Направленность парадигматических связей.

394. Заднеязычные твердые сочетаются с ; по общему правилу фонема после твердых согласных должна быть представлена звуком [ы]. Но у заднеязычных особые законы чередования в этих условиях: перед фонемой твердые заднеязычные заменяются мягкими, а после мягких представлена звуком [и]: рука— руки, лавка — лавки, сапогам — сапоги, строга — строги, стихом — стихи, лиха — лихи и т.

Здесь двойная направленность зависимостей: определила реализацию , , мягкими согласными, а мягкие согласные определили реализацию звуком [и], не [ы].

395. В русской парадигмо-фонетике есть еще один случай такой взаимонаправленности позиционных связей. В словах переносчик:, расспросчик, извозчик, рассказчик обусловливает реализацию предшествующих : они выражены звуком [ш’1, но после этого звука сама реализуется только щелевым [ш’], поэтому , = ^ = [ші.

396. Мы помним, что в синтагмо-фонетике зависимости были ненаправленными. Можно считать, что один (предшествующий) член синтагмы определяет другой (последующий); можно, наоборот, этот другой, т. е. второй, рассматривать как обусловливающий, а первый — как обусловленный член синтагмы — оба решения’ верны, и выбирать надо то, которое позволяет наиболее просто описать факты. Истинны же оба описания.

Не то в парадигмо-фонологии. Здесь все закономерности имеют направленный характер. Для ряда позиционно взаимоисключенных звуков [о — 6 — б — а — и — ъ — 0], т. е. для фонемы , соседние согласные—это позиционные условия, в которых она реализуется, и иное рассмотрение невозможно. В словоформе [н’ису] {несу) синтагмо-фонетика считает возможным рассматривать сочетание [н’и] в любом направлении: [н’І обусловливает выбор следующего гласного и выбирает [и], а не [ы], или [и] обусловливает выбор согласного и выбирает [и’], а не [н] (см. § 196—198). В парадигмо-фонетике возможен лишь один подход: здесь звук [и] обусловлен согласной .

Морфема [н’ис] {нес-) — та же, что морфема [н’ос] (нес). Если признать, что [н’] — обусловливатель, а гласный — обусловленное, то будет установлено чередование [6||и], несомненно, позиционное. Признав же, что обусловленным является мягкий согласный [н’1, мы теряем возможность рассматривать [6||и] как позиционное чередование, т. е. должны отказаться от определения языковой закономерности, ничего не получив вместо этой жертвы. Ведь тождество [н’1 в нес и несу очевидно и при том, и при другом подходе.

Правда, признав мягкость [н’1 в нес и несу обусловленной гласными [6] и [и], мы можем считать одной и той же фонемой первый согласный в словах нес, несу и ноша. Но подобная мена мягких согласных на твердые (ср.: везу — воз, напирать — напор, собирать — сбор) имеет явно грамматикализованный характер. Ввиду того что такое чередование присуще только определенным грамматическим формам, признать его фонетическим, позиционным, явно неверно. Итак, анализ «справа налево» группы «согласный + безударный гласный» в парадигматике привел к невозможности установить позиционное чередование, данное в языке, и заставил отрицать грамматикализованное чередование там, где оно несомненно есть.

397. Таким образом, для каждого кортежа парадигмо-фонем направленность позиционного влияния является данной, единственно возможной, а не зависит от точки зрения исследователя.

398. Еще более важна другая направленность, строго определенная в парадигмо-фонологии. В синтагмах любые два соседних члена равноправны, поэтому-то и можно вести анализ и «справа налево», и «слева направо». Левые члены сочетаний так же определяют правые, как правые члены определяют левые.

В парадигмах не все члены равноправны. У фонемы по ее членам [о] (или [6], или [61) можно предсказать, как будет реализована эта фонема в любой иной позиции. Например, на магнитофонной ленте остался только отрезок [оі. Можно ли предугадать, как эта фонема будет выражена в первом предударном слоге после мягкого согласного? Да, она реализуется звуком [и].

Чем большее число фонем нейтрализуется в данной звуковой единице, тем более слабым членом парадигмы она является. Например, у фонемы сильные варианты (члены парадиг-

мы) —это звуки [о, 6, 6]. По любому из них определимы все остальные члены парадигмы. Все остальные варианты фонемы являются слабыми. При этом из числа слабых [и] — самый слабый (нейтрализовано четыре фонемы), [ъ] — более сильный (нейтрализовано три фонемы), [а] — еще более сильный (нейтрализовано две фонемы), но все же он не равняется настоящим сильным вариантам [о, 6, б] — в них «нейтрализована» одна фонема, т. е. нет нейтрализации. * *•

Итак, одни члены парадигмы (т. е. варианты фонемы) определяют качество других, а другие члены не определяют однозначно качество других, поэтому парадигма имеет направленность: от сильных членов к слабым: [(о, 6, 6) а ъ и].

399. Разумеется, внутри сегмента, внутри варианта парадигмофонемы направленность (от признака к признаку) отсутствует; фонема в парадигмо-фонетике последняя, далее не членимая единица, и как описывать каждый ее вариант, какие признаки указывать сначала, какие потом, безразлично.