<<
>>

Вопросы аграрного (земельного права)

Одним из наиболее существенных законов, ярко выявляющих характерные для германского фашизма черты его социальной политики, является закон 6 наследственно-подворном имуществе (Reichserbhofgesetz). Закон этот издан 29 сентября 1933 г.

и преподнесен, в качестве праздничного подарка немецкому ку- лачеству к празднику урожая 1933 г. (Emtedankfest). Расистская политика, в частности расистская политика народонаселения,— ставка на кулака, создание в деревне постояннойрезервной армии труда, аграрная протекционистская политика в интересах помещичьего и кулацкого землевладения, политика дотаций, субвенций, политика' автаркии, основное устремление которой состоит в обеспечении тыла для осуществления задач германского империализма, — все этизадачи фашистской политики находят свое выражение в этом законе. K этому надо добавить реакционное изменение, вносимое этим законом в и без того реакционное германское наследственное право и дальнейшее узаконение порабощенного состояния женщины. Новая система имущественных и личных отношений, вводимая этим законом для значительной части крестьянства, скрепляется железным об- ручом административного аппарата, в центре которого стоит крестьянсйИй начальник, наделенный огромной властью, доходящей до права назначения наследника в крестьянском дворе, до права упразднения крестьянского двора. Аграрная политика Александра III с его системой земских начальников и столыпинщина во многом могли бы позавидовать реакционной последовательности фашистского аграрного законодателя.

По принятому обычаю Reichserbhofgesetz как закон первостепенного политического значения снабжен специальным политическим предисловием. Это предисловие, по указанию закона, должно служить основой для'его толкования (die Grundlage der Gesetzesauslegung).. Приводим его дословный перевод: «Правительство хочет, закрепив старый немецкий обычай наследования, сохранить крестьянство как источник крови немецкого народа. Крестьянские хозяйства (Bauemhofe) должны быть защищены от переобременения, долгами и от раздробления в порядке- перехода по наследству, дабы они как родовое наследственное имущество оставались в руках свободных крестьян. Следует принимать меры к здоровому распределению сельскохозяйственных владений, ибо большое число жизнеспособных небольших и средних крестьянских хозяйств, по возможности равномерно размещен- ііых по всей стране, представляют лучшую гарантию Поддержания жизнеспособности народа и государства»1.

Внутренние и внешнеполитические задачи этого закона достаточно выпукло очерчены в этом предисловии. Крестьянский двор должен быть «источником» крови, разумеется, чистой германской крови без примеси неарийских элементов. Фашистские комментаторы этого закона подчеркивают его значение с точки зрения политики народонаселения. B 1900 г. было на тысячу душ населенкя 36 рождений, в настоящее время это число упало до 14. Так как опыт показал, что деревня оказывает большее сопротивление этому прогрессивному упадку народонаселения, то следует ожидать возврата к прежнему состоянию только от деревни. Нужно поэтому .поддерживать крестьянство в качестве источника жизни германской нации. Крестьянский двор должен быть основой для развития наследственно-здоровых крестьянских родов.

Если для феодально-капиталистического строя задача эта не новая, то интересны и новы те методы, которыми эта задача решается.

Реакционную сущность подобных экспериментов оценил Ленин 35 лет тому назад в статье, помещенной в 3-м номере «Искры» в 1901 г.

«Пытаться спасти крестьянство защитой мелкого хозяйства и мелкой собственности от натиска капитализма значило бы бесполезно задерживать общественное развитие, обманывать крестьянина иллюзией возможного и при капитализме благосостояния, разъединять трудящиеся классы, создавая меньшинству привилегированное положение на счет большинства. Вот почему социал-демократы всегда будут бороться против таких бессмысленных и вредных учреждений, как неотчуждаемость крестьянских наделов, круговая порука, запрещение свободного выхода из крестьянской общины и свободного приема в нее лиц каких угодно сословий!»[19] [20] [21] [22] [23] [24] [25] [26] [27].

Поддержание мелкого крестьянства достигается следующими организационными и хозяйственно-политическими мерами:

1. Образуется «сословие продовольствия» — Reichsnahrstand построенное, разумеется, на началах классового мира, вернее отрицания классовых различий, и охватывающее всех «производителей .продовольствия», помещиков и крестьян, арендаторов и батраков. Это сословие, разумеется, управляется не по демократическому началу, а по принципу лодчинениявождю, вернее начальнику. Вводится целая иерархия крестьянских начальников: окружных, областных и т. д., вплоть до имперского крестьянского начальника (Reichsbauemfuhrer).

2. B целях якобы защиты крестьянина от колебаний рыночных цен на сельскохозяйственные продукты, а в самом деле для обеспечения монопольных цен для крупного землевладения и кулачества, вводится система твердых цен на сельскохозяйственные продукты. При условии, когда значительная часть мелкого полунищенского крестьянства вынуждена покупать сельскохозяйственные продукты, при условии беспрерывного падения заработной платы отдельного рабочего на германских предприятиях, введение твердых цен на сельскохозяйственные продукты является одним из многих средств порабощения трудящихся масс в угоду кучке аграриев и финансового капитала.

3. Специальными законами предусматривается отсрочка задолженности крестьянских хозяйств. Так как во всех этих законах не содержится ни одного намека на отмену платежей крестьянства, а только имеется в виду отсрочка задолженности, то ясное дело, что все относящиеся сюда мероприятия как две капли воды напоминают пресловутое «освобождение» крестьян от крепостной зависимости по русской реформе 1861 г. Даже организационные меры мало отличаются от российских эпохи 60-х годов и столыпинских мероприятий. Как тогда были введены выкупные платежи через крестьянский банк, так и теперь речь идет лишь о конвентированйи крестьянских ДОЛГОВ Чіерез систему рентных банков.

4. Органической основой всех этих мер является излагаемый здесь закон о крестьянском наследственно-подворном имуществе.

Центральным пунктом этого закона является наследственноподворное имущество, крестьянский двор (Erbhof). Erbhof — это хозяйство, обладающее до 125 гектаров сельскохозяйственных и лесных угодий и представляющее единоличную собственность лица, имеющего крестьянскую правоспособность.

Итак, высшим пределом землепользования крестьянского двора являются 125 гектаров. Установлен также и низший предел, а именно «продовольственный н&дел» (Ackemahrung). Размер Ackernahrung в гектарах не определен. Это —■ хозяйство, имеющее столько земли (не обязательно пахотной), сколько по ■ее качеству и по климатическим условиям достаточно для прокормления одной семьи. Казалось бы, установление максимальной нормы землевладения для распространения на хозяйство благодеяний нового закона должно было установить известные социальные пределы применения этого закона. Казалось бы, что крупное помещичье землевладение должно было быть этим

^) Фашизм и гращд. право 81

отмежевано от кулацкого и среднего и мелкого крестьянского хозяйства. Ho это Означало бы игнорирование социально-политической природы германского фашизма. Это означало бы, что ; германский фашизм хотя бы на одну минуту и хотя бьі в неко-j торой области мог игнорировать интересы крупного помещичьего землевладения. Таким образом, если новый закон в рзве- стной мере предоставляет экбномические льготы среднему землевладению, то нет никаких оснований лишатьэтих льгот крупных помещиков, поскольку они этого захотят.

Новый закон изымает Erbhof от принудительных взысканий по долгам. Это дело вообще не плохое. Почему бы не дать и крупному помещику возможность превратиться в «крестьянина» и таким образом 'освободиться от назойливых кредиторов и неприятных визитов судебного пристава? Закон устанавливает предельную нормуземлевладения для Erbhof —125 гектаров. Хозяйства, удовлетворяющие этой норме, автоматически (von Rechts wegen) считаются Erbhof. Они заносятся в подворную регистрацию (Erbhoferolle). Эта регистрация имеет не конститутивное, а декларативное значение. Ho помещик, имеющий больше 125 гектаров, может раздробить свое владение на несколько «дворов». Для этого требуется только, чтобы главой «двора» было лицо, обладающее «крестьянской» правоспособностью, и чтобы общая задолженность всего имения не превышала 30% его «Einheitswert». Хотя по закону никто не может быть собственником нескольких крестьянских дворов, HO для крупных помещиков,- желающих «окрестьяниться», сделано исключение. Окрестьянившийся помещик может пожизненно остаться собственником нескольких образованных им дворов. Эти дворы переходят в собственность разных лиц лишь в порядке наследования после бывшего, теперь уже Окрестьянивше- гося помещика. Кроме того, по распоряжению министра продовольствия могут быть и в других случаях образованы крестьянские дворы с землевладением, превышающим 125 гектаров.

K крестьянскому двору (Erbhof) принадлежат земельные угодья, усадьба, весь сельскохозяйственный инвентарь, права требования по страховым договорам, вклады и пр. B сомнительных случаях вопрос о принадлежности имущества к составу Erbhof разрешается рудом по подворно-нарледсшенным делам (Anerbengericht).

Для образования Erbhof имущество должно составлять единоличную собственность. Юридические лица не могут образовывать двора. Равным образом не может быть обращено в подворно-наследственное имущество владение, состоящее в общем обладании супругов (eheliche Gutergemeinschaft). Последнее мотивируется тем, что двор должен принадлежать определенному роду (Der Hof soll im Besitz der angestammten Familie bleiben). Этой цели противоречило бы то положение, которое создалось бы после смерти одного из бездетных супругов, участника ehe- licher GUtergemeinschaft, ибо в этом случае половина имущества перешла бы в чужой род.

Закон вводит новое официальное звание «крестьянин». Собственник наследственно-подворного имущества (Erbhof) есть «крестьянин» («Ваиег»). Никто другой, следовательно, и миллионы трудящихся, хозяйства которых не достигают размеров продовольственного надела Ackemahrung, не носят звания крестьян. Они, равно как и крупные помещики, получили теперь звание «сельских хозяев» (Landwirt). Экономическому порабощению малоземельного и безземельного крестьянства соответствует и правовое закабаление. Bce это — воплощение в жизни фашистского лозунга: сильный должен стать еще сильнее... A слабый? Дави, жми его! Этого требует национал-социалистическая справедливость!

Справедливость однако требует отметить, что присвоение звания крестьянина основывается не на одних только грубо материальных показателях, каковы размеры хозяйства. Здесь играют роль и моменты более возвышенного, идеального порядка. Сюда, разумеется, в первую очередь относится расовая чистота (Rassenreinheit) и принадлежность к германскому гражданству, затем необходимо удовлетворять требованию «почтенности» (Ehrbarkeit), т. e. надо быть «почтённым» человеком, и наконец надо обладать способностью вести хозяйство (Befahi- gung).

Так как признак расовой чистоты является новым, происхо- ждения 'всего навсего 1933 r., то закон старается дать более близкие показатели этого признака. Удовлетворяют расовому признаку чистокровные немцы, но не только немцы: крестьянами могут быть вообще европейские арийцы, а также и не- арийцы, каковы венгры, финны, эсты. Ho турки крестьянами быть не могут. He могут быть крестьянами лица, в жилах предков которых текла еврейская кровь. Генеалогическое исследование гіредков производится до 1 января 1800 г. Эта дата взята потому, что до этого времени, т. e. до еврейской эмансипации браки немцев с евреями были запрещены и фактически были невозможны.

Крестьянин должен удовлетворять требованию «почтенности». B крестьянском сословии «чувство чести» должно культивироваться точно так же, как в офицерской среде, в среде дворянства. Нарушение требований чести влечет за собой не одно моральное осуждение, а может иметь весьма реальные материальные последствия. За «бесчестное» поведение можно лишиться не только звания «крестьянина», но и права собственности на двор. По выражению одного комментатора (министериальрат Рогельс в «Juristiche Wochenschirft», 1933 r., с. 307), «давление власти сословия должно таким образом дополнить давление государственного принудительного взыскания».

Что касается хозяйственных способностей (Befahigung des Bauem), то под этим отнюдь не следует понимать способности в техническом, организаторском смысле, ибо двор может быть эксплоатируем путем сдачи его в аренду, путем найма управляющего и т. д. He обладает этой Befahigung des Bauern примерно

t*

83

тот, над кем учреждена опека, или лицо, попадающее г. категорию лиц, предусмотренных законом о предупреждении наследственно-больного потомства от 14 июля 1933 г. (Gesetz zur Ver- hutung erbkranken N,achwuchses).

Наследование в крестьянском дворе регулируется отлично от порядка наследования, установленного гражданским кодексой. Здесь наследники привлекаются к наследованию в следующем порядке:

1. Сыновья наследодателя. Ha место умершего сына наследодателя вступают сынбвья умершего и сыновья этих сыновей.

2. Отец наследодателя.

3. Братья наследодателя.

4. Дочери наследодателя.

5. Сестры наследодателя. Ha место умершей дочери или сестры вступают их сыновья и сыновья сыновей.

6. Наследники по женской линии. Более близкий по мужской линии исключает более дальнего родственника.

Как видно из этого перечня, жена крестьянина никогда не является наследницей двора. Завещательным распоряжением нельзя изменить приведенного выше порядка наследования по закону. Только в том случае, когда нет налицо ни одного законного наследника, возможно назначение наследника в порядке завещания. Если в этом случае завещанием также не назначен наследник, то он назначается имперским крестьянским начальником (Reichsbauernfuhrer). Два двора не могут оказаться в собственности одного наследника. Если наследник не достиг 25 лет, то наследодатель может назначить управляющим двора отца или мать наследника до достижения им 25-летнего возраста. Так как двор переходит к одному наследнику, например, к одному из сыновей наследодателй, то интересы других детей ограждаются лишь тем, что они имеют право на содержание, которое они должны отрабатывать. Кроме того родителям и детям наследодателя принадлежит право «убежища» во дворе (Heimatzu- flucht) на случай нужды, наступившей не по их вине. Пережившему супругу закон при определенных условиях дает право на «старческую долю» (Altenteil).

Двор составляет родовое имущество. Он не должен быть отчуждаем. Таким образом сделки по продаже двора в целом, как и в отдельных частях, недействительны. Единственный допускаемый законом случай отчуждения двора — это Ubergabevert- nrag, т. e. договор, по которому двор при жизни его собственника отчуждается в пользу лица, к которому он должен перейти по наследству после смерти его собственника. Двор нельзя также закладывать, ибо залог означает право кредитора в случае неисправности должника обратить взыскание на заложенное имущество, а это противоречило бы положению о неотчуждаемости двора.

Лежащие на теперешних хозяйствах долги конвертируются в рентные обязательства. Таким образом финансовый капитал реализует свои претензии к крестьянству на исключительно вы- 84

годных условиях. Вместо ответственности отдельного мелкого крестьянина трудно реализуемым имуществом он получает хорошо реализуемые рентные бумаги, обезличенные, поддерживаемые в их ценности государственной гарантией или субвенциями рентным банкам. Двор недоступен принудительным взысканиям через судебного пристава. Допускается только обращение взыскания на сельскохозяйственные продукты, поскольку они не являются принадлежностью двора, например, запасы семян. Ha сельскохозяйственные продукты допускается взыскание лишь в отношении количества, превышающего потребность хозяйства до нового урожая.

Кредитор собственника двора, лишенный таким образом возможности принудительным путем взыскать свой долг, может обратиться к крестьянскому начальнику с жалобой на бесчестность должника. Такая жалоба может иметь своим последствием лишение права собственности на двор (см. об этом выше).

Для проведения в жизнь изложенного закона вводятся новые административные и судебные учреждения. O крестьянских начальниках уже сказано выше. Высшее административное регулирование принадлежит министру продовольствия и сельского хозяйства. Сеть специальных судебных учреждений построена следующим образом.

Это трехинстанционная организация, действующая в составе судебных чиновников с привлечением «крестьян» — Bauern в качестве членов судебной коллегии. Первая инстанция—Anerben- gericht образуется при Amtsgericht и состоит из судьи—члена в качестве председателя и двух Beisitzer1 выдвигаемых местным крестьянским начальником — Bauernfuhrer. Официальное назначение исходит от местного органа управления юстиции.

B отношении председателя закон содержиттребование о его знакомстве с местными крестьянскими обычаями.

Вторбй инстанцией является Erbhofgericht. Он состоит из пяти членов: из трех постоянных судей и двух членов суда — крестьян, тоже рекомендуемых крестьянским начальником Landesbauernfuhrer. Высшей инстанцией является Reiehserbhof- gericht, состоящий при министерстве продовольствия и сельского хозяйства. Председателем его является министр продовольствия и сельского хозяйства. Вице-председатель назначается имперским канцлером по представлению министра продовольствия и сельского хозяйства. Члены Reichserbhofgericht назначаются министром продовольствия и сельского хозяйства. Конечно, и Reichserbhofgericht включает в свой состав в качестве судей крестьян. Они выдвигаются имперским крестьянским начальником, т. e. тем же министром продовольствия и сельского хозяйства.

Характерна в этой структуре подчеркнутость преобладания хозяйственно-политических факторов над юридическими. Изъятие высшего органа этой системы из ведомства юстиции и включение его в систему министерства продовольствия и сель-

CKOro хозяйства, возглавление этого высшего органа самим министром продовольствия, правило о том, что все решения Reichserbhofgericht должны быть утверждены этим министром, выдвигают своеобразие всей этой системы. Работе этой системы суда придается исключительное политическое значение. Зтим объясняется, очевидно, заострение правила об арийстве его участников. Некоторые исключения для неарийцев, предусмотренные в законе о профессиональном чиновничестве в смысле возможности допущения их к государственной службе (например, участие в войне), не дейетвуют в отношении занятия должности судьи в крестьянском суде. Даже адвокатом не может выступать неариец, хотя бы он и был допущен к адвокатуре по действующему национал-социалистическому законодательству.

Заслуживают особого внимания процессуальные нормы, действующие в крестьянском суде: все производство не- г л а с н о e, б о л e e того — оно тайное, так как участники обязаны соблюдать тайну п о д e л а м, p а з p e ш e н н ы м и м и. Выяснение обстоятельств дела производится по принципу инквизиционного процесса. Если сторона требует назначения заседания для устного судоговорения, то суд может обязать ее внести вперед вознаграждение в пользу противной Стороны за отвлечение ее от работы для явки в -суд и в возмещение связанных для нее с этим расходов, в том числе и на наем поверенного. B первой инстанции дело может быть разрешено одним председателем. Только в том случае, если недовольная сторона в двухнедельный срок заявит протест Beschwerde, дело рассматривается в составе коллегии, т. e. с привлечением «крестьян»-судей. Постановления суда называются не решениями — Urteile, а определениями — BeschlOsse. Ha это определение может быть подана в двухнедельный срок частная жалоба sofortige Beschwerde (а не Berufung) в Erbhofgericht; на Be- schluss может быть подана weitere sofortige Bescbwerde, в Reich- serbhofgericht. Последний может, в случае отмены им определения дело передать в Erbhofgericht на новое рассмотрение или вынести определение по существу дела. Жалобы по большинству дел могут быть поданы не только самими заинтересованными в деле сторонами, но и крестьянским начальником.

Выше сказано, что судоустройственные и процессуальные нормы, характеризующие суд по крестьянским делам, являются типичными для всей судебной системы по гражданским делам, ибо, если мы обратимся к кругу ведения этого суда, то увидим, что в преобладающей ее части эта подсудность чисто гражданскоправовая (не исключая также вопроса, как спор о том, подходит ли данное хозяйство под действие закона о подворнонаследственном имуществе).

Правда, к компетенции Anerbengericht относится разрешение ряда вопросов чисто административно-политического порядка. Сюда относятся:

1. Признание за хозяйством свойства Erbhof. Это зависит от размера земельной площади, от расовой принадлежности его 86 собственника. B случае спора по этим вопросам решение принадлежит Ancrbengeri chfy.

2. Как известно, одним из характерных черт национал-социализма является демагогическое морализирование, выдвигание «моральных» признаков для прикрытия известных политических целей. [28]K явлениям такого порядка относится и постановление закона о подворно-наследственном имуществе о том, что Bauer может быть только лицо почтенное. Эта черта, например, отсутствует тогда, когда «Ваиег» не платит по долгам. За это он лишается звания «Ваиег» и лишается права собственности на двор. Решение исходит от «Bauemfuhrer». Возбуждается дело по представлению крестьянского начальника. Чем не воспроиз- дение дореволюционного русского «общего положения о крестьянах» о лишении прав домохозяина? Надо однако констатировать, что царское праводавало русскому крестьянину больше прав и возможностей защиты, чем национал-социалистическое право. Волостной.суд при всех его известных «качествах» не был ни тайным, ни инквизиционным.

3. Anerbengericht может разрешить продажу и залог.

Эти права Anerbengerichfa чрезвычайно характерны для всего законодательства о так называемом подворно-наследственном цмуществе. Оно в сущности превращает административно-судебный аппарат (Anerbengericht и крестьянских начальников всех рангов) в бесконтрольный полицейско-бюрократический орган распоряжения личностью и имуществом «благодетельствуемых» аграрным законодательством Гитлера крестьян. Под видом создания сословия продовольствия образован принудительный сельскохозяйственный синдикат, заправляемый блоком аграриев и финансовой олигархии, к услугам которого поставлен специально подобранный аппарат фашистского суда и бюрократии начальников разных рангов.

Фашистские комментаторы закона о подворно-наследственном имуществе с особым удовлетворением отмечают следующее его постановление, расширяющее компетенцию суда по крестьянским делам. Это постановление заключается в следующем: если суд должен разрешить вопрос, который в законе о подворно-наследственном имуществе не предусмотрен, судья, учитывая цель закона, обязан разрешить дело так, как он разрешил бы его, еслиб он должен был разрешать эгот вопрос в качестве «законодателя». Фашистские философы права видят в этом постановлении отражение национал-социалистского взгляда на соотношение между правом и законом. Право не исчерпывается законом. Суд, творящий право, стоит над законом. Разумеется, дело тут совершенно не в этом, а в том, что, вверив суд и расправу фашистским чиновникам, законодатель не счел нужным как-нибудь сьязывать его твердым толкованием закона, а предоставил ему право свободного усмотрения для того, чтоб тем вернее обеспечить полицейский произвол в командовании крестьянскими массами.

Классовое существо законодательства о наследственно-подворном имуществе отчетливо выявляется в тех цифрах, которые опубликованы Конъюнктурным институтом на основании его приблизительных подсчетов. Эти цифры опубликованье в «Vossische Zeitung», в статье под заголовком «Der Bereich dcs- Erbhofgesetzes»*. Подзаголовок этой статьи говорит, ясно о ее содержании: «У5 der Betriebe, fast % der FIache> .Иначе говоря,. V5 без малого (выбросить надо количество крупных имений с площадью свыше 125 га) хозяйств Германии настолько малы, что они не охвачены законом.

B Германии в настоящее время насчитывается 5,1 млн. сельских хозяйств; из них 1 млн. подпадает под действие рассматриваемого закона. Это сравнительно небольшое число сельских хозяйств, охватываемых законом^ о подворно-наследственных: имуществах^ объясняется тем, что в Германии имеется свыше 3 млн. сельских хозяйств с наделом меньше 2 гектаров.

Если по количеству хозяйств, охватываемых законом, он как будто не имеет всеобщего или преобладающего применения, то в отношении земельной площади мы видим другую картину. Из 25 млн. гектаров удобной для сельскохозяйственного использования земли новый закон охватывает хозяйства с площадью 14 млн. гектаров, т. e. 58%. По справке того же Конъюнктурного института средний размер земельной площади крестьянского двора составляет 20 гектаров, иначе говоря, в среднем (Erbhof) есть кулацкое хозяйство.

Интересно то идеологическое содержание, которое немецкая «национал-социалистическая наука» вкладываетвте мероприятия: аграрной политики, которые осуществляются под флагом им перского сословия продовольствия (Reichsnahrstand). B этом отношении показателен доклад профессора фон-Дитце на так называемой Международной научной аграрной конференции в курорте Эйльсен в августе 1934 г. По мнению профессора фон- Дитце, самое важное в аграрной политике национал-социалистической Германии заключается в образовании сословия продовольствия Reichsnahrstand). Что же представляет собою сословие продовольствия с политико-экономической точки зрения> Это по определению профессора фон-Дитце не что иное, как принудительный сельскохозяйственный синдикат, отличающийся от промышленных синдикатов в том отношении, что он охватывает миллионы хозяйств, а не десятки или сотни, охватываемые промышленными синдикатами. Следующая особенность этого принудительного синдиката состоит в том, что он ограничивается регулированием цен, а не ставит своей задачей ограничение производства. Что касается самого метода регулирования цен, то в высказываниях профессора фон-Дитце заслуживает внимания то откровенное признание, что цена вовсе не должна ориентироваться на стоимость издержек производства и на вложенный труд. Крестьянин, дескать, должен смотреть на' 1 себя как на солдата продовольственного фронта (Der Bauer hat als «Soldat in der Ernahrungsschlachfc» unter alien Umstanden seine- Pflicht zu erfullen) и должен довольствоваться той ценой, которую назначит синдикат, возглавляемый министром продовольствия г. Дарре и объединяющий в одно целое и крупного прусского агрария и мельчайшего крестьянина, обладающего одним лишь продовольственным наделом. Впрочем, синдикат подчиняет- себе не только «крестьян», но и «сельских хозяев» (Landwirt), т. e. и тех лиц, занимающихся сельским хозяйством, которые не имеют земли даже в размере продовольственной нормы. (7 гектаров).

Профессор сознает, что эта политика должна встретить жестокий отпор со стороны миллионных крестьянских масс, обираемых фашистским государством в целях осуществления чуждых крестьянству автаркистских и империалистических интересов. Поэтому в его докладе видное место уделяется организационному вопросу и задаче политического воспитания. Насаждение бессчетного количества бюрократических учреждений, расходы на содержание которых должен будет нести тот же крестьянин, не может не беспокоить национал-социалистских аг- рарполитиков. Поэтому профессор предостерегающе обращает внимание на необходимость тщательного подбора кадров. Ho- „и при этом условии без мер политико-воспитательного воздействия не обойтись, ибо с людьми, думающими о своей личной пользе, об интересах своей семьИ, социализма не построишь- (Mit Menschen, dxe sich mur von Eigemutz oder auch mr vonRiick- sichten auf die Familte leiten lassen, kann ein Sozialismus nicht se- gensreich arbeiten). Одинаковые цели должны осуществляться- одинаковыми организационными мерами. Поэтому не случайным' является то, что вслед за ученым докладом профессора фон- Дитце на той же конференции был прочитан доклад Фрейгерра? фон-Фалькенгаузена «Об опыте регулирования продовольственного дела во время войны». Военные, реваншистские и империалистические захватнические планы — вот что является доминирующей идеей всей, в том числе и сельскохозяйственной и продовольственной политики современного германского фашизма. Они именно и выковывают те цепи, которые в виде имперского* сословия продовольствия сейчас налагаются на миллионы крестьянских хозяйств Германии.

B приложении к настоящей книге приводится текст закона о временной организации имперского сословия продовольствия и о регулировании рынка и цен на сельскохозяйственные продукты от 13 сентября 1933 г.

Ha основе этого закона учрежден союз зерновых культур- -с 19 подразделениями, который насильственно объединяет всех: производителей зерна, а также мельников, торговцев зерном и печеным хлебом. Каждое из этих 19 объединений ежегодно определяет количество обязательных поставок зерна и устанавливает твердые цены. Невыполнение закона о зерновом хозяйстве влечет за собой денежные штрафы и тюремное заключение.

Для регламентации молочного дела (молочных предприятий и производства и сбыта молока в крестьянских хозяйствах) учрежден союз молочного хозяйства с 15 подразделениями. Этот союз регулирует поставки, сбыт и торговлю молоком, фактически осуществляя полное запрещение свободной торговли молоком, в том числе продажи молока «на дому». Крестьяне обй- заны сдавать все молоко на специально указываемые молочнЫе предприятия.

Централизация обработки молочных продуктов нанесла не только большой ущерб > крестьянам, но и привела к закрытию многих мелких предприятий, что лишний раз подчеркивает, что все подобные мероприятия проводятся в интересах крупного монополистического капитала. Такойжецентрализации и «регулированию» в Германии сейчас подвержена торговля и другими про- ' дуктами: картофелем, яйцами, овощами, фруктами и т. п. Введение твердых цен — важнейшее звено в этом «регулировании».

Как реагировало крестьянство на все эти мероприятия фаши- -сткого правительства?

B 1934 r., когда в результате засухи в Германии случился неурожай, были повышены цены на корма. Это было сделано исключительно в интересах помещиков, так как именно они располагали кормовыми запасами. Поскольку импорт дешевых заграничных кормов сведен почти на-нет, крестьянам волей-неволей приходится покупать корма у помещиков по взвинченным ценам. A мясо, жиры, яйца, молоко и другие продукты крестьянам приходится продавать фашистским сбытовым организациям по твердым низким ценам. Вполне естественно, что крестьяне начинают усиленйо колоть коров, свиней и прочий скрт, ибо денег, выручаемых от продажи продовольственных продуктов, нехватает даже на покупку кормов.

Газета «Frankfurter Zeitung» в номере от 6 октября 1935 г. намекает, что недостаток масла «объясняется также и увеличением убоя коров на 20% в текущем году».

Короче говоря, результатом введения твердых цен было немедленное исчезновение с рынка наиболее ходких продовольственных товаров. Германский крестьянин не хочет, чтобы его регулировал фашистский чиновник.

Насколько тщетны попытки «планирования» и «регулирования» сельского хозяйства и насколько лживы хвастливые заявления министра сельскоро хозяйства Дарре об «успехах» в этой области, могут свидетельствовать следующие два замечательных .документа.

24 сентября 1935 г. гессенские власти выпустили следующее объявление («Frankfurter Zeitung» № 489):

«Выяснилось, что установленные максимальные цены на убойных свиней превышаются как крестьянами, сельскими хозяевами, торговцами, так и покупателями-мясниками частью открыто, частью же со всевозможными оговорками и обходами. Прй этом действуют элементы, которые злонамеренно стараются использовать в своих целях наблюдающийся в данное

время .известный недостаток снабжения... Соответствующие органы примут решительные меры против этих бессовестных элементов, где бы они ни находились. Первые карательные меры уже приняты и будут беспощадно проводиться».

27 сентября 1935 г. гессенский «вождь» крестьянства Вагнер . писал в &Frankfurter Zeitung»:

«Придерживать готовых для убоя свиней — это преступле- j ние, против которого должны быть применёны самые суровые государственные меры... Некоторые мясники, которые в расчете, что так им удастся скорее покрыть спрос на убойный скот, едут 'j в деревню, чтобы там, в обход рынка, закупать свиней или po- ; гатый скот у крестьянина прямо из хлева. Гессенскому кресть- ' янству небезызвестно, что при этом кое-где на местах бывали неприятности. Жаль, что только в немногих случаях удается настигнуть виновников с обеих сторон. Ибо суровая кара им : обеспечена».

Нужно признать, чтото, что сейчас происходит в Германии, -■ является началом крупного столкновения между германским крестьянством и фашистским государством. Это столкновение, і корни которого чрезвычайно глубоки, поведет в ближайшее -: время фашистскую Германию на путь новых, все более расту- : щих трудностей. Деревня постепенно начинает отрезвляться от ‘ фашистского угара, которому она была подвержена в момент ; прихода фашизма к власти.

Фашистская политика «регулирования» и «планирования»бьет •■ по самым широким слоям трудящихся крестьян и ставит эти ; слои в резкое противоречие с фашистским государством[29].

<< | >>
Источник: Ф. Манфрид. Фашизм и Германское гражданское право. Москва, 1936. 1936

Еще по теме Вопросы аграрного (земельного права):

  1. Глава 2. Организация земельного дела в период смены власти (лето — осень 1918 г.)
  2. Глава 3. Крестьянский вопрос в деятельности учреждений военной диктатуры
  3. ТЕМА 7 СОЗДАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ И МЕЖДУНАРОДНЫЙ БИЛЛЬ О ПРАВАХ ЧЕЛОВЕКА.
  4. § 2. Законодательство о недействительности сделок с земельными участками в современный период
  5. § 1. Сервитуты как основание ограничения и обременения прав собственника недвижимого имущества
  6. III. Право
  7. § 1. Общая характеристика основных видов права собственности
  8. § 2. Право частной собственности на землю
  9. Гражданское и смежные с нимотрасли права
  10. Система права и система законодательства в современных условиях
  11. 11.3. Критерии разграничения отраслей права
  12. Глава 2. Основные начала земельного законодательства
- Административное право зарубежных стран - Гражданское право зарубежных стран - Европейское право - Жилищное право Р. Казахстан - Зарубежное конституционное право - Исламское право - История государства и права Германии - История государства и права зарубежных стран - История государства и права Р. Беларусь - История государства и права США - История политических и правовых учений - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминалистическая тактика - Криминалистическая техника - Криминальная сексология - Криминология - Международное право - Римское право - Сравнительное право - Сравнительное правоведение - Судебная медицина - Теория государства и права - Трудовое право зарубежных стран - Уголовное право зарубежных стран - Уголовный процесс зарубежных стран - Философия права - Юридическая конфликтология - Юридическая логика - Юридическая психология - Юридическая техника - Юридическая этика -