понятие «философского мировоззрения» направлено у Струве против притязаний естествознания XIX в. на создание такого понимания мира, которое исключало бы пред-ставление о Боге как разумном начале мира, т.е. это поня-тие направлено против материализма и атеизма.
Струве, на манер всех неокантианцев и позитивистов третируя естественнонаучное знание за его мнимый догма-тизм, пытается вообще ограничить его компетенцию в по-знании мира неорганической и органической природой. «Естествознание само по себе требует лишь догмата о су-ществовании законов природы и о их постоянстве; но ни идея о законах вообще, ни идея об их постоянстве не могут быть отождествляемы с идеею о необходимости, потому сами по себе совместны и с идеею о свободе. Разумное существо, одаренное свободною волею, может служить само себе законом, т.е. быть автономическим, и на основании самостоятельного постановления действовать неизменно по раз навсегда установленным и принятым законам. Следовательно, постоянство законов и явлений природы, само по себе, вовсе не исключает разумного и свободного начала ее; а ежели многие естествоиспытатели полагают, что идея о таком начале, или о Боге, противится основаниям есте- ствознания, то это происходит лишь вследствие неуместного... расширения догматических предположений естествознания» (184.87).
Вместе с тем Струве ратует за то, чтобы ничто и никто не нарушал «органической, внутренней связи между специальными науками и философиею». Условием этой «органической связи» должно быть невмешательство естествознания в дело формирования мировоззрения, его мировоз-зренческий нейтралитет, его ограничение «всесторонним изучением частных явлений» (184.88, 89).
Философия же по отношению к другим наукам выступает как: 1) самостоятельная наука; 2) как наука, которая берет из других наук материал для разрешения мировоззренческих вопросов, причем этот материал не имеет для нее обязательной силы; 3) как инструмент освобождения частных наук от их «догматизма», т.е. материализма и атеизма, уверенности в том, что добываемое ими знание имеет характер объективной истины и непреходящую ми-ровоззренческую ценность; 4) как сила, устраняющая про-тиворечия между науками.
Настаивая на научности метафизики как познания «общих начал объективной действительности», Струве полагает, что для поддержания статуса «научности» философии необходима и полезна кооперация усилий философов и специалистов других наук. Вопрос о признании философии наукой, в отличие от М. Троицкого, ставится им прямо-таки по-гамлетовски: «Одно из двух: философия или наука, или ненаука» (184. 119).
То, что иногда «метафизику» считают ненаучной, кажется Струве недоразумением. На самом деле, по его мнению, метафизика (онтология) как часть философии, которая непосредственно связана с образованием «философского мировоззрения», должна принимать во внимание весь материал, касающийся всесторонней характеристики мира, бытия. Мир как предмет метафизики включает в себя три момента: 1) природу, 2) человека, 3) основное начало всего существующего, Бога. «Философское мировоззрение не имело бы научного характера, если бы оно не согласовалось с истинами, раскрытыми специальными науками на основании всестороннего изучения частных явлений мира. Умозрение, оторванное от фактических данных, не может довести нас до уразумения мира. Таким согласованием об-щих взглядов, а следовательно, и всего мировоззрения, с фактическими данными, отличается философия, в науч- ном смысле этого слова, от всяких воззрений на мир, исте-кающих из чисто субъективного источника, неспособного оправдать своего содержания. Только в постоянной связи со специальными науками философия может приближать-ся к разрешению своих задач» (184. 117).
Указывая на специализацию и раздробленность в сфере «частных наук», Струве усматривает в философии единственное средство их соединения в единое целое. Ему кажется совершенно логичным создание различных «философий» наук: философии науки вообще, философии естествоз-нания, философии истории, языкознания, права, религии и т. д.
«Урядник на кафедре» (как характеризовал Ленин профессоров философии, подобных Струве) не может допустить, чтобы хотя бы в одном уголке науки гнездилась «анархия» и «безбожие», везде он должен учредить околоток «интеллектуальной полиции», в роли которой "и выступала философия казенных профессоров. Без надлежащего присмотра и руководства со стороны философии, по его убеждению, другим наукам грозит разброд и запустение. «Специальные науки довели бы ум человеческий в конце концов до хаотического богатства противоречащих друг другу частных знаний и лишились бы общих руководящих начал в своих исследованиях, если бы не воспользовались объединительными стремлениями, ее общими принципами, идеями, воззрениями» (184. 126).
В глазах Струве, положение в области взаимоотношений философии и естествознания выглядит особенно угрожающим. Его тревожит, что успехи естествознания вызвали к нему «всеобщее доверие в ущерб философии», что высказывается даже убеждение в неизбежной замене философии естественными науками. Ведь, сетует Струве, заявил же Э. Геккель в 1866 г.: «Всякое истинное естествознание есть философия, и всякая истинная философия есть естествознание» (184. 129). Философию пытаются свести до роли прислужницы естествознания. Мало того, «образовалось в наше время популярное мировоззрение, ссылающееся на исследования ешественных наук, но расходящееся существенно» с современным «философским миро-воззрением». Все это проистекает «из злоупотребления авторитетом естественных наук» (184. 130).
Отстаивая, права и значение попираемой философии, Струве ссылается на авторитетные для него заявления В. Вундта, который в своем сочинении «Душа человека и животных» наставлял: «Без светильника философии исследование бу-дет ремеслом, а ученость пустым многознанием... Только философия придает значение отдельным отраслям знания» (184.126). Присоединяется Струве также и к тому, что говорил Вундт в речи «О задачах философии в настоящее время», произнесенной в 1874 г. Величая философию «наукой наук» (Wissenschaft der Wissenschaften), В. Вундт признавал, что она необходима для уразумения «начала» явлений и в качестве общего мировоззрения, составной частью которого должна быть «онтологическая идея, идея о Боге» (184. 163).
Чтобы отвратить естествоиспытателей от совершенно ложных, по его мнению, теорий материализма, Струве снова и снова, заискивая перед ними, уверяет, «что общее миро-воззрение, как последняя цель всякого философствования, мыслимо только на основании строго научного материала естествознания». Этот тезис якобы вытекает из учения Канта и поддерживается «выдающимися мыслителями новейшего времени» Ульрици, Тренделенбургом, Фехнером, Кузеном, Жанэ, Гамильтоном, Миллем, Лотце, Вундтом, Ренувье, Тибержиеном, Тэном, Спенсером, Бэном, Льюисом. «За ними идут почти все современные мыслители об-разованного мира» (184.151).
В своем стремлении обосновать монополию диатриби- чески истолкованной философии на формирование некоего «общего философского мировоззрения» Струве был-не одинок, он выражал в данном случае поползновения всей буржуазной философской диатрибики. Понятие «философское мировоззрение», принятое им, является одним из основ-ных его орудий в той борьбе, которую он вел против мате-риализма, науки и атеизма.
С радостью приветствовал Струве заявление коллеги А.А. Козлова: «Мы можем смело сказать, что в самое последнее время в европейском обществе увлечение естествоведением начинает остывать и что оно, наскучив пробавляться материализмом, замаскированным в естествоведение, обнаруживает постоянно возрастающий интерес вообще к философии» (74.21).
Рассматривая отношение философии и философа к общественной жизни, Струве указывает на «тесную связь философии с общественной жизнью». По его мнению, только на почве «культурного гуманизма» может развиваться свободное философствование, имеющее целью воспитание у личности стремления к самостоятельности и независимо- сти. Но эта независимость не должна быть использована для нарушения существующего общественного порядка. «На-стоящая независимость философа может быть только результатом его личной самостоятельности и самодеятельности. Он должен прежде всего своими собственными силами приобрести независимость и свободу, а особенно свободу внутреннюю для своего духа, а затем определить самодеятельно, в пределах данного порядка вещей, свое отношение к обществу» (184.232). Короче, перед нами вырисовывается идеализированный образ окультуренного мещанина, пекущегося более всего о том, чтобы ничто так называемое «целое», «тотальное» не подавляло его «самодеятельности».
Роль философии в истории общества, по мнению Струве, исключительно велика, ибо «господствующие в данное время философские воззрения, проникая в умы общественных деятелей, являются самыми сильными мотивами жизненных стремлений народов и вслед за сим влияют на характер и направление их исторического развития вообще». «Философское мировоззрение» вообще служит светильни-ком на «сокровенном пути прогресса» (184.233). В приоб-щении к «философскому мировоззрению» Струве видел чуть ли не главное условие и критерий социального прогресса. «Народы, не философствующие, лишаются возможности... принимать участие в разрешении самых важных задач человечества... Можно, следовательно, смело сказать, что одно из необходимых условий общественного благосостояния и нормального развития народов заключается в выработке насколько возможно совершенного мировоззрения, т.е. в привитии представителям умственной жизни истинно философского духа» (184. 234).
Философия, согласно Струве, по сравнению с религией, с которой она имеет один общий исток - религиозно-нрав- ственное чувство уважения к высшему порядку вещей, виновником которого является некое разумное начало, - представляет более полное мировоззрение. Атеизм должен быть отвергнут как умонастроение, противоречащее человеческой нравственности, подрывающее доверие к высшему по-рядку вещей и повергающее людей в безысходный песси-мизм (184. 239-245).
Рассматривая философию не только как мировоззрение, но и как образ жизни, реализующий принципы этого мировоззрения, Струве подробно обосновывает одну из главных идей всей философской диатрибики - идею о том, что идеалом философа в жизни является Сократ.
Характеризуя методы создания «философского мировоззрения» и способы приобщения к нему стремящихся к автономности и самодеятельности личностей, Струве доводит идею «философского мировоззрения» до понятия «син-тетического мировоззрения» у которое возможно только при «объединении тех истин, которые лежат в основе разных точек зрения при уразумении мира» (184. 350). Все разнообразие точек зрения, по его мнению, может быть сведено к двум коренным, одна из которых принимает за основание миропонимания субъект, а другая - объект познания. Одна из этих двух точек зрения есть идеализм, или спиритуализм, так как она исходит из признания идеального духа сущностью, началом всеобщего бытия. Другую точку зрения, фальсифицируя ее до неузнаваемости, Струве называет реализмом, или материализмом, так как она стремится «свести все существующее... к началу, лишенному мысли и называемому материею». Материализм, как он полагает, выводит «даже умственную деятельность субъекта знания и все идеальное содержание его из неразумных бес-смысленных начал вещественного бытия» (184. 351-352).
Обе эти точки зрения Струве объявляет односторонними изображениями истинного бытия, в котором наличествуют и разумный порядок и вещественное начало. Как он считал, последовательное стремление к общему миро-воззрению несовместимо с односторонностью, поэтому ука-занные точки зрения при их взаимном дополнении дают цельное мировоззрение. Он считает, что противоположность между материализмом и идеализмом относительна. «Поэтому философия, по существу своему, признает разные направления и школы составными моментами своего всестороннего развития и пользуется ими при образовании возможно полного и законченного мировоззрения». Эта задача достигается «синтезом идеалистических и реалистических направлений философии» (184. 354). Подобный синтез Струве пытался осуществить еще в 1876 г. в философском эскизе «Синтез двух миров» (304).
В итоге Струве констатирует как факт, не подлежащий сомнению: в XIX в. философия принимает «характер самой общей из наук, науки всеобъемлющей, универсальной». Особо он выделяет точку зрения основателей позитивизма. «Они определяют философию тоже как самую общую, универсальную науку, но в том смысле, что она объединяет собою все предметные данные, почерпаемые умом извне... из научного исследования частных явлений мира, из опыта. Сюда принадлежат главным образом... основатель позитивизма Огюст Конт... знаменитые философы нашего времени Герберт Спенсер и Вильгельм Вундт» (184. 64-65).
Итак, анализ сочинений многочисленных sapientiae doctores (учителей философии), позволяет сделать обосно-ванный вывод о существовании многовековой диатриби-ческой традиции в толковании философии. Согласно этому толкованию, во время бурного развития и высокого соци-ального престижа науки философия должна быть пред-ставлена как наука. По предмету своему философия рису-ется как наука о всеобщих принципах, началах, основа-ниях, законах познания и бытия. Изучая всеобщее, она тем самым противостоит частным наукам, которые имеют дело с частями, явлениями и частными законами бытия. Философия - scientia generalis - вот ее первый специфичес-кий признак. В качестве таковой она стоит над прочими науками и объединяет, синтезирует добываемое в них зна-ние в единую картину бытия, создавая, таким образом, общее мировоззрение, которое называется «философским мировоззрением».
Субъектом философии представляется человек вообще. Спообность к философствованию рассматривается как сущностная характеристика человека (72.V). Для представителей диатрибики быть человеком в собственном смысле слова - это значит быть философом. Источником возникновения философии полагается некое общее для всех людей нравственно-религиозное чувство уважения к миропо-рядку и некая интеллектуальная потребность иметь пред-ставление о мире в целом. Философия признается одним из главных двигателей общественного прогресса. Она объявляется матерью всех наук.
Идея, что частные науки возникли путем отпочкования их общей прародительницы, кочует на протяжении многих сотен лет из одного учебного руководства в другое. Никаких доказательств, опирающихся на действительно научное исследование истории общества, истории культуры и науки в пользу провозглашаемых характеристик филосо-фии, даже в специальных работах, вроде сочинения Струве, диатрибика не имеет. Аргументация сводится к ссылкам на мнения коллег по профессии, к принципу ретроспекции и традиционализма: «Чем древнее, тем истиннее» (104. 9).
Если по отношению к диатрибической литературе применять принцип, принятый в науке, - обязательно указы- вать первооткрывателя тех или иных «истин», то авторам многих современных учебных руководств пришлось бы на-чинать свои сочинения словами: «Как утверждал в 1890 г. гений философской диатрибики Генрих Струве, философия есть «философское мировоззрение»...».
Проведенный выше анализ показывает, что «всеобщая теория бытия» действительно была тысячи раз открыта и переоткрыта «философскими схоластами» различных вре-мен и народов. И надо было обладать идеологической наи-вностью многих поколений гимназистов или настолько, как это случилось с российскими ревизионистами в конце XX в., поддаться очарованию фраз о «философском миро-воззрении», науке, истине, свободе, прогрессе, на которые не скупятся «казенные профессора», чтобы принимать их рассуждения о философии за чистую монету.
Любителям философских антикварных раритетов, стре-мящимся обзавестись собственной онтолого-метафизичес- кой «шляпой», не лишне было бы прислушаться к верному замечанию В.У. Бабушкина: «Ориентация философии на познание мира в целом является по существу своеобраз-ным пережитком платоновско-аристотелевского телеологи-ческого подхода к миру, рудиментом античного мышления, для которого Вселенная была замкнутым конечным космосом» (23.160) .
<< | >>
Источник: А.В. Потемкин. Метафилософские диатрибы на берегах Кизите- ринки. 2003

Еще по теме 5. «Философия философии» Г. Струве:

  1.   СОВРЕМЕННАЯ РУССКАЯ ФИЛОСОФИЯ. ПОЛИТОЛОГИЧЕСКИЕ КОНЦЕПЦИИ 
  2. РАЗВИТИЕ ФИЛОСОФИИ ВСЕЕДИНСТВА В ТРУДАХ ПОСЛЕДОВАТЕЛЕЙ В. С. СОЛОВЬЕВА
  3. Жизненный путь философа
  4. Жизненный путь философа
  5. ФИЛОСОФИЯ В. В. РОЗАНОВА Феномен Розанова
  6. УКАЗАТЕЛЬ ИМЕН[112]
  7. 5. Смысл духовности в философии серебряного века
  8. Русская религиозная философия второй половины XIX-XX вв.
  9. Тема 26. Теория социального действия в современной философии
  10. 1. Марксистская философия во II Интернационале