IX

По природе вещей мы — составное из физического добра и зла, но лишь по нашей природе или, вернее говоря, по природе нашего лживого общественного состояния мы — составное из морального добра и зла. Метафизическое добро и зло — результат не морального добра и зла, а добра и зла физического, которое является содержащим, между тем как первое является содержимым. Таким образохм, когда я говорю о Целом, что оно добро и зло, не следует понимать это в смысле моральном (это значило бы понимать его в смысле метаморальном — термин этот никогда не существовал, и вполне основательно), а в смысле метафизическом.

Безрассудство, побудившее нас создать бога и дьявола по нашему моральному подобию, заставило нас сделать из них, не ведая того, существа мет аморальные, то есть существа превосходные в добре и зле моральном, тогда как они таковы в добре и зле физическом. Ибо в действительности они, как я уже говорил, лишь физическое более и менее, лишь метафизическое более и менее. Но повторяю еще раз, в какой же мере это метафизическое более и менее искажено названиями «бог» и «дьявол» вследствие связанной с этими словами идеи метаморальной, точно они означают двух людей — одного предельно доброго, а другого предельно злого.

Высшее моральное благо и предельное моральное зло могут существовать только морально, только во всей моральной строгости; первое из них означало бы истинные нравы, второе — это наши нравы.