По совершенно справедливому замечанию В.

Политико-правовая знаковая система способна регулировать поведение только тогда, когда адресуемая информация воспринята сознанием личности (или коллективным сознанием группы, что наиболее актуально для Средневековья) и трансформировалась в мотив ее деяния.

Ученые констатируют наличие прямой связи между символом и иррациональными формами мышления. Так, психолингвистические исследования отечественного психолога А.Р. Лурии в области исторической психологии выявили слабый уровень теоретического мышления у человека доиндустри-ального общества, а также иную функцию слова в процессе мышления: «Слово, осуществляющее в теоретическом мышлении функции абстракции и кодирования предметов в понятийные системы, здесь служит средством воспроизведения наглядно-действенных ситуаций»23. Современные юристы добавляют к этому, что юридическое сознание отличается высокой степенью консерватизма, что в конечном счете связано с охранительной направленностью деятельности человека в сфере права и государства. Это влечет за собой тот факт, что и сегодня правовые понятия часто представляют собой метафоры. В основе же всякой метафоры, включая и юридическую, лежит сравнение объекта с каким-либо другим предметом, явлением или процессом, которые более известны сравнивающему или считаются им более известными либо понятными. Поэтому правовые понятия-метафоры всегда связаны с уже существующими представлениями человеческого сознания об окружающем мире и играют большую роль в формировании правосознания.

Как верно отмечается в литературе по истории европейского Средневековья, мы имеем здесь дело с особым, отличающимся от современного, типом символизации, и следовательно, с иным типом мышления, нуждавшимся в наглядном, чувственно-осязаемом воплощении абстрактных понятий и способным их заменять самыми разнообразными реалиями. Вместе с тем «"примитивное" ("архаическое", "варварское") сознание ни в коей мере не примитивно, но оно существенно отличается от современного рационалистического сознания иным способом расчленения и организации действительности, способом, вряд ли менее логичным и последовательным, чем наш, и — главное! — вполне соответствовавшим потребностям общества, выработавшего народное право»25.

2. Символизм как специфический способ выражения политико-правовойкоммуникации в Древней Еуси

Оставляя вопрос о соподчинении различных видов символов, способствующих объективации политико-правовой материи, представляется достаточным охарактеризовать символы-акции и предметно-объектные символы, которые, в свою очередь, включают условно-графическую символику: геральдические и сфрагистические знаки, изображения на монетах и других предметах.