<<
>>

1.1. Понятие теонима, теонимии, теонимики. Предмет теонимики

Теонимы обычно трактуются как «собственные имена божеств». Как правило, собственные имена имеют значение, которое исчерпывается номинативной функцией, их соотношением с называемой вещью или классом вещей.

Однако, употребляя в устной и письменной речи слова Бог, Аврора, Аполлон, Амур, Венера и др., мы сталкиваемся с проблемой, когда подобные «собственные имена божеств» выходят за пределы пространства, очерченного только номинативной функцией. Иначе говоря, слово не столько равно концепту, сколько активизирует в сознании представление о нем (концепте) как ментально-психонетическом комплексе, т.е. внутреннем программировании наименований (когнитологический подход). Такой подход является важным для рассмотрения ментального обоснования номинации, выделения психолингвистических оснований модели порождения номинативной единицы.

В конечном итоге вырисовывается глобальная цель когнитивной ономасиологии – «исследование номинативно-семиотического аспекта языка в ракурсе его внутри- и внелингвистических детерминант, анализ различных «следов» человеческого опыта, когниции, чувствований, интуиции, бессознательного в языковых знаках « [Селиванова, 2000]. Возникает типичная для лексики ситуация, когда между мыслимым предметом или существом и языковой единицей возникает определенная отражательная связь, которая закрепляется как в практике речевого общения, так и в письменных текстах разных стилей.

Бог – это не просто собственное имя бога в монотеистической религии, но и название, применяемое в политеизме для обозначения целого класса сверхъестественных существ, имеющих верховную власть над частью мирового целого [НСИСВ, 2002, С.137].

Аврора – не просто имя богини, но имя, принадлежащее богине утренней зари. По существу имя Аврора вбирает два дифференциальных компонента: утренняя и заря, - формирующие предметно-понятийное, или лексическое, значение слова Аврора.

Необходимо отметить, что в свое время проблеме соотношения собственных и нарицательных имен была посвящена диссертация Н.И.Зубова [Зубов 1982], где классы именований объяснялись их соответствием представлениям о различных классах самих божеств, духов: Перун, Мокошь, Хорс были отнесены к именам собственным в соответствии с критерием единичности. Русалки, берегини, рожаницы – классы существ, «коллективных по самой природе представлений о них» [Зубов, 1982, С.106] и, следовательно, эти имена нарицательные.

На наш взгляд, при таком подходе произошло смешение понятия единичного/множественного с категорией собственного/нари-цательного. (Ср.: Солнце в представлении человека тоже обладает категорией единичности, однако мы не воспринимаем это слово как имя собственное. С другой стороны, в астрономии названия планет, звезд, светил приобретают особый статус и пишутся с большой буквы).

Примечательно то, что Н.И.Зубов считает «разграничение собственного и нарицательного в именованиях» подобного типа «довольно трудной теоретической задачей» [Зубов, 1982, С.103-104]. В конечном счете, он склоняется к тому, что статус именований подвижен, поэтому именования, включенные в разные локальные подсистемы, могут оказаться или собственными, или нарицательными.

Взаимосвязь именования и подсистемы, несомненно, является важным критерием, но мы в своем исследовании исходим из представления о том, закрепляется ли за словом предметно-понятийное или лексическое значение или не закрепляется.

Проанализировав имена божеств, мы пришли к выводу о том, что каждое имя обладает лексическим значением: оно не просто обозначает предмет, но является «специфическим языковым отражением предмета» [Белошапкова,1989, С.173]. Отражая предмет, имя дает его краткую характеристику.

Таким образом, взяв за точку отсчета не номинативную функцию, а лексическое значение теонима, мы должны решить, как в «собственном имени божества» представлены различные виды лексического значения: 1) сигнификативное; 2) структурное; 3) эмотивное; 4) денотативное. Несомненно, все теонимы обладают денотативным значением, характеризующим связь лексической единицы с обозначаемым объектом – в данном случае - образом предмета или существа. Имена собственные «гипертрофировано номинативны» [Реформатский, 1967, С.60], а следовательно, собственно лингвистические факторы играют в их функционировании не меньшую роль, чем экстралингвистические.

Так, теоним Венера, наряду с обозначением имени богини, обладает следующим предметно-понятийным значением: «Венера [лат. Venus (Veneris)] в римской мифологии первоначально богиня весны, садов, плодов была отождествлена с Афродитой (матерью прародителя римлян Энея) и стала богиней любовной страсти и красоты, матерью Амура; ее погибающим и воскресающим любовником был Адонис» [НСИСВ,2002, С.168].

Таким образом, мы можем ответить на вопрос, который уместен при рассмотрении денотативного значения: «Что обозначает слово?»

В контексте могут актуализироваться различные значения теонима: от основных, первичных, главных до вторичных, частных, контекстуальных, в зависимости от «денотативной ориентации» теонимической единицы: 1) Богиня в античной мифологии и некоторых восточных религиях - божество женского пола. (В данном контексте активизируется первичное, основное, значение); 2) Мои богини! Что вы! Где вы! [П., I, XIX]. Здесь актуализировано вторичное значение: переносн.: Об обожаемой, любимой женщине [ЛТРЯ, 1994, С.70].

В результате денотативных значений теонимов в русском языке происходит расширение референтных связей слова, что приводит к перестройке лексического значения.

Так, в новейшем словаре иностранных слов, наряду с первичным, основным значением, даются вторичные: Аполлон ; 2) красавец; 3) малая планета диаметром около 1 км; 4) бабочка семейства парусников [НСИСВ, 2002, С.72].

Следует отметить, что в истории развития теонимики по-разному рассматривалось значение теонимов. Например, Черепанова О.А., характеризуя теонимы, писала, что «наиболее приемлемым представляется термин «имена с нулевым денотатом» [Черепанова, 1983, С.54].

Мысль о том, что «денотата в действительности нет», представляется нам не совсем точной. В качестве возражения обратимся к целому массиву слов русского языка, которые оказываются в таком же «положении»:

1) абстрактные существительные, образованные от прилагательных с помощью суффикса – ость: скорость, ясность, актуальность, честность, рассудительность, ментальность, стабильность и др.;

2) отглагольные существительные, образованные с помощью суффикса -ени(е) / -ани(е) / -ни(е) / -и(е) / -j(е) и т.д.: движение, размышление, забвение, усмирение, рассуждение, повествование, описание, наслаждение и др. (Примечание: в большом толковом словаре их приводится более 7 тысяч) [БТСРЯ, 2002].

Возникает вполне естественный вопрос: разве у этих слов есть денотат в его привычном понимании?

Денотат – это не только конкретный, материально представленный предмет, но и вообще любой «объект внеязыковой действительности», названный словом. Денотат [лат. Denotatus – обозначенный] то же, что референт: предметное определение имени объекта (столица России – город Москва); разъяснение смысла, предметное значение имени (знака); то, что называется этим именем – объект внеязыковой действительности (предмет, качество, явление, ситуация, абстрактное понятие и т.п. – М.М.) [ См.: НСИСВ, 2002, С.268 ].

Сигнификативное значение, как правило, представляет собой специфическое «языковое отражение действительности». В этом случае, традиционно лексическое значение выступает как «собственно семантическое», намекающее на определенное внеязыковое содержание. Обычно сигнификативное значение раскрывается в толковых словарях [Вербный. Вербное воскресенье (народное название одного из двунадесятых праздников в русском православии: вход Господень в Иерусалим; празднуется в последнее воскресенье перед Святой Пасхой). Вербное воскресенье, отмечаемое православной церковью перед Пасхой, в самый канун Страстной недели, праздновалось как день триумфального вхождения Иисуса Христа в Иерусалим, когда возбужденный народ древнего города встречал его пальмовыми ветвями как нового пророка. . [– На севере пальмовые ветви заменили вербными, которые первыми распускались весной.] Вербная суббота (предшествующая Вербному воскресенью). Всенощная вербной субботы] [ТССРЯ, 2001, С.115].

Структурное значение связано с формальной характеристикой свойств теонимических единиц: с их синтагматикой и парадигматикой. Синтагматическое структурное значение теонимов характеризуется достаточно широкой дистрибуцией, которая регулируется следующими схемами: глаг.+ сущ.; сущ.+ сущ.; прил.+ сущ.; местоим. прил.+ сущ.; категория сост.+ сущ. и др. (молиться Богу, богиня любви, христианский Бог, мой Бог, до Бога высоко).

Парадигматическое структурное значение в русском языке присуще каждому теонимическому наименованию, что не является случайностью: на материале теонимов возникают лексические парадигмы, представленные синонимическими рядами, антонимическими парами (группами), лексико-семантическими группами, семантическими полями. Например: Бог, Божество верховное существо, творец, создатель, господь (бог); боженька (ласк. или ирон.); царь (или отец) небесный (церк.); всевышний, вседержитель, вышний (устар., книж.); предвечный (устар., высок.); в греческой мифологии: небожитель (книжн.).

Эмотивное значение, вбирающее в себя оценочный, эмоционально-экспрессивный компонент значения теонимической единицы, сформировалось в процессе длительного использования теонимов в различных контекстах. Примером может служить приведенный выше синонимический ряд: предвечный (уст., высок.), боженька (ласк. или ирон.), царь небесный (церк.).

При описании лексического значения теонима и его семантической структуры правомерно поставить вопрос о десигнате.

В свое время Б. Рассел и Г. Рейхенбах, анализируя проблему имен вымышленных персонажей, пришли к выводу, что у мифологических персонажей десигната как реального объекта действительности не наблюдается, а следовательно, их имена не могут быть собственными.

«Б. Рассел вообще отказывает таким словам как в каком-либо смысле, так и в статусе имени. Г.Рейхенбах, примиряя противоречие, вызванное тем, что такие слова существуют реально, вводит, помимо собственных и нарицательных, понятие еще одного класса имен – «имена вообще», (only names) [Зубов, 1982, С.18].

Е. Гродзинский считает, что семантическая классификация языковых фактов не зависит от факта существования объектов во внелингвистической действительности [Гродзинский, 1973, С.17].

Действительно, можно бесконечно спорить о том, что «ангелы существуют, но не так, как существуют табуретки или даже облака» [РООР, 1994, с. 220], но одно остается бесспорным: теонимы существуют как факт языка, и теонимические лексемы, как и другие единицы русского языка, обладают лексическим значением.

Более того, значение теонимов не исчерпывается номинативной функцией.

Теонимы – это имена, обладающие предметно-понятийным значением. Им присущи такие виды лексических значений, как: сигнификативное значение, структурное, эмотивное, денотативное. В теониме выделяются дифференциальные компоненты, которые и формируют различные виды лексического значения, разрушая привычные представления об имени собственном. Именно поэтому так подвижна граница между именем собственным и нарицательным в теонимии.

Теонимию, согласно традиции, мы трактуем как “совокупность теонимов”. Эта формулировка принята и в словарях, и в научной литературе [Зубов, 1982; Суперанская, 1978; БТСРЯ, 2002; МНМ, 1998; НСИСВ, 2002; РООР, 1994 и др.].

Однако понимание теонимики как “раздела ономастики” вызывает возражения.

Существуют непротиворечивые определения ономастики как раздела о собственных именах. Например, одно из них: “Ономастика: 1) совокупность всевозможных собственных имен; 2) область лексикологии, исследующая собственные имена; включает в себя топонимику и антропонимику”. [НСИСВ,2002, С.583]. Ономастика (от греч. onomastike – искусство давать имена) – раздел языкознания, изучающий любые собственные имена , а также сама совокупность всех собственных имен . Разделы ономастики выявляются соответственно категориям имен собственных. Топонимика , антропонимика , теонимика – собственные имена богов и божеств любого пантеона , зоонимика , хрематонимика , космонимика , астронимика [Филин, 1979, С.179]. Ономастика, - и; ж. [от греч. onomastikos – относящийся к наименованию]. Линг. 1. Раздел языкознания, изучающий собственные имена, историю их возникновения и изменения. 2. Совокупность собственных имен, имеющихся в языке [БТСРЯ, 2002, С.714]. Ономастика [< гр. onoma – имя] – 1) раздел ономасиологии, изучающий собственные имена; 2) совокупность собственных имен в данном языке [ССИС, 2001, С.424].

Идентичным образом интерпретируется наука о теонимической лексике.

Теонимика: 1) совокупность теонимических имен; 2) область лексикологии, исследующая лексические значения собственных и нарицательных именований божеств, духов в плане их системной организации, функционирования, эволюции, этимологии, а также в их связях с другими разрядами собственной и нарицательной лексики.

Теонимика – на наш взгляд, – это своеобразный сектор не только ономастического, но и лексического пространства. У нее [теонимики] есть свой особый предмет изучения, он определяется не только по тематическим признакам (теонимы как особая тематическая группа), но и по структурно-семантическим признакам, выделяющим данный раздел из лексики в целом, а также определяющим ее место по отношению к ономастике.

Если по отношению к этим разделам применить оппозиционный анализ, то на выходе мы получим следующие схемы:

- привативная оппозиция

(Л – лексика, Т – теонимика)

- эквиполентная оппозиция

(О – ономастика, Т – теонимика)

Ономастика и теонимика находятся в соотношениях эквиполентности, равнозначности. Континуум того и другого разделов частично совпадает: что связано с наличием собственных имен в теонимике.

Спорным на протяжении длительного времени остается вопрос о соотношении мифонимии и теонимии. Мы склонны рассматривать отношения между этими секторами лексического пространства как эквиполентные, которые стремятся к нулевой оппозиции:

- эквиполентная оппозиция,

стремящаяся к «нулевой»

(М – мифонимика, Т – теонимика)

(Примечание: Более подробно соотношение мифологического и религиозного описано во второй главе. Кроме того, грани между мифонимией и теонимией в наибольшей степени стираются в поэтических текстах, например, у Бальмонта и Цветаевой).

Всю совокупность теонимов, а также собственных и нарицательных именований классов божеств, полубожественных персонажей человеческого происхождения, демонических персонажей, названий существ низшего уровня, нечисти, деифицированных абстрактных понятий, деифицированных неантропоморфных объектов, атрибутов и символов, названий элементов космоса можно представить в виде следующей схемы семантического поля

Обращение к полевой структуре позволяет более четко определить границы собственно теонимии и всей лексики, которая к ней примыкает.

Необходимо отметить, что вопрос о соотношении теонимики и различных разделов ономастики всегда интересовал исследователей. Так, М.И.Привалова мифонимы и теонимы причисляла к антропонимам, т.к. «антропонимы называют лица совершенно независимо от того, знаменитое ли это лицо, выдуманное писателем, унаследованное от мифологии или религии, обычное в жизни, в быту и общественной практике, – это имя всегда имя человека, лица, и только этот признак важен для классификации» [Привалова, 1979,С.57].

Ю.С.Карпенко одним из главных объектов ономастического исследования считает теонимию как совокупность собственных имен божеств. К ней «примыкает довольно много лексических групп, которые, оставаясь именами нарицательными, близко примыкают к именам собственным», все классы собственных имен «имеют среди нарицательных названий своих ближайших соседей, с которыми их связывает практика и от которых должна отграничиваться теория» [Карпенко, 1974, С.8-9].

А – имя семантического поля (Бог, богиня, божество, Логос и др.).

Б – имена богов высшего уровня (Господь, Творец, Зевс и др.).

В – имена богов более низкого уровня (Амур, Венера, Мельпомена, Морфей, Талия, Терпсихора, Фортуна, Эол, Прометей и др.).

Г – названия классов божеств (ангелы, вакханки, музы, нимфы, аониды, русалки, океаниды, нереиды и др.).

Д – полубожественные персонажи человеческого происхождения (Адам, Ева, Богородица, Соломон и др.).

Е – демонические персонажи или совокупность персонажей, обладающих неограниченной властью в пределах земного мира, названия существ и классов существ низшего уровня, нечисти (дьявол, сатана, демон, легион, черт, бес, вампир и др.).

Ж – деифицированные абстрактные понятия и неантропоморфные объекты (душа, грех, дух, благодать, медведь, лавр, ладан и др.).

З – названия атрибутов и символов, объектов, связанных с богослужением и особенностями ритуалов захоронения (венец терновый, лавры, крест, храм, церковь, монастырь, поп, протопоп, пономарь и др.).

И – названия элементов космоса, Вселенной, стихий (Вода, Земля, Огонь, Воздух, Небо, Океан и др.).

Все это может иметь смысл в определенной системе соотношений. Но стоит выйти за пределы «заколдованного круга», именуемого «ономастическим пространством», и сразу же понятие теонимика приобретает определенность, становясь частью лексического пространства.

Вряд ли после этого возможно будет взять за точку отсчета концепцию А.В.Суперанской, в классификации которой специально выделяется мифонимия как «своеобразный сектор ономастического пространства, созданный наподобие реальной его части. В него входят именования людей, животных, растений, народов, географических и космографических объектов, различных предметов и т.п., в действительности никогда не существовавших. Особое место в нем занимает теонимия (имена богов), наиболее ярко представленная в политеистических религиях, и демонимия (именования различных духов, высших и низших, добрых и злых)» [Суперанская, 1973, С.180 - 181].

Считается, что объектом изучения теонимики является целый комплекс вопросов, главные из которых – достоверность сведений о конкретных именах и названиях мифологических персонажей; статус собственного и нарицательного каждого из таких именований в разных диалектных и этнических зонах; взаимосвязь собственного и нарицательного в теонимии; взаимосвязи теонимии и антропонимии; функциональные отличия теонимов от антропонимов. Из смежных дисциплин теонимика прежде всего связана с антропонимикой, топонимикой, историей языка и диалектологией, мифологией, фольклористикой, этнографией, религией, историей, археологией.

Если в этот ряд дисциплин поставить лексику, семантику, стилистику, то целый комплекс вопросов лингвистического характера будет снят.

Одним из перспективных направлений нам представляется исследование теонимии на материале художественных произведений.

О
Т

<< | >>
Источник: Мальсагова М.И.. Теонимическая лексика как система (на материале художественных текстов). – Назрань: ООО «Пилигрим»,2011 – 144 с.. 2011

Еще по теме 1.1. Понятие теонима, теонимии, теонимики. Предмет теонимики:

  1. Однако, исходя из приведенной дефиниции (краткое определение какого-либо понятия, отражающее
  2. Тема 1. Понятие. Содержание и объем понятия. Виды понятий
  3. Тема 1. Предмет, система и метод гражданского процессуального права
  4. N 1. Понятие криминалистической баллистики. Объекты баллистического исследования
  5. § 1. Понятие уголовного права, его предмет и задачи
  6. Глава 2. Понятие
  7. 1.2. Виды понятий. Логическая характеристика по объему и содержанию
  8. Абсолютные и сравнительные модальные понятия
  9. 1.1 Культура как категория. Понятие и содержание организационной культуры
  10. Поиск эмпирических значений понятий
  11. § 1 29. «Содержание» и «предмет»; содержание как «смысл»
  12. Глава I ПРЕДМЕТ ЭТИКИ  
  13. 3. 4. Особенности следственного осмотра предметов контрабанды
  14. ПРЕДМЕТ, СВОЙСТВО, ОТНОШЕНИЕ
  15. СОДЕРЖАНИЕ И ОБЪЕМ ИМЕНИ (ПОНЯТИЯ)
  16. Виды понятий.
  17. Отношения между понятиями.
  18. Деление объема понятия.
  19. 1.1. Понятие теонима, теонимии, теонимики. Предмет теонимики
  20. Содержание