<<
>>

1.3. Социально-экономическое поле и парадигма экономической науки

Конструирование научной парадигмы предполагает выявление таких элементов, как объект исследования, формулировку предмета научного поиска, системы категорий, с помощью которой этот предмет описывается. Для адекватного отражения объекта приоритетное значение имеет выделение и использование соответствующего научного инструментария - методов, позволяющих сформулировать основные законы его функционирования, определить закономерности и тенденции, характеризующие его развитие в рамках соответствующего поля.

Диалектический синтез реального процесса и его познание через сознательные обобщения, научные абстракции в области экономических исследований, позволяет определить единое экономическое поле, как внутреннюю связь между объективным миром и его субъективным отражением в сознании человека. Причем, как и в философии, в экономической теории соотношение «объект-субъект» предполагает наличие прямых, опосредованных и обратных связей между ними. Таким образом, экономическое поле представляет собой диалектический синтез объекта и субъекта, который отражает единство и различие неотъемлемых частей производительных сил и мотивов экономического поведения человека.

Говоря о поведении людей, можно отметить, что оно затрагивает отношение человека к природе и друг к другу в процессе экономической деятельности. Мыслительные же процессы, направленные на понимание сути самой этой деятельности, ведут к определению парадигмы, направленной на выявление и описание законов, свойственных функционированию экономического поля на определенной исторической ступени. Тем самым, характерная черта парадигмы заключается в том, что она дает возможность познания и постоянного возобновления потребностей в дальнейшем познании законов, условий и социальных последствий выбора экономического развития и развития общества. Она постулирует не просто саму возможность познания экономического поля, но и позволяет через систему понятий и категорий отразить внутренние механизмы его развития.

Диалектический синтез категорий «абстрактного и конкретного», по-видимому, выступает наиболее сложной задачей при обосновании парадигмы. Возможность человеческого сознания через мыслительную деятельность представить сущность экономического поля – это и будет наиболее абстрактное понимание сущности самой парадигмы экономической науки. Систематизация же информации о конкретных эмпирических фактах, их исследование и анализ может отражать конкретные проявления экономической жизни. Само понятие «экономического поля» вбирает в себя как конкретное описание явлений, ему свойственных, так и выработку фундаментальных принципов, определяющих на уровне научного обобщения сложившийся порядок и возможности развития самого поля.

Распространение понятия «поля» в социальных науках в современной науке преимущественно связывают с именем известного социолога, представителя постструктурализма в современной философской мысли Пьером Бурдьë, который акцентировал внимание на наличие определенной структуры в совокупности всех социальных отношений, или социально-экономического поля. «Поле» у Бурдьë – это относительно замкнутая и автономная подсистема социальных отношений [17]. Важнейшей характеристикой поля выступает форма взаимодействия между агентами. Исследуя агента, как основного субъекта всех социальных отношений, отличающегося активностью и способностью действовать, Бурдьë определяет его и как носителя определенного вида практики, в то же время занимающего определенное пространство и вырабатывающего стратегию, направленную на сохранение или изменение в нем своей позиции.

Совокупность же подобных позиций конструируется практикой, но, при этом, практика – это то, что находится, так сказать, между агентами. В итоге социальное пространство как бы соединяет эти два пространства – агентов и практик – при постоянном и активном их взаимодействии. Само же поле воспринимается агентами, наделенными адекватными диспозициями, «приобретенными благодаря раннему и продолжительному опыту усвоения требований поля. Самые фундаментальные экономические диспозиции, потребности, предпочтения, склонности: к труду, к накоплению, к инвестициям, являются не экзогенными, то есть зависящими от универсальной человеческой природы, а эндогенными и зависят от истории, той же самой, что и история экономического универсума, в котором эти диспозиции востребованы и получают подкрепление» [17, с.182]. Агенты создают пространство, функционируя в нем, влияют на его развитие, детерминируют при этом и структуру поля. Выделяя в теории поля, поле экономическое, Бурдьë подчеркивает необходимость идентифицировать те основные формы, в которых проявляются наиболее общие концепты и механизмы, например капитал, инвестирование, прибыль, и избегать, таким образом, какого бы то ни было редукционизма, признающего лишь материальные интересы и стремление максимизировать денежную выгоду. Структуру подобного поля он преимущественно связывает со структурой распределения капитала и затрат. Сила же позиции каждого агента на экономическом поле зависит от его экономической мощи, например уровня капитализации капитала, конкурентоспособностью и т.п. «Структура поля и неравномерное распределение преимуществ (масштабные производства, технологическое превосходство и тому подобное) участвуют в воспроизводстве поля с помощью «барьеров на входе», в виде постоянно действующих неблагоприятных для новичков факторов или в виде высоких затрат на эксплуатацию, которые необходимо покрывать. Подобные имманентные структуре поля тенденции (например: структура благоприятствует агентам с наибольшим капиталом) только усиливаются от действия всякого рода «институтов, отвечающих за сокращение неопределенности» (uncertainty-reducing institutions)» [18 с.203].

Поле по П. Бурдьë можно понимать как следствие прогрессирующего общественного разделения труда, которое обладает достаточно высоким уровнем автономии, то есть относительной независимостью от внешних принуждений. Поле переопределяет все внешние воздействия в собственной «логике». Такое свойство поля П. Бурдьë называет способность к рефлакации, сила которой измеряется степенью преобразований внешних требований в специфическую, свойственную характеру поля форму.

Говоря о динамике, проявляющейся на экономическом поле, можно постулировать проявление диалектических процессов, связанных с расширением и качественным преобразованием самих элементов экономического поля, изменением в этой связи поведения агентов. Это определяет изменение основных принципов функционирования поля и выступает мотивом для смены соответствующей научной парадигмы в условиях его трансформации.

Если визуализировать понимание экономического поля (рис.1.1), подразумевая под ним совокупность практик, описываемых с помощью определенной научной парадигмы, его развитие будет предполагать поступательное расширение пространства, занимаемого экономическим полем и выражающегося в накоплении и разнообразии фактов экономической деятельности. Однако закон диалектики, определяющий переход количества в качество, на экономическом поле определяет трансформацию самой экономической системы, что требует и преобразование парадигмальных основ понимания экономической жизни.

Однако так как эти изменения выступают следствием самой эволюции экономики, они не противоречат, а выступают примером перманентного развития экономической системы, поэтому и смена парадигмы предполагает не полное отвержение уже сложившихся подходов, а их диалектическое переосмысление.

Рисунок 1.1 Расширение экономического поля

При этом ученый-исследователь должен быть уверен, что социально-экономические науки представляют достаточно большую информацию, которая позволяет отразить относительно полную систему законов, регулирующих экономическую жизнь в рамках социально-экономического поля. Однако правомерно говорить, что вслед за развитием самого поля, меняются и законы экономического поведения, их формы действия и последствия, а в итоге их сущность, историческое и философское значение.

Поэтому, не случайно, что парадигма экономической науки, первоначально связывавшаяся с парадигмой философии, формируя основные элементы познания экономической жизни через познание мира и его сущности, трансформировалась в период распространения рыночных отношений в классическую парадигму экономической науки, а затем, в процессе индустриальных преобразований экономической системы - в неоклассическую экономическую парадигму.

В основании классической парадигмы находилась концепция, построенная на трудовой теории стоимости, благодаря которой был сформулирован набор первоначальных понятий, выработана система основных принципов и законов. Однако в процессе создания парадигмы, экономическая наука столкнулась с весьма важной методологической проблемой: выступает ли человек в качестве функции экономики или сам представляет собой объект исследования? Классический экономический детерминизм фактически поставил экономического субъекта на один уровень с объектом в экономическом механизме. Естественно, что обозначенная позиция вряд ли позволяла говорить о данном субъекте с точки зрения его экономической активности и творческой деятельности. А из этого следовал явно неправомерный тезис о неизменном характере самих экономических законов. Подобные размышления, обусловленные в известной степени определенными успехами, достигнутыми в области естественнонаучных дисциплин, должны были бы определить в социально-экономических науках такую же степень доказательности. Но на деле эта ситуация приводила в основном к тому, что возникало противоречие между теорией и реальными фактами социально-экономической жизни. Кстати, именно благодаря этим противоречиям, стало формироваться антипозитивистское направление в социально-экономических науках, которое наиболее ярко представлено в феноменологических и герменевтических концепциях. Жесткий детерминизм в экономике сменился приоритетами уникальности, свободы выбора и в конечном итоге, приоритетами субъективного фактора в экономических процессах. Существенные коррективы претерпел и сам стиль мышления, в рамках которого экономическая действительность стала рассматриваться не столько как механизм, сколько как организм. Соответственно на первый план вышли динамические аспекты, в которых приоритетную роль стали играть процессы самоорганизации. В этом видится причина того, что в основе парадигмы экономической науки должен находиться принцип самоорганизации, позволяющий вполне адекватно описывать действия экономической системы, выделяя роль саморегулирования в достижении спонтанного порядка.

Эти процессы усилились еще и потому, что в современной экономике наметились тенденции, связанные с формированием новой стадии развития современного общества, которую уже принято называть «информационным обществом», то есть перехода от материального общества к обществу информационному, где практически во всех сферах общественно жизни материальная составляющая в структуре жизненных благ уступает первенство информационной. При этом следует заметить, что речь, конечно, не идет исключительно о технологической информации. Вопрос ставится более широко о сущности духовно-творческой информации, среди которой свое место занимает и экономическая.

Экономическая информация, естественно, играет решающую роль в сфере производства материальных благ, то есть там, где происходит сочетание экономических и технологических факторов. При этом, если речь заходит о трансляции информации, то на первое место выходит качество экономического обучения. Возможности же адаптации получаемой информации к конкретным фактам экономической действительности расширяют спектр трансляционных каналов, предполагая включение в них таких компонентов, как морально-этические, культурные, особенности менталитета и т.п. Для более полного понимания роли и места информации в современном обществе и связанных с ними процессами самоорганизации необходимо расширить спектр применяемых инструментов научного исследования.

Обращая внимание на основные характеристики информации с экономической точки зрения, очевидно, возникают трудности с однозначной фиксацией ее потребителя. Производителю же обычно заранее неизвестно, кто выступит пользователем созданной информации, и кому она будет передаваться. Далее, исходя из основных постулатов экономической теории, проблематично определить стоимость полученного объема и качества информации. Фактически, если рассматривать экономическую информацию с точки зрения рыночных отношений, то можно сказать: за нее платят столько, сколько она стоит. Кроме того, для экономической информации весьма характерна трудность в определении ее полезности, то есть в выявлении ее минимальной цены. Следующая особенность экономической информации может быть связана с механизмом ее старения по сравнению, например, с моральным износом основных фондов или со старением материальных потребительских благ. И, наконец, еще одна особенность экономической информации связана с проблемой определения своеобразных критериев, которые бы позволяли в потоке экономической информации выбирать ту, которая необходима в соответствующей ситуации.

В рамках данного подхода, формирование новой экономической парадигмы, несомненно, может опираться на ведущую роль информационной компоненты, причем сама эта компонента предстает ни как совокупность независимых информационных элементов, интегрированных рынком, а представляет собой некоторую информационную сеть, предполагающих наличие структурно-функциональных зависимостей.

Следующий момент связан с постулированием вариативности социально-экономического развития и, соответственно, выходом на проблему вариативности развития экономики, что связано с отходом от конструирования универсальных моделей в рамках современной экономической теории и переходом к вариативным моделям экономики. То есть, на уровне экономической действительности, признается существование различных экономических систем со своеобразными вариантами их эволюции, что связывается с характеристиками необязательности линейного прогресса.

И, наконец, немаловажным является то, что приоритет отдается не одномерному экономическому агенту, а человеку с современным экономическим мышлением, который в своем экономическом поведении руководствуется весьма различными критериями и который свободен от принципа экономического всеведения, так как обладает обычно ограниченной информацией. При подобных установках к исследованию процессов, происходящих на экономическом поле, актуализируется применение принципа методологического плюрализма для более полного понимания сути наблюдаемых изменений.

<< | >>
Источник: Петренко Т.В.. Трансформация экономической системы в контексте формирования новой экономической парадигмы. Монография. - Таганрог,2013. – 98 с.. 2013

Еще по теме 1.3. Социально-экономическое поле и парадигма экономической науки:

  1. 13.6. Дилеммы либерализма в социально-экономической сфере
  2. § 3. Социально - экономические предпосылки и факторы формирования сотовой связи.
  3. 4. ЭКОЛОГИЧЕСКИЙ ИМПЕРАТИВ В ОБЩЕЙ СТРУКТУРЕ УПРАВЛЕНИЯ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИМ РАЗВИТИЕМ
  4. Сегментирование по социально-экономическому признаку
  5. Приложение С Социально-экономические последствия уголовной политики государства В ОТНОШЕНИИ бизнеса (доклад Центра правовых и экономических исследований)
  6. Глобализация представляет собой новую форму социально-экономического паразитизма
  7. Теоретические подходы к определению парадигмы экономической науки
  8. 1.2. Эволюция парадигмы экономической науки в процессе общественного развития
  9. 1.3. Социально-экономическое поле и парадигма экономической науки
  10. 3.3. Определение особенностей экономической культуры российского общества в контексте его социально-экономического генотипа