Юридическая
консультация:
+7 499 9384202 - МСК
+7 812 4674402 - СПб
+8 800 3508413 - доб.560
 <<
>>

Параграф второй. Особенности развития скандинавского права от эпохи Кальмарской унии до ХХ в.


Скандинавское право сохраняло свою уникальность в течение многих столетий. Она стала еще более заметной с момента объединения скандинавских земель под верховной властью датских королей. Проект объединения Дании, Швеции и Норвегии был осуществлен датской принцессой Маргарет I.
Сперва (1380 г.) в династическом союзе объединились Дания и Норвегия. Позже (1389 г.) в его состав вошла Швеция. Итоги объединения трех скандинавских стран, а также их заморских владений — Исландии, Гренландии, Фарерских островов, значительной части Финляндии — были оформлены Кальмарской унией, заключенной в 1397 г. с целью создания «вечного мира и союза»[1106].
По условиям Унии все три государства сохранили право на самоуправление. Остались в силе действовавшие на их территориях законы и обычаи. Объединение скандинавских государств позволило им успешно противостоять натиску Ганзейского союза и немецких княжеств.
Но основы союза были непрочны. И в 1523 г. он распался. Из его состава вышла Швеция, недовольная засилием датской знати. Скандинавский мир надолго раскололся на две части. Норвегия осталась в орбите влияния Дании (с 1536 г. — как одна из ее провинций)[1107], уступив ей юрисдикцию над принадлежавшими ей землями Исландии, Гренландии и Фарерских островов. Швеция сохранила контроль над большей частью Финляндии.
Как отмечено выше, Кальмарская уния не препятствовала самобытному развитию права Скандинавских стран. Более того, его уникальность усилилась в ходе начавшейся в середине 1520-х гг. Реформации.
Протестантство возрождало многие начала самоуправления через церковные приходы, прививавшие христианские ценности справедливости, милосердия и труда.
Швеция и Дания расторгли узы с католической церковью в 1530-х гг. В Дании по Ордонансу 1537 г. была сформирована самостоятельная Датская народная церковь. Она имела достаточно стройную структуру. Во главе церкви стоял король. Ступень ниже занимали епископы, которые избирались духовенством городов и утверждались в должности королем. Духовенство городов в свою очередь избиралось мэрами и городскими советами; сельские священники избирались непорочными и «достойными» людьми. К 1560 г. были приняты основные законодательные акты, регулировавшие порядок проведения служб, проповедей, ритуалов, определявшие правовой статус священнослужителей. В Швеции новое церковное законодательство было кодифицировано в 1571 г.[1108] Эти меры не только подчинили церковь государству, но и отвели ей особую роль.
О том, какой она была, можно судить по описанию известного историка Э. Аннерса: «Принятие лютеранского вероучения и устройства церкви имело большое значение для развития правопорядка Северных стран. Духовенство получило еще большее значение в государственной жизни, причем до конца XVIII в. оно играло очень консервативную, если не сказать ортодоксальную, роль в политике. Особенно сильно влияние духовенства было в области семейного и уголовного права. Постоянным и сильным средством его влияния была Библия, чей авторитет оставался непоколебимым до середины XVIII в., несмотря на влияние идей Просвещения. К тому же духовенство пользовалось самостоятельным влиянием в качестве толкователей и проповедников Евангелия, вдобавок оно было орудием влияния государственной власти, независимо от того, кто стоял у ее руля: абсолютный монарх или облеченные властью сословия эпохи свободы.
Духовенство помимо своей политической пропагандистской задачи, проявлявшейся, как правило, в благоговейном усердии при исполнении своих проповеднических обязанностей, должно было также заботиться о моральном воспитании населения. В основном такое воспитание проходило в рамках церкви, причем население здесь же знакомилось и с законодательством своей страны. Важнейшие законы и указы должны были зачитываться в церкви на паперти, либо же сообщения вывешивались на специальных досках. Поскольку любой совершеннолетний, прошедший конфирмацию, должен был посещать воскресную службу под страхом наказания, то государственная власть была застрахована от того, что ее запрещения не станут известными подданным и не отложатся в их памяти. Такое положение дел было общим для Европы, но только в протестантских странах оно приобрело особый характер благодаря тому значению, которое ему придавали государственная власть и Евангелие»[1109].
Следующий этап в развитии скандинавского права наступил с утверждением абсолютизма. В Дании король Фредерик III (1648—1670) распустил общенациональный сословный парламент, а также местные органы самоуправления, сохранявшиеся в течение многих веков. Новая форма правления была закреплена Королевским законом (Lex Regia) 1665 г.[1110] Во многом сходные реформы были проведены в 1680 г. в Швеции. Вершиной и вместе с тем концом шведского абсолютизма стало правление Карла XII.
С укреплением абсолютизма была осуществлена также полная ревизия законов. В Дании ее итогом стало издание единого Свода законов (Danske lov) 1683 г. В 1687 г. отдельный Свод законов был введен в действие в Норвегии. Вскоре их примеру последовала и Швеция, утвердившая в 1734 г. новый Свод законов, который действовал и на территории Финляндии. Основной их целью было укрепление королевской власти. Вместе с тем они сохраняли в силе многие исконные законы и обычаи. Уникальной была техника систематизации законодательства. Законы и обычаи группировались по книгам, которым предписывалась роль своеобразных строительных балок, скреплявших правовое здание в целом[1111]. К достоинствам указанных сводов следует отнести также форму их изложения. Законодательные нормы были сформулированы простым языком, доступным для восприятия большинства населения. Это объясняет устойчивость созданного ими правопорядка.
В Дании и Швеции, несмотря на реформы последних трех столетий, указанные своды сохраняют юридическую силу.
В Скандинавии до начала XIX в. влияние иноземного права в целом было мало заметно. Ни в одной из северных стран не было рецепции римского права. Правовые модели Франции, Германии, других государств Европы заимствовались в достаточно узком сегменте, прежде всего в вопросах организации верховной власти, земельных отношений и некоторых других. Не случайно именно в Скандинавии были созданы первые кафедры национального права (в Университете Упсалы в 1620 г.)1.
Во многих сферах законодательства Скандинавские страны опережали другие европейские государства. Так, в Швеции был принят первый в Европе Закон о свободе печати 1766 г. В Дании после прихода к власти реформаторов (1784 г.) был проведен ряд глубоких реформ по освобождению крепостных крестьян, свободе торговли, всеобщему образованию. В преддверии великих европейских революций Скандинавские страны своим опытом доказывали жизнеспособность либеральных идей. А через три десятилетия многие из них нашли воплощение в первых конституциях Северных стран — Форме правления Швеции 1809 г. и Конституции Норвегии 1814 г.
Конституция (Форма правления) Швеции 1809 г. была принята в условиях внутренних потрясений, вызванных поражением в русско- шведской войне и глубоким экономическим кризисом. Это был дар Карла XIII, последнего короля угасающей великой династии, — дар, который должен был сохранить Швецию как независимое государство, вернуть ей утраченные силы, восстановить в ней согласие и порядок.
Чтобы осуществить эти цели, Конституция 1809 г. соединила в одном механизме обновленной власти древние и новые учреждения, которые должны были поддерживать и контролировать друг друга.
Так, власть короля ограничивал Риксдаг, сословно-представительный орган, состоявший из четырех палат (курий), которые представляли дворянство, духовенство, городское население и крестьян. Для принятия текущих законов требовалось согласие трех курий, а конституционных законов — всех четырех. Тем самым не только сдерживались законодательные инициативы Короля, но и были закреплены гарантии прав и законных интересов отдельных сословий.
Особо ограничивались финансовые полномочия королевской власти. Риксдаг самостоятельно устанавливал налоги, утверждал государственный бюджет. Депутаты Риксдага контролировали деятельность Банка Швеции, заключение займов и выплату государственного долга, расходование бюджетных средств.
Власть короля была ограничена и в сфере государственного управления. Любые его решения могли быть приняты только в Государственном совете. Он не мог уволить либо перевести на другие должности чиновников, если они не были под следствием или судом либо не подали прошения об отставке (ст. 36). Конституцией 1809 г. была предусмотрена судебная ответственность чиновников за ведение дел (ст. 47) и введен парламентский контроль за сферой государственного управления.
В целом Конституция Швеции исходила из общей предпосылки не только ограничения, но и ответственности королевской власти. При этом многие ее нормы воспроизводили положения Закона земли 1347 г. короля Магнуса II Эрикссона либо были созвучны им:
«Король должен поддерживать и поощрять справедливость и правду, воспрещать и пресекать несправедливость и неправду, не наносить и не позволять наносить ущерб ни одному лицу, его чести, свободе, правам и интересам, если только его не обвинят и не осудят в порядке, предусмотренном законом; не лишать и не допускать лишения движимого и недвижимого имущества без следствия и суда и вне форм, предписанных законами и статутами Швеции; не нарушать и не позволять нарушать неприкосновенность жилища; не высылать кого бы то ни было из одного места в другое; не принуждать и не разрешать принуждать в вопросах веры, но покровительствовать каждому в свободном исповедании религии, если он не нарушил общественного спокойствия и не оскорбил общественной нравственности. Король должен следить за тем, чтобы суд над каждым осуществлялся только по закону и только тем судьей, под юрисдикцией которого находится его дело».
В этих строчках ст. 16 Конституции отчетливо прослеживается стремление обеспечить ответственность короля не только перед обществом в целом, но и перед каждым подданным.
Другая особенность конституционной регламентации — закрепление механизмов согласования решений. В подтверждение приведу несколько норм:
«Члены Государственного совета, которые принимают участие в его заседаниях, безусловно обязаны, неся ответственность за свои заключения, высказывать и разъяснять свои мнения, которые будут записаны в протоколах ведения дел, но при этом право принятия решений во всех случаях принадлежит одному Королю. Если вопреки ожидаемому, случится так, что решение Короля явно будет противоречить Конституции Королевства или общему законодательству, то долг членов Государственного совета состоит в том, чтобы они выступили против этого решения с настоятельными возражениями...» (ст. 8, 9).
«Когда Король захочет объявить войну или заключить мир, он созовет всех членов Государственного совета на чрезвычайное заседание, изложит им те мотивы и те обстоятельства, которые должны быть приняты во внимание, и потребует заключений, которые они должны дать каждый по отдельности...» (ст. 13).
Следующая черта Конституции Швеции — укрепление правового порядка:
«Королевские и все другие суды будут судить в соответствии с законами и изданными на основе законов статутами; административные коллегии Королевства, провинциальные и иные управления, а также высшие и низшие должностные лица будут вести свои служебные дела в соответствии с теми инструкциями, распоряжениями и предписаниями, которые уже изданы или могут быть изданы впоследствии; они будут повиноваться повелениям и приказам Короля и взаимно помогать друг другу в их исполнении, а также во всем том, что может потребовать благо государства, оставаясь вместе с тем ответственными по закону перед Королем за свое бездействие или за свои упущения, или незаконные действия» (ст. 47).
В вышеприведенных нормах Конституции Швеции отражены особые черты ее системы «сдержек и противовесов» — ответственность органов власти за свои действия и вместе с тем их единение во благо Королевства. Это несомненно придало не только устойчивость, но и действенность механизму власти и в конечном счете — Конституции в целом.
Конституция 1809 г. наряду с другим конституционным актом — Актом о Риксдаге действовала с изменениями и дополнениями более полутора столетий. И только в 1974 г. она утратила силу в связи с принятием новых конституционных законов — Формы правления (27 февраля 1974 г.) и Акта о Риксдаге (28 февраля 1974 г.).
Следующий яркий документ той эпохи — Конституция Норвегии 1814 г. Долгое время Норвегия находилась под владычеством Дании, что обрекало ее на нищее существование. Бесправие населения, непосильное налоговое бремя, вывоз и истощение экономических ресурсов — таковы были те причины, которые вызвали к жизни мощное национально-освободительное движение.
10 апреля 1814 г. в местечке Эйдсволл было созвано Государственное собрание, в котором были представлены практически все сословия страны. Оно тут же приступило к разработке конституции на основе принципов национальной независимости, народовластия, разделения властей, свободы печати и религии. Окончательный текст Конституции был утвержден 17 мая 1814 г.
Конституцией были учреждены три разделенные ветви власти. Исполнительная вверялась королю, законодательная — Стортингу, состоявшему из двух палат — Лагтинга и Одельстинга, судебная — Верховному и нижестоящим судам.
В полном согласии с принципом народовластия наиболее широкие полномочия были предоставлены Стортингу. Он имел право принимать и отменять законы, устанавливать налоги, таможенные пошлины и другие повинности, делать займы от имени государства, осуществлять контроль за внешней политикой, расходованием финансов, ведением дел в органах исполнительной власти.
Власть короля была ограничена. Все его указы и официальные письма подлежали контрасигнации соответствующим членом Государственного совета (правительства). Без этого они не имели юридической силы. Стортинг не только утверждал цивильный лист (бюджет) королевской семьи, но и расходование денежных средств.
Конституция содержала много других ограничений королевской власти. Так, ст. 19 Конституции выдвигал следующее требование: «Король должен следить за тем, чтобы управление государственными имениями и расходование сборов с таких имений осуществлялись согласно предписаниям Стортинга и с наибольшей пользой для общества».
Конституция Норвегии была одним из самых демократических документов той эпохи. Это качество она сохраняла в течение многих десятилетий. Даже в 1857 г. К. Маркс выделял ее как самую демократическую в современной ему Европе конституцию[1112].
Многие демократические нормы Конституции Норвегии берут свое начало в традициях и институтах далекого прошлого. Из прошлых веков была позаимствована и та форма, в которую облечены конституционные нормы.
Как отмечают многие источники, текст Конституции Норвегии был переработан «в духе приближения его к стилю старых норвежских законов»1. При этом использовались приемы «народной» поэтической традиции с ее ясным и четким языком, краткими и вместе с тем созвучными строками.
Приведу лишь несколько статей Конституции Норвегии, которые помогут более полно представить особенности стилистического ее оформления.
«Статья 1. Норвежское Королевство является свободным, независимым и неделимым Государством. Его форма правления — ограниченная и наследственная монархия.
Статья 3. Исполнительная власть принадлежит Королю.
Статья 4. Король должен всегда исповедовать Евангелическо-лютеранскую религию, поддерживать ее и покровительствовать ей.
Статья 5. Личность Короля священна; он не может подвергаться осуждению или обвинению. Ответственность возлагается на его Совет...
Статья 17. Король может принимать и отменять указы по вопросам торговли, налогов, промышленности и полиции; но они не должны противоречить ни Конституции, ни законам, принятым Стортингом. Они остаются временно в силе до ближайшей сессии Стортинга...
Статья 49. Народ осуществляет законодательную власть через посредство Стортинга, состоящего из двух отделений — Лагтинга и Одельстинга.
Статья 85. Тот, кто исполняет приказ, нарушающий свободу и безопасность Стортинга, признается виновным в государственной измене.
Статья 96. Никто не может быть осужден иначе как по закону или наказан иначе как по суду. При допросе пытки никогда не должны применяться...
Статья 99. Никто не может быть заключен в тюрьму иначе, чем в случаях, установленных законом, и в предписанном законом порядке.
За необоснованный арест или незаконное задержание виновное лицо несет ответственность перед пострадавшим»[1113].
Конституция Норвегии сочетала в себе достоинства демократического документа и своеобразного литературного произведения, что несомненно способствовало становлению и укреплению основ конституционного строя.
Со временем в ее текст было внесено большое число изменений и дополнений. Менялись содержание, приемы оформления конституционных норм. Но неизменным оставалось одно — общий отпечаток прежней поэтической традиции, напоминающий о том, что Конституция Норвегии остается второй по времени принятия после американской действующей конституцией мира.
Конституция Норвегии послужила образцом и для Конституции Дании, принятой в 1849 г. на волне нового революционного движения, охватившего страны Западной Европы. Абсолютистская форма правления была преобразована в конституционную монархию, в которой власть короля была ограничена выборным парламентом. Была сформирована независимая судебная власть и подтверждены многие свободы, в том числе свободы слова, прессы, вероисповедания и объединений.
С середины XIX в. усиливается влияние германского права, что объяснялось рядом причин, прежде всего расширением экономических связей Скандинавских стран с Германией, а также близостью их языков, что обусловливало общность не только терминологии, но и образов права.
Но преувеличивать это влияние не стоит. Во многом оно было поверхностным и не затрагивало основ скандинавского права. Даже такой величественный памятник права, как Гражданское уложение Германии 1900 г., не был воспринят ни в одной из трех скандинавских стран. Швеция, Норвегия и Дания ограничились только частичной кодификацией частного права, используя в основном собственные правовые модели. В дальнейшем, после обретения независимости, по тому же пути пошли такие скандинавские страны, как Финляндия и Исландия.
Была сохранена также стилистика оформления правовых норм — лаконичная и вместе с тем ясная. Правовые нормы в основном не требовали комментариев и могли применяться населением непосредственно, без помощи профессиональных юристов, в отличие от той же Германии, где юристам была отведена кастовая роль служителей права.
Влияние других правовых систем проявлялось в основном в восприятии, в отдельных случаях — в заимствовании, правовых моделей других скандинавских государств. Прежде всего это касалось Норвегии и Швеции, связанных узами личной унии с 1814 по 1905 г.
<< | >>
Источник: Лафитский В.И.. Сравнительное правоведение в образах права. Том первый. — М.:,2010. — С. 429. 2010

Еще по теме Параграф второй. Особенности развития скандинавского права от эпохи Кальмарской унии до ХХ в.:

  1. СОДЕРЖАНИЕ
  2. Параграф второй. Особенности развития скандинавского права от эпохи Кальмарской унии до ХХ в.
- Административное право зарубежных стран - Гражданское право зарубежных стран - Европейское право - Жилищное право Р. Казахстан - Зарубежное конституционное право - Исламское право - История государства и права Германии - История государства и права зарубежных стран - История государства и права Р. Беларусь - История государства и права США - История политических и правовых учений - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминалистическая тактика - Криминалистическая техника - Криминальная сексология - Криминология - Международное право - Римское право - Сравнительное право - Сравнительное правоведение - Судебная медицина - Теория государства и права - Трудовое право зарубежных стран - Уголовное право зарубежных стран - Уголовный процесс зарубежных стран - Философия права - Юридическая конфликтология - Юридическая логика - Юридическая психология - Юридическая техника - Юридическая этика -