V

Когда мы о той или иной вещи говорим, что она невозможна, это не значит ничего иного, кроме того, что мы, как люди, не можем этого сделать, что это сверх наших сил, что это более нежели трудное, ибо в Целом нет ничего невозможного в себе, а есть только более и менее возможное. Бывают, конечно, вещи, на наш взгляд выходящие совершенно за пределы возможного, но это зависит от метафизического расстояния между крайним менее и крайним более, расстояния постепенного, но не того, какое представляют себе в системе градации между существами.

Раз нельзя о какой-либо вещи сказать, что она немыслима, о ней нельзя в строгом смысле сказать и того, что она выходит за пределы возможного; ничто не немыслимо, кроме того, что противоречило бы устанавливаемой мною истине, однако немысли- мость эта, какие бы печальные последствия для нравов она ни имела, может существовать лишь на словах.

Если человек не может всего того, что он хочет и что он способен хотеть, то это объясняется тем, что он всегда видит возможное за пределами лично для него возможного и что он, как существо метафизическое, всегда стремится за пределы возможного, которыми его ограничивает его физическое существование. В силу этого стремления он, как и всякое другое частное существо, пытается все свести к самому себе, быть средоточием всего, быть Целым, и из-за этого стремления о нем в религиозной системе, основанной ffa этом стремлении, и говорится, что желания его божественные, а возможности — человеческие п*.