ФОНЕТИЧЕСКИЙ звуко-буквенный разбор слов онлайн
 <<
>>

Категориальная деривация. Деривационные отношения между действиями и происшествиями в литературном языке и сленге

Один из источников значения действия в сленге — значение происшествия в литературном языке, например: толкнуть (ребенка — куртку) ‘продать’ (...в одной только Московской области компашек, толкающих [продающих ] тачки, не один десяток (МК, 17.08.1995)); наехать (на пешехода — на фирму) ‘напасть с угрозами’(77ыта/шсь на нас «наехать», заставить поднять цену.

Ну, пока обошлось (Части, собств., 30.06.1993)); вздрогнуть ‘непроизвольно сделать телом резкое движение (от испуга, холода и т. п.)’: К середине выступления староста тоже задремал, разморившись, но, услыхав свое имя, вздрогнул (Струг.) — ‘выпить’: Как вздрогнуть по правилам [згл.] (КП, 01.03.1997); Ну, вздрогнули\ Любителям кристально чистой сивухи [згл.] (Центр-Plus, № 38. 1994).

Ниже мы детально рассмотрим механизм деривации сленговых значений действий и попытаемся объяснить, в чем его особенности по сравнению с семантической деривацией, действующей в рамках литературного языка.

Действия и происшествия

Действия и происшествия различаются характером каузальных отношений между компонентами толкования[15]: это намеренная, или контролируемая, каузация у действий и ненамеренная, или неконтролируемая, — у происшествий. За этим общим противопоставлением стоят как минимум два признака, по которым различаются действия и происшествия, а именно — характер Каузатора и характер каузируемого. Каузатор действий — целенаправленная деятельность Субъекта, чему в толковании значений действий соответствует компонент ‘X действовал с целью’.

Следует сразу отметить, что использование термина толкование в данной работе очень условно. Для наших целей не важны компоненты смысла, различающие отдельные значения слов, — наоборот, мы стремимся находить общие компоненты целых групп слов. Поэтому мы пользуемся очень огрубленными толкованиями, которые скорее можно назвать схемами толкований или семантическими представлениями.

Приведем семантическое представление глагола разбить в примере (1):
  1. ...прокуратор, рассердившись, на него,разбил кувшин о мозаичный пол (Булгаков).

Xразбил Y-a о Z.

  • был целым (презумпция)[16]

X хотел, чтобы Y был не целым

Каузатор| X совершил действие с целью сделать Y-a не целым: привел Y-a в контакт с Z-м резким движением, с силой это вызвало Результат] Y не целый

  • нанесен ущерб (следствие)

Субъект действий всегда имеет семантическую роль Агенс, что предопределяет его тематический класс — это лицо или высшее животное. Каузируемое у действий — результат, совпадающий с целью деятельности Субъекта.

Каузатор происшествий — событие (в толковании происшествий ему соответствует компонент ‘произошло нечто’). Поэтому Субъект действий не может быть целеполагающим, т. е. никогда не является Агенсом, и даже в тех случаях, когда в роли Субъекта происшествий выступает лицо, его деятельность не является Каузатором происшествия. Она составляет особый компонент толкования происшествия — экспозицию, ср. толкование разбить в примере (3). При этом каузируемое у происшествий — не результат, а последствие, как правило, связанное с некоторым ущербом либо для самого Субъекта, как в примере (2), либо для Объекта, как в примере (3):

  1. Стараясь за что-нибудь ухватиться, Берлиоз упал навзничь, несильно ударившись затылком о булыжник (Булгаков).

Хупал.

X находился в вертикальном положении (презумпция)

Каузатор| нечто произошло с Х-м это вызвало

X находится в горизонтальном положении X понес ущерб (следствие)

  1. Урну с водой уронив, об утес ее дева разбила (Пушкин).

Xразбил Y-a о Z.

X действовал с целью: поддерживал Y-a (экспозиция) до t Y был целым (презумпция)

Каузатор| произошло нечто это вызвало

  • пришел в контакт с Z-м
  • не целый (следствие)

Y понес ущерб (следствие)

X виноват в ущербе Y-a

Но бывают и происшествия, в семантику которых ущерб не входит.

Пример — перцептивные происшествия, т. е. происшествия, описывающие изменения не во внешнем мире, а в восприятии Наблюдателя, ср:
  1. Тут перед глазами Римского возник циферблат его часов... Он припоминал где были стрелки (Булгаков).
  2. Вот и лес отвалился, остался где-то сзади, и река ушла куда-то в сторону, навстречу грузовику сыпалась разная разность (корпус).

Деривационные отношения в литературном языке

Происшествия как дериваты действий

В русском литературном языке многие глаголы, являющиеся в своих основных значениях действиями, развивают производные значения происшествия[17] [Падучева, 1994] (см. по этому поводу: [Апресян 1995а: 228; 19956: 177] о глаголах, имеющих «намеренные» и «ненамеренные» значения), как разбить в примерах (1), (3). Другие примеры: прорезать петлю — платье, залить водой картошку — пол, налить воду в кастрюлю — на стол, порвать письмо —рукав и т. п. Рассмотрим механизм деривации значений происшествия от значений действия в литературном языке.

Главное преобразование при переходе от действий к происшествиям — появление в толковании компонента, характеризующего нового, нецелеполагающего Каузатора — событие: ‘нечто произошло с Х-м\ Дальнейшие шаги зависят от того, какую связь между ситуациями отражает семантическая деривация.

А. Семантическая деривация отражает сходство между двумя денотативными ситуациями, а именно сходство между физическим результатом деятельности целеполагающего Каузатора и последствием воздействия нецелеполагающего, например:

  1. а. Рыбак пробил лунку во льду ломом.

б.              Этот единственный осколок пробил заднюю стенку «виллиса», пропорол карту, которую в этот момент держал Синцов (Симонов).

В этом случае в толковании происшествия сохраняется то, что относится к результату воздействия, и удаляется все, что относится к прежнему Каузатору: компонент, характеризующий прежнего, целеполагающего Каузатора, вытесняется новым каузальным компонентом, а Субъект меняет свою семантическую роль и тематический класс: из Агенса он становится Пациенсом происшествия, из лица — нелицом.

Преобразования затрагивают и компоненты, относящиеся к периферийным участникам, связанным с прежним Каузатором — таким, как Инструмент и Средство. Ведь само присутствие участников с этими ролями в ситуации возможно только если в ней есть Агенс, т. е. задается таксономической категорией действия [Fillmore 1968]. Теперь участники, имевшие роль Инструмент или Средство, должны быть либо удалены из толкования, либо получить новую роль. Неизменными остаются только роль и тематический класс Объекта. Так образуется один из классов происшествий — происшествия с Объектом, ср. толкования действия и происшествия пробить в следующих примерах:

  1. а. X пробил Y-a в Z-e S-m.

Z был целым (презумпция)

X хотел, чтобы Z был не целым X действовал с целью:

воздействовал на Z с помощью S-a: резко, сильно это вызвало

Результаті в Z-e существует Y; тем самым Z не (ассерция) целый

б. X пробил 2-а.

Z был целым (презумпция)

Каузатор| произошло нечто:

X пришел в контакт с Z-м: резкий, сильный и продолжил движение это вызвало

последствие! в Z-e существует Y[18]; тем самым Z не (ассерция) целый

Z понес ущерб (следствие)

В толковании происшествия с Объектом появился новый, импликативный компонент ‘Y понес ущерб’. Дело в том, что воздействие нецелеполагающего Каузатора, внешне совпадающее по последствиям с результатом деятельности целеполагающего Каузатора, почти всегда наносит ущерб либо потому, что неуместно, либо потому, что все-таки не совсем идентично результату деятельности человека [Падучева, Розина 1993]. Ср., например, ситуацию, в которой человек захлопнул форточку, потому что ему холодно, и ветер захлопнул форточку, возможно в тот момент, когда всем душно, с шумом и т. п.

Б. Семантическая деривация отражает отношение производности между денотативными ситуациями: одна ситуация включает часть другой. В реальной ситуации, описываемой происшествием, нецелеполагающий Каузатор вмешался в деятельность целеполагающего и помешал доведению ее до желаемого результата, ср.

пример (3). В этом случае при деривации происшествия сохраняются все компоненты толкования исходного действия, но компонент ‘X действовал с целью’, соответствующий прежнему Каузатору, Агенсу, выталкивается на более периферийную позицию в толковании — в экспозицию. При этом Субъект, так же, как в первом рассмотренном случае, меняет свою семантическую роль — становится Пациенсом, но не меняет тематического класса — остается лицом. Объект, так же, как и в первом случае, сохраняет и роль, и тематический класс. Так образуется подкласс происшествий с Объектом — происшествия с действующим Субъектом, или с Субъектом ответственности. И в этом случае преобразования толкования имеют несколько следствий.

Первое из них — потеря компонентов, уточняющих цель и способ действия прежнего Каузатора, в результате чего он приобретает максимально обобщенный характер. Например, цель Каузатора разбить в примере (1) (совпадающая с результатом действия) определяется как ‘сделать Y не целым’, а способ действия — как ‘X привел Y-a в контакт с поверхностью’. Способ действия Агенса может фиксироваться через указание характера используемого Инструмента (о способе см.: [Levin, Rappaport Hovav 1991]).

Второе следствие — изменение семантической роли таких периферийных участников, как Инструмент и Средство, о чем уже шла речь. Так, участник ‘поверхность’ в примере (1) имел сдвоенную роль Инструмент-Место; этот же участник в примере (3) имеет простую роль Место; ср. также пример (86), где роль Инструмент заменяется на роль Пациенс:

  1. а. Она осадила послушную щетку, отлетела в сторону, а потом, бросившись на диск внезапно, концом щетки разбила его вдребезги (Булгаков).

б. Вчера она подметала пол и концом щетки разбила стекло.

Роль Средство обычно также заменяется на роль Пациенс, ср.:

  1. а. ...потом кому-то стало любопытно, что будет, если залить это водой. И залили (Стругацкие).

б. Он забыл задернуть занавеску и залил весь пол водой.

Изменение ролей периферийных участников при деривации происшествия с действующим Субъектом от действия согласуется с потерей прежним

Каузатором уточняющих его компонентов. Инструмент и Средство — роли гораздо более специализированные, чем Пациенс: это определенные типы Пациенса, и когда происходит замена роли Инструмент или Средство на роль Пациенс, роли участников так же, как прежний Каузатор, приобретают максимально обобщенный характер. Поэтому можно утверждать, что семантическая модель деривации происшествий от действий включает преобразование, которое можно назвать генерализацией толкования.

На поверхностном уровне эти преобразования отражаются в изменении диатезы — периферийный актант становится факультативным и может вообще уйти за кадр, например:

  1. Вчера мальчишки играли на поляне в футбол и разбили нам стекло.

Третье важное следствие вытеснения прежнего Каузатора — появление в толковании импликативного компонента ‘ Y понес ущерб’, так же как при деривации происшествий с Объектом.

<< | >>
Источник: М. Я. Гловинская, Е. И. Галанова и др.. Современный русский язык: Активные процессы на рубеже XX— XXI веков / Ин-т рус. яз. им. В. В. Виноградова РАН. — М.: Языки славянских культур,2008. — 712 с.. 2008

Еще по теме Категориальная деривация. Деривационные отношения между действиями и происшествиями в литературном языке и сленге:

  1. Оглавление
  2. Категориальная деривация. Деривационные отношения между действиями и происшествиями в литературном языке и сленге