ФОНЕТИЧЕСКИЙ звуко-буквенный разбор слов онлайн
 <<
>>

АНАЛОГИЧНЫЕ ЯВЛЕНИЯ В ПОЛИНЕЗИЙСКИЙХ ЯЗЫКАХ

Аналогичный процесс SSR описан Р. Кларком (Clark 1976). Он отмечает, что в полинезийской языковой группе существует такой тип относительного зависимого предложе­ния, где ИГ, которая потенциально могла бы быть подлежа­щим данного предложения, присоединяется к синтаксической вершине относительного зависимого предложения посред­ством предлога с генитивным значением.

Это встречается, однако, только в том случае, когда синтаксическая вершина относительного зависимого предложения не кореферентна подлежащему. Такой тип SSR можно наблюдать на следующих примерах из гавайского языка:

(13) he kaao ako’u makuahine [і hai maiaiia’u]

арт. история ген. моя мать видо-вр.показ, рассказывать дирекциональная част. анафорическая част, мне ’история, которую моя мать мне рассказала’

(14) ka’u mea е [hai aku nei ia oukou]

моя вещь видо-вр.показ, рассказывать дирекциональная част, демонстративная част, показ, объекта ты ’то, что я говорю тебе’

(В предложении (14) поднятая ИГ присоединяет генитивный показатель. Другие примеры в работе Р. Кларка взяты из языков нукуоро[39], ренелльского* и тонганского*.)

Для объяснения этого типа оформления ИГ Р. Кларк предлагает правило, которое он называет генитивным подъе­мом (G-Raising): если относительное зависимое предложение содержит некоторое слово, денотат которого не кореферентен синтаксической вершине, этот элемент выводится из зависи­мого предложения и поднимается до генитивной ИГ, подчи­ненной синтаксической вершине.

В турецком языке подлежащная ИГ зависимого предложе­ния, подчиненная безличному глаголу, поднимается и стано­вится подлежащим сказуемого, выраженного этим глаголом. Подобным образом в полинезийских языках подлежащная ИГ поднимается, выводится из зависимого предложения и присоединяется с помощью генитивного показателя к той ИГ, которая управляет зависимым предложением.

3. НЕОДНОРОДНОСТЬ ПРОЦЕССОВ ПОДЪЕМА В ТУРЕЦКОМ ЯЗЫКЕ

М.

Самоши (Szamosi 1973) пишет, что SSR и подъем до дополнения (subject-to-Object Raising — SOR) рассматриваются П. Розенбаумом (Rosenbaum 1967) и П. М. Посталом (Postal 1974) как результаты действия единого правила. М. Самоши показывает, что для французского и венгерского языков приходится считать, что SSR и SOR — два различных, хотя и линейно упорядоченных процесса, в противном случае не удается построить никакого рода обобщений.

Турецкий язык, как кажется, предоставляет еще более убедительные свидетельства в пользу того, что SSR и SOR — два различных процесса. В турецком языке SOR поднимает2 подлежащее вставленного предложения в матричное предло­жение, превращает его в дополнение матричного глагола. Дж. Айсен (A і s s е п 19746) иллюстрирует это следующими примерами:

(15) Hasan-i kiz-i tekmele-di san-iyor-um.

Хасан-акк. девочка-акк. пинать-прош.-Зл.ед. считать-нас г.

-Іл.ед.

’Я считаю, что Хасан ударил девочку ногой (букв.

Я считаю Хасана пинал...) \

В этом предложении имеются две аккузативные ИГ: Hasa- ni, которая является производным дополнением сказуемого saniyorum ’считаю’, полученным в результате SOR, и kizi ’де­вочку’— дополнение сказуемого tekmeledi ’пнул’. Слово Hasan і выступает в функции настоящего дополнения матрич­ного глагола, поскольку только слово Hasani, но не kizi, может стать производным подлежащим пассивного глагола saniliyor ’считаться’:

(16) Hasan kiz-i tekmele-di san-il-iyor.

Хасан девочка-атстс. пинать-проьи.-Зл.ед. считать-иасс,-

наст.-Зл.ед.

’Считается, что Хасан ударил ногой девочку (букв.

Хасан считается ударившим...) ’.

(17) *Kiz Hasani tekmeledi sanilioyor.

Единственное значение предложения (17) — ’Девочка счи­тается ударившей Хасана’. Если пассивизация применяется к

матричному предложению до действия SOR, то все вставлен­ное предложение в номинал изованно м виде становится подле­жащим в пассивной конструкции:

(18) Hasan-in kiz-i tekmele-dig-i san-il-iyor.

Хасан-ген. девочка-атск.

пинать-ном.-Зл.ед. посесс.считать-

пасс. -наст. -Зл. ед.

’Считается, что Хасан ударил ногой девочку’.

В этом предложении SOR произойти не может. Таким обра­зом, легко видеть, что SOR должно предшествовать пассиви­зации3 .

В отличие от этих предложений в предложениях, которые рассматривались в разделе 1.1, SSR должно применяться после того, как произошла пассивизация. Рассмотрим, на­пример, предложение (10), которое ниже приводится под номером (19):

(19) a) Sen [biz-im masum ol-dug-umuz-a

ты мы-ген. невиновен быть-ном.-1л.мн. посесс.-дат.

inan-il-dig-imiz }i bil-iyor-sun.

верть-пасс.-ном.-іл.мн. посесс.-акк. знать-наст.-2л.ед.

’Ты знаешь, что мы считаемся невиновными’. Вставленное предложение

b) [biz-im masum ol-dug-umuz-a] inan-iyor подвергается пассивизации и становится безличным пассив­ным предложением:

c) [biz-im masum ol-dug-umuz-a] inan-il-iyor.

Затем при дальнейшем вставлении подлежащее предложения самого низкого уровня может быть поднято, тем самым бес- подлежащное пассивное предложение превращается в подле- жащное. Таким образом, если бы SSR предшествовало пасси­визации, то не возникло бы бесподлежащного пассивного предложения, в которое затем поднимается подлежащее само­го низкого уровня.

Итак, данные турецкого языка показывают, что SOR осуществляется до пассивизации, в то время как SSR может происходить только после пассивизации. Порядок примене­ния правил может быть только следующим: SOR, пассивиза­ция, SSR. Следовательно, к турецкому языку единое правило подъема П. Розенбаума неприменимо, и для объяснения турецких синтаксических процессов необходимо использо-

вать два правила: правило подъема подлежащего до подле­жащего и правило подъема подлежащего до дополнения, хотя эти два процесса, несомненно, достаточно похожи друг на друга.

4. ЕЩЕ ОДНА БЕЗЛИЧНАЯ КОНСТРУКЦИЯ В ТУРЕЦКОМ ЯЗЫКЕ

Теперь покажем, что в турецком языке превращение бес- подлежащного (безличного) пассива в подлежащный с по­мощью SSR не является изолированным явлением, но харак­теризует все турецкие безличные конструкции.

Для этого рассмотрим конструкцию с послелогом gibi ’как (будто), подобно’. Например:

(20) Ban-a [butiin deve-ler su ig-er-ler] gibi

я-дат. все верблюды вода пить-наст.-Зл.мн. как будто

gorun-iiyor.

казатьс я-наст. -Зл.ед.

’Мне кажется, как будто все верблюды пьют воду’.

Турецкие послелоги — как суффиксы[40], так и синтакси­чески независимые слова — относятся к именным группам и управляют ими так же, как в английском языке предлоги управляют следующими за ними именными группами. Эле­мент gibi относится к такому классу турецких послелогов, который не допускает никаких суффиксов у предшествую­щей ИГ, за исключением суффиксов, обозначающих время и глагольно-субъектное согласование. Поэтому в примере

(20) зависимое предложение, за которым следует gibi, не номинализовано и имеет только суффиксы времени и гла­гольно-субъектного согласования, такие же, как в исход­ном предложении: Butiin deve-ler su ig-er-ler ’Все верблюды пьют воду’.

4.1. Отсутствие признаков подлежащего у зависимых

предложений с gibi

Когда ИГ с послелогом gibi входит в состав предложения, где нет явного подлежащего (как в примере (20)), можно показать, что данная ИГ не является подлежащим и, далее, что подлежащее зависимого предложения, управляемого gibi, может быть поднято до подлежащего безличного пре­диката.

Прежде всего следует отметить, что подлежащее никогда не оформляется эксплицитно выраженным показателем па­дежа (в отличие, например, от слова в аккузативе, которое не имеет показателей только в том случае, если оно обозначает неопределенный объект: ’Мехмет заработал деньги’ Mehmet para kazandi; ’Мехмет заработал эти деньги’ Mehmet para-yi kazandi). Таким образом, если бы зависимое предложение с gibi являлось подлежащим, то оно было бы исключением из правила о немаркированности подлежащего.

Далее, наше предположение подтверждает также поведение турецких вопросительных частиц. Например, частица пе может использоваться для того, чтобы задать вопрос к подлежащему:

(21) a) Nedogru?

что быть-истинным ’Что верно?’

b) [Hasan-in Mehmet-i vur-dug-u]

Хасан-ген.

Мехмет-акк. стрелятъ-ном.-Зл.ед.посесс. dogru-dur.

быть исгинным-наст.-Зл.ед.

’Верно, что Хасан застрелил Мехмета’.

Однако частица пе не может быть использована, чтобы по­ставить под вопрос зависимое предложение, управляемое послелогом gibi.

Таким образом, (22,а) — это не ответ на вопрос типа (22,с), а, скорее, ответ на вопрос типа (22,Ь):

(22) a) Ban-a (sen) pasta-yi kes-ti-n gibi

я-дат. (ты) торт-акк. резать-прош.-2л.ед. как будто

goriin-iiyor.

казаться-нас т. -Зл.ед.

’Мне кажется, будто ты резал торт’.

b) San-a nasil gorun-uyor? ты-dar. как казаться-наст.-Зл.ед.

’Как тебе кажется?’

c) * San-a ne gorunuyor?

Поведение вопросительной частицы пе показывает, что за­висимое предложение, управляемое gibi, не выступает в (20) в функции подлежащего.

И наконец, в доказательство справедливости нашей точки зрения рассмотрим существующий в турецком языке синтак­сический процесс, в результате которого конструкция «номи- нализованное зависимое предложение + глагол» превращается в конструкцию «глагол + зависимое предложение с -ki». На­пример, в том случае, когда номинализованная группа имеет показатель аккузатива или датива (как в (23,а)), она может быть деноминализована и превращена в зависимое предложе­ние с -ki (23,b):

(23) a) (Ben) (sen-in) masum ol-dug-un-a

Я (ты-ген.) невиновный быть-ном.-2л.ед.-посесс.-дат.

inan-iyor-um.

верить -наст.-іл.ед.

’Я верю в твою цевиновность’. b) (Ben) inan-iyoru-um ki (sen) masum я верить-наст.-іл.ед. что (ты) невиновный i-di-n.

быть-иро ш. -2л. ед.

’Я верю, что ты был невиновен’.

Зависимое предложение, управляемое послелогом gibi, может также превратиться в зависимое предложение с -ki при помощи местоимения oyle ’так, таким образом’, которое ста­вится на место зависимого предложения:

(24) a) Ban-a Hasan Mehmet-e vur-du gibi

я-дат. Хасан Мехмет-da г. ударятъ-прош.-Зл.ед. как будто

gorun-uyor.

кгзатъся-наст.-Зл.ед.

’Мне кажется, как будто Хасан ударил Мехмета’.

Ь) Вап-а oyle gorun-uyor ki Hasan Mehmet-e vur-du.

’Мне кажется (так), что Хасан ударил Мехмета’.

Однако перестройка конструкции «номинализованное предложение + глагол» в конструкцию «глагол + зависимое предложение с -кі» невозможна, если зависимое предложение с номинализацией имеет функцию подлежащего:

(25) a) Hasan-in Mehmet-e vur-dug-u

Хасан-ген. Мехмет-dar. ударять-ном.-Зл.ед. посесс. dogru-dur.

быть истииныы-наст.-Зл.ед.

’Верно, что Хасан ударил Мехмета’. b) * Dogru-dur ki Hasan Mehmet-e vur-du.

Таким образом, поскольку конструкция с послелогом gibi допускает перестройку в зависимое предложение с -ki ИГ, управляемая gibi, не может быть подлежащим в (20), и, следовательно, (20) является безличной конструкцией.

4.2. Ограничения на SSR

Возвращаясь к выводам о том, что SSR превращает беспод- лежащную конструкцию в подлежащную, рассмотрим следую­щие предложения:

(26) a) San-a [biz siit ig-ti-k] gibi.

ты-dar. мы молоко пить-npoiu.-іл.мн. как будто gorun-dii.

казаться-npo iu.-Зл. ед.

’Тебе казалось, как будто мы выпили молока’, b) Biz san-a siit ig-ti-k gibi.

мыты-dar. молоко пить-прош.-іл.мн. как будто

goriin-dii-k.

казатьс я-прош.-1 л. мн.

букв. ’Мы казались тебе выпившими молока’.

В предыдущем разделе мы показали, что (26,а) является безличной конструкцией. В (26,Ь) слово biz, выступающее в функции подлежащего зависимого предложения, управляемо­го gibi, поднялось до подлежащего безличного предложения.

Этот процесс, который наблюдается у значительного числа глаголов, происходит также в случаях, когда в предложении есть номинализация и вставление, например:

(27) О [biz-im san-a [siit ig-ti-k] gibi

он мы-ген. ты-дат. молоко пить-npoiu.-іл.мн. как будто

gorun-dug-iimiiz] -u bil-iyor.

казаться-ном. ■-1 л.мн. посесс. -а к к. знать-наст.-Зл. ед.

букв. ’Он знает, что мы кажемся тебе выпившими мо­лока’.

В этом примере слово biz имеет показатель генитива, кото­рый соответствует посессивному показателю в слове goriin- dugiimuzu. Опираясь на только что приведенные факты, а так­же факты, обсуждавшиеся в разделе 1.1, можно следующим образом сформулировать ограничения на применение SSR. Имя, выступающее в функции подлежащего вставленного предложения, может сделаться подлежащим безличного пре­диката. Но если вставленное подлежащее имеет показатель генитива, то оно может стать подлежащим только такого без­личного предиката, у которого имеется посессивный пока­затель.

Таким образом, в турецком языке SSR используется для того, чтобы сохранить подлежащее при бессубъектном преди­кате. Нет ничего необычного в том, что у имени отсутствует определение, но отсутствие подлежащего у предиката — явле­ние необычное. Эту необычную ситуацию и устраняет SSR.

4.3. Принцип функционального продвижения

В разделе 4.1 было показано, что ИГ, управляемая после­логом gibi, не будет подлежащим при отсутствии явного под­лежащего. В то же время имя, выступающее в качестве подле­жащего зависимого предложения, управляемого послелогом, может становиться подлежащим безличного предиката (см. раздел 4.2). Таким образом, в этой конструкции ИГ подни­мается до подлежащего из зависимого предложения, которое само подлежащим не является.

Вышесказанное представляется грубым нарушением прин­ципа функционального продвижения (Functional Succession Principle) (Perlmutter, Postal 1983), согласно кото­рому, если какая-либо ИГ может быть поднята из состава другой ИГ, то она наследует те грамматические свойства, которыми обладала последняя ИГ. Данные турецкого языка показывают, что принцип функционального продвижения необходимо пересмотреть таким образом, чтобы некоторые конструкции, как, например, «ИГ + gibi», могли получить свое объяснение.

Хочу поблагодарить м-ра Семаля Кемаля (университет Санта Бар­бара) за предоставленные мне сведения по турецкому языку.

1 Некоторые носители турецкого языка все же допускают в качестве подлежащих пассивных форм очень небольшого числа глаголов датив­ные дополнения, например: San-a bak-ti-m ’Я посмотрел на тебя (букв. Я посмотрел тебе)* и Sen bak-il-di-n (букв. ’Ты был посмотрен (мной) *).

2 Правило SSR применяется только для небольшого класса матрич­ных глаголов, например sanmak ’верить’, zannetmek ’полагать’.

3 Обсуждая последовательность применения правил в турецком языке, Дж. Айсен (19746) утверждает, что правила пассив из ации и SOR применяются в следующем порядке: пассивизация (предложения самого низкого уровня), SOR, пассивизация (предложения более высо­кого уровня) .В Pullman 1975 показывается, что это неточно. Пред­ставляется, что SOR может поднимать подлежащее, которое было произ­ведено из пассива, но по каким-то причинам пассивизация не может применяться к производному дополнению, так что последовательность правил: пассивизация, SOR, пассивизация — не всегда соблюдается. Это замечание, однако, затрагивает только последовательность применения правил, но не тот факт, что, когда SOR и пассивизация применимы к одному и тому же предложению, SOR должно предшествовать пасси- визации.

<< | >>
Источник: А. Н. БАРУЛИН. Новое в зарубежной лингвистике. Выпуск XIX. Проблемы современной тюркологии. Москва "Прогресс" - 1987. 1987

Еще по теме АНАЛОГИЧНЫЕ ЯВЛЕНИЯ В ПОЛИНЕЗИЙСКИЙХ ЯЗЫКАХ:

  1. АНАЛОГИЧНЫЕ ЯВЛЕНИЯ В ПОЛИНЕЗИЙСКИЙХ ЯЗЫКАХ