<<
>>

Пресса и государственная власть

Если пресса выражает интересы всей политической системы, всего класса буржуазии в целом, то возникает вопрос, почему большой объем критики прессы приходится и на буржуазное правительство, кровно заинтересованное в сохранении капиталистической системы, являющееся составной частью государственно-монополистического механизма, тесно связанное с большим бизнесом, военно-промышленным комплексом?

Безусловно, правящему класу для поддержания социально-экономического статус-кво, осуществления своих интересов необходимо сильное правительство.

Но с другой стороны, делегируя политическую власть профессиональным политикам в Вашингтоне (даже при том, что большинство из них непосредственно выдвинуто монополиями), представители большого бизнеса опасаются чрезмерной концентрации ее в руках правительства, проведения курса, выгодного краткосрочным интересам какой-то одной группы в правяїцихкругах, в ущерб целям других групп, интересам всего класса.

Правящие круги, заинтересованные в смене не оправдавшей ожиданий администрации, дискредитировавших себя «управляющих делами» класса буржуазии, прибегают к различным средствам, в том числе и к помощи прессы.

Воспитывая общество в духе сохранения статус-кво, массового конформизма, способствуя поддержанию престижа государства, власти, в том числе президентской, пресса в то же время держит в резерве для этой цели и «артиллерию» критики.

Многие журналисты и политологи связывают рост критики в адрес правительства в средствах массовой информации с Вьетнамом и Уотергейтом, вызванными ими разо-блачениями злоупотреблений властью, обмана общественности, коррупции и аморальности в высших эшелонах власти.

Однако в период вьетнамской авантюры пресса долгое время шла на поводу у правительства в объяснении характера и хода войны. Бывший сенатор У. Фулбрайт так писал, например, о влиятельной «Вашингтон пост»: «Это газета, которая раболепно поддерживала политику администрации во Вьетнаме» !.

Широко разрекламированная разоблачительная роль прессы во время уотергейтского скандала была не такой уж блистательной — большая часть средств массовой информации оказалась сторонним наблюдателем, когда развивался политический скандал.

«Несмотря на то что пресса, бия себя в грудь, расписывает свою независимость и безжалостную критику правительства,— заявил один из руководителей редакции «Вашингтон пост»,— в течение многих лет вашингтонский пресс-корпус с готовностью соучаствовал в правительственной секретности, официальных пробных шарах, оправдании политических провалов. В большинстве случаев он с готовностью поддерживал политику правительства, особенно в международных делах» .

В американской прессе обычно связывают характер ее отношений с правительством в основном с личностью того или иного президента. Так, считается, что Рузвельт, Трумэн, Эйзенхауэр «умели ладить с прессой», их правительства были достаточно «открытыми» — с журналистами делились важной информацией о внутренней и внешней политике, к ним относились с должным уважением.

С. Олсон пишет в своей книге «Центр», что «управление новостями» началось еще при Кеннеди, хотя, конечно, президенты и до него старались разными путями поощрять органы печати. У Кеннеди установились тесные отношения с теми журналистами, которые с пониманием и позитивно оценивали его деятельность, и натянутые, часто неприязненные с теми, кто осмеливался критиковать его. Конфронтация прессы с правительством значительно усилилась при Джонсоне и достигла уровня враждебности при Никсоне, особенно во время уотергейтского скандала.

Однако сами по себе эти события, как бы драматичны они ни были, не характеризуют действительной роли прессы, ее отношения к органам государственной власти, в частности к федеральному правительству.

Эта роль в конечном счете определяется глубокими изменениями в социально-экономической и политической жизни США последних десятилетий.

Развитие и углубление современного этапа общего кризиса капитализма в социально-экономической и политической сферах, как уже отмечалось, привело к значительному падению доверия широких слоев населения к большинству институтов общества, и прежде всего к правительству. Развиваясь в 60-е годы, недоверие достигло особой глубины в 70-е годы, чему, несомненно, способствовали поражение во Вьетнаме и уотергейтский скандал.

Однако в первую очередь «кризис доверия» связан с неспособностью институтов власти, и прежде всего правительства, решить важнейшие экономические и социальные проблемы: безработицы, инфляции, расового неравенства, социального страхования и помощи беднейшим слоям и др.

Одно из основных обвинений в адрес правительства, распространившееся в массовом сознании в 70-е годы, состоит в том, что оно крайне неэффективно в своей деятельности, особенно в проведении различных социальных программ и в области регулирования экономической жизни, что значительная часть средств, выделяемых на федеральные программы, растрачивается впустую, расхищается, поглощается административным аппаратом.

Еще один аспект критики в адрес правительства — его бездушие, бюрократизм. В 1982 г. 61% опрошенных считали, что «большинство государственных деятелей мало волнуют проблемы простых людей» *.

Наконец, весьма важным аспектом негативного отношения к деятельности «большого правительства» стало представление, особенно распространившееся в 70-е годы, что оно и в первую очередь его социальные программы являются основной причиной инфляции.

Сочетание этих представлений, усилившихся за последнее десятилетие, объединилось в массовом сознании в расплывчатый, но достаточно устойчивый стереотип, фиксирующий недостатки, просчеты правительства.

В то же время широкие круги общественности все более видят и в большом бизнесе одного из основных виновников экономических и социальных проблем, «угрозу для страны», институт, приобретающий все большую власть и использующий ее в своих эгоистических интересах. Американцы во все большей степени возлагают на бизнес ответ-ственность за осуществление своих социально-экономических прав. По мнению большинства опрошенных (данные Роупера), от него зависит безопасность и качество продукции, охрана окружающей среды, качество рекламы, поддержание на соответствующем уровне цен, обеспечение занятости и т. п. При этом каждый второй считает, что бизнес не выполняет эти функции .

Со своей стороны, большой бизнес, в интересах которого прежде всего осуществляется государственно-монополистическое регулирование экономики, развернул широкую пропагандистскую кампанию (при активном участии консервативно настроенных обозревателей) по ее «дерегули-рованию». Отнюдь не собираясь демонтировать систему регулирования, влиятельные круги бизнеса в середине 70-х годов сочли целесообразным для осуществления большего контроля над этой системой создать в стране атмосферу критики принятых в этом плане государством мер. «Сбросить правительство со спины бизнеса» — этот лозунг был широко подхвачен прессой в начале 80-х годов как выражение консервативного сдвига в стране.

Данная кампания должна была способствовать ликвидации или сокращению ряда программ, которые бизнес считал особенно расточительными и снижающими прибыли. Сюда прежде всего относятся программы (сами но себе весьма куцые и ограниченные) в области социального вспомоществования — помощи безработным, бедным, неграм, престарелым, в сфере здравоохранения, образования, жилищного строительства.

В число «мишеней» попали также мероприятия в области трудоустройства негров и женщин, охраны труда, охраны окружающей среды.

Пресса активно участвовала в этом наступлении бизнеса (в частности, в предвыборной кампании 1980 г.), в результате чего усилилось политическое и экономическое влияние в обществе консервативных кругов финансовопромышленной элиты.

Для политической жизни США в последние два десятилетия характерен затянувшийся кризис американской двухпартийной системы. Проявляется он как в снижении поддержки населением двух буржуазных партий, так и в разочаровании населения в самой избирательной системе, где заправляют эти две партии. Падение доверия к партиям связано прежде всего с тем, что для значительной части американцев и республиканская и демократическая партии при внешнем различии риторики их лидеров — партии-близнецы, представляющие интересы различных влиятельных групп и прежде всего большого бизнеса, а не широких слоев. Доверие к партиям, по данным опросов общественного мнения, упало еще ниже, чем к правительству.

Наряду с общим падением доверия к партиям имели место также две другие важные тенденции. Одна из них — уменьшение числа сторонников двух буржуазных партий и рост прослойки «независимых», не причисляющих себя ни к одной из них. Так, если в 1948 г. 51% опрошенных причислял себя к демократам, 33% — к республиканцам и лишь 16% считали себя независимыми, то в 1985 г. соотношение составило 41: 30: 29 (встречаются и такие данные, как 37 : 33 : 26).

Другая, не менее важная тенденция состоит в том, что люди причисляют себя к той или иной партии весьма условно, часто голосуя за кандидата «чужой» партии, делают свой выбор на основании его позиции по важным проблемам, а не партийной принадлежности. Не питая доверия к кандидатам двух буржуазных партий, избиратели во все большей степени бойкотируют выборы. В 1984 г. в них участвовало лишь около 53 % избирателей.

В данных условиях американским буржуазным партиям, конечно, трудно доказывать, что они якобы выступают от имени широких слоев населения, а партийные машины не могут гаранфіроватьсвоим кандидатам на высокие государственные посты массовую поддержку.

Правящие круги во все большей степени стали прибегать для достижения этой цели к помощи прессы. Этому способствовало то обстоятельство, что с развитием телевидения политические деятели получили возможность прямого общения с избирателями, минуя посредничество партийных аппаратов, местных и национальных партийных боссов, этих традиционных «маклеров власти». (Подробнее роль прессы в избирательных кампаниях рассматривается в главе III.)

Пресса все более активно распространяет идеологию, политику, нормы и ценности правящего класса. Вышеупомянутый Дж. Коннэли подчеркивал, что «журналисты сегодня должны... откровенно выступать за сохранение нашей политич&кой системы. Защита системы свободного предпринимательства в ее нынешнем виде — в их кровных интересах» ь.

Критика, появляющаяся в прессе, призвана отвести недовольство широких масс от социально-экономической системы, от класса буржуазии, большого бизнеса, направить его на «функционеров», «бюрократов», или, иными словами, на «стрелочника», «рулевого», а не на «капи-тана».

В условиях падения доверия к правительству и усиления его критики в 80-е годы даже политики, претендующие на высшие правительственные посты, вынуждены были открещиваться от вашингтонской правительственной бюрократии. Такую антивашингтонскую риторику широко использовал, в частности, Дж. Картер в своей избирательной кампании 1976 г., и пресса поддерживала его требования «внести свежую струю» в «обюрократившуюся вашингтонскую верхушку». В значительной мере на критике «большого правительства» строил свою кампанию 1980 г. Р. Рейган.

Таким образом, в современной Америке пресса стала инструментом манипулирования общественным мнением п институтом, способствующим достижению стратегических целей всего класса буржуазии, финансово-промышленного капитала в целом. Сколь явными ни становились бы связп отдельных органов прессы с теми или иными финансовыми и промышленными группировками и компаниями, основное назначение прессы в американском обществе — осуществление глубинных классовых интересов буржуазии, даже если для этого приходится ущемлять интересы отдельных ее отрядов и институтов капиталистического общества.

При выполнении своей «сверхзадачи» американские средства массовой информации осуществляют следующие основные функции:

Посредством коммерческой рекламы пресса поддерживает и расширяет рынок для обеспечения высоких прибылей.

Она пропагандирует потребительские ценности, побуждая покупать, по словам Дж. Гэлбрейта, «вещи вообще» и, с другой стороны, вырабатывая вкусы, привычки, моду на конкретные изделия и продукты. В целом, по мнению Гэлбрейта, реклама создает «тип личности», крайне необходимый для капиталистического общества.

Насколько американскому капитализму нужна коммерческая реклама для поддержания рынка, настолько же ему нужна политическая реклама, пропаганда буржуазного образа жизни для поддержания социально-экономического статус-кво, сохранения капиталистической системы. Пресса осуществляет это не только напрямую, но и косвенно, как в информационных и политических материалах, так и в развлекательных, помогая внедрять ценности и нормы буржуазного общества, буржуазную идеологию, мораль, широко используя соответствующие символы и имиджи. Средства массовой информации, несомненно, следуют духу времени, и многие исследователи отмечают изменение политической окраски новостей — от традиционно консервативных в 50-х годах к либерально-критическим — в 60-х и неоконсервативным — в 80-х. Однако все эти колебания происходят в пределах традиционных буржу-азных идеологических стереотипов.

Важной функцией прессы, особенно заметно проявившейся в последние полтора-два десятилетия, является участие в выработке курса страны в критические моменты жизни общества. Поскольку в такие периоды происходит столкновение интересов различных политических сил, различных групп правящей элиты, весьма важной становится роль прессы в качестве трибуны для выявления и сопоставления различных точек зрения и подходов к решению проблемы.

В последние десятилетия, в связи с падением доверия к основным институтам власти буржуазного общества, пресса все больше используется как средство, позволяющее направлять в приемлемое русло массовое недовольство экономическими, социальными, политическими проблемами и неэффективностью государства в их решении.

Активно участвует пресса в избирательных кампаниях, способствуя выдвижению на высокие выборные посты кандидатов, удовлетворяющих финансово-промышленные круги, обеспечивая поддержку этим кандидатам и влияя тем самым на исход выборов.

<< | >>
Источник: Попов H. П.. Индустрия образов: Идеол. функции средств масс, информации в США.— М.: Политиздат,1986.— 144 с.. 1986

Еще по теме Пресса и государственная власть:

  1. «Public Relations» как функция управления. Создание службы PR в органах государственной власти и муниципального управления.
  2. СО и органы власти. Лоббирование.
  3. Пресса бывает...желтой и не очень
  4. Структура власти
  5. Монополизация средств массовой информации и доктрина «свободной прессы»
  6. Пресса и государственная власть
  7. Общественное мнение и пресса
  8. 2. Пресса и избирательные кампании последнего времени
  9. 3. Пресс-элита: миф и реальность
  10. 128. Может ли рассматриваться как действие, направленное на распространение порочащих сведений, подача жалобы в государственные органы?
  11. § 1. Разнообразие взглядов на теорию разделения властей на Западе
  12. Государственная власть и ее основные свойства