5. СОСТОЯНИЯ

5.1. Состояния в английском языке

В качестве примера состояний 3. Вендлер приводит глаголы know ‘знать’, possess ‘обладать’, rule ‘управлять’ и educate ‘вос­питывать’. Эти глаголы характеризуются тем, что они, как и до­стижения, не могут иметь продолженной формы:

(33) *John is knowing geography.

‘*Джон (в данный момент) знает географию’.

При этом глаголы состояния отличаются от глаголов достижения тем, что они не сочетаются с инклюзивными обстоятельствами времени:

(33а) *John knew geography in two years. (Состояние)

‘*Джон знал географию за два года’.

(34) John found his key in a few minutes. (Достижение)

‘Джон нашел ключ за несколько минут’.

Другое различие между глаголами состояния и достижения состоит в том, что глагол достижения в форме простого презенса может обозначать многократное событие:

(34а) John often finds his key, when he has lost it.

‘Когда Джон теряет ключ, он часто его находит’.

Напротив, простой презенс глагола состояния никогда не может

пониматься как соотносящийся с многократным событием:

(33b) *John often knows geography.

‘*Джон часто знает географию’.

Глаголы состояния характеризуются, как показывают примеры

3. Вендлера, невозможностью выражения процессного значения в подлинном смысле слова: «Может быть так, что я сейчас знаю географию, но это не означает, что процесс знания географии развертывается в настоящий момент и состоит из фаз, сменяющих одна другую во времени» (Vendler 1967, 100).

Таким образом, специфика состояний определяется тем, что они всегда обозначают неактуальные ситуации. Поэтому положитель­ное значение признака „состояние" (State) имплицирует отрица­тельное значение признака „актуальность":

+ STATE—>—АКТ Поэтому сочиненные глаголы состояния никогда не могут обозна­чать двух следующих друг за другом во времени событий и опи­сывать развитие ситуации.

(35) Не loved his wife and hated his mother-in-law. (+STATE) ‘Он любил жену и терпеть не мог тещу’.

(36) Не entered the room and opened the window. (— STATE)

‘Он вошел в комнату и открыл окно’.

Это ограничение непосредственно следует из неактуальности со­стояний: последовательность в пределах какого-то отрезка вре­мени предполагает локализацию на временной оси.

5.2. Состояния в русском языке

5.2.1. Состояние как семантический признак глагола. В русском языке также существуют глаголы, которые характеризуются тем, что они могут обозначать только неактуальные события. Примеры этого содержатся в работах Дж. Миллера (Miller 1970, 491) и

Н. Б. Телина (Thelin 1978, 105). Так, признак „состояние" при­нимает положительное значение для всех глаголов, обозначаю­щих отношения: весить, стоить, содержать, принадлежать, соот­ветствовать, состоять, находиться и т. п. Предложение типа:

(37) В этом сосуде находится мышьяк

не обозначает никакого конкретного процесса в его развитии. Хотя в сосуде могут находиться различные объекты и в различ­ном количестве, но само нахождение внутри является предика­том, определяющим такое свойство сосуда, которое остается не­изменным. Точно так же, к состояниям следует относить все те глаголы, которые являются естественно-языковыми эквивалента­ми квантора существования, например, иметь, существовать, на­ходиться или иметься.

Так как глаголы состояния никогда не обозначают актуальных событий в их развитии, они не могут быть использованы в ответах на вопрос типа Что он сейчас делает? в связи с тем, что в этом контексте возможны только такие глаголы, которые способны вы­ражать актуальные события. Аналогично, итеративные глаголы состояния, образованные по типу сиживать, певать, не обозначают, в отличие от этих последних, повторяющиеся события. Такое пред­ложение, как

(38) Я знавал Игоря в лучшие его годы

не обозначает многократного знания (ср.

С точки зрения вида глаголы состояния в русском языке ха­рактеризуются тем, что они, как и глаголы деятельности, явля­ются imperfectiva tantum. Но, в отличие от глаголов деятельно­сти, глаголы состояния не могут выражать аспектуальное значе­ние + ТОТ даже с помощью модификации по способу действия. Глаголы, обозначающие состояния, не образуют ни делимитати- вов, ни пердуративов. Таким образом, они не допускают ни поло­жительного, ни отрицательного выражения признака „целост­ность".

Теперь можно более точно описать сходство и различие между глаголами состояния и достижения с точки зрения категории вида. Общей чертой глаголов состояния и достижения является невозможность выражения отрицательного значения признака „це­лостность". Поэтому несовершенный вид глаголов состояния и достижения, при соотнесенности с однократным событием, всегда интерпретируется неактуально. У глаголов состояния данное огра­ничение связано с тем, что эти глаголы обозначают только неак­туальные события и поэтому аспектуальный признак „целост­ность" для них вообще не определен. Напротив, глаголы дости­жения могут обозначать только актуальные события. Они допус­кают, при соотнесенности с однократным событием, только поло­жительное значение признака „целостность", так как обозначают события, лишенные временной протяженности. Отсюда ясно, что приписывание аспектуального значения —ТОТ не только пред­полагает наличие у соответствующей ситуации временной протя­женности, но и невозможно без условия соотнесенности данной ситуации с определенной точкой или интервалом на временной оси; другими словами, приписывание значения —ТОТ возможно только при наличии отрицательных значений признаков „состоя­ние" и „мгновенность":

-тот+-^8ТАТЕ1 L-мом J

5.2.2.

3. Вендлер в своей статье указывал на то, что многие глаголы могут принимать вторичное значение состояния. В качестве при­мера он приводил глагол smoke ‘курить’. В высказывании Are you smoking? ‘Курите ли вы (сейчас)?’ глагол smoke относится к классу глаголов деятельности. В отличие от этого в вопросе Do you smoke? ‘Курите ли вы (вообще)?’ глагол smoke обозначает привычку и поэтому должен быть отнесен к классу глаголов со­стояния, так как в этом втором значении он не может употреб­ляться в продолженной форме. Аналогично, такой глагол, как write ‘писать’, с одной стороны, должен быть признан глаголом исполнения, а именно тогда, когда он обозначает конкретный про­цесс письма. Если же глагол write указывает на способность или обыкновение писать, как в предложении Не writes novels ‘Он пи­шет романы’, write следует считать глаголом состояния. Таким образом, состояния являются для 3. Вендлера «той загадочной категорией, в которой роль (собственно) глагола превращается в роль предиката (вообще), и действия сливаются с качествами и отношениями» (Vendler 1967, 109).

Состояния в узком смысле, выражаемые глаголами типа know, rule или educate, и производное значение состояния, которое мо­гут приобретать глаголы деятельности, исполнения и достижения в определенном контексте, 3. Вендлер различал также терминоло­гически. Первые он называл исходными состояниями (Generic Sta­tes), последние — вторичными состояниями (Specific States). Ис­ходные состояния являются, таким образом, подмножеством вто­ричных состояний. Это те и только те глаголы, которые, как пра­вило, не могут обозначать никаких индивидуальных, то есть лока­лизованных во времени ситуаций.

В русском языке высказывания, характеризующиеся значения­ми семантических признаков + TEL, — TEL или + МОМ, также могут принимать производное значение состояния. Так, писать в контексте Игорь сидит и пишет письмо выражает процесс, а в предложении Игорь красиво пишет тот же самый глагол может, при одном из пониманий, указывать на способность или обыкно­вение, то есть относиться к вторичным состояниям.

Признак „состояние" принимает положительное значение не только тогда, когда описываются свойства, но и при соотнесен­ности предложений с неизменяемыми состояниями. Таким обра­зом, еще раз подтверждается, что во многих случаях только тип ситуации, с которой соотносится данный глагол, определяет, ка­кое значение принимает признак „состояние". Противопоставле­ние предложений (39) и (40) поясняет это:

(39) Их ссоры доходили до драки.

(40) Сад доходил до самой реки.

В предложении (39) глагол доходить имеет отрицательное зна­чение признака „состояние", в предложении (40)—положитель­ное. Поэтому в контексте (39) доходить может быть трансфор­мировано в форму совершенного вида, в контексте же (40) это невозможно.

(39а) Когда я пришел, их ссоры уже дошли до драки.

(40а) *Сад дошел до самой реки.

Это различие связано с тем, что доходить в примере (39) соотно­сится с изменяемым состоянием. Ссора может быть начата, пре­рвана или закончена. Поэтому доходить в данном контексте мо­жет указывать также на определенный момент времени:

(39Ь) Когда я пришел, их ссоры доходили до драки.

В отличие от этого, в примере (40) доходить обозначает состоя­ние, которое описывается как неизменяемое. Свойство иметь опре­деленную протяженность является для сада постоянным. Поэтому ситуация, описанная в (40), не допускает актуализации; в контек­сте (40) доходить не может указывать на определенный момент времени:

(40Ь) *Когда я пришел, сад доходил до самой реки.

Так называемые глаголы состояния также могут иметь как поло­жительное, так и отрицательное значение признака „состояние". В примере (41) представлено положительное значение:

(41) Киев лежит на Днепре.

Это высказывание интерпретируется как соотносящееся с неизме­няемым состоянием. Свойство «находиться на Днепре» для Киева не является изменяемым.

(42) Игорь лежит на солнце.

Поэтому (42) может модифицироваться делимитативом:

(42а) Игорь полежал на солнце.

В контексте же (41) лежать подобной модификации не допускает: (41а) *Этот город полежал на Днепре.

Эти примеры показывают, что наличие у глаголов состояния того или иного значения признака „состояние" зависит от прагматиче­ских пресуппозиций. Наличие отрицательного значения признака „состояние" предполагает, что субъектная именная группа обо­значает нечто подвижное. Поэтому предложение (43) обычно ин­терпретируется как соотносящееся с неизменяемым состоянием:

(43) Памятник Пушкину стоит в центре города.

Но так как памятник, в отличие от города, может быть переме­щен, (43) допускает также актуальную интерпретацию и, следо­вательно, употребление делимитатива и пердуратива:

(43а) Памятник Пушкину простоял здесь только два года, а по­том его перенесли в центр,

То или другое значение признака „состояние" может зависеть также от референциальных свойств именной группы, являющейся подлежащим данного глагола:

(44) Сахар растворяется в воде.

Если субъектная именная группа обозначает в (44) универсаль­ную субстанцию и перед нами родовое употребление, то глагол растворяться следует классифицировать как + STATE. Если же субъектная именная группа в примере (44) конкретно-референт­на, то есть имеется в виду определенное количество сахара, то (44) может обозначать актуальный процесс. В этом случае рас­творяться следует классифицировать как — STATE. При этом признак „целостность" может принимать как положительное, так и отрицательное значение:

(44) а) Когда Игорь вошел, сахар уже растворился.

Ь) Когда Игорь вошел, сахар уже растворялся.

Так как родовое употребление характеризуется тем, что всякое указание на конкретную речевую ситуацию и, соответственно, на­личие положительного значения признака „актуальность" исклю­чено, то глаголы в контексте родового употребления следует, как правило, классифицировать как + STATE. Отсюда следует, что при родовом употреблении в русском языке возможен только не­совершенный вид, а в английском языке — только простая форма презенса. Поэтому (44) в родовом понимании должно быть пере­ведено на английский язык с использованием простой формы:

(45) Sugar dissolves in water.

Таким образом, становится ясно, что, хотя существуют глаголы, которые должны считаться глаголами состояния в силу своих внутренних свойств, как правило, наличие положительного или отрицательного значения признака „состояние" зависит от вне- языковой ситуации, которую описывает данный глагол. Положи­тельное значение имеет место в том случае, если высказывание описывает неизменяемую ситуацию, отрицательное значение — если ситуация описывается как изменяемая. Таким образом, при­знак „состояние" также оказывается фразовым. Как и в случае с глаголами исполнения (+TEL), деятельности (—TEL) и до­стижения (+МОМ), для глаголов состояния (+STATE) также невозможно в общем случае определить тип изолированного гла­гола, это в значительной степени определяется семантическими характеристиками всего высказывания в целом.

Итак, наши рассуждения показали, что предложенное 3. Венд­лером различение глаголов исполнения, деятельности, достиже­ния и состояния в самых различных отношениях релевантно для описания грамматической категории глагольного вида в русском языке. Различие между исполнением и деятельностью, то есть между целевыми и нецелевыми высказываниями, релевантно для морфологической реализации положительного значения аспекту- альнбго признака „целостность". Глаголы исполнения (+TEL) образуют видовые пары, глаголы деятельности (—TEL) могут выражать указанное значение только с помощью модификации по способу действия. Глаголы достижения (+МОМ), то есть гла­голы, обозначающие события, лишенные временной протяженно­сти, характеризуются тем, что они могут выражать отрицательное значение аспектуального признака „целостность" только при со­отнесенности с многократным событием, так как отсутствие вре­менной протяженности и наличие отрицательного значения при­знака „целостность" взаимоисключают друг друга. Наконец, класс состояний охватывает те глаголы, которые могут выражать толь­ко отрицательное значение аспектуального признака „актуаль­ность" и которые поэтому не допускают ни положительного, ни отрицательного выражения значений признака „целостность".