<<
>>

РАТЦЕЛЬ Фридрих

РАТЦЕЛЬ Фридрих (30 августа 1844 — 9 августа 1904) — немецкий ученый, родоначальник геополитики. В работах Р.

собраны практически все основные геополитические идеи, на которых базируется современная наука, обозначены основные направления исследований, поэтому многие последующие геополитики называют себя его учениками и опираются на его открытия в своих научных изысканиях.

Р. окончил Политехнический университет в Карлсруэ, где прослушал курсы геологии, палеонтологии и зоологии. Свое образование он завершил в Гейдельбергском университете. В 1870 Р. отправился добровольцем на войну, где получил Железный крест за храбрость. После войны он продолжил свои академические занятия уже в русле демографии.

В 1876 Р. защитил диссертацию об эмиграции в Китае. В этот период он предпринял ряд путешествий по Европе и Америке, результатом которых стали исследования по этнологии. Р. преподавал географию в техническом институте Мюнхена, а в 1886 перешел на кафедру географии в Лейпциге.

В 1886—1904 Р. — профессор географии Лейпцигского университета. Наряду с наукой, Р. интересовался и политикой, занимая националистические позиции. В 1890 он вступил в «Пангерманистскую лигу» Карла Петерса. В Гейдельберге Р. стал другом и учеником профессора Эрнста Геккеля (1834—1919), который ввел в научный оборот термин «экология». Сам Геккель был прямым учеником Чарльза Дарвина, поэтому неудивительно, что при разработке своего учения Р. использовал многие дарвиновские идеи, оказавшие, как известно, большое влияние на общественные науки, в частности в форме «социал-дарвинизма».

Под влиянием дарвиновских идей Р. рассматривал государство как живой организм, борющийся за свое существование. В этом плане Р. является также прямым продолжателем всей школы немецкой «органической» социологии, наиболее ярким представителем которой был Фердинанд Теннис (1855—1936) — один из родоначальников профессиональной социологии в Германии, называвший расизм «современным варварством» и демонстративно ушедший с поста президента Немецкого социологического общества после прихода нацистов к власти.

Р переносил в социальную область закономерности развития животного и растительного мира, например миграционную теорию М. Вагнера. Многие идеи Р восходят к воззрениям Иммануила Канта, Александра фон Гумбольдта, Карла Риттера и других немецких мыслителей, которые уделяли значительное внимание физической среде и ее влиянию на общественно-историческое развитие. В соответствии с этими идеями Р рассматривал земной шар как единое целое, неразрывной частью которого является человек. Он считал, что человек должен приспосабливаться к своей среде точно так же, как это свойственно флоре и фауне.

На Р большое влияние оказало знакомство с Северной Америкой, которую он хорошо изучил и которой посвятил две книги: «Карты североамериканских городов и цивилизаций» (1874) и «Соединенные Штаты Северной Америки» (1878—80). Р заметил, что «чувство пространства» у американцев развито в высшей степени, так как они были поставлены перед задачей освоения «пустых» пространств, имея за плечами значительный «политико-географический» опыт европейской истории. Следовательно, американцы осмысленно осуществляли то, к чему Старый Свет приходит интуитивно и постепенно. Так, Р. впервые формулирует важную геополитическую концепцию «мировой державы» (Weltmacht). Р заметил, что большие страны в своем развитии имеют тенденцию к максимальной географической экспансии, выходящей постепенно на планетарный уровень. Следовательно, рано или поздно географическое развитие должно подойти к своей континентальной фазе. Применяя этот принцип, выведенный из американского опыта политического и стратегического объединения континентальных пространств, к Германии, Р предрекал ей судьбу континентальной державы.

В 1882 в Штутгарте вышел фундаментальный труд Р «Антропогеография» (Antropogeographie), в котором он сформулировал свои основные идеи: связь эволюции народов и демографии с географическими данными; влияние рельефа местности на культурное и политическое становление народов и т.д.

При рассмотрении формирования геополитического учения значительный интерес представляет тот факт, что именно описательная политическая география, так сказать, натолкнула геополитиков на вопрос о географической обусловленности развития государства.

Это положение, выдвинутое А. Геттнером, было развито Р в его основном геополитическом тезисе о географической обусловленности не только становления и развития государства, но и всех политических явлений.

Отстаивая свои взгляды, Р писал по этому поводу в предисловии ко второму изданию «Антропогеографии»: «Нельзя терпеть дальнейшего существования разницы между научной трактовкой вопросов физической географией и их ненаучной трактовкой политической географией».

Для развернутой в «Антропогеографии» методологии Р. характерно утверждение о непосредственных отношениях между человеком и географической средой, государством и землей. Политическая жизнь, по Р, обусловлена непосредственным воздействием географической среды, а государство «так же старо, как семья и общество», и представляет собой «единство народа с известным почвенным пространством» и особый биологический организм.

В следующей своей работе «Народоведение» (1893) Р. поставил в центр исследования географическую обусловленность политической жизни и проследил отношение внешней политики государства к географическому пространству. Он рассматривал государство как биологический организм в тесной и неразрывной связи со свойствами населяющего его этноса, частично — со свойствами земли и природными условиями в целом. Р отмечал: «Географическое воззрение (рассмотрение внешних условий) и историческое разъяснение (исследование факторов развития) должны... идти рука об руку. Только из соединения того и другого может получиться настоящая оценка нашего предмета». Далее он вновь обосновывает избранный им метод: «Как бы человечество ни тянулось в высокие эмпиреи, ноги его касаются земли. Этим, прежде всего, обусловливается необходимость рассмотрения географических условий его существования. Что касается исторического воззрения, то мы можем указать народы, которые тысячелетия оставались одинаковыми, не меняя ни места пребывания, ни языка, ни физического облика, ни образа жизни, и только поверхностно изменили свои верования и знания».

Отсутствие динамики в развитии таких этносов Р объясняет условиями их географического расположения на земном шаре, но отнюдь не психической или ментальной их отсталостью, что снимает с него обвинение в расизме, которое выдвигали многие из его оппонентов. Наряду с местоположением народа, большое значение для дальнейшего развития цивилизации имеет, по Р, плотность населения, также относящаяся к пространственному фактору.

Ученый отмечает, что «в большой плотности населения заключается не только прочность и порука энергичного развития народа, но и непосредственный стимул к росту культуры».

Главный труд Р «Политическая география» (Politische Geographic) был опубликован в 1897. В этой работе Р показывает, что почва является основополагающей неизменной данностью, вокруг которой вращаются интересы народов. Движение истории предопределено почвой и территорией. Р. исходил из того, что человеческая история — это история приспособления людей к окружающей их среде. Далее следует эволюционистский вывод о том, что «государство является живым организмом», но организмом, «укорененным в почве».

В «Политической географии» Р рассматривает государство не с точки зрения такого известного и «разработанного» в прошлом географического фактора, как климат, а с позиции отношений государства и Земли. Отсюда его основной девиз: «Государство нуждается в земле, чтобы жить». Выдвигается строго географический фактор — Земля, или, точнее, — поверхность Земли, который определяет не только государство как таковое, но и его политическую организацию. Развитие государства и его форма без каких-либо промежуточных звеньев непосредственно зависят от территории, границ и пространственного отношения с другими государствами.

Согласно Р. государство возникло потому, что все общество нуждалось в нем для защиты своих общих интересов.

«Проявлением органического характера государства является то, что оно движется и растет как целое». Государство складывается из территориального рельефа и масштаба и из их осмысления народом.

Таким образом, в государстве отражаются объективная географическая данность и субъективное общенациональное осмысление этой данности, выраженное в политике.

«Нормальным» государством Р. считает такое, которое наиболее органично сочетает географические, демографические и этнокультурные параметры нации. Он пишет: «Государства на всех стадиях своего развития рассматриваются как организмы, которые с необходимостью сохраняют связь со своей почвой и поэтому должны изучаться с географической точки зрения. Как показывают этнография и история, государства развиваются на пространственной базе, все более и более сопрягаясь и сливаясь с ней, извлекая из нее все больше и больше энергии. Таким образом, государства оказываются пространственными явлениями, управляемыми и оживляемыми этим пространством; и описывать, сравнивать, измерять их должна география. Государства вписываются в серию явлений экспансии Жизни, являясь высшей точкой этих явлений».

Таким образом, пространственная экспансия государства понимается Р. как естественный живой процесс, подобный росту живых организмов. Государство, рассматриваемое как биологический организм, подвержено тем же влияниям, что и все живое. В «Политической географии» Р. обосновал тезис о том, что государство представляет собой биологический организм, действующий в соответствии с биологическими законами. Более того, Р. видел в государстве продукт органической эволюции, укорененный в земле, подобно дереву. Сущностные характеристики государства поэтому определяются его территорией и местоположением, и его процветание зависит от того, насколько успешно государство приспосабливается к условиям среды. Одним из основных путей наращивания мощи этого организма, считал Р., является территориальная экспансия, или расширение жизненного пространства (Lebensraum).

С помощью этого понятия он пытался обосновать мысль о том, что основные экономические и политические проблемы Германии вызваны несправедливыми границами, стесняющими ее динамическое развитие.

Органический подход Р.

сказывается и в отношении к самому пространству. Это «пространство» переходит из количественной материальной категории в новое качество, становясь «жизненной сферой», «жизненным пространством», некой «геобиосредой». Отсюда вытекают два других важных термина Р: «пространственный смысл», «чувство пространства» (sinn) и «жизненная энергия» (Lebensenergie). Эти термины близки друг к другу и обозначают некое особое качество, присущее географическим системам и предопределяющее их политическое оформление в истории народов и государств.

Р. в своем анализе брал за основу именно пространственные характеристики. Но пространство, по Р, — это нечто большее, чем физико-географическое понятие; это не только территория, которую занимает то или иное государство. Пространство — это и политическая сила, влияющая на человека, определяющая его взгляды на окружающий мир и его поведение.

Все эти тезисы являются основополагающими принципами геополитики в той форме, в которой она была развита в дальнейшем последователями Р Более того, отношение к государству как к «живому пространственному, укорененному в почву организму» есть главная мысль и ось геополитической методики. Такой подход ориентирован на синтетическое исследование всего комплекса явлений независимо от того, принадлежат ли они человеческой или нечеловеческой сфере.

Какими Р видел соотношения этноса и пространства, видно из следующего фрагмента «Политической географии»: «Государство складывается как организм, привязанный к определенной части поверхности земли, а его характеристики развиваются из характеристик народа и почвы. Наиболее важными характеристиками являются размеры, местоположение и границы.

Далее следуют типы почвы вместе с растительностью, ирригация и, наконец, соотношения с остальными конгломератами земной поверхности, в первую очередь с прилегающими морями и незаселенными землями, которые, на первый взгляд, не представляют особого политического интереса.

Совокупность всех этих характеристик составляет страну (Land). Но когда говорят о «нашей стране», к этому добавляется все то, что человек создал, и все связанные с землей воспоминания. Так, изначально чисто географическое понятие превращается в духовную и эмоциональную связь жителей страны и их истории.

Государство является организмом не только потому, что оно артикулирует жизнь народа на неподвижной почве, но потому, что эта связь взаимоукрепляется, становясь чем-то единым, немыслимым без одного из двух составляющих.

Необитаемые пространства, не способные вскормить государство, — это историческое поле под паром. Обитаемое пространство, напротив, способствует развитию государства, особенно если это пространство окружено естественными границами.

Если народ чувствует себя на своей территории естественно, он постоянно будет воспроизводить одни и те же характеристики, которые, происходя из почвы, будут вписаны в него».

Отношение к государству как к живому организму предполагало отказ от концепции «нерушимости границ». Государство рождается, растет, умирает, подобно живому существу. Следовательно, его пространственное расширение и сжатие являются естественными процессами, связанными с его внутренним жизненным циклом. Р, конечно, понимал, что захват чужих территорий не может происходить гармонически, мирно, без военных столкновений. Поэтому он утверждал: «Сущность государств такова, что они развиваются, соревнуясь с соседними государствами, причем наградой в борьбе в большинстве случаев являются части территории». Почему дело обстоит именно таким образом? «Народ растет, увеличиваясь в числе, страна — увеличивая свою территорию. Так как растущий народ нуждается в новых землях для увеличения своей численности, то он выходит за пределы страны.

Первоначально он ставит себе и государству на службу те земли внутри страны, которые до сих пор были не заняты: внутренняя колонизация. Если последней становится недостаточно, народ устремляется вовне, и тогда появляются все те формы пространственного роста... которые, в конце концов, неизбежно ведут к приобретению земли: внешняя колонизация. Военное продвижение, завоевание, часто с ней связано». Р. приходит к выводу, что требование Германией колоний является следствием естественного биологического развития, свойственного якобы всем молодым и сильным организмам.

Существование «народа без пространства» неизбежно приводило, по Р, к стремлению приобрести земли, т.е. к войне. Таким образом, Р придавал войне характер естественного закона.

Многие критики упрекали Р в том, что он написал «катехизис для империалистов». При этом сам Р не скрывал, что придерживался националистических убеждений. Для него было важно создать концептуальный инструмент для адекватного осознания истории государств и народов в их отношении с пространством. На практике же он стремился пробудить «чувство пространства» у вождей Германии, для которых чаще всего географические данные сухой академической науки представлялись чистой абстракцией.

Большое пространство поддерживает жизнь, считал Р Он был убежден, что потребность человека в большем пространстве и его способность использовать его эффективно станут политическим принципом международной политики XX в. Р верил, что в будущем будут доминировать крупные государства, занимающие большие континентальные пространства, подобные Северной Америке, Евро-Азиатской России, Австралии и Южной Америке.

По мнению Р, «государства имеют тенденцию врастать в естественные замкнутые пространства». Эта тяга государств к врастанию в естественные границы может быть удовлетворена лишь в границах континентов. Понимая невозможность мирного характера пространственного роста, Р подчеркивал, что сущность государства такова, что оно развивается, соревнуясь с соседними государствами, причем наградой в борьбе в большинстве случаев являются части пространства.

По Р, государство, если оно желает быть «подлинной» великой державой, должно иметь в качестве своей пространственной основы площадь приблизительно в 5 млн км2.

Р. в своей книге «О законах пространственного роста государств» (1901) вывел семь законов экспансии, или «пространственного роста государств». Данный рост обусловлен тем, что «растущий народ нуждается в новых землях для увеличения своей численности», а «высшее призвание народа в том, чтобы улучшить свое географическое положение». Законы эти таковы.

1. Пространство государств растет вместе с ростом их культуры.

2. Пространственный рост государства сопровождается иными симптомами развития: развитием идей, торговли, производства, миссионерством, повышенной активностью в различных сферах.

3. Рост государства осуществляется путем присоединения и поглощения меньших государств.

4. Граница есть периферийный орган государства и как таковой служит свидетельством его роста, силы или слабости и изменений в его организме.

5. В своем росте государство стремится вобрать в себя наиболее ценные элементы физического окружения: береговые линии, бассейны рек, равнины, районы, богатые ресурсами.

6. Исходный импульс к пространственному росту приходит к государствам извне — благодаря перепадам уровней цивилизации соседствующих территорий.

7. Общая тенденция к слиянию и поглощению более слабых наций, разветвляясь в ходе своего развития, переходит от государства к государству и по мере перехода набирает силу, т.е. непрерывно подталкивает к еще большему увеличению территорий.

Эти законы должны были строго обосновать неизбежность территориальных завоеваний. Таким образом, сообразно с обстоятельствами может быть оправдана любая агрессия в любом направлении. Сущность этих законов состоит в том, что государство, по мнению Р, должно занимать по мере своего роста все большее пространство.

В книге «Море, источник могущества народов» Р указал на важность моря в политике государства как необходимого элемента в принадлежности к мощным державам, на необходимость особенно развивать свои военно-морские силы как основной движущий фактор мировой экспансии.

В теории Р акцент явно смещается с преимущественно географического, имеющего к тому же в основном описательный характер, аспекта воздействия окружающей физической среды на жизнедеятельность государств и народов, в том числе и на ее политическую сторону, на политический и даже на политико-стратегический аспект роли и влияния географического фактора, прежде всего роли пространства. Р был возмущен тем, что все философские теории исторического развития упускают из виду ближайшие условия государственного развития и совершенно не показывают, как влияет географическая среда. Поэтому он поставил в

центр своих исследований географическую обусловленность политической жизни, отношение между государством и землей, отношение внешней политики государства к географическому пространству.

Эти идеи были подхвачены и развиты учениками и последователями Р. как в самой Германии, так и за ее пределами. Поначалу число сторонников Р. в Германии ограничивалось кругом его ближайших учеников (Гельмольт, Эккерт, Хэнш). Лишь Первая мировая война 1914—1918 изменила позицию германского ученого мира, прежде всего географов.

Работы Р, особенно «Политическая география», «Антропогеография» и «Земля и жизнь», имели большое значение для формирования немецкой географической школы. Особенность этих работ заключается в том, что в них Р. одним из первых пытался приспособить основные положения географов других стран к специфике исторического развития Германии. Здесь впервые поднимаются проблемы территориального роста и могущества государства с точки зрения пространственной характеристики.

Кроме того, труды Р. послужили основой для последующих геополитических исследований. Преемственность нацистской геополитики с концепцией Р. отмечается Карлом Хаусхофером в предисловии к «Политической географии», пользовавшейся широкой популярностью в гитлеровской Германии. Эту преемственность отмечал и главный обвинитель от Франции на Нюрнбергском процессе, который заявил: «Теория жизненного пространства появилась в начале XIX в. Эта теория — выражение хорошо известного географического и исторического порядка, к которой позднее обратятся ратцели, артуры диксы и лампрехты, уподобив конфликт народов неистовой борьбе концепций и борьбе за их проведение в жизнь, заявляя, что ход истории направляет мир к германской геополитике».

<< | >>
Источник: Румянцева Е.Е.. Мировая экономическая наука в лицах. — М., 2010. — 456 с.. 2010

Еще по теме РАТЦЕЛЬ Фридрих:

  1. ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЙ КОЛЛАПС И РОССИЯ
  2. 6. Политическая география
  3. 11. Географический детерминизм (фатализм) и географический индетерминизм (нигилизм)
  4. Политическая география Фридриха Ратцеля
  5. § 4. Расцвет географической науки
  6. Историко-этнологическая реконструкция первобытного прошлого в 20 в.
  7. РАТЦЕЛЬ Фридрих
  8. СОДЕРЖАНИЕ
  9. 2. Диффузионизм
  10. § 1. Германия в начале XX в.