ФОНЕТИЧЕСКИЙ звуко-буквенный разбор слов онлайн
 <<
>>

§ 3. Языковая значимость с материальной стороны

Подобно концептуальной стороне, и материальная сторона значимости образуется исключительно из отношений и различий с прочими элементами языка. В слове важен не звук сам по себе, а те звуковые различия, которые позволяют отличать это слово от всех прочих, так как они-то и являются носителем значения.

Подобное утверждение способно породить недоумение, а между тем иначе в действительности и быть не может. Поскольку нет звукового образа, отвечающего лучше других тому, что он должен выразить, постольку очевидно уже a priori, что любой сегмент языка может в конечном счете основываться лишь на своем несовпадении со всем остальным. Произвольность и дифференциальность суть два коррелятивных свойства.

Изменяемость языковых знаков является хорошим свидетельством этой коррелятивности. Каждый из членов отношения а:Ь сохраняет свободу изменяться согласно законам, независимым от его знаковой функции именно потому, что а и b по самой своей сути не способны проникнуть как таковые в сферу сознания, которое всегда замечает лишь различие а:Ь. Русский родительный падеж множественного числа рук не отмечен никаким положительным признаком (см. стр. 119), а между тем пара форм рука: рук функционирует столь же исправно, как и предшествовавшая ей исторически пара рука:рукъ, и это потому, что в языке важно лишь отличие одного знака от другого: форма рука имеет значимость только потому, что она отличается от другой формы.

Другой пример еще лучше показывает, сколь важна системность в этом функционировании звуковых различий. В греческом языке ephen — имперфект, a esten — аорист, хотя обе формы образованы тождественным образом; объясняется это тем, что первая из них принадлежит к системе настоящего времени изъявительного наклонения глагола phemi «говорю», тогда как настоящего времени *stemi не существует; между тем именно отношение phemi :ёрhen и отвечает отношению между настоящим временем и имперфектом (ср.

deikmimi «показываю» : edeiknun «я показывал»). Указанные знаки функционируют, следовательно, не в силу своей внутренней значимости, а в силу своего положения относительно других членов системы.

К тому же звук, элемент материальный, не может сам по себе принадлежать языку. Для языка он нечто вторичное, лишь используемый языком материал. Вообще, все условные значимости характеризуются именно этим свойством не смешиваться с чувственно воспринимаемым элементом, который служит им лишь опорой. Так, ценность монеты определяет отнюдь не металл: серебряное экю номинальной ценой в пять франков содержит в себе серебра лишь на половину обозначенной суммы; она будет стоить несколько больше или несколько меньше в зависимости от вычеканенного на ней изображения, в зависимости от тех политических границ, внутри которых она имеет хождение. В еще большей степени это можно сказать об означающем в языке, которое по своей сущности отнюдь не является чем-то звучащим; означающее в языке бестелесно, и его создает не материальная субстанция, а исключительно те различия, которые отграничивают его акустический образ от всех прочих акустических образов.

Этот принцип имеет столь существенное значение, что он действует в отношении всех материальных элементов языка, включая фонемы. Каждый язык образует слова на базе своей системы звуковых элементов, каждый из которых является четко отграниченной единицей и число которых точно определено. И каждый из них характеризуется не свойственным ему положительным качеством, как можно было бы думать, а исключительно тем, что он не смешивается с другими. Фонемы — это прежде всего оппозитивные, относительные и отрицательные сущности.

Доказывается это той свободой, которой пользуется говорящий при произнесении того или иного звука при условии соблюдения границ, которыми данный звук отделяется от других. Так, например, по-французски почти всеобщее обыкновение произносить картавое г не препятствует отдельным лицам произносить его раскатисто; язык от этого ничуть не страдает; он требует только различения, а отнюдь не того, как можно было бы думать, чтобы у каждого звука всегда было неизменное качество.

Я даже могу произносить французское г как немецкое ch в словах Bach, doch и т. п., но по-немецки я не могу произнести ch вместо г, так как в этом языке имеются оба элемента, которые и должны различаться. Так и по-русски не может быть свободы в произношении t наподобие t’ (смягченного t), потому что в результате получилось бы смешение двух различаемых в языке звуков (ср. говорить и говорит), но может быть допущено отклонение в сторону th (придыхательного t), так как th отсутствует в системе фонем русского языка.

Поскольку такое же положение вещей наблюдается в, иной системе знаков, каковой является письменность, мы можем привлечь ее для сравнения в целях лучшего уяснения этой проблемы. В самом деле:

  1. знаки письма произвольны; нет никакой связи между написанием, например, буквы t и звуком, ею изображаемым;
  2. значимость букв чисто отрицательная и дифференциальная: одно и то же лицо может писать t по-разному, например:

соблюдая единственное условие: написание знака t не должно смешиваться с написанием 1, d и прочих букв;

  1. значимости в письме имеют силу лишь в меру взаимного противопоставления в рамках определенной системы, состоящей из ограниченного количества букв. Это свойство, не совпадая с тем, которое сформулировано в п. 2, тесно с ним связано, так как оба они зависят от первого. Поскольку графический знак прозволен, его форма малосущественна или, лучше сказать, существенна лишь в пределах, обусловленных системой;
  2. средство, используемое для написания знака, совершенно для него безразлично, так как оно не затрагивает системы (это вытекает уже из первого свойства): я могу писать буквы любыми чернилами, пером или резцом и т. д.— всё это никак не сказывается на значении графических знаков.

<< | >>
Источник: Фердинанд де Соссюр. ТРУДЫ по ЯЗЫКОЗНАНИЮ Переводы с французского языка под редакцией А. А. Холодовича МОСКВА «ПРОГРЕСС» 1977. 1977

Еще по теме § 3. Языковая значимость с материальной стороны:

  1. Предлагаемый читателю том лингвистических трудов Фердинанда де Соссюра содержит «Курс общей лингвистики»,
  2. ОГЛАВЛЕНИЕ
  3. § 3. Языковая значимость с материальной стороны
  4. Свойства и происхождение менее совершенного языкового строения
  5. Основной источник динамического моделирования языка как системы и языковой картины мира: традиции изучения
  6. § 3. Языковые особенности проявления экстремизма в яфетической теории Н.Я. Марра
  7. РАЗДЕЛ II ФОНЕТИКА СОВРЕМЕННОГО РУССКОГО ЯЗЫКА
  8. 6.4. НАУКИ О РЕЧИ В ЭПОХУ ПЕЧАТНОЙ СЛОВЕСНОСТИ И МАССОВОЙ КОММУНИКАЦИИ (XVII—XX вв.)
  9. Недостаточная концептуальная расчлененность основных философских понятий, контрарностей (вера – знание, нравственность – наука, идеальное – материальное). Взгляд на природу как божественное творение; нравственно-практические установки, вытекающие из такого взгляда. Концепция целостности мира с точки зрения исторического прогресса и современного «экологического» мировоззрения.
  10. 12.4.2 Трансцендентальная прагматика
  11. Функции единиц и способов языковой концептуализации в центре прототипической модели делового письма