<<
>>

Цивилизационное призвание России.

Во всей мировой истории, как отмечал К. Ясперс, действует механизм западно- восточного цикла (179. С. 115-116). Специфика современного этапа цивилизационного развития состоит в том, что западническая фаза цикла заканчивается и набирает обороты восточная фаза цикла.
Послушаем А.С. Панарина: «Внутренняя цивилизационная преемственность определяется устойчивостью доминанты, - писал он. В то же время единство мировой истории предопределяется тем, что в каждой из ее чередующихся фаз, восточной или западной, соответствующая доминанта захватывает и противоположную сторону - в ней резко усиливаются позиции адептов «чужого принципа» (152. С.55). В новой (восточно-западной) фазе мирового развития особое место будет занимать Россия как уникальная евразийская цивилизация. Уникальность ее состоит в том, что она по своему

социокультурному складу принадлежит одновременно и Западу, и Востоку, и Европе, и Азии, соединяя в себе два противоположных начала. «Россия по фактическому своему положению в мире и по своей задаче, - писал Н.А. Бердяев, - есть великий Востоко-Запад; она стоит в центре двух миров, двух всемирно-исторических потоков» (10. С.77). Следовательно, Россия может осознать себя и свое призвание в мире лишь в свете проблемы Восток-Запад. Исключительно актуально звучит сегодня следующий призыв Н.А. Бердяева: «Мы должны преодолеть двойной страх - страх остаться Востоком и страх обратиться к Западу» (10. С.78-79). Сегодня стала очевидной бесперспективность вестернизации России. Попытки западнизации России обречены на глубинном цивилизационном уровне. Россия - целостная самостоятельная цивилизация евразийского происхождения. Сегодня наша задача состоит не в том, чтобы «стать Западом», а в том, чтобы разумно использовать особенности российской цивилизации, ее огромный социокультурный потенциал для того, чтобы сделаться равноправным партнером Запада. Вполне можно согласиться с выводом И.А.

Василенко о том, «что русский человек не научился пользоваться тем, что дано ему его культурой, он не осознал своей силы, своих возможностей, соблазняясь более легким примером Запада, идущего по пути совершенствования внешних форм общежития» (16. С.151).

Запад и Россия - два разных социокультурных мира, имеющих разные архетипы бытия и разные образы человека. «Россия всегда была альтернативой Запада, - писал Н.Н. Моисеев, - хотя и отставала от него в своем развитии» (Цит. по: 127. С.8). Запад - это холодное отношение обмена и «дело- действия» (И. Фихте); Россия - это теплые отношения соучастия и солидарности. Запад - это конвенциональная культура, ориентированная на совершенствование внешних условий жизнедеятельности; Россия - это внутренний трансцендирующий опыт и «культура духа» (Н.К. Рерих); Запад - это агрессивный индивидуализм, культ личного преуспевания; Россия - это действенный коллективизм, «всемирная отзывчивость», или «всечеловечность» (Ф.М. Достоевский). Человек западной цивилизации выстраивает иерархию

ценностей вокруг эгоцентричной воли, а российская система ценностей изначально ориентированна на общественный идеал, на общее Благо. Архетип российской культуры - это ощущение святости родной земли, общего дела. Презрение к стяжательству глубоко укоренено в социокультурном коде российской цивилизации.

Западный человек - это экономичный человек, т.е. бизнесмен, стоящий «по ту сторону добра и зла» (Ф. Ницше). Человек российской цивилизации - это «духовный человек», то есть человек, взыскующий смысла жизни, чувствительный к правде жизни, отстаивающий нравственное отношение к миру. Русская культура, по мнению И.А. Василенко, «формирует особый тип личности с постматериалистической структурой потребностей, феномен «очарованного странника» (Н. Лесков), взыскующего не материальных ценностей, не жизненного успеха, а правды, справедливости и смысла жизни» (16. С. 170). И все же мы должны заметить, что, в отличие от Запада, Россия не нашла адекватного выражения своего архетипа, своей духовной программы.

Запад сумел реализовать свой социокультурный проект, своей архетип бытия, то есть «волю к власти» (Ф. Ницше), в форме потребительского общества. Здесь все экзистенциальные и трансцендентные смыслы человеческого бытия сведены к одной всеобъемлющей страсти - страсти гедонического потребления. Здесь человек превращается в «машину потребления», управляемую властвующей элитой, и его ценность полностью капитализируется, о чем поведала миру «теория человеческого капитала». Так называемые «новые русские» выразили всю суть нравственного убожества потребительской психологии, довели до абсурда стяжательство, гедонизм и цинизм. Мы убеждены в том, что агрессивное потребительство - это страшная и заразная болезнь, способная уничтожить все живое на Земле. «Бесстыдством» объявил потребительство B.C. Соловьев. Вспомним также русского писателя Н.В. Гоголя, который разоблачил и высмеял потребительство как образ жизни. В гоголевских гиперболах схвачена сущность потребительского общества, и эта сущность проявляется как общая воля к поглощению и «съедению мира». Потребительское общество - это стихия алчущего и

поглощающего, пожирающего и омертвляющего отношения к миру. И есть какая-то горькая ирония в том, что мы пытаемся воспринять идеалы либерализма и стандарты потребительского общества в тот момент, когда сам Запад начал заниматься переоценкой ценностей. «Абсолютная неудача марксизма... и стремительный распад Советского Союза, - пишет Т. Умехара, - являются предвестниками краха западного либерализма, основного течения современности. Далекий от того, чтобы быть альтернативой марксизму, господствующая идеология конца истории - либерализм станет следующей костяшкой домино, которой суждено упасть» (267. Р. 10). Ю.А. Шрейдер справедливо замечает: «Если либерализация экономики приведет наше общество к тотальному культу золотого тельца, то оно не выздоровит, но что хуже, может соблазниться попыткой возвращения культу молоха, к тоталитарным методам управления социально-экономическими процессами» (170. С.126).

Опыт 90-х годов ставит нас перед необходимостью критического осмысления ценностей западной культуры и обретения собственной цивилизационной идентичности. К этому склоняется и общественное мнение россиян. По результатам всероссийского опроса, проведенного ВЦИОМ в 2002 году, ответы на вопрос: «На чей опыт стоит скорее ориентироваться при проведении реформ в России?». Распределились следующим образом: на опыт западных стран - 14%, на опыт Китая - 7%, на исторический опыт России и ее традиции - 63%. При этом одна половина опрошенных россиян считает себя европейцами, а другая-нет (30. С. 157,159).

Как известно, цивилизационная природа России оценивается и определяется исследователями неоднозначно: существует несколько подходов. Одни исследователи говорят о «русской духовной цивилизации», противопоставляя ее западному потребительскому обществу. «И сегодня в этом противостоянии русской и западной цивилизации, - по мнению О.А. Платонова,- решается судьба человечества, ибо, если окончательно победит западная цивилизация, мир будет превращен в гигантский концлагерь, за колючей проволокой которого 80% населения земного шара будут создавать ресурсы

для остальных 20%. Лишенная всяких ограничений гонка потребления западных стран приведет к истощению мировых ресурсов и гибели человечества» (110. С.9).

В.Я. Пащенко употребляет термин «евразийская цивилизация» для характеристики российской идентичности (108). Достоинство данного определения, по сравнению с понятием русской цивилизации, состоит в том, что оно во- первых, отражает многонациональный и много конфессиональный характер России, во-вторых, фиксирует положение России как связующего звена между Востоком и Западом в рамках единого евразийского континента. Употребление термина «евразийская цивилизация» представляется нам вполне допустимым, если не связывать с ним однозначно идеологию евразийства. На наш взгляд, возможно также использование понятия «российская цивилизация» для обозначения общей исторической судьбы, общего мироощущения и единого образа жизни всех народов России. В данном контексте невозможно умолчать о позиции А.А. Зиновьева. Он отрицает существование в прошлом, настоящем и будущем особой российской цивилизации. «Никакой особой русской (российской) цивилизации не было, нет и не будет, - пишет он. - Народы североазиатского региона планеты исключительно своими силами не способны создать цивилизацию на уровне современных достижений и в современных условиях жизни человечества. Это касается и народов других регионов - африканского, южноамериканского, южноазиатского и т.д. Процесс западнизации этого региона зашел так далеко, что ни о какой особой российской цивилизации и думать нечего... Запад низация означает включение народов североазийского региона в новую социальную организацию глобального масштаба, а не в западную цивилизацию, причем не в роли ее членов, равномощных и равноправных с народами стран Запада, а в роли членов более низкого уровня и даже в роли зоны колонизации для стран Запада» (Цит. по: 127. С.24). На наш взгляд, Россия представляет собой самостоятельную цивилизацию, занимающую достатойное место среди других цивилизаций Востока и Запада. У нас своя историческая судьба, свои

духовные ценности, свои экологические традиции. Но позиция А.А. Зиновьева интересна тем, что она заостряет проблему будущего России. Каковы же перспективы России? Какова ее роль в современном цивилизационном процессе, в формировании новой глобальной цивилизации?

В силу ряда известных обстоятельств и причин Россия не может претендовать на лидирующую роль в развитии мировой экономики. «Однако у России есть ниша, - пишет Ю.В. Яковец, - которую она в состоянии освоить и эффективно в ней функционировать. Это ниша быть мостом между Западом и Востоком» (176. С.50). О цивилизационном призвании России быть посредником между Востоком и Западом говорил еще Н.А. Бердяев (9. С. 132). Для этого у России есть необходимые предпосылки: выгодное географическое положение, культурное разнообразие, исторический опыт совместного проживания различных народов на евразийском континенте. А. Тойнби в письме к Н. Конраду писал: «Ваша страна состоит из такого множества народов, разговаривающего на стольких различных языках и унаследовавшего столь различные культуры, что она является моделью мира в целом» (Цит. по: 100. С.8). Именно Россия в силу многонациональное™ и поликонфессиональности может предложить миру пути разрешения межцивилизационных конфликтов и противоречий. Сегодняшней России, как воздух, необходимо расширение равноправного сотрудничества со странами Запада и «достижение стратегического партнерства, заключение стратегического союза с Китаем и государствами мусульманского мира» (55. С.264).

Грядущий поворот России к Востоку совпадает со сменой цивилизационных доминант (105. С. 157). Такой доминантой на современном этапе развития является духовность. Приоритет духовности всегда был более характерен для российского общества, чем для Запада, устремленного к материальному прогрессу. России необходимо использовать это сравнительное преимущество для того, чтобы пойти по обгоняющему пути, выводящему на траекторию новой глобальной цивилизации. Это тем более важно, что параллельно со становлением информационного общества происходит отмеченный еще П.А. Сорокиным глобальный процесс смены

восточной и западной моделей цивилизационного развития интегральным социокультурным строем (П.А. Сорокин) (131). Россия должна стать инициатором и лидером нового, то есть интегрального (восточно-западного) типа цивилизационного развития, основанного на гармоничном сочетании космогенного (традиционалистского) и техногенного (индустриального), материального и духовного начал общественной жизни, на гармоничной коэволюции Общества и Природы. Возникает вопрос: что может предложить миру Россия в ходе диалога цивилизаций? Прежде всего, продукты духовного производства, новые идеи и технологии. Интеллектуальную миссию России выделяют многие исследователи российской цивилизации. Ю.В. Яковец пишет: «Именно концентрация внимания и усилий на опережающем развитии социокультурной сферы дает России уникальный шанс стать мостом между Востоком и Западом, не плохой копией того или другого, а образцом синтеза, интеграции лучших достижений восточных и западных культур, эффективного диалога и взаимодействия между ними» (177. С.53). «Ценность России для информационной эры заключается в оригинальном взгляде на мир, - отмечают Братимов О.В., Делягин М.Г. и другие, - в становящейся главным фактором производительности труда национальной культуре, нестандартном мироощущении» (13. С.326). «Положительную роль мог бы играть духовный фактор, - писал Н.Н. Моисеев, - система российских традиций, позволяющая сочетать многие особенности европейского Запада и тихоокеанского Востока. Разумное использование обеих этих возможностей может открыть для нашей страны достаточно оптимистические перспективы» (92. С.249-250).

Любопытно отметить, что о духовной миссии России писали и западные ученые. Так например, В. Шубарт писал: «Запад подарил человечеству самые совершенные виды техники, государственности и связи, но лишил его души. Задача России в том, чтобы вернуть душу человеку. Именно Россия обладая теми силами, которые Европа утратила или разрушила в себе... Россия единственная страна, которая способна спасти Европу и спасает ее... Русский народ обладает для этого теми предпосылками, которых сегодня нет ни у кого из европейских народов... Россия

не сегодняшняя, а грядущая - есть то бодрящее вино, которое способно оживить обессилевшую жизнь современного человечества. А Европа - крепкий сосуд, в котором мы можем сохранить это вино... В обновлении человечества, связанном, точнее, совпадающим с задачей западно-восточного примирения, акцент должен быть поставлен на русскую сторону» (172. С.22,33,34,307).

Обобщая вышесказанное, можно сделать следующий вывод. Если основное содержание современного цивилизационного развития определяется диалогом цивилизаций Востока и Запада, то именно России, как «Востоку

Западу» (Н.А. Бердяев), в силу своей уникальной исторической судьбы суждено образовать новый социокультурный тип цивилизационного развития на основе синтеза противоположностей (технологической и экологической культуры, материального и духовного начала, капитализма и социализма, традиционных и либеральных ценностей и т.д.). Историческая миссия России состоит в том, чтобы реализовать этот Великий Синтез. Итак, перспективы России мы связываем с синтезом культур Востока и Запада, со становлением нового интегрального типа цивилизационного развития.

<< | >>
Источник: Мантатова Л.В.. Стратегия развития: Ценности новой цивилизации. - Улан-Удэ: издательство ВСГТУ,2004. - 242 с.. 2004

Еще по теме Цивилизационное призвание России.:

  1. ТЕМА 11. ПРАВО В СОЦИАЛЬНОЙ РАБОТЕ И ПРОБЛЕМА БЕЗДОМНОСТИ В РОССИИ
  2. § 2. Возникновение и развитие парламентаризма в России, его особенности на современном этапе
  3. Глава V«РУССКАЯ ИДЕЯ», ИЛИ СВЕРХЗАДАЧА СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ (Вместо заключения)
  4. Цивилизационное призвание России.
  5. ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА РОССИИ НА РУБЕЖЕ XXI ВЕКА: ПРОБЛЕМЫ ФОРМИРОВАНИЯ, ЭВОЛЮЦИИ И ПРЕЕМСТВЕННОСТИ
  6. III. «ВОЗВРАЩЕНИЕ В ЦИВИЛИЗАЦИЮ» КАК ПУТЬ НА ВОСТОК
  7. О БУДУЩЕМ "ПОСТСОВЕТСКОГО ПРОСТРАНСТВА"
  8. ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА РОССИИ: ПОИСК СТРАТЕГИИ
  9. ОБЪЕКТ ИССЛЕДОВАНИЯ - МИРОВАЯ ПОЛИТИКА И ЭКОНОМИКА
  10. Глава 1. Судьба Н. Я. Данилевского (школа жизни, наук и общений)
  11. Глава 2. Книга «Россия и Европа» – новое слово в историософии
  12. 1.3. Вопросы опекунства,  использование принципа дативности и  особые коллизий, возникающих в семейном праве России второй половины 19 века.
  13. Проект глобализации мира не предусматривает сдержек и противовесов для Мирового правительства
  14. Тема 3. ФОРМАЦИОННЫЕ И ЦИВИЛИЗАЦИОННЫЕ ТИПОЛОГИИ
  15. Y.3. ЦИВИЛИЗАЦИОННЫЙ ПОДХОД К ИСТОРИИ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА. ТРАДИЦИОННЫЕ И ТЕХНОГЕННЫЕ ЦИВИЛИЗАЦИИ