Отмена закона

В одной из предыдущих лекций я указывал на то, что нормы права, хотя и стремятся к возможно большей устойчивости, но по самому назначению своему—регулировать изменчивый и постоянно разрастающийся круг человеческих потребностей—они должны в самом понятии своем заключать возможность их дальнейшего развития, изменения и отмены.

Изменения закона, могут носить различный характер. Иногда изменяются некоторые части закона, иногда закон дополняется новыми юридическими определениями, иногда новое юридическое определение указывает исключения из прежнего закона, или, наоборот, расширяет объем прежнего закона, распространяя его действие на случаи ранее под него не подходившие, иногда новое определение отменяет часть прежнего закона или наконец совсем отменяет его. В источниках это отношение новых определений к прежним выражается следующими терминами.

Lex aut rogatur id est fit, aut abrogatur—id est prior lex tollitur, aut subrogatur id est adjicitur aliquid primae legi, aut abrogatur id est mutatur aliquid ex prima lege»[1].

Что касается потери законом его силы, то она наступает: во 1-х, с прекращением обстоятельств и условий, с которыми связывалась его сила, например законы, изданные относительно крепостных, отменяются с отменой крепостного права, во 2-х, иногда с истечением срока, на который закон издан. В самом законе может быть указано, что он должен иметь силу лишь на известное время, и тогда основание его отмены лежит в нем самом.

Закон всегда, конечно, издается по какому-либо основанию, известныt условия служат побуждением к его изданию.

Некоторые юристы утверждают, что как скоро обстоятельства или условия, послужившие побуждением к изданию закона, основанием его, исчезают, то и самый закон теряет силу. Это выражают в формуле—cessante ratione legis cessаt lex ipsa.

Ho нужно помнить, что побуждение к изданию закона —ratio legis и самый закон не тожественны. Раз изданный но известному побуждению закон существует уже независимо от того, продолжают ли существовать факты, послужившие основанием к его изданию. Появление известных фактов, обстоятельств само по себе не создает еще нового закона, a служит лишь поводом к его изданию, поэтому и прекращение этих фактов и обстоятельств не прекращает еще закона, a может служить только поводом к его отмене.

В 3-х, закон чаще всего отменяется новым законом. При этом возможно, что все содержание закона состоит только в отмене прежнего, или закон дает новое определение отличное от прежнего, упоминая при этом об отмене старого закона или даже не упоминая, так как и без этого упоминания совместное существование двух законов несогласных по содержанию, невозможно, и старый должен уступить место новому—lex posterior derogat lege priori (fr. 4 Dig. de const. princip. I, 4).

В 4-х, иногда закон теряет свою силу, потому что вследствие изменившихся народных воззрений перестает применяться в силу обычая—per desuetudinem. Об этом мы уже говорили.

В 5-х. Если юридические определения составляют вывод из другого юридического определения, являются его следствием, то с отменою того определения, из которого делаются выводы, исчезает существенное условие для действия других из него выводимых определений, и они отменяются.

Надо заметит, что если новые юридические определения по содержанию относятся к jus singulare или spесiale, то они не отменяют юридических определений, относящихся к jus commune. Равным образом, отмена местного закона, исключающего действие общего, не может вести за собою и отмену общего закона, и, наоборот: отмена общего закона не касается законов особенных и местных. Отмена общих законов может влечь за собой отмену и законов особенных только в том случае, когда существование первых являлось существенным условием для силы и применения последних, например: отмена общая крепостного права влечет и отмену особенных законов, с этим институтом связанных.

[1] Ulр. I, 3 ср. fr. 102 D. 50, 16.