<<
>>

  9. О том, что видепие бога всеобще              32 и вместе частно, п каков путь к видению бога  

Ты, господи, смотришь сразу иа всех и па каждого, как показывает п этот твой нарисованный образ, и дивно мне понимать, что в твоей видящей силе всеобщее совпадает с частным. Но я замечаю, что мое воображение не вмещает возможности этого только потому, что я пытаюсь позпать твое видение, судя по своей видящей силе: твоя по привязана к чувственному органу, как моя, и мои суждепия оказываются ошибочными.
Твой взор, господи, есть твоя сущность. Думая о человечности, которая проста и едина во всех людях, я нахожу ее и во всех, и в каждом человеке. Хотя в самой по себе в ней пет ни восточности, пи западиости, ни южности, ни северности, однако в восточных людях опа иа востоке, в западных — на западе7; и точно так же хотя к сущпости человека не принадлежит ни двнжепие, пи покой, однако она движется вместе с движущимися людьми, покоится с покоящимися и стоит со стоящими вместе и сразу в один и тот же миг, ведь человечность пе оставляет человека, все равно, движется ли оп, пе движется, спит или покоится. Если природа человечности, конкретно огра- « пичениая и не существующая вне людей, такова, что присутствует в одном человеке не меньше, чем в другом, и в каждом присутствует в такой полноте, как если бы пи в ком другом ее уже не было, то намного выше сама человечность, не ограниченная пределами вида8, прообраз и идея этой конкретно ограниченной человеческой природы, форма и истина ее конкретной формы. Как форма, дающая бытие самой природе формы, она всегда присутствует в человечности индивидов; без нее не может быть формы [человеческого] вида, раз она сама по себе бытия пе имеет: она — от той, которая существует сама по себе и раньше которой уже нет никакой другой. Но эта форма, дающая бытие видам, есть абсолютная форма; и ты, боже, есть эта форма, потому что ты образовал пебо, и землю, и

Вселепііую. Когда я гляжу на конкретную человечность, а через нее — па абсолютную, то есть в конкретном внжу абсолютное как причину в следствии, истину и прообраз в изображении, ты, боже мой, предстаешь мпе прообразом всех людей и самим по себе, то есть абсолютным, человеком.

Опять же, когда я сходным образом обращаюсь к форме форм, пребывающей во всех видах, ты спова предстаешь мне как их идея и прообраз; причем, будучи абсолютным и простейшим прообразом, ты не составлен из многих прообразов, а остаешься единым простейшим прообразом, в своей бесконечности образующим все и каждое, что только может быть образовано пстиипейшим и простейшим прообразом всего.

Ты — сущность сущностей, дающая конкретным сущностям быть тем, что они суть. Вне тебя, господи, 35 не может быть ничего. И если твоя сущность пронизывает все, то, значит, твой взор — тоже, поскольку он тождествеп твоей сущности. Как ничто из существующего не может уйти от своего собственного бытия, так ничто не может уйти от твоей сущности, дающей сущностное бытие всему, и от твоего взора; ты, господи, сразу видишь и все вместе, и каждое в отдельности, и со всем движущимся движешься, и со стоящим стоишь, а поскольку бывает, что движение одного происходит при покое другого, то ты вместе и стоишь и движешься, и идешь и покоишься — ведь даже в ограниченных вещах движепие иногда бывает одновременно с покоем. И ничего не может быть вне тебя, ни движения нет вне тебя, ни покоя. Во всем и в каждом ты присутствуешь всецело, вместе и сразу, но все равно ты и не движешься, и не покоишься, потому что в своей абсолютной свободе возвышаешься пад всем, что можно помыслить и назвать. Поэтому ты и стоишь, и идешь и ни стоишь, ни идешь, все вместе9. Это мпе показывает нарисованное лицо: я движусь — его взгляд кажется движущимся, не оставляя меня; я движусь, а кто-то другой, глядя па него, стоит — все равно взгляд пе оставляет и его, останавливаясь вместе со стоящим. Разве что, правда, абсолютному лицу, свободному от всех подобных соотношений, нельзя в собственном смысле приписывать стояние и движение, потому что в своей простейшей и абсолютнейшей бесконечности оно поднимается над

всяким стоянием и движением. Лишь по сю сторону бесконечности есть движение и покой, их противоположность и вообще все, что можно выразить или представить.

Снова я убеждаюсь, что надо вступить в область зс мрака, признать не вмещаемое никаким рассудком совпадение противоположностей и искать истину там, где встает перед глазами невозможность.

Над этим, над всякой высотой интеллектуального восхождения, в конце пути, ведущего к тому, что никакому разуму неведомо и что всякий разум сочтет максимально далеким от истины,— там ты, бог мой. Ты — абсолютная необходимость, и чем более темной и невозможной я вижу ту непроглядную невозможность, тем истиннее сияет необходимость, тем откровеннее и ближе ее присутствие. Тогда я благодарю тебя, бога моего, за 37 ясность, с какой вижу, что к тебе нельзя подняться пикаким другим путем, кроме того, который всем людям, даже ученейшим философам, кажется совершенно непроходимым и невозможным: ты показал мне, что тебя можно увидеть только там, где на пути встает преградой невозможность. И ты, господи, питание зрелых 10, дал мне мужество усилием преодолеть самого себя, поскольку невозможность совпадает в тебе с необходимостью. Так я увидел, что место, где ты обретаешься без покровов, опоясано совпадением противоположностей. Это степа рая, в котором ты обитаешь; дверь туда стережет высочайший дух разума, который пе даст войти, пока не одолеешь его. Тебя можно видеть только по ту сторону совпадения противоположностей, пи в коем случае пе здесь.

Но если в твоем взоре, господи, невозможность есть необходимость, то нет ничего, что твой взор пе мог бы видеть!

<< | >>
Источник: Николай Кузанский. Сочинения в 2-х томах. Т. 2 — М.: Мысль,1979. — 488 c.. 1979

Еще по теме   9. О том, что видепие бога всеобще              32 и вместе частно, п каков путь к видению бога  :

  1.   Он дикарей, что по горным лесам в одиночку скитались, Слил в единый народ и законы им дал...18  
  2.   9. О том, что видепие бога всеобще              32 и вместе частно, п каков путь к видению бога