<<
>>

8.2. Г.Гегель.

По Канту, стало быть, наличное существование (Dasein) есть существование предмета познания в опыте. Бытие присутствует в опыте познания. Но присутствует оно тут двояко: как бытие-знание, бытие-идея (идея разума) и как бытие-незнание (вещь в себе).

Идея бытия-знания коренится в идее самого разума как разума познающего и призвана дать завершающее (онтологическое) единство логической системе опытного рассудка. “Идея” бытия-незнания либо наводит на мысль о возможности изначально иной идеи самого (чистого) разума (идею разума иной архитектоники, иной логики), либо отводит мысль от идеи логически (архитектонически разумно) определенного бытия вообще.

Но классический немецкий идеализм строит трансцендентальную метафизику (онтологию) совершенно неожиданным для Канта образом. Он

517

доводит идею бытия-знания до предела, утверждая в бытийном средоточии вещей (в их “в себе”) бесконечное в себе бытие (свободу) мыслящего духа. Диалектический спор разума с самим собой, понятый Кантом, как необходимая самокритика (дисциплина) разума в его метафизических умозаключениях, истолковывается как бесконечное критическое и синтетическое (по отношению к абстрактным — рассудочным — антиномическим противополаганиям) самопознание субъекта в его чистой субъектности, т.е. — свободе. Именно такого (фихтевского) субъекта имея в виду, Гегель и сформулировал в программном Предисловии к «Феноменологии духа» основной замысел своей философии: «На мой взгляд, который должен быть оправдан только изложением самой системы, все дело в том, чтобы понять и выразить истинное не как субстанцию только, но равным образом и как субъект»744 В результате соотношение между тематическими для нас понятиями Dasein и Sein радикально меняется.

Понятие Dasein у Гегеля и Г.Г. Шпет в переводе «Феноменологии духа» и Б.Г. Столпнер в переводе «Логики» передают по-русски одинаково: “наличное бытие”.

Хотя в «Феноменологии» Dasein не имеет терминологического характера, тогда как в «Логике» это вполне определенная категория, перевод в обоих случаях вполне передает суть дела, но суть эта в «Феноменологии» иная, чем в «Логике». То, как философия Гегеля развернута в «Феноменологии», ближе к темам Хайдеггера745, и гегелевское понятие определенной формы сознания как явления или наличного бытия (Dasein) духа может быть вполне осмысленно сопоставлено с Хайдеггеровским Dasein.

Первоначально Гегель называет «Феноменологию» наукой об опыте сознания, и начинает «Введение» прямой полемикой с Кантом в его понимании опыта. Простейшим образом критику эту можно резюмировать так. Опыт, то средостение, в котором субъект прямо встречается с объектом, свидетельствует не о разделяющей их пропасти, а, напротив, есть прямое открытие их внутренней соприсущности, тайного тождества, — это путь к распознаванию себя в средоточии другого: “внешний” сознанию “предмет” открывает на опыте, что его “в себе” и есть то, что, казалось, субстанциально ему противостоит — “субъект”, сознание же, сознававшее

744 Гегель Г. Система наук. Часть первая. Феноменология духа. Цит по изд.: Гегель Г. Сочинения.

Т.IV. М. 1959. С.9.

745 Не случайно в работе с Гегелем Хайдеггер сосредоточил внимание прежде всего на

«Феноменологии духа». См. лекции 1930/31 гг. «Hegels Phenomenologie des Geistes» (Heidegger M.

Gesamtausgabe. II. Abt. Bd. 32. V.Klostermsnn. Frankfurt am Main. 1988) и 1942г. «Erlauterung der

“Einleitung” zu Hegels “Phenomenologie des Geistes” (GA. Abt. III. Bd. 68. 1993). Результатом этих

лекций, а также семинаров и докладов на ту же тему в 1942/43гг. стала работа «Гегелевское понятие

опыта», опубликованная в кн.: Heidegger M. Holzwege. V.Klostermann. Frankfurt am Main. 1963. S.105-

192.

518

себя отличным от сознаваемого, на опыте не только познает предмет, но и само себя, изменяется и, изменившись, открывает для сознания иное бытие, иной смысл предметности и иной смысл познавательного отношения к ней.

Так, мы можем, например, говорить о первом — наивно наблюдающем сознании, которое, наталкиваясь в опыте наблюдения на самого себя, преобразуется во второе — критическое (заметившее свое самостоятельное бытие, приобретшее самосознание) сознание; это последнее в опыте познания преобразуется в третью форму, в которой познающее сознание — в своем отличии от познаваемого предмета — снимается в конкретном тождестве смосознающего духа, где бытие мысли оказывается самим бытием, открывшимся как мысль. Тогда тот опыт (кантовский), в котором сознание различает бытие предмета для себя (для сознания) и его бытие в себе, есть лишь определенная ступень в самопознании духа, форма сознания (Bewu?tsein), — явление, наличное бытие (Dasein) мыслящего духа, который — не узнавая самого себя (будучи вещью в себе для самого себя) на своем пути к самому себе (к чистому самосознанию и самопознанию) — имеет место (ist da) в качестве обособленного (трансцендентального) субъекта вместе (наряду) с миром вещей, столь же неузнаваемым им (ушедшим в себя). Но мыслящая воля, осуществляющаяся в опыте — как опыте о самом себе (о своем бытии746) — на этом опыте, на деле покажет: «что было в себе, то станет для нас, станет нашей производительной силой», как говорили гегельянцы-марксисты.

Опыт, иными словами, не есть средство, с помощью которого человек, исходя из своего обособленного (субъективного) бытия, извлекает кое-что для себя из бытия вещей, остающегося также обособленным в них. В неприступном “в себе” вещей сознание просто не распознает свое собственное “в себе”, а именно мыслящий дух. В опыте предмет не просто отвечает на вопросы познающего духа, который испытывает его, пытливо изменяя его наличное бытие (Dasein); соответственно, и познающий дух не просто изменяет свое наличное (субъективное) бытие, испытывая себя на способность к объективному (сверхличному) суждению. Нет, это само- и взаимоиспытывающее становление на пути друг к другу (или к самим себе) и есть само бытие — или — само мышление.

“Вещь” в своем бытии подобна мысли, которая образует соответствующее бытие “понятия”. «В этой природе того, что есть: быть в своем бытии своим понятием — и состоит вообще логическая

746 Подготавливая почву к дальнейшему разговору с Хайдеггером, можно было бы сказать: в бытии сознания дело идет о самом этом бытии, — т.е. о мышлении, имеющем место (da-seiende) в качестве этого сознания. Опыт сознания — сюжет «Феноменологии» — и есть это дело о бытии.

519

необходимость...»747.

Что значит для сущего быть мыслью?

Быть растением — воспользуемся этим классическим гегельянским примером, — значит расти, т.е. являться (присутствовать, иметь место) последовательно в качестве (в существовании, в наличном бытии) ростка, стебля, цветка (быть цветком значит цвести), плода (быть плодом значит плодить).., и только этот рост (не семя, не генетический код, не вид, не набор таксономических признаков и не просто описуемая последовательность стадий) и есть бытие растения в качестве растения. Так растение своим бытием приводит в движение собственные “абстрактные”, отвлеченные (как бы отвлекающиеся от бытия растением и увлекающиеся собственным бытием в качестве ростка, листа, цветка...) моменты, каждый раз претендовавшие быть выражением самого бытия, всего бытия, — своим бытием растение опровергает каждое ложное Dasein, до(по)казывает себя, определяет себя, само абстрагирует себя в бытии мира (видимо, в качестве ложного Dasein самого бытия?), — и в этом смысле оно есть сущее (особое) понятие, мыслимое (=существующее) неким общим мышлением (сущим духом)748.

Стало быть, одна и та же логика мысли сказывается у Гегеля в двух основных сферах (как бы зеркально отражающих друг друга): как онтологика, объективная логика, или логика сущего, существование которого есть осуществление своего бытия (= понятия)749 , и субъективная логика, которая принимала разный вид: или логики субъективного духа, в его образовании объективным, или историо-логики, т.е. логики исторического самопознания.

Значение «Феноменологии духа» в том, что обе стороны тут рассматриваются во взаимоопределении, сопряженно.

Гегель ведет здесь речь не о логике, не о бытии мышления и не о мышлении как бытии, а о том, что значит быть человеком, то есть быть в качестве мыслящего духа. Быть человеком в этом качестве значит образовываться (sich bilden), становиться собой, узнавая себя на деле, в живом опыте исторического бытия в мире. История человечества как опыт о бытии, как развивающееся раскрытие бытия вместе с узнаванием на том же опыте самого себя, человека, — таков гегелевский смысл Dasein.

747 Гегель Г. Феноменология духа. С.30.

748 Я умышленно повернул этот пример так, чтобы заметить: даже в трактовке Гегеля видно, что

бытие напряжено двумя противоборствующими устремлениями, а именно, — быть, значит

самоопределяться, определять себя в особом качестве — и — быть, значит снимать это

определение именно как особое (т.е. обособленное, абстрактное). И это-то напряжение содержит

гегелевское Dasein.

749 Эта сфера истолковывалась натурфилософски.

520

Всегда уже будучи определенным пониманием бытия, сознание на опыте бытия узнает ложность (абстрактность) своего понимания. Это знание внутренне изменяет сознание, а это значит — меняется и мир сознания, смысл бытийности сущего (предметности предмета, как говорит Гегель). «Это диалектическое движение, совершаемое сознанием в самом себе как в отношении своего знания, так и в отношении своего предмета — поскольку для него возникает из этого новый истинный предмет, есть, собственно говоря, то, что называется опытом»750. Так понятый опыт и есть событие бытия: самопознание — вместе с познанием мира и внутри этого познания — в опыте исторического бытия (это слово здесь впервые получает характерную двусмысленность: человек в совершающемся бытии и бытие в определенности человеческого бытия). Историческое бытие-становление-развитие-образование каждый раз (jeweilig, как сказал бы здесь Хайдеггер), однако, есть бытие также и потому (и в том смысле), что временит (verweilt), находит определенную, особую, «индивидуальную, цельную»751 форму устойчивого существования (des Daseins) и надолго задерживается в этой эпохе.

Дух образуется, проходя (проживая, изживая752) такие устойчивые образования, эпохи или исторические миры, так что целое каждый раз присутствует в их своеобразной определенности. Этим историческим мирам-эпохам соответствует определенное историческое сознанию и самосознание человека. Сознание, — перед лицом Бытия мыслящего духа всегда ложное, — характеризует как раз историческое бытиё человека — das Dasein. Образом таких исторических “бытий” Гегелю служат известные нравственные (можно было бы сказать, экзистенциальные) характеры: стоик, скептик, прекрасная душа, несчастное сознание, религиозный человек, мастер, художник, мыслитель...), которые занимают разные места на лестнице образования мыслящего духа (на его пути к абсолютному знанию и чистому самопознанию). При этом все, что захватывало некогда человека целиком, было целостным самоопределением его бытия, остается неприметной чертой, оттенком в (бесконечном) богатстве образованного самосознании. За этими экзистенциальными типами еще не проглядывает историческое Dasein определенного философского мира, культурной эпохи мысли и соответствующего этой мысли — и ее миру — сознания. Чтобы представить своеобразную фундаментальную (т.е. базирующуюся на аналитике мыслящего Dasein, — или на анлитике исторического сознания в горизонте мышления) онтологию Гегеля в полноте кроющихся в ней возможностей, следовало бы вернуться в план «Феноменологии» вместе с «Историей философии» и «Логикой». Здесь же я вынужден ограничиться только

750 Гегель Г. Феноменология духа. С. 48.

751 Гегель Г. Феноменология духа. С.15.

752 У философии жизни есть родственные связи с гегельянством.

521

примером (притом весьма запутанным примером). Дело в том, что мы встречаемся у Гегеля и с другим (чем в «Феноменологии») значением понятия Dasein.

В «Логике» Dasein рассматривается исключительно как категория мышления вообще и занимает строго определенное место в ряду абстрактных определений бытия. Выше я уже воспользовался этим категориальным значением: наличное бытие в смысле простой качественной определенности, чистой качественности. Речь идет не о качествах сущего, а о самом бытии как качестве, о бытии чего-либо в качестве себя, о качествовании, как говорили некогда русские философы. Бытие в этом смысле уже не пустое понятие. Бытие как самоотличение от ничто (становление) стало определенностью нечто.

То. что есть, прежде всего есть в том смысле, что не не есть, есть не ничто. Но оно не ничто также и в том смысле, что отличает себя от другого (определенного ничто, его ничто), обособляет, определяет себя в качестве себя, есть что-то определенное. «Оно есть не голое бытие, а наличное бытие; взятое этимологически, Dasein означает бытие в известном месте; но представление о пространстве здесь неприложимо <...> Определенность наличного бытия как таковая есть положенная определенность, на что указывает также и выражение “наличное бытие” (Dasein)»753. Качество это то, как само бытие имеет место (ist da). Оно имеет место в качестве простой определенности, в качестве разных “нечто”. Определенность “нечто” в качестве самого себя и есть бытие в качестве этого “нечто”. Бытие есть “тут” (положено, говорит Гегель), поскольку оно определилось как нечто: не мы определяем его, его собственное бытие и состоит в том, чтобы быть в качестве - звезды, камня, лошади, человека... Быть для каждого сущего самим собой и значит быть в качестве себя. Определяться среди другого, других, в системе мира. Система сущего как система таких реальных взаимо-определений и есть мир (строй, космос). Но эта же система есть также и ум, знающий, как, где чему лучше быть.

«Наличное бытие (Dasein), - пишет Гегель в (заметим!) «Феноменологии духа», — есть качество, сама с собой равная определенность или определенная простота, определенная мысль; это — смысл (Verstand) наличного бытия. Тем самым оно есть «нус» (vovS), в качестве которого Анаксагор впервые признал сущность. После него природа наличного бытия понималась определеннее как “эйдос” или “идея” (dSos, t'Se'a), т.е. как определенная всеобщность, вид. <...> Именно потому, что наличное бытие определено как вид, оно есть простая мысль;

Гегель Г. Наука логики. Цит. по изд.: Гегель Г.Сочинения. Т.V. С.101-102.

522

“нус”, простота, есть субстанция»754. Мы, конечно, распознаем в этом описании (приведенном Гегелем как пример) черты и понятия, характерные для античной философии. Сопоставляя круг категорий бытия с тем, как воспроизводится греческая философия в «Лекциях по истории философии», мы замечаем, что категория Dasein как определенность понятия бытия, — а именно, бытия в смысле качественной определенности, — характеризует не просто момент в развертывании категориальной системы мышления как такового, но фокус, центральное понятие целостной философии, целостной онтологии, отвечающей особой исторической эпохе, особой форме присутствия (историческое Dasein) всеобщего духа: греческому сознанию.

Только указав на все эти возможности, мы, пожалуй, охватили в общих чертах многомерность того, что можно было бы назвать (заранее имея в виду, соответствующий оборот у Хайдеггера) истолкованием греческого бытия (des Daseins) у Гегеля755.

Итак, речь у Гегеля идет о бытии (мышлении), проходящем — в разных смыслах и планах — через частные моменты своего определенного наличествования. Можно сказать, что Гегель — на свой лад, т.е. в понимании бытия как бытия-мышления — делает основной темой философии онтологическое различие756, внутренний конфликт, порождаемый различием сущего и бытия сущего (у Гегеля — понятия и мыслящего его духа). В определении мысли и Гегель говорит о фундаментальном противоречии между бытием сущего и сущим, которое есть этим бытием, т.е. одновременно — и вот-это (без вот-этого, определенного, наличного нет никакого бытия) и не-вот-это (бытие ведь всеобще). Бытие сущего есть осуществление на деле этого противоречия: сущее, если оно есть (существует), есть не это (не только это) наличное, а и бытие, само бытие, вообще бытие, снимающее свою вот-эту моментальную наличность в бытии. Снимающее, следовательно, и само различие сущего и бытия в чистой негативности бытия (всякое Dasein есть ложное Dasein). Быть для сущего значит полагать свое бытие как не то, в чем оно на данный момент обналичено. Быть значит становиться, переходить в другое, соотноситься с другим, развиваться. Бытие и есть эта чистая продуктивная, исполняющаяся в полноте проживаемых моментов негативность существования757. В этом смысле бытие есть дух,

754 Гегель Г. Феноменология духа. С.30.

755 Только теперь мы можем быть готовы к тому, скажем, чтобы несколько по-иному, чем Хайдеггер,

продумать тему «Гегель и греки». Рус. пер. одноименной работы Хайдеггера см. в изд.: Хайдеггер М.

Время и бытие. М. 1993. С.384-390.

756 См. Heidegger M. Identitat und Differenz. G.Neske. Pfullingen. 1957.

757 См.об этой негативности лекции Хайдеггера 1938/39, 1941 годов: Hegel. 1. Die Negativitat. Eine

Auseinandersetzung mit Hegel aus dem Ansatz in der Negativitat. См.: Heidegger M. GA. III. Abt. Bd. 68.

1983.

523

осуществляющий конкретное единство своих моментов. Бытие как этот конкретный, знающий себя во всей своей истории дух, есть действительность — тождество бытия и наличного бытия, или, собственно, Da-Sein.

Я нарочито изложил здесь гегелевскую диалектику в таком онтологическом ключе, чтобы сразу же заметить где и как с ней может перекликаться и размежевываться онтология Хайдеггера. Разумеется, действительность или сущее бытие есть у Гегеля действительность и бытие мыслящего себя мышления или абсолютного знания. Но мышления, понятого вполне онтологично. Ведь само различение (1) бытия мысли и (2) бытия мыслимых (познаваемых) вещей есть для Гегеля недо-разумение разума, не уразумевшего, что действительность бытия есть сущая мысль, дух.

<< | >>
Источник: А.В. Ахутин. Поворотные времена (Статьи и наброски) 2003. 2003

Еще по теме 8.2. Г.Гегель.:

  1. 2.3. Гегель и марксизм о гражданском обществе
  2. Абсолютный идеализм Г. Гегеля.
  3. Учение В. Гегеля
  4. ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ И. КАНТА и В. ГЕГЕЛЯ
  5. ГЕОРГ ВИЛЬГЕЛЬМ ФРИДРИХ ГЕГЕЛЬ
  6. Г.В.Ф. ГЕГЕЛЬ О преподавании философии в университетах
  7. Г.В.Ф. ГЕГЕЛЬО преподавании философии в гимназиях
  8. 5. Философия Гегеля
  9. Оценка Фейербахом философии Гегеля.
  10. 21. Гегель и метафизические основания этики
  11.   Г. В. Ф.Гегель  
  12.   ПРАКТИЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ ГЕГЕЛЯ  
  13. Практическая философия Гегеля  
  14.   Практическая философия Гегеля