<<
>>

НА МНОГОСТОРОННЕЙ ОСНОВЕ

ОХВАТИВШИЕ Латинскую Америку интеграционные процессы привели к появлению на карте континента сложной мозаики различных группировок, имеющих региональный или субрегиональный характер.
Они различны по задачам, составу участников, истории создания. Вместе с тем это реальность, с которой не только нельзя не считаться, но целесообразно налаживать отношения сотрудничества. Причем партнером из-за океана может выступать как Россия сама по себе, так и Россия в составе группировки СНГ.

Одной из конкретных форм такого диалога стали контакты с Организацией американских государств, статус постоянного наблюдателя в которой Россия обрела в 1992 году. Эта организация вполне может стать новым "местом встречи" России и Латинской Америки. В условиях, когда ОАГ с начала 90-х годов как бы переживает "второе дыхание", играет возрастающую роль в процес-

о и г>

сах политической и экономической интеграции Западного полушария, присутствие России в ее штаб-квартире расширяет возможности сотрудничества с регионом на многосторонней основе.

Конечно, пока что речь идет об адаптационном периоде, в ходе которого предстоит преодолеть образ "чужака" в этой организации, в течение десятилетий славившейся своим консерватизмом. Как свидетельствуют зарубежные наблюдатели, присутствие России на этом форуме далеко не у всех вызывает восторг. Неоднозначна бывает и позиция Вашингтона. Однако разного рода первоначальные трудности вполне естественны и преодолимы, в особенности если будет продолжена линия на активизацию присутствия России в этой организации, что отчетливо просматривается с 1995 года.

Немалую роль в этой связи играют акции, направленные на демонстрацию флага, как, например, проведенные в декабре 1995 года "Дни России в ОАГ". Весьма перспективными представляются и начавшиеся с 1995 года контакты между ОАГ и СНГ, в налаживании которых Россия также призвана сыграть заметную роль.

Опыт функционирования ОАГ представляет несомненный интерес для нашего Содружества.

Ведь постсоветское пространство и межамериканское пространство характеризуются сходным состоянием асимметричной взаимозависимости, когда одна из стран располагает гигантскими возможностями и выступает как явный лидер, а ее окружают государства "иных весовых категорий" и уровней развития. Почти полувековой опыт ОАГ, уроки ее развития весьма актуальны.

Перспективны возможности сотрудничества с "Группой Рио", которая представляет собой эффективный механизм политических консультаций и коалиционной дипломатии государств региона. Начавшийся в последние годы диалог России и СНГ с этой группировкой в основном разворачивался на сессиях Генеральной Ассамблеи ООН. Видимо, следует попытаться выйти и на прямые механизмы консультаций.

Среди региональных интеграционных группировок, с которыми особенно целесообразно "наведение мостов", следует выделить два основных экономических объединения - НАФТА и МЕРКОСУР. По существу, в Западном полушарии эти две интеграционные величины определились как два полюса, которые вряд ли сомкнутся в обозримом будущем.

Образование Североамериканской ассоциации свободной торговли (НАФТА) в 1992 году в составе США и Канады, присоединение к ней Мексики породили эйфорию быстрого включения в нее и других государств. На всеамериканском саммите в Майами в декабре 1994 года было даже объявлено о создании единой зоны торговли и процветания от Аляски до Огненной Земли к 2005 году. Сейчас такое быстрое продвижение выглядит куда более проблематично, чем в начале десятилетия.

Как и предсказывали некоторые специалисты, одно лишь присоединение Мексики к НАФТА оказалось крайне сложным процессом, совпавшим, видимо, не случайно с серией политических и экономических катаклизмов в этой некогда стабильной стране. Явно не вписывались в интеграционный процесс и предпринятые администрацией Б. Клинтона в 1995-1996 годах меры по дальнейшей "милитаризации" мексиканской границы и ужесточению миграционного законодательства.

Соединенными Штатами, по существу, было приостановлено на неопределенный срок присоединение к НАФТА Чили, вопрос о чем еще год назад считался почти решенным.

На двусторонних отношениях продолжали сказываться и торговые противоречия, связанные с доступом ряда товаров чилийского экспорта на американский рынок. Достаточно упомянуть в этой связи возникший еще в 1989 году и длящийся до сих пор спор в связи с запретом властями США импорта винограда из Чили. Ущерб от этой акции для чилийских производителей оценивался в 230 миллионов долларов. Соединенные Штаты в дальнейшем трактовали этот вопрос как уже "закрытый", в то время как чилийская сторона постоянно поднимает его, требуя компенсации.

Налицо признаки разочарования, связанного с остановкой продвижения к НАФТА и других латиноамериканских стран. Однако, несмотря на возникшие

осложнения, североамериканский интеграционный проект все же заработал, и его влияние на расстановку сил в мировой экономике, по-видимому, будет возрастать. Нереалистично ожидать, чтобы Россия, тем более при современном состоянии ее экономики, смогла активно подключиться к этому процессу. Но и оставаться безучастной, пассивно наблюдать за формированием по другую сторону Тихого океана самого крупного в мире общего рынка также, видимо, не следует, тем более что в него входят два партнера России по "большой семерке" - США и Канада. Это пространство отнюдь не закрыто для России, и прежде всего благодаря тем возможностям, которые создает сотрудничество с Мексикой. Поиск "ниш" в этой области может оказаться весьма продуктивным.

Образование в 1991 году интеграционной группировки стран Южного Конуса - МЕРКОСУР, первоначально объединившей Бразилию, Аргентину,

"1-г и Т Т U U U U

Парагвай и Уругвай, по сути, являлось попыткой найти адекватный ответ на вызовы наступающей "эпохи мегаблоков".

Центральным звеном в этом процессе, безусловно, становится объединение экономических потенциалов Бразилии и Аргентины, тем более что речь уже не идет об интеграции "больных, инфляционных экономик", что прежде порождало немалый скепсис в отношении будущего этого объединения.

Присоединение Чили к группировке МЕРКОСУР в июне 1996 года не только заметно меняет ее геополитический облик, обеспечивая тихоокеанскую проекцию, но и существенно увеличивает совокупный потенциал и в целом политические возможности.

Нетрудно заметить, что "сценарий мегаблоков", вне рамок которых остаются и "союз четырех" в составе России, Белоруссии, Казахстана, Киргизии, и страны МЕРКОСУР, уже сам по себе как бы предполагает установление связей между ними, учитывая сопоставимые уровни развития, взаимодополняемость их экономик. Относительно новой и достаточно перспективной сферой взаимодействия между Россией и Латинской Америкой уже в ближайшие годы может стать Тихоокеанский регион.

Здесь очевидно определенное сходство исходных позиций и подходов по обе стороны океана. И Россия, и большинство латиноамериканских стран тихоокеанского побережья с относительным опозданием стали разворачиваться к Тихому океану. В 80-х годах лишь в случае с Чили можно было говорить об активной тихоокеанской политике в прямом смысле этого слова.

Тот факт, что Россия, а также значительная часть латиноамериканских государств пока находятся на периферии интеграционных процессов в АТР, стремятся преодолеть положение маргиналов, вполне может стать основой для взаимной поддержки национальных тихоокеанских стратегий и совместных действий на тихоокеанских форумах.

Россия, Мексика, Чили и Перу являются членами Совета тихоокеанского экономического сотрудничества. Этот форум, объединяющий представителей правительственных, научных и деловых кругов, является перспективной "площадкой" для консультаций и разработки совместных подходов. Мексика и Чили состоят членами Ассоциации азиатско-тихоокеанского экономического со-трудничества (АТЭС), в последние годы превратившейся в орган, координирующий создание в АТР открытой многосторонней системы свободной торговли и инвестиций. Россия в АТЭС пока пробиться не может, да и отношение к ее приему среди членов этой организации неоднозначное. Поддержка двух представителей Латиноамериканского региона могла бы быть весьма кстати.

Тихоокеанская тематика начинает фигурировать и в контексте двусторонних отношений. Так например, в Договоре об основах отношений, подписанном Россией в 1994 году с Колумбией, говорится, что "стороны будут всемерно содействовать укреплению стабильности, утверждению атмосферы доверия и духа взаимодействия на Латиноамериканском континенте и в Тихоокеанском регионе".

Наведение между Россией и Латинской Америкой "тихоокеанского моста", безусловно, потребует немало времени, тем более что инфраструктура двусторонних связей в этом районе развита слабо. Неоднократно отмечаемая специалистами экономическая взаимодополняемость регионов российского Дальнего Востока, Восточной Сибири и таких государств Тихоокеанского побережья, как Мексика, Чили, Перу, пока мало реализовалась в конкретных проектах сотрудничества.

При этом часто все упирается даже не в недостаток средств, а в отсутствие информации. Содействие "открытию" предпринимательскими кругами друг друга в этой связи приобретает особое значение. Тот факт, что именно на этом направлении в последнее время активизируется деятельность и российских, и латиноамериканских дипломатических представительств, внушает определенный оптимизм.

Одним из многосторонних региональных проектов, участие в которых может оказаться для России весьма перспективным, и главное, отвечающим за-дачам более эффективного и глубокого вхождения в структуры мировой экономики, может стать подключение к программам и проектам Межамериканского банка развития (МАБР).

Напомним, что МАБР - второй по величине международный банк, уставный капитал которого превышает 64 миллиарда долларов, а инвестиционные проекты, реализованные в 1995 году, достигли 16 миллиардов долларов. Вопрос о вступлении России в МАБР был поставлен несколько лет назад, в частности, он обсуждался во время встречи главы российского правительства В.С. Черномырдина с президентом МАБР Э. Иглесиасом в сентябре 1995 года.

Процесс вступления может затянуться, тем более что он связан с переус-тупкой России другими странами-членами части пакетов своих акций. Однако российским предприятиям уже сейчас важно подключаться к конкретным проектам по линии МАБР, тем более что они предполагают льготное финансирование.

Одним из путей "запуска" механизма сотрудничества, не дожидаясь формального вступления в банк, может стать создание Фонда сотрудничества с Межамериканским банком развития. Имея статус неправительственной организации, он мог бы содействовать установлению контактов российских предприятий со структурами банка и продвижению их предложений.

Другую возможность открывает подключение России к спонсируемой МАБР Ассоциации "Программа Боливар", стратегической целью которой является обеспечение доступа в страны Латинской Америки новых технологий. Нет нужды лишний раз отмечать, что именно новые технологии могут найти в Латинской Америке перспективный рынок, и в особенности в наиболее развитых государствах, существенно продвинувшихся в научно-техническом плане. Это тот "товар", который Россия уже сейчас в состоянии предложить латиноамериканским партнерам и встретить немалый спрос. Причем "Программа Боливар" предусматривает финансирование таких проектов на льготных условиях с участием МАБР.

Этап включения России в эту программу, по существу, завершен. На базе Института Латинской Америки РАН создано представительство "Программы Боливар" в России, которое приступило к работе.

Важно, чтобы Торгово-промышленная палата России, отраслевые структуры российского бизнеса смогли эффективно воспользоваться открывшимися возможностями. Большая перспектива здесь открывается и перед восточными регионами России. Хотелось бы, чтобы осмыслению перспектив сотрудничества на этом участке больше внимания уделили и средства массовой информации.

<< | >>
Источник: Т.А. Шаклеина.. Внешняя политика и безопасность современной России. 1991-2002. Хрестоматия в четырех томах Редактор-составитель Т.А. Шаклеина. Том III. Ис-следования. М.: Московский государственный институт международных отношений (У) МИД России, Российская ассоциация международных исследований, АНО "ИНО-Центр (Информация. Наука. Образование.)",2002. 491 с.. 2002

Еще по теме НА МНОГОСТОРОННЕЙ ОСНОВЕ:

  1. § 1. Организационно-правовые основы управления иностранными делами
  2. На этой основе затем выделено 26 отдельных видов договоров, 6 из которых разделены на подвиды (число
  3. 4.1. Нравственные основы международно-правовых норм о правах человека.
  4. Основы и средства для сотрудничества в области проведения конфискации, взаимной помощи и экстрадикции
  5. 1.2. Регулирование внешней и внутренней среды предпринимательских структур как основа их устойчивого развития
  6. 1. ИНСТИТУЦИОНАЛЬНАЯ ОСНОВА ДОГОВОРНЫХОТНОШЕНИЙ
  7. НА МНОГОСТОРОННЕЙ ОСНОВЕ
  8. Основы применения Вооруженных Сил Российской Федерации и других войск
  9. СОВМЕСТНАЯ ДЕКЛАРАЦИЯ об основах взаимоотношений между Российской Федерацией и Китайской Народной Республикой
  10. 1.2. Основы теории криптографических протоколов
  11. Методологические основы и специфика анализа права в «Капитале»