Вопрос 14 Эскалация этнического конфликта, ее признаки. Противодействие эскалации.

само противоречие между группами, имеющими несовместимые цели в борьбе за ограниченные ресурсы (территорию, власть, престиж), оказывается лишь одной из стадий конфликта – той стадией, которую обычно называют объективной конфликтной ситуацией.

А имеющиеся социальные противоречия, хотя и играют решающую роль среди причин конфликтных действий, не связаны с ними напрямую: конфликтные действия возникают, если противоборствующие стороны осознали несовместимость своих интересов и имеют соответствующую мотивацию поведения. Иными словами, очень важна стадия осознания и эмоционального вызревания конфликта. Пережитые «исторические несправедливости» вызывают у низкостатусных групп этнического меньшинства желание восстановить справедливость, но это не обязательно приводит к возникновению мгновенной реакции. Чаще до начала конфликтного взаимодействия проходят многие годы, на протяжении которых этническая общность сплачивается вокруг идеи от­мщения.

Если объективная конфликтная ситуация осознана, даже случайные события из-за присущей межэтническим отношениям эмоциональности, а порой и иррациональности, могут привести к конфликтному взаимодействию как наиболее острой стадии конфликта.

На стадии конфликтного взаимодействия этнические конфликты имеют тенденцию к саморазрастанию или эскалации, которая означает, что стороны переходят от «легких» к «тяжелым» тактикам: от массовых действий ненасильственного характера (митингов, манифестаций, акций «гражданского неповиновения») к столкновениям, которые рано или поздно приводят к крови (между осетинами и ингушами в Пригородном районе Северной Осетии-Алании или между киргизами и узбеками в Ошской области Киргизии), и даже к военным конфликтам – этнополитическим войнам (армяно-азербайджанской, грузино-абхазской).

Психологи выделяют и еще одну стадию конфликта – его разрешение или урегулирование.

Эскалация (от лат. scala – лестница) – резкая интенсификация борьбы оппонентов. Ее признаки:

сужение когнитивной сферы в поведении и деятельности, переход к более примитивным способам отражения;

вытеснение адекватного восприятия другого образом врага, акцентуация отрицательных качеств (как реальных, так и иллюзорных). При этом тревожные сигналы, свидетельствующие о том, что "образ врага" доминирует следующие: недоверие (все, что исходит от врага, – либо плохо, либо, если это разумно, преследует нечестные цели); возложение вины на врага (враг ответственен за все возникшие проблемы и виноват во всем); негативное ожидание (все, что делает враг, он делает с единственной целью – нанести вам вред); отождествление со злом (враг воплощает противоположное тому, что вы есть и к чему стремитесь, он хочет уничтожить то, чем вы дорожите и поэтому должен быть сам уничтожен); представление "нулевой суммы" (все, что выгодно врагу вредит вам и наоборот); деиндивидуализация (всякий, кто принадлежит к данной группе, автоматически является врагом); отказ в сочувствии (вы не имеете ничего общего с вашим врагом, никакая информация не сможет побудить вас проявлять к нему гуманные чувства, руководствоваться этическими критериями по отношению к врагу опасно и неблагоразумно);

рост эмоционального напряжения (возникает как реакция на рост угрозы возможного ущерба; снижение управляемости противоположной стороной; невозможность реализовать свои интересы в желаемом объеме в короткое время; сопротивление оппонента);

переход от аргументов к претензиям и личным выпадам (конфликт начинается обычно с высказывания достаточно разумных аргументов, но аргументы сопровождаются яркой эмоциональной окраской; оппонент, как правило, реагирует не на аргумент, а на окраску; его ответ уже воспринимается не как контраргумент, а как оскорбление, угроза самооценке личности; конфликт смещается с рационального плана на уровень эмоций);

рост иерархического ранга нарушаемых и защищаемых интересов и их поляризация (более интенсивное действие затрагивает более важные интересы другой стороны, в связи с чем эскалация конфликта может рассматриваться как процесс углубления противоречий; при эскалации интересы конфликтующих как бы разводятся на два противоположных полюса);

применение насилия (как правило, агрессия связана с какой-либо внутренней компенсацией, возмещением ущерба; важно учитывать, что на этом этапе значение имеет не только реальная угроза, но иногда в значительной степени больше – угроза потенциальная);

потеря первоначального предмета разногласий;

расширение границ конфликта (генерализация) – переход к более глубоким противоречиям, увеличение потенциальных точек столкновения;

может иметь место увеличение числа участников.

Два первых этапа отражают развитие предконфликтной ситуации. Возрастает значимость собственных желаний и аргументов. Возникает страх, что будет утеряна почва для совместного решения проблемы. Растет психическая напряженность.

Существуют два типа эскалации конфликта:

«Генерализация» – потеря объекта конфликта за счет перехода к более глубоким противоречиям. В результате возникает множество разных точек столкновения. По сравнению с новой ситуацией первичный конфликт является несущественным.

«Укрупнение» противоборствующих сторон за счет привлечения все большего количества участников.

В ходе эскалации конфликта его участники активно стремятся привлечь на свою сторону этнически и конфессионально близкие им народы, финансовые и политические круги других государств, мировое общественное мнение, что ведет к интернационализации и «горизонтальной эскалации» конфликтов, придает им межрегиональный, а в некоторых случаях и глобальный характер. В результате этого межконфессиональные конфликты, независимо от присущей им региональной специфики, несут с собой крайне разрушительные последствия.

появление национально-патриотических и особенно национально-радикальных движений переводит этнонациональный конфликт из потенциальной в актуальную стадию и знаменует начало выработки четких и твердых притязаний и позиций в нем, находящих выражение в программных документах и декларациях этих движений.

Как правило, эта стадия, в случае дальнейшей эскалации конфликта, служит подготовкой к следующей стадии – конфликтных действий, становящихся в ходе нарастания остроты конфликта все более насильственными. По мере накопления жертв и потерь, конфликт на этой стадии делается все менее управляемым и цивилизованно разрешимым. Тем самым развитие этнонациональной конфронтации все больше подводит конфликт к черте, за которой может последовать национальная катастрофа, и потому жизненно необходимыми становятся меры по его скорейшему ослаблению и умиротворению, такие как посредничество, консультирование, переговорный процесс и т.п., нацеленные на достижение национального консенсуса или, по крайней мере, компромисса.

Результативность достижения последних, в особенности консенсуса, является показателем того, в какой мере приведены в действие демократические и гуманистические способы урегулирования и разрешения этнонациональных конфликтов, позволяющие нейтрализовать националистические установки и конфронтационные устремления их участников и помочь каждому из них перейти от жесткого или даже насильственного противодействия национальных общностей и их представителей к эффективному и согласованному взаимодействию с ними ради совместного удовлетворения коренных потребностей и интересов всех участников возникшей межэтнической коллизии. Развертывание этого процесса означает укоренение и закрепление общедемократического принципа приоритетности и неотъемлемости прав и свобод каждого человека в специфической сфере межнациональных отношений.

На практике любой этнонациональный конфликт имеет стадиальную динамику развития (поэтапное возрастание степени напряженности), которая, например, может развиваться по следующему сценарию.

В период зарождения конфликтной ситуации выдвигаются требования повышения роли языка коренного населения регио­на, национальные движения обращаются к традициям, обычаям, народной культуре, к этнонациональной символике, которые в своей совокупности противопоставляются аналогичным явлени­ям “чуждой” культуры. Эту стадию называют ценностно-символической.

Далее созревание конфликтной ситуации характеризуется стремлением перераспределить властные полномочия в пользу одной этнической группы за счет других групп, изменить этниче­скую иерархию, повысить этнический статус коренных жителей и т.п. На этой статусной стадии конфликта этничность находит свое выражение в форме этнонациональных интересов и стано­вится для местной элиты инструментом давления на центральную власть с целью реорганизации существующего этнополитического пространства в свою пользу.

И, наконец, следующая стадия может довести развитие конфлик­та до выдвижения либо территориальных притязаний в рамках данного этнологического государства, либо притязаний на созда­ние новой этнонациональной государственности, на изменение территориальных границ существующего политического простран­ства.

Действия по нейтрализации конфронтационных устремлений участников этнонациональных конфликтов укладываются в рамки некоторых общих правил, выведенных конфликтологами из имеющегося опыта разрешения таких конфликтов. В их числе:

легитимация конфликта (официальное признание существующими властными структурами и конфликтующими сторонами наличия самой проблемы, нуждающейся в обсуждении и разрешении);

институциализация конфликта (выработка признаваемых обеими сторонами правил, норм, регламента цивилизованного конфликтного поведения);

целесообразность перевода конфликта в юридическую плоскость;

введение института посредничества при организации переговорного процесса;

информационное обеспечение урегулирования конфликта (т.е. открытость, “прозрачность” переговоров, доступность и объективность информации о ходе развития конфликта для всех заинтересованных граждан).

Как уже было отмечено, в целом воз­никновение любого этнонационального конфликта обусловлено существо­ванием той или иной формы неравенства этносов. Поэтому урегу­лирование этнонациональных конфликтов требует нахождения нового, компромиссного и приемлемого для всех конфликтующих сторон баланса взаимно удовлетворяющих их интересов. По мнению конфликтологов, для достижения этого баланса необходимо выполнение трех обязательных условий.

Во-первых, каждая из сторон конфликта должна признать на­личие конфликтной ситуации. Тем самым за каждой стороной конфликта признается право на существование, но это совсем не означает признания справедливости их требований и притязаний. Урегулирование конфликта невозможно и бесполезно, если одна из сторон заявляет, что ее оппонент не имеет права на существо­вание, а его позиция лишена всяких оснований.

Во-вторых, обязательным условием в урегулировании кон­фликта является степень организованности сторон: чем лучше они организованы, тем легче достигнуть договоренности и добиться исполнения условий договора. И напротив, диффузный характер интересов, их расплывчатость существенно затрудняют разреше­ние конфликтной ситуации.

В-третьих, конфликтующие стороны должны принять твердо установленные правила игры, при соблюдении которых только и возможен переговорный процесс. Эти правила должны предоставлять равенство возможностей каждой из сторон обеспечивать некоторый баланс в их взаимоотношениях.

из четырех вариантов разрешения этнонациональных конфликтов самый трудный, но и самый оптимальный – путь ре­ального решения проблем и достижения компромисса. Наименее вероятен вариант саморассасывания конфликта. Наиболее катаст­рофично “естественное” развитие событий. Очевидно, что прак­тически приемлемым является способ нейтрализации конфликтов.