1.3. ПОНЯТИЕ ОБ ОРФОЭПИИ

Одним из существеннейших признаков каждого литературного языка является наличие в нем более или менее четко отработанных норм.

Литературный язык имеет нормы лексические, грамматические, орфографические и произносительные (иначе — фонетические).

Так, например, слова хороший, в прошлом году, очень, молодёжь, процент находятся в согласии с лексическими нормами русского литературного языка. Тот же, кто употребляет слово баской (вместо хороший), лднйсь (вместо в прошлом году), дюже, шибко или порато и др. (вместо очень), мдлодежь и процент (с ударением на первом слоге), тем самым нарушает эти нормы: приведенные слова или совсем не входят в состав русского литературного языка, или же имеют чуждое литературной речи ударение. Другой пример. Русскому литературному языку свойственны формы он хочет, знает, у сестры, нбгу, она спала, взяла, согласно чему-нибудь. Тот же, кто вместо них

употребляет диалектные формы он хотйть, знат, у сестре, ногу (с ударением на окончании) или широко распространенные она спала, взяла (с ударением на первом слоге), согласно чего-нибудь, тем самым нарушает грамматические нормы литературного языка, нормы спряжения, склонения, управления. Лексические и грамматические нормы (кроме ударения, относящегося к сфере устной речи) свойственны литературному языку как в его письменной форме, так и в устной. Однако письменный язык имеет еще свои специфические нормы — орфографические, т. е. систему правил, устанавливающих единообразную передачу языка на письме. В свою очередь, устной речи свойственны нормы орфоэпические. Орфоэпия (от греч. orthos — прямой, правильный и epos — речь) — совокупность правйл устной речи, обеспечивающих единство ее звукового оформления в соответствии с нормами национального языка, исторически выработавшимися и закрепившимися в литературном языке.

Объем понятия орфоэпии не является вполне установившимся.

Понятия произношения и ударения требуют некоторых пояснений.

Произношение охватывает прежде всего фонетическую систему языка, т. е. состав различаемых в данном языке фонем, их

качество, их изменения в определенных фонетических условиях. Например, фонетической системе русского литературного языка свойственны две аффрикаты — [ц] и [ч’] (ср. мыльце и мыльче — сравнительная степень от мылкий), в отличие от цокающих говоров, имеющих одну аффрикату (в цокающих говорах, например, слова конца и кончать произносятся со звуком [ц] как на месте ц, так и на месте ч).

патент и тент: пос[т’ё]ль и пас[тэ]ль, па[т’ё]нт и [тэ]нт. Как видно из этих примеров, фонетическая система допускает употребление перед гласным [е] как мягкого, так и твердого

согласного [т]. Употребление твердого [т] определяется принадлежностью слова к определенному слою лексики, а именно к части заимствованных слов, относящихся главным образом к области науки, техники, искусства, политики.

Наконец, в понятие произношения входит звуковое оформление отдельных грамматических форм, опять-таки в той мере, в какой оно не определяется фонетической системой языка. Например, вопрос о звуковом оформлении глаголов с возвратной частицей -сь (бою [с] или бою [с’], мою [с] или мою [с’]), безусловно, относится к произношению, но не имеет отношения к фонетической системе русского языка, так как последняя в равной мере допускает на конце слова как [с], так и [с’]: ср. [ос] я [ос’], [ус] и [гус’], [спрос] и [брос’].

Все эти и подобные случаи, не всегда относящиеся к фонетической системе, тем не менее относятся к произношению. Таким образом, произношение представляет собой понятие более широкое, чем фонетическая система, хотя последняя занимает в нем главное место.

Следует специально отметить, что к произношению не относится такая важная сторона устной речи, как дикция, т. е. устная речь со стороны четкости и внятности произношения. Можно обладать плохой дикцией и в то же время хорошим литературным произношением, т. е. невнятно, нечетко артикулировать, но произносить правильно, как это свойственно литературному языку. Напротив, можно обладать прекрасной дикцией, т. е. артикулировать четко и внятно, но совершенно не владеть литературным произношением, например произносить явб, яму, принясй. Само собой разумеется, что не относятся к произношению разного рода индивидуальные недостатки речи —такие, как заикание, картавость, гнусавость и т.

Специальное замечание требуется об ударении — другом важном отделе орфоэпии. Русский язык обладает сложной системой разноместного и подвижного ударения. Русское ударение является разноместным, потому что оно может падать на любой слог слова (ср. слова золото, топливо с ударением на первом слоге, собака, ворона с ударением на втором слоге, молоко, таракан с ударением на третьем слоге). Вместе с тем русское ударение, будучи в одних словах неподвижным, в других словах является подвижным, так как при образовании разных форм одного и того же слова его место может меняться (ср., например, вода, воды, но воду; город, города, городу, но города, городов, городам; прй- нял, но приняла; приму, но прймешь, примут; этот товар дорог, но эта вещь дорога и т. д.). Ударение является весьма важной стороной оформления устной речи, хотя оно и не относится в русском языке к области произношения в собственном смысле слова.

Отсутствие фиксированного места ударения, разноместность

делает ударение в русском языке индивидуальным признаком данного слова. Одним словам присуще ударение на 1-м слоге, другим — на 2-м, третьим — на 3-м и т. д. (ср. топливо, корова, толокно). Разноместность ударения используется для различения слов (ср. мука и мука, пили и пили) и в этой своей роли непосредственно связано с лексикой, словарным запасом языка. У суффиксальных и префиксальных слов ударение может быть признаком данного словообразовательного типа. Ср., например, глухость, тупость, старость, глупость , (безударность суффикса; «ударность» суффикса в злость вынужденная, так как корень этого слова не образует слога) или травка, ножка, канавка, книжка (ударение на основе) при различии ударения в соотносительных с ними мотивирующих словах: глухой, тупой и старый, глупый; трава, нога и канава, книга. Ср. также сельцо и дельце при село и дело (где место ударения производных отражает различия в месте ударения соотносительных с ними мотивирующих слов).

Таким образом, хотя ударение всецело относится к сфере устной речи, но, будучи в русском языке признаком либо данного слова, либо данной грамматической формы или парадигмы, оно относится и к лексике и грамматике, а не характеризует само по себе произношение. Это значит, что если кто-нибудь говорит молодежь вместо молодёжь, то он ошибается не в произношении в собственном смысле слова, а в месте ударения, присущем данному слову в литературном языке. При неправильности ударения может быть правильным произношение, если в заударных слогах этого слова на месте оке произносятся очень краткие гласные, близкие соответственно к [ы] и [и] (молыдиш), так как именно эти звуки и должны произноситься в литературном языке на месте о и е в заударных слогах. Если кто-нибудь вместо голову скажет голову и при этом произнесет на месте буквы о в 1-м и 2-м предударных слогах соответственно звук [а] и очень краткий звук, близкий к [ы] (приблизительно: гылаву), то он сделает ошибку не против произношения, так как именно эти звуки и надо произносить на месте о в предударных слогах, а против грамматики: вин. пад. от слова голова образуется с переносом

ударения на первый слог основы: голову (ср. также сторона — сторону, борода — бороду, борона — борону и др.).

Настоящее пособие посвящено только части орфоэпической проблемы — произношению в собственном смысле слова, т. е. тому, как должны произноситься те или иные звуки в определенных фонетических положениях, в определенных сочетаниях с другими звуками, а также какие звуки должны произноситься в определенных грамматических формах и группах слов или даже отделу ных словах, если эти формы и слова имеют свои произносительные особенности. Вопросы ударения, практически чрезвычайно важные, в нем оставлены в стороне. Ударение в словах и грамматических формах описано в «Грамматическом словаре русского языка» А. А. Зализняка (М., 1977).

В настоящей книге не рассматривается вопрос о произношении связного текста — его членении паузами, интонации, темпе, тембре, выразительной стороне и т. д.: в ней речь идет лишь о произношении каждого отдельного слова в этом тексте, или, точнее, о произношении фонетического слова, т. е. самостоятельного слова с примыкающими к нему безударными служебными словами или частицами (например, на гору, на горе, не пойдёт ли, когда же).

Объем вопросов, рассматриваемых в этой книге, лучше всего уясняется следующим образом: представим себе написанный текст с поставленными ударениями; вопрос о том, как он должен произноситься в пределах каждого слова в указанном только что смысле, и является предметом настоящего пособия.