<<
>>

§ 9 Украинизация в период «развернутого наступления социализма по всему фронту» (1928-1932 гг.)

В конце 1920-х гг. украинизация в УССР вступила в новую фазу своего развития. Общий фон, на котором проходили украинизационные мероприятия, значительно изменился. Внимание всей страны было приковано к экономическим проблемам.

Зимой 1927/1928 гг. разразился очередной кризис нэпа, продемонстрировавший необходимость принятия активных мер для дальнейшего развития промышленности СССР. Как известно, трудности с хлебозаготовками, периодически возникавшие на всем протяжении 1920-х годов, с развертыванием индустриализации стали для центрального партийного руководства камнем преткновения. Хлеб был крайне нужен и растущему городскому населению, и как одна из главных статей экспорта для получения валютных средств для индустриализации.

В 1927 г. план хлебозаготовок провалился: государству удалось закупить хлеба почти в два раза меньше по сравнению с прошлым годом. Закупать оборудование было не на что, и намеченные высокие темпы индустриализации оказались под угрозой. Разница цен между сельскохозяйственной и промышленной продукцией оставалась высокой. Промышленность, ориентировавшаяся на выполнение индустриальных планов, не обеспечивала необходимого наличия промышленных товаров, а крестьяне задерживали продажу излишков государственным органам. В результате магазины оставались пустыми, продовольствия в городах не хватало, что приводило к общему недовольству и социальной напряженности.

В этих условиях сталинское руководство решило прибегнуть к чрезвычайным мерам при выполнении плана хлебозаготовок. В начале января 1928 г. секретариат ЦК ВКП(б) выпустил директивы местным парторганизациям о создании специальных заградительных отрядов,

которые должны были блокировать хлебопроизводящие районы и отобрать хлеб у крестьян. 14 января Политбюро утвердило это решение, а руководящие партийные работники лично возглавили кампанию в регионах716. Одним из таких работников был В.М. Молотов,

инспектировавший Украину несколько раз: в конце 1927 -начале 1928 г., в 1931 и 1932 гг. Крайне любопытен отчет о первой поездке. Кстати, она состоялась еще до принятия вышеупомянутого решения Политбюро, с 28 декабря 1927 г. по 6 января 1928 г.

Возможно, наблюдения Молотова оказали какое-то влияние на решение Сталина по ужесточению мер в отношении крестьян. В отчете о командировке Молотов писал: «Имевшаяся у меня возможность ознакомиться с многими фактами местной работы дает основание остановиться не только на ряде важнейших вопросов для хлебозаготовительной кампании, но и на отдельных существенных вопросах из области практической работы партийных, советских и

717

кооперативных органов в целом» . Отдавая должное важности выполнению хлебозаготовок на Украине, высокопоставленный наблюдатель отмечал: «начиная с октября, хлебозаготовки из месяца в

718

месяц падали» .

Причину такого положения дел Молотов усмотрел в отношении к хлебозаготовкам большинства руководящих работников Украины. Последних успокаивал тот факт, что абсолютный размер хлебозаготовок пока превышал соответствующие цифры прошлого года. Но, что более важно, украинские руководители «исходили из своего (подчеркнуто в тексте документа, - Е.Б.) ноябрьского постановления об уменьшении

719

плана хлебозаготовок» .

Последнее замечание Молотова не могло не обеспокоить сталинское руководство, делавшее ставку на беспрекословное подчинение нижестоящих организаций. А в данном случае был налицо случай самоуправства. Молотов отметил отсутствие «элементарной четкости и дисциплины» в деле хлебозаготовок: отсутствовало четкое задание со стороны Наркомторга СССР, на Украине существовали «свои» планы не только в республиканском руководстве, но и на уровне окружных центров720. Такую ситуацию Молотов объяснил тем, что «в связи с предсъездовской обстановкой внимание партийных организаций было отвлечено в сторону оппозиции. Вопросу о хлебозаготовках не

721

уделялось серьезного внимания» . Насколько серьезно отнесся Сталин к такой позиции украинского руководства в отношении хлебозаготовок, покажет 1932 год.

Поездка Молотова на Украину в конце 1927 - начале 1928 гг. подтвердила довольно широкое распространение так называемых «хвостистских настроений» в сельских и городских партийных организациях. Это явление было характерно не только для УССР, но и для всей страны в целом: партийцы ориентировались преимущественно не на директивы высшего руководства, а на настроения «отсталых» масс, т.е., по выражению того времени, «плелись у них в хвосте». По данным ОГПУ, многие сельские ячейки выступали против мероприятий, проводимых на селе и проваливали предложения в самообложении. В городских заводских парторганизациях были зафиксированы многочисленные случаи, когда коммунисты и комсомольцы возглавляли «волынщиков», от имени рабочих подавали коллективные заявления о пересмотре норм и расценок, призывали рабочих к бойкоту заводских собраний. Впрочем, бывали случаи и прямо противоположные: в период хлебозаготовительного кризиса 1928-1929 гг. по инициативе некоторых деревенских партячеек проводились облавы и обыски в поисках спрятанного хлеба, бывали случаи и прямых угроз в адрес крестьян со стороны деревенских активистов и т.п.

Жесткая политика Сталина послужила основанием для новых дискуссий внутри правящей партии. Постепенно сформировалась «правая» оппозиция, считавшая необходимым прибегнуть к более гибким методам выхода из экономического кризиса. Во главе противников сталинских методов стояли главный редактор «Правды» Н.И. Бухарин, председатель СНК СССР А.И. Рыков и руководитель советских профсоюзов М.П. Томский. «Правые» скептически относились к идее массовой коллективизации и грандиозным индустриальным планам: индустриализацию, по их мнению, нельзя было проводить на разорении страны и развале сельского хозяйства.

Кампания сталинского руководства по борьбе с «правыми» продолжалась весь 1928 г., решающая дискуссия между Бухариным и Сталиным произошла в апреле 1929 г. на объединенном пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б). Пленум 300 голосами против 13 осудил «правый уклон». Проведенная вслед за пленумом XVI партийная конференция отклонила попытки снижения темпов индустриализации, подъем сельского хозяйства планировался за счет организации «крупного социалистического земледелия» - колхозов и совхозов.

Таким образом, дальнейший путь развития страны был предопределен. Осуществлялся он путем директивного централизованного планирования и перестройки всей системы управления народным хозяйством, введения единоначалия, личной ответственности руководства за выполнение плана, интенсификации трудового процесса. Естественным следствием нового курса партийного руководства стала политическая напряженность в массах - и на селе, и в городе. Деревня была недовольна политикой коллективизации. Крестьяне сопротивлялись как могли: в массовом порядке забивали скот, писали письма в Москву, и, наконец, оказывали вооруженное сопротивление. Особенно тяжелая ситуация складывалась в 1930 г.: за январь-март состоялось не менее 2200 массовых

722

крестьянских выступлений (почти 800 тыс. человек) . Зимой 1930 г. подразделения стрелковой дивизии ОГПУ им. Дзержинского вели бои с «кулацкими бандами» в Центральной Черноземной области, Северном и

723

Нижневолжском краях, на Урале, в Башкирии и Дагестане . Неспокойно было на Украине и Северном Кавказе. При этом на Украине половина общего числа массовых выступлений весной 1930 г. (с 20 февраля по 2 апреля) произошла в пограничных округах724.

Ситуация в городе была не лучше. К началу 1929 г. во всех городах СССР была введена карточная система. Однако и она не всегда спасала ситуацию, поскольку в условиях продовольственного кризиса нормы снабжения не выполнялись. Органы ГПУ фиксировали распространение «нездоровых настроений» в рабочей среде. Всюду слышался вопрос:

725

«Почему нет хлеба?» «Как не стыдно врать о наших достижениях?» - возмущались рабочие.

Сталинское руководство опасалось, что внутренний кризис сомкнется с иностранной интервенцией, а Западная Украина и Западная Белоруссия будут использованы в борьбе против УССР и БССР. В связи с развернувшейся коллективизацией начались, как уже было сказано, крестьянские волнения и в западных пограничных округах СССР. Политбюро ЦК ВКП(б) 5 марта 1930 г. вынесло решение о выселении кулацкого элемента, при этом двенадцать западных пограничных округов приравнивались к районам сплошной коллективизации в отношении проводимых репрессий726. В связи с этим советское руководство всерьез опасалось польского вмешательства в социально-политический кризис в западных округах УССР и БССР.

В решении Политбюро от 11 марта 1930 г. говорилось: «По имеющимся данным, есть основание предположить, что в случае серьезных кулацко-крестьянских выступлений в правобережной Украине и Белоруссии, особенно в связи с предстоящим выселением из приграничных районов польско-кулацких и контрреволюционных элементов, - польское правительство может пойти на вмешательство».

Действительно, отношения между СССР и Польшей в 1929 г. опять обострились. В апреле 1929 г. разгорелся скандал по делу Апанасевича: 4 апреля этот сотрудник торгпредства СССР в Польше, находясь проездом в Барановичах, открыл из личного оружия огонь по польским полицейским. После этого он попытался покончить жизнь самоубийством, но неудачно, был арестован и двумя днями позже, находясь в заключении, скончался. Этот инцидент был использован для развертывания антипольской кампании в советской печати, что, в свою очередь, вызвало ужесточение тона польской прессы.

Антипольские настроения были характерны не только для печати. В июне 1929 г. в Грузии и других закавказских республиках была проведена серия акций протеста против поддержки Польшей грузинской политической эмиграции, причем две десятитысячные «стихийные демонстрации протеста» в качестве главного лозунга выдвинули требование «удаления польского консульства из Тифлиса». В дальнейшем напряженность в польско-советских отношениях продолжала сохраняться. В декабре 1929 - январе 1930 г. разгорелся скандал из-за обвинений двух сотрудников польского консульства в Киеве в военном шпионаже. Советской стороной было выдвинуто официальное требование по их высылке из СССР. Польша, в свою очередь, потребовала выезда из Польши четырех сотрудников полпредства и торгпредства.

Особенно острой ситуация была весной 1930 г. ОГПУ отмечало, что на территории УССР поляки усилили шпионаж и «контрреволюционную агитацию», даже использовали в этих целях радио. К тому же с конца февраля 1930 г. в официальной польской печати все чаще стали встречаться антисоветские лозунги, и полпред в Варшаве просил разъяснений относительно «травли СССР» и «прямых призывов к интервенции» в польской печати. Реакция польских правительственных и военных кругов на события в СССР оставались в центре внимания Москвы на протяжении всей первой половины марта 1930 г. Опасаясь военных действий со стороны Польши, сталинское руководство с напряженным вниманием относились к любым известиям с западной границы. Например, военные сообщали о полете над Правобережьем трех польских аэропланов в ночь с 16 на 17 марта, о чем был даже сделан соответствующий запрос в МИД Польши. Отнюдь не добавила оптимизма и обнаруженная 26 апреля 1930 г. в здании полпредства СССР в Варшаве бомба с часовым механизмом.

Опасаясь внешнего вмешательства во внутренние дела страны, сталинское руководство использовало все средства для установления жесткого контроля за настроениями в обществе - и пропагандистские, и репрессивные. В начале 1931 г. советская пропаганда широко использовала факты жестокого подавления («пацификации») антиправительственных выступлений украинского населения в Польше. Например, в кулуарах XII Всеукраинского Съезда Советов в марте 1931 г. была развернута выставка о «пацификации», выступления многих ораторов также носили антипольский характер, в связи с чем миссия

727

Польши в Москве вручила НКИД ноту протеста .

Опасаясь появления внутри страны «пятой колонны», сталинское руководство стремилось сделать из партийных и общественных организаций послушных исполнителей принятых «наверху» решений. Устранить потенциальную внутреннюю опасность со стороны инакомыслящих и одновременно направить массовое недовольство экономическими неурядицами против потенциальных противников режима решено было при помощи репрессивных мер. По справедливому выводу российских исследователей, «ставка на революционную чрезвычайщину требовала организации кампаний на борьбу с не только явной оппозицией внутри партии, но и с потенциальной в беспартийной

728

среде» . В стране были «раскрыты» ряд дел о вредительстве «спецов» и антисоветских буржуазных партий, направленных против остатков дореволюционной интеллигенции - прежде всего технической и научной.

Печально знаменитое «Шахтинское дело» в Донбассе (1928 г.) стало первым в ряду аналогичных. В том же году начались аресты по делу о «контрреволюционной организации на железнодорожном транспорте и золотоплатиновой промышленности Союза». Были казнены три крупнейших специалиста этих отраслей экономики: начальник экономической секции центрально-планового управления НКПС Н.К. фон Мекк, член Президиума Всесоюзной ассоциации инженеров А.Ф. Величко и профессор Ленинградского горного института П.А. Пальчинский. В 1929 г. прошли еще два процесса технических специалистов-вредителей в Брянске (на заводе «Красный Профинтерн») и Ленинграде (дело «Судотреста»), а в следующем году была «раскрыта» «контрреволюционная организация вредителей рабочего снабжения», охватившая все организации производства и поставок продовольствия (Союзрыба, Союзмясо, Союзконсерв, Союзплодовощ и др.).

Начались репрессии и против научной интеллигенции, а также остатков небольшевистских партий. Осенью 1930 г. было объявлено о раскрытии контрреволюционной организации - Трудовой крестьянской партии, которую якобы возглавляли экономисты Н.Д. Кондратьев,

A. В. Чаянов, Л.Н. Юровский, ученый-агроном А.Г. Дояренко и другие. В конце 1930 г. в Москве состоялся процесс Промпартии. К суду были привлечены авторитетные технические специалисты, обвиненные во вредительстве и контрреволюционной деятельности (Л.К. Рамзин,

B. А. Ларичев, И.А. Калинников, Н.Ф. Чарновский, А.А. Федотов,

C. В. Куприянов и другие). Буквально через несколько месяцев в Москве прошел другой политический процесс, на этот раз - по делу так называемого Союзного бюро ЦК РСДРП (меньшевиков). К суду были привлечены 14 человек, среди них член президиума Госплана СССР

В.Г. Громан, член правления Госбанка В.В. Шер, экономист

А.М. Г инзбург, ответственный работник Наркомторга СССР

М.П. Якубович, профессор политэкономии И.И. Рубин и другие. И это лишь самые крупные «дела», помимо них существовали и несколько «заговоров» в сфере промышленности, торговли и на транспорте. В народе тюрьмы стали называться даже «домами отдыха инженеров и техников».

Превентивные меры были предприняты повсеместно, однако Украине оказывалось повышенное внимание из-за особого отношения к ней со стороны Польши. Сепаратистские настроения в этой республике, проявившиеся еще в период образования СССР, не утихали, тем более что политика коренизации создавала для этого питательную среду. Сталинское руководство учитывало, что в УССР украинизация не только способствовала росту национального самосознания среди украинского населения, но и существенно обновила лицо партийной массы за счет представителей «коренной национальности». Увеличение численности украинцев в КП(б)У при Кагановиче на фоне хозяйственных трудностей требовало от руководства республики постоянного контроля за настроением среди партийцев, чтобы не допустить появления новых «уклонов» от «генеральной линии ВКП(б)» и одновременно не дать низовым партийным организациям скатиться к «хвостизму».

На Украине новая установка сверху на борьбу с «правой» опасностью, «правым уклоном» в партии влекла за собой организацию сменявших друг друга кампаний по борьбе с проявлением инакомыслия. С одной стороны, на республиканских партийных форумах продолжали поносить троцкистов. Приведем характерный пример. На конференции КП(б)У в апреле 1929 г. глава украинского ГПУ В.А. Балицкий заявил, что на Украине троцкисты «проявляли неоднократные активные выступления в целом ряде... городов, в крупных центрах - в Киеве, Одессе,

729

Харькове» . Это якобы выражалось в появлении пропагандистской подпольной печати, отдельных выступлениях, а также в «форме террора»: Балицкий торжественно объявил, что были раскрыты две «террористические группы троцкистской молодежи», одна из которых

730

даже «готовила покушение на жизнь тов. Сталина» . Однако, по Балицкому, на тот момент перед партией стояла уже другая задача:

731

«избавиться от скрытых одиночек» - сторонников Троцкого . Отмечая особенность текущего момента, Балицкий признавал, что «сейчас на антисоветские настроения в стране в значительной мере влияет правый

732

уклон» . Это подтвердил в своей речи и С.В. Косиор, ставший в 1928 г., после ухода Кагановича, генеральным (с 1934 г. - первым) секретарем ЦК КП(б)У. «Надо твердо усвоить, - заявил лидер украинских коммунистов, - что главными дезорганизаторами нашей работы, всего революционного движения являются правые элементы и примиренцы как в ВКП, так и во

733

всем Коминтерне» .

Однако, в отличие от Л.Д. Троцкого и Г.Е. Зиновьева с Л.Б. Каменевым, «правые» закрепиться сколько-нибудь прочно на Украине так и не сумели. Об этом говорилось, например, в материалах к отчету ЦК КП(б)У на XI съезде КП(б)У в мае 1930 г.: «За исключением некоторых отдельных выступлений на партийных собраниях и конференциях о согласии со взглядами правых и на индустриализацию и с их взглядом на политику партии на селе, сколько-нибудь организованных, оформленных,

734

открытых выступлений правой оппозиции на Украине мы не имели» .

Как и в прежние годы, украинский ЦК продолжал лавировать между двумя опасностями. Так, состоявшийся в июне 1930 г. XI съезд КП(б)У снова осудил «шумскизм», «хвылевизм» и «волобуевщину». А материалы по отчету ЦК XI съезду КП(б)У трактовали борьбу с националистическими уклонами вполне миролюбиво. «Националистические уклоны, как со стороны великодержавного шовинизма и со стороны украинского национализма сказывались за последние два года в жизни нашей

- ~ ~ 735

украинской парторганизации с меньшей остротой...» - отмечалось в

документе.

Действительно, в этот период в КП(б)У не были разоблачены новые «уклоны»: основное внимание сталинского руководства в этот период было приковано к старой интеллигенции, к которой большевики относились с подозрением с самого начала. Но уже в конце 1920-х гг. был предпринят ряд репрессивных мер в отношении украинской интеллигенции, главным образом старшего поколения.

3 ноября 1929 г. В.А. Балицкий доложил на заседании Политбюро ЦК КП(б)У о раскрытии и ликвидации контрреволюционной организации «Союз освобождения Украины» (СВУ), целью которой была реставрация капиталистического строя, возвращение помещиков и закабаление рабочих и крестьян Украины736. В конце ноября о СВУ писали уже все газеты. По этому делу приговор был вынесен 45-ти деятелям украинской науки и культуры: академикам С.А. Ефремову (по мнению ГПУ, он возглавлял эту контрреволюционную организацию) и М.Е. Слабченко, политическому и церковному деятелю, бывшему премьер-министру УНР В.М. Чеховскому, историку И.Ю. Г ермайзе, писателю и литературному критику

737

А.В. Никовскому, писательнице Л.М. Старицкой-Черняховской...

Арест академиков Ефремова и Слабченко был большим ударом по Всеукраинской Академии Наук. Агент ГПУ сообщал, что «в ВУАН царит полная растерянность, так как ожидают, что вскоре после разгрома

7^o

“ефремовцев” ГПУ примется за партию академика Грушевского...» В течение 1929-1930 гг. появляются доносы о якобы руководимой Грушевским «контрреволюционной организации». И действительно, в 1931 г. появилось новое «дело» - Украинского национального центра (УНЦ), и первоначально роль «главаря» этой организации отводилась М.С. Грушевскому. Впрочем, несмотря на арест (28 марта 1931 г.), Грушевскому удалось избежать печальной участи, и предназначенную ранее для него роль сыграли другие. По-видимому, партийное руководство посчитало действия в отношении Грушевского преждевременными, и вскоре после ареста академик был отпущен. Учитывая судьбу других участников процесса УНЦ, Грушевскому явно повезло. Возможно, за него ходатайствовали некие влиятельные лица. По мнению украинских исследователей, это мог быть двоюродный брат Грушевского Г.И. Ломов- Оппоков - член Политбюро ЦК КП(б)У, заместитель председателя Госплана СССР (в 1931-1933 гг.), или же тогдашний нарком финансов СССР Г.Ф. Гринько (оба в конце 1930-х годов были объявлены «врагами народа» и расстреляны)739.

Однако представляется маловероятным, что они либо кто другой смог бы кардинальным образом повлиять на решение, принятое на самом верху. Ход расследования контролировался лично Г.Г. Ягодой. Поэтому вряд ли кто-либо помимо Сталина мог взять на себя ответственность освободить «контрреволюционера Грушевского». Дело УНЦ замысливалось как очень масштабное: по нему было привлечено 50 человек, и среди них украинский историк М.И. Яворский, а также бывшие члены КПЗУ. Кроме того, было арестовано 14 уроженцев

740

западноукраинских земель .

В. Пристайко и Ю. Шаповал подробно рассмотрели весь процесс

741

создания дела УНЦ . Украинский национальный центр, по мнению чекистов, обязан был контактировать с СВУ, «Войсковой офицерской организацией», а также с «Промпартией» и контрреволюционными организациями на территории Белоруссии и Грузии, не говоря уже о зарубежных эмигрантских центрах. УНЦ был объявлен блоком украинских антисоветских партий, отдельных групп и формирований и бывших членов контрреволюционной Центральной Рады.

Одновременно сталинское руководство начало выстраивать систему управления наукой и культурой в соответствии с «принципами социалистического строительства и потребностями трудящихся масс». В 1930 г. повсеместно было введено обязательное четырехлетнее образование, а для городов и промышленных районов - семилетнее, с профессионально-техническим (фабрично-заводским) уклоном. Общеобразовательные программы были унифицированы. В 1929-1930 гг. была перестроена вся система высшего и средне-технического образования. Срок обучения в технических вузах сокращался с 5 до 3 лет. Старшие классы общеобразовательных школ превращались в техникумы, часть техникумов - в вузы, ряд политехнических институтов, многоотраслевых вузов и техникумов был разукрупнен. Произошли изменения и в системе Академии Наук. В 1930 г. АН СССР перешла в ведение Ученого комитета ЦИК СССР. Был принят новый академический устав. Резко увеличилось количество научно-исследовательских учреждений, особенно индустриальных институтов. В сфере общественных наук произошла их резкая политизация. Был принят курс на постепенную ликвидацию плюрализма периода нэпа в области художественного творчества, велась подготовка к формированию единых творческих союзов.

Следует учитывать, что в управлении всеми областями науки и культуры усиливались административные методы. Основополагающими принципами здесь оставалось обеспечение «четкой классовой линии» в работе коммунистов на «культурном фронте», усилилась политизация и идеологизация сферы культуры. И в центре, и в республиках партийные органы очень внимательно относились к новым книгам и пьесам, оценивая их «идеологическую выдержанность». Так, на Украине под лозунгом борьбы с «местным национализмом» был запрещен памфлет Хвылевого «Украина или Малороссия?», подвергнут острой критике новый роман писателя «Вальдшнепы». Раскритикованы были и новые пьесы

Н.Г. Кулиша «Народний Малахий» и «Мина Мазайло», а серия портретов М.Л. Бойчука была названа «формалистическими».

Впрочем, в Москве и Ленинграде интеллигенция чувствовала себя ничуть не лучше, чем в Киеве и Харькове. Критике подвергались отнюдь не только украинские писатели: М.А. Булгаков часто назывался выразителем контрреволюционного необуржуазного сознания, В.В. Маяковский критиковался за анархо-бунтарские

индивидуалистические настроения и т.д. К концу 1920-х годов травля Е.И. Замятина за его роман «Мы», написанный еще в 1920 г., достигла своего апогея. Как «клевета на нового человека» и на «ход социалистических преобразований» были расценены произведения А.П. Платонова - его рассказ «Усомнившийся Макар» (1929 г.) и повесть- хроника «Впрок» (1931 г.). Аналогично обстояло дело в театральной жизни и кинематографии и т.д. Например, в марте 1929 г. с репертуара сняли все пьесы Булгакова («Дни Турбиных» в Художественном театре, «Багровый остров» в Камерном и «Зойкину квартиру» в Вахтанговском).

1928-1931 гг. стали периодом массированного наступления на историческую науку. Осенью 1928 г. состоялось специальное совещание ЦК ВКП(б), посвященное проблемам истории и экономики. На нем говорилось о необходимости дальнейшего решительного «разоблачения буржуазной науки». Одновременно было принято решение покончить с плюрализмом на «историческом фронте». Уже в 1930 г. по отношению к ученым-немарксистам практиковались аресты, заключения, ссылки. В качестве примера можно привести «дело» главы петербургской школы русских историков С.Ф. Платонова, отправившегося в ссылку в 1931 г. По этому делу проходило более ста человек, среди которых были и ленинградские историки, и профессора Московского университета.

В соответствии с общесоюзными новыми веяниями на Украине началась массированная кампания по разоблачению политических и исторических взглядов Грушевского. Первоначально в рамках ВУАН и в ряде украинских журналов были подвергнуты критике социальнополитическая и историческая концепции ученого. 4 мая 1931 г. концепция Грушевского была раскритикована на объединенном пленуме циклов философии и истории. В 6-м номере «Більшовика України» за 1931 г. появилась статья А.А. Хвыли «Буржуазно-националистическая трибуна», в которой речь шла о любимом детище Грушевского - журнале «Украина». В следующем году в нескольких номерах журнала «Червоний шлях» публиковалась статья А. Рубача «Буржуазно-куркульская националистическая идеология под маской демократии трудового народа», также посвященная разоблачению Грушевского. Окончательно причислил Грушевского к числу «контрреволюционеров-националистов» объединенный пленум ЦК и ЦКК КП(б)У 18-22 ноября 1932 г.

Таким образом, раскрытые на Украине «контрреволюционные заговоры» и «националистические извращения» в области науки и культуры представляются звеньями единой цепи - установления сталинского тотального контроля за всеми областями жизни во всей стране. При этом репрессии (и на Украине, и в центре) касались в основном двух категорий «социально подозрительных лиц» - старой интеллигенции, к которой большевики всегда относились настороженно, и бывших членов существовавших ранее политических партий. Недаром «Промышленная партия» именовалась буржуазно-кадетской, «Трудовая крестьянская партия» - кулацко-эсеровской, а «Украинский национальный центр» был якобы связан с украинскими антисоветскими партиями. В отличие от старой интеллигенции, инакомыслящие большевики отделывались пока что чем-то вроде «строгого предупреждения». И Хвылевой, и Волобуев в конце 1920-х годов оставались на свободе.

Любопытно, что борьба с национализмом и разоблачение различных «контрреволюционных организаций» на рубеже 1920-1930-х гг. не

означали прекращения украинизации. Напротив, республиканское руководство в этот период обращало внимание на опасность «великодержавного шовинизма». Действительно, «развернутое наступление социализма по всему фронту» привело к появлению новых идей о роли национальной культуры. Так, большой резонанс получила теория заведующего национальным сектором С.М. Диманштейна, который в начале 1929 г. выступил в Москве в Коммунистической академии с лекцией о социалистическом наступлении в национальной политике. Он вновь обратил внимание на старую проблему: существующие

социокультурные и этнокультурные различия между городом и деревней. По его мнению, между всесоюзной, интернациональной, городской, пролетарской культурой и сельской национальной культурой существует противоречие: «В настоящее время мы наблюдаем определенные противоречия в развитии национальной культуры. Применительно к вопросу о слиянии культур это противоречие заключается в том, что, с оной стороны, мы предпринимаем огромные усилия по интернациональному воспитанию ради сплочения национальностей, укрепления их братства, но в то же самое время мы проводим и большую национальную работу, и, вопреки нашим желаниям, это отделяет одну

742

нацию от другой, обособляет культуру одной нации от другой...» По мнению Диманштейна, в условиях социальных и экономических перемен (электрификация, железнодорожное и промышленное строительство, создание местного пролетариата, освобождение женщин, земельная реформа) выполнение принятого в 1923 году курса в национальной политике будет представлять собой правый уклон. Такая позиция была расценена как проявление великодержавного шовинизма под фальшивым

743

прикрытием интернационализма .

На Украине также появились желающие по-иному взглянуть на то, что является главной опасностью - великодержавный шовинизм или

местный национализм. Как пишет Т. Мартин, на состоявшемся в январе 1929 года специальном совещании Киевского окружкома по национальной политике некоторые докладчики заявили, что главной опасностью следует считать украинский национализм744. Такие настроения немедленно получили отклики в партийной печати. В июле 1929 г. в журнале «Більшовик України» была опубликована статья Л. Перчика «Уклоны в партии и национальный вопрос» с пометкой «дискуссионная статья». Основное внимание автор сосредоточил на критике следующего положения: «всякий националистический уклон является правым уклоном»; «великодержавный шовинизм всегда левый». Перчик доказывал, что «у коммунистов великодержавной нации как правый, так и левый уклон является, одновременно, великодержавным уклоном в национальном вопросе; у коммунистов наций угнетенных правый уклон является местным националистическим уклоном, в то время как левый уклон является великодержавным». Поэтому «необходимо отличать великодержавництво правых уклонистов от «левого» великодержавництва. Если правые являются по сути агрессивными великодержавниками, то «левые» становятся великодержавниками через свой нигилизм в

745

национальном вопросе» .

В том же номере журнала был помещен «ответ тов. Перчику», написанный Е. Гирчаком. В статье, озаглавленной «против ревизии ленинизма в национальном вопросе», Гирчак обвинял Перчика в примиренческом отношении к великодержавному шовинизму», в ревизии ленинизма в национальном вопросе»746. «А все это случилось с Перчиком потому, что он, во-первых, не хочет признать основной установки партии о том, что великодержавный уклон - главная опасность в проведении национальной политики пролетариата. Поэтому он стремитсч великодержавный шовинизм ... свести до левого уклона. А раз великодержавный уклон в КП(б)У является проявлением «левого» уклона, то с ним нечего возиться — шпарь весь огонь по украинскому националистическому уклону, потому что это же правый уклон, потому что основная теперь опасность и угроза это правый уклон. Вот до какой

747

ревизии ленинизма и политики партии в нац. Вопросе дошел т. Перчик» , - сделал вывод Г ирчак.

В очередном, октябрьском номере журнала, была помещена еще одна статья, призывавшая бороться против русского великодержавного национализма. Ее автор, А.А. Хвыля, подверг критике выступление некоторых товарищей на собрании партактива Украинского института марксизма весной 1929 года. Хвыля подчеркивал, «в Украинском Институте Марксизма нашлись товарищи, которые отказались от маскировки своих мыслей разной фразеологией про недооценку и открыто

748

амнистировали русский великодержавный национализм» . Критика обрушилась на профессора Рохкина, аспирантов Аржанова, Гаврилюка, Гехтмана и других. «Можно ли на сегодняшний день говорить, что опасность русского великодержавного шовинизма уничтожена?» - спрашивает Хвыля. На этот вопрос может быть один ответ: «Нет!»749

Наконец, в ноябрьском номере журнала «Більшовик України» была напечатана статья И. Гехтмана, содержащая критику выступления Диманштейна в Комакадемии. Он доказывал, что от такой постановки вопроса «уже совсем недалеко до печальной памяти лебедевской теории

750

борьбы двух культур» . По мнению Гехтмана, Диманштейн «уделил очень много внимания распространению местного шовинизма», тогда как «счел за лучшее «фигуру умолчания» там, где речь дет о великодержавном шовинизме, о его политической опасности». В конце следовал вывод: «...доклад тов. Диманштейна — это великодержавная концепция

751

национальной культуры» .

Партийное руководство УССР доказывало, что его отношение к национальному вопросу не изменилось. В данном случае весьма

примечательна появившаяся в сентябрьском номере за 1930 г. журнала «Більшовик України» статья А. Сенченко «Национальный вопрос в период развернутого социалистического наступления по всему фронту». Как писал Сенченко, успехи международного революционного движения и произошедшие изменения в структуре общества заставили «кое-кого» пересмотреть нашу национальную политику, «ее актуальность и необходимость» в СССР. Автор настаивал: «не правы и те, кто связывал национальную политику с предшествующей классовой структурой страны и считал, что в условиях “классовых сдвигов” национальная политика

752

“утрачивает свое значение”» . Напротив, «одним из показателей возрастания актуальности национального вопроса является рост

753

шовинизма как великодержавного, так и местного» .

О необходимости проведения украинизации говорилось на всех партийных форумах. Особенно активно украинизационную политику проводил Н.А. Скрыпник, возглавлявший с 1927 г. Наркомпрос Украины. Позиция Скрыпника во многом определила успехи украинизации в этот период. Нарком просвещения считал развитие украинской культуры важным элементом построения социалистического общества. Скрыпник связывал культурно-просветительную работу с работой по строительству социалистической экономики и строительством социализма в целом. С неграмотным рабочим реконструировать промышленность невозможно, так же как с неграмотным крестьянином невозможно поднять сельское

754

хозяйство на более высокий технический уровень ,- утверждал Николай Алексеевич.

При этом Скрыпник не сомневался в опасности противопоставления Украины остальному Советскому Союзу. Критикуя позиции Хвылевого, Шумского и Волобуева, он указывал, что коммунист не должен противопоставлять интересы СССР и интересы УССР. «Кто стоит на позиции противоположных интересов Украины и СССР, тот сторонник

или русского, или украинского национализма», - утверждал глава украинского Наркомпроса755. Точно так же следовало, по Скрыпнику, рассматривать и вопросы взаимодействия национальных культур: достижения русской культуры и достижения украинской культуры, полученные на основе сотрудничества, послужат созданию

международной пролетарской культуры на территорию всего СССР. Однако никто не должен претендовать на гегемонию или фактическое (даже формальное) руководство или опекунство в этой сфере756.

Этой мысли Скрыпника полностью соответствует его территориальная концепция развития литературы, впервые выдвинутая в речи на открытии Института Шевченко в Харькове 15 апреля 1929 г. В соответствии с этой концепцией, те или иные литературные произведения следовало относить к памятникам русской или украинской литературы в зависимости «от территории, на которой памятник складывался». Например, «Слово о полку Игореве» Скрыпник считал достоянием

757

украинской литературы, а «Моление Даниила Заточника» - русской . Не отрицая влияния вообще русской культуры на развитие украинского литературного процесса, Скрыпник считал необходимым выводить новую украинскую литературу из ее собственного литературного корня, из собственной предшествующей истории: путь развития украинской литературы, украинской культуры - это путь самостоятельного развития

758

украинской нации . В то же время нарком просвещения отстаивал и необходимость сотрудничества украинской литературы с русской, белорусской и др., однако - без претензий на руководство с чьей-либо

759

стороны .

Скрыпник подчеркивал, что руководство «процессом обновления, возрождения, продвижения далее развития нашей украинской национальной культуры» должен осуществлять пролетариат, хотя он на Украине «по национальному составу только полу украинский»760.

Впрочем, для русских рабочих, подчеркивал Скрыпник, «дело состоит не в том, чтобы они перестали быть русскими, а в том, чтобы и они могли принять участие в украинском культурном процессе»761. Если раньше «представителями украинской культуры» были «кооператоры, профессоры и т.п.», то теперь «жизнь прошла мимо них», они сидят на скамье подсудимых в процессе СВУ762. Сегодня, утверждал Скрыпник, ведущая роль должна принадлежать пролетарскому классу, выдвинувшему «тысячи кадров украинской пролетарской интеллигенции»763. Подобное внимание к «борьбе за пролетарскую суть идеологии», к борьбе «за пролетарские рельсы развития национальной культуры»764 было обусловлено задачами социалистического строительства. «Украинская национальная проблема теперь - это, прежде всего, проблема индустриализации и сплошной коллективизации. Это уже не только проблема литературы, музыки, песен, чтения лекций, а это культура Днепрельстана, домен, культура сплошной коллективизации земли, культура миллионов заново коллективизированного, организованного трудящегося народа под руководством компартии и пролетариата»765, - подчеркивал украинский нарком.

Скрыпник сформулировал теорию о двух типах русскоязычных рабочих на Украине: одни, украинского происхождения, подверглись частичной русификации и разговаривали на «смешанном языке», другие были «настоящими» русскими. Первым украинизация должна была помочь «вернуться» к своим корням, а вторым украинизация должна была помочь познакомиться с украинской культурой. При этом детей, говорящих, по выражению Скрыпника, на смешанном украинско-русском языке (т.е. тех, кто по национальности считался украинцем, а в качестве родного языка называл русский), нарком требовал обучать на украинском языке, поскольку «языковой основой их говора является язык украинский»)766. По мнению Ю. Шевелева, скрыпниковская теория об украинских рабочих, забывших родной язык, была весьма схожа с теоретическими построениями румын относительно буковинцев: последние считались румынами, утратившими родной язык, и подлежали румынизации767.

Действительно, развивающаяся промышленность обусловила приток рабочей силы из сельской местности, и количество украинцев среди рабочих стало расти. В докладе на Первой всеукраинской конференции культурно-просветительных работников нацменьшинств 20 мая 1931 г. Скрыпник с гордостью заявил: «Мы имеем большие изменения в составе самого пролетарского класса на Украине, где до войны, и даже, в первые годы революции, украинцев было мало среди рабочего класса, он складывался, преимущественно, из русских и русифицированных рабочих других национальностей, а в 1929 г. среди всего рабочего класса в УССР

768

было 52 % украинцев» . Между тем возрастание численности украинцев среди городского пролетариата не может служить однозначным доказательством преобладания коренной нации и ее культуры среди рабочих.

На практике попытки привлечь пролетариат к участию «в украинском культурном процессе» вызывали недовольство рабочих. «Переубеждали» рабочих путем перевода на украинский язык школ, периодических изданий и работы профсоюзов. Речь шла, прежде всего, об изучении украинского языка работниками аппарата профсоюзов и о повышении доли среди них украинцев. Работники профсоюзов, в свою очередь, должны были приобщать к украинскому языку и культуре своих подопечных, т.е. вести культурно-просветительскую деятельность путем организации профсоюзных клубов, библиотек, чтения лекций. Активные усилия украинизаторов вызывали недовольство в русской рабочей среде. Были случаи, когда рабочие срывали объявления только потому, что они были написаны по-украински. Имели место случаи, когда составленные на украинском языке коллективные договоры забрасывались грязью769.

Шахтеры Артемовского округа признавали, что «у них на шахтах «по- украински говорят только в шутку, а если говорят о чем-то серьезном, то

770

только по-русски» .

Тем не менее, Скрыпник был убежден, что обучать «русифицированных украинцев» следует на украинском языке. Как заявил украинский нарком на пленуме ЦК ВКП(б) в ноябре 1928 г., «какая бы ни была близость лексическая между русским и украинским языками, но поднять грамотность населения, т.е. создать в нем основу для новой самодеятельности, можно только, подходя к нему с работой на его родном

771

языке» .

Скрыпник был убежденным сторонником единства украинского народа. 14 декабря 1928 г. Скрыпник написал статью «О границах УССР», в которой отстаивал необходимость расширения территории Украины. Как писал Скрыпник, образование советских республик путем объединения территорий с одним национальным населением, «было и остается путем, которым пролетарская диктатура решает национальный вопрос, уничтожает дореволюционное положение народностей прежней Российской империи». Автор настаивал, что прежнее «колониальное положение» в первую очередь и заключалось в административной

772

раздробленности угнетаемых народностей . Как доказывал украинский нарком просвещения, «никакие принципиальные соображения не служат доказательством того, что УССР не может занимать общую совокупность территории с украинским большинством населения, а обязана ограничиваться дореволюционными «малороссийскими» губерниями плюс

773

Новороссия» .

Убеждения Скрыпника ярко проявились в его деятельности на посту наркома просвещения УССР. Как известно, в функции Наркомпроса в то время входило руководство не только системой образования, но и наукой, литературой, театром, кино, музыкой, изобразительным искусством. При

Скрыпнике продолжился приток украинских кадров - в основном преподавательских и научных - в УССР из-за рубежа, в том числе из Чехословакии (из Украинского свободного университета в Праге), с Западной Украины. Это было не случайно: 5 января 1928 г. Политбюро ЦК ВКП(б) подтвердило необходимость установления «постоянной связи между профсоюзами, кооперативами, литературными, культурными и

774

иными организациями УССР и Западной Украины» .

Связи между УССР и Западной Украиной были весьма обширными. В данной связи стоит отметить деятельность Украинской Академии Наук и ее исторической секции. В рамках последней действовала Комиссия истории Западной Украины, приглашавшая западноукраинских ученых на торжественные мероприятия в Киев. К примеру, весной 1927 г. состоялись публичные доклады в УССР К.И. Студинского о научной жизни в Галиции, И.С. Свенцицкого о старом галицийском искусстве, В.И. Симовича - о жизни Буковины. В октябре 1927 г. на заседании Комиссии истории Западной Украины выступали западноукраинские ученые К.И. Студинский, Ф.М. Колесса, М.М. Кордуба, О. Макарушка. В марте 1928 г. Кордуба принимал участие в торжественном заседании Исторической секции ВУАН, посвященной 20-летию со дня смерти В.Б. Антоновича. В апреле 1929 г. в Киев приезжали Студинский и И.П. Крипьякевич для обсуждения дальнейшего сотрудничества

775

галицийских ученых с Исторической секцией ВУАН .

Контакты с Западной Украиной не ограничивались только научной стороной. В конце 1920-х годов на Советскую Украину приезжали западноукраинские культурные деятели. В 1928 г. состоялись гастроли композитора и пианиста В.А. Барвинского вместе с виолончелистом Б.Т. Бережницким. На гастролях в Харьковской опере в 1928 г. приезжал известный тенор О.М. Руснак. Штатным солистом в Одесском и Харьковском оперных театрах в 1927-1930 гг. работал М.Т. Голинский. В 1927-1932 гг. дирижером в оперных театрах Харькова и Киева был композитор и пианист А.И. Рудницкий. В 1929 г. в УССР состоялись гастроли пианистки из Львова Л.А. Колессы776. Осуществлялся и книгообмен между УССР и Западной Украиной, который принял более стабильный характер с 1927 г., после подписания договора между книжным магазином Научного общества им. Шевченко (НТШ) во Львове и Государственным издательством Украины в Харькове. Насколько интенсивным был такой обмен, позволяют судить следующие цифры: за первое полугодие 1928 г. на адрес НТШ во Львове было отправлено 12079 экземпляров и ожидалось выполнение добавочного заказа еще на 29000 экземпляров. В свою очередь, произведения западноукраинских авторов (О.Ю. Кобылянской, И.Я. Франко, О.С. Маковея, А.В. Крушельницкого и др.) печатались в УССР. Правда, гонорары при этом выплачивались

777

нерегулярно . Научные и культурные контакты между УССР и Западной Украиной в конце 1920-х годов были еще достаточно активными: на спад они пошли в начале 1930-х годов, и были сведены к минимуму только после 1933 г., когда Скрыпник покончил с собой, а репутация Советской Украины на западноукраинских землях была существенно подорвана после известий о массовом голоде.

Примечательно, что советскими властями выделялись определенные суммы на деятельность западноукраинских научных и культурных организаций. Например, решение о субсидировании НТШ во Львове были принято еще в 1921 г. В украинской исторической литературе указываются размеры такой помощи: на 1927 г. было запланировано выдать НТШ дотацию в размере 24 000 руб. (примерно 12 000 долларов). Такой же размер субсидий сохранялся и в следующие годы, уменьшился он только в

778

начале 1930-х годов: на 1933 г. планировалось выделить 9 000 долларов .

Оказывалась материальная помощь и отдельным представителям творческой интеллигенции на Западной Украине. В 1928 г. было принято решение о назначении пенсии украинским писателям О.Ю. Кобылянской,

779

которая жила в Черновцах в Буковине, и В.С. Стефанику из Галиции . Правда, дело о выделении вспомоществования этим писателям продвигалось с большим трудом, особенно Кобылянской. А.С. Рублев и Ю.А. Черченко пишут даже о «пенсионном скандале» в связи с задержкой

780

выплаты денег . Однако в данном случае следует учитывать и внутренние для всего СССР обстоятельства: именно в этот период центральное руководство было озабочено поиском средств для индустриального развития и выдача валютных средств была сокращена в целом по стране. Впрочем, в этом же году была назначена пенсионная

помощь вдове еще одного западноукраинского деятеля - ученого

781

В.М. Гнатюка . Вообще же в начале 1930-х годов правительство УССР перечисляло за границу деньги семи персональным пенсионерам республики на общую сумму 7920 руб. золотом. На Западной Украине, помимо вышеперечисленных деятелей, пенсию получала также вдова

782

И. Франко - О. Франко . Республиканские пенсии зарубежным гражданам были отменены только в мае 1934 г. (за исключением пенсии

7ОЛ

семье И. Франко) .

Примером достаточно тесного сотрудничества интеллигенции УССР и Западной Украины служит Украинская правописная конференция, прошедшая в Харькове с 25 мая по 6 июня 1927 г. Состав участников конференции был достаточно широкий. Помимо четырех представителей Наркомпроса, в ней принимали участие пять академиков, 28 профессоров лингвистики и филологов, 8 писателей, 7 журналистов и 8 учителей. С Западной Украины приехали известные украинские ученые К.И. Студинский, И.С. Свенцицкий и В.И. Симович. По решению конференции для продолжения работы над украинским правописанием была создана специальная государственная правописная комиссия во главе со Скрыпником. В сентябре 1928 г. правила украинского правописания были официально утверждены постановлением СНК УССР.

Разработанные комиссией нормы украинского правописания явились результатом компромисса между центральноукраинской и

784

западноукраинской лингвистическими школами . Наиболее острые споры велись вокруг вопроса об употреблении некоторых букв (л или ль, г или г)в словах иностранного происхождения. В конце концов было решено слова греческого происхождения передавать в украинском письме при помощи л

785

и г, а слова из латыни и других европейских языков - ль и ґ. В то же

время западная диалектная база была признана равноправной

786

составляющей при создании языкового стандарта , что подтверждается трудами лексикографов того времени. Много галицийских слов и выражений было включено и в Академический словарь - некоторые с пояснением их регионального употребления, некоторые - без пояснения. Г алицийские слова и выражения были признаны нормальной

787

составляющей литературного языка787.

Привлечение западноукраинской интеллигенции к активному участию в культурной жизни Советской Украины было не случайным. Прежде всего, она отличалась активными позициями и настроена была работать на благо украинской нации даже в рамках советской украинизации. Большевикам же были крайне необходимые украинские культурные кадры: людей интеллигентных профессий, владеющих украинским языком, на Большой Украине явно не хватало, а политика коренизации требовала все больше и больше украинских учителей, литераторов, художников, артистов...

Большое внимание к украинскому языку, в том числе внедрение его в делопроизводство, появление украинских школ, институтов, театров, издание литературы на украинском языке на Советской Украине - все это должно было убедить западных украинцев в создании подлинной украинской национальной государственности. Украинизация внесла разлад в ряды сторонников национальной идеи в эмиграции, убедив многих украинских деятелей в том, что «советская Украина является последней надеждой создать истинную государственность, поэтому казалась бессмыслицей оппозиция к ней», особенно когда крестьянские волнения

788

начали затухать .

Курс большевиков на коренизацию дал возможность национально настроенной украинской интеллигенции «вести свою деятельность в более легальных формах, нежели до этого», что наряду с постоянными репрессивными мерами ГПУ привело к существенному ослаблению деятельности украинских национально ориентированных группировок как

789

на территории УССР, так и за границей . Как справедливо отмечают украинские историки, украинизация явно способствовала повороту части

790

оппозиции «лицом к власти» .

Между тем в этот же период стали обозначаться и новые тенденции, обусловленные централизаторскими усилиями сталинского руководства. «Шахтинское дело» весьма обеспокоило партийное руководство, и на апрельском пленуме ЦК ВКП(б) 1928 г. обсуждался вопрос высшей школы и форсированной замены буржуазных специалистов пролетарскими. Предложение о передаче нескольких ВТУЗов из ведения республиканских наркоматов просвещения ВСНХ СССР тогда так и не было принято, поэтому решено было создать специальную комиссию. Комиссия, а затем Политбюро и июльский пленум ЦК приняли решение передать 6 ВТУЗов и 5 техникумов в ведение ВСНХ СССР, 2 ВТУЗа - НКПС. Протесты представителей наркоматов просвещения РСФСР и Украины не были

791

приняты во внимание . Как заявил на июльском пленуме Скрыпник, если передавать ВТУЗы, «так почему же передавать в ведение ВСНХ СССР»? «Как будто было бы вполне нормально, чтобы под общим руководством ВСНХ СССР сим делом ведали бы ВСНХ РСФСР, а у нас ВСНХ УССР», - считал представитель Украины . Скрыпник опасался, что при передаче

793

ВТУЗы будут «деукраинизированы и русифицированы» .

Между тем, весной 1929 г. практику проведения национальной политики в УССР проверяла комиссия ЦК ВКП(б) под председательством Азатьяна. По итогам работы была составлен отчет для ЦКК ВКП(б). Комиссия признала, что при проведении национальной политики КП(б)У встретила ряд трудностей, связанных с необходимостью «бороться за признание украинцев отдельным народом», причем даже в рядах самой компартии. Однако комиссия пришла к выводу, что «вопрос этот в основном уже разрешен, разрешен настолько радикально, что никто не осмеливается защищать публично русотяпские позиции. Украинский язык и украинская культура приобрели себе прочные права гражданства»794. Признав крупные достижения в деле украинизации, комиссия отметила и ряд «недочетов». Прежде всего, говорилось в отчете, «комиссия не может не отметить того недопустимого отношения, которое проявляется не только со стороны националистической интеллигенции, но и со стороны ряда ответственных работников-партийцев к употреблению в необходимых случаях русского языка». При этом «типичным и последовательным представителем этого направления» был назван Скрыпник. Причиной тому послужила беседа со Скрыпником, во время которой комиссия интересовалась, «1. почему считается недопустимым преподавание на русском языке в Сталинском горном институте и 2. почему Украинская академия наук дает резюме своих трудов на французском языке, отказываясь делать те же резюме одновременно и на

795

русском языке» . Кроме того, комиссия высказала удивление запрещением издания на русском языке годового отчета ВСНХ Украины: «Вместо того, чтобы потребовать одновременного издания этого труда на украинском языке, запретили русское издание. Но так как труд этот ВСНХ был необходим и на русском языке, ВСНХ выпустило его русское издание в другом городе, после того, как не могло добиться разрешения в Харькове»796.

Скрыпник, в свою очередь, также остался недоволен членами комиссии. Во время второй Всеукраинской партконференции (9-14 апреля 1929 г.) он не преминул поднять вопрос о Горном институте в Сталино, который был передан из ведения Наркомпроса Украины в ведение ВСНХ Союза. Скрыпник поднял вопрос, не будет ли в этом институте «русотяпской тенденции», если преподавание в нем, как предложила

797

комиссия, будет вестись на русском языке . «У нас есть Ленинградский горный институт на русском языке, у нас есть Московский горный институт на русском языке, а теперь прекратить и повернуть те круги украинизации, которые есть в Горном институте в Сталино абсолютно недопустимо. ...наши ВИШи еще на 75% проводят обучение на русском языке. Перед нами стоит задание не русифицировать, а украинизировать наши ВИШи и ВТИШи. Тут партия достаточно наметила и провела свою линию. Абсолютно неверною и ошибочной является заявление тов.

798

Азатяна о том, что требуется повернуть руль» , - негодовал Скрыпник.

Об этом же он заявил и на ноябрьском пленуме ЦК ВКП(б) 1929 года. «Я должен еще заявить, что передача ВСНХ втузов не должна ни в малейшей степени изменить общей политики, проводимой во втузах, - говорил Скрыпник. - Например, представитель союзной РКИ, тов. Азатьян, производивший специальное обследование национальной политики у нас, выставил требование, чтобы в горном институте в г. Сталино, который был в ведении Наркомпроса Украины и передан Главтузу ВСНХ, чтобы в нем была проведена деукраинизация рабфака и первого курса. Он заявил, что настаивает на том, что дальнейшее проведение украинизации во втузе является недопустимым шовинизмом. Я считаю это недопустимым. Передача втузов ВСНХ ни в малейшей степени не должна изменить общей политики»799.

Более конкретно свое видение ситуации Скрыпник изложил в своем докладе на VII Всесоюзном съезде работников просвещения СССР. Скрыпник заявил, что культурно-просветительная деятельность должна вестись «под знаком участия ее в хозяйственной реконструкции страны», т.е. она должна способствовать развитию национальных культур800. Поэтому он настаивал на необходимости различать «вопрос о единстве системы и единстве линии» и вопрос о «единстве администрирования»,

поддерживая первый и отвергая второй. Скрыпник был категоричен: «...не

801

линия единства администрирования, а линия единства систем» . «Кто хочет изъять все вузы с ведения республик, создать Главнауку СССР либо единое управление всех вузов СССР, изъять все архивы, все музеи,

придать им союзное значение и из единых органов Союза ССР ими

802

распоряжаться, тот настаивает на неправильной точке зрения» , - заявил украинский нарком.

Описанная ситуация с Г орным институтом была очень

симптоматична для конца 1920-х годов. В новых условиях выросло значение русского языка как языка межэтнической коммуникации, что было обусловлено социально-экономической интеграцией и выросшей социальной мобильностью населения. Коммуникативные потребности единого государства требовали хорошего знания русского языка со стороны активной части населения, поскольку русский язык играл ведущую роль в сфере государственного управления, науке, армии, являлся средством общения между людьми разных национальностей. Неудивительно, что встал вопрос о корректировке коренизационных усилий республиканского руководства.

Чехословакии, Румынии демонстрировали различные подходы к проблеме инкорпорирования украинских земель в состав новых национальных государств, к протекционистской политике в отношении украинского языка и культуры они прибегать не торопились. Чехословацкие власти, признавшие родство местного русинского наречия с украинским языком и привлекавшие украинских эмигрантов из Г алиции для работы в Подкарпатской Руси, целенаправленную украинизацию не проводили. Более того, язык обучения в школах отличался крайней вариативностью и во многом зависел от убеждений педагогов. Румынские же власти предприняли курс на ассимиляцию нерумынского населения. Только в конце 1920-х гг. на Волыни Г. Юзевский начал проводить эксперимент, нацеленный на создание благоприятного климата в польско-украинских отношениях за счет поддержки пропольски настроенных украинских организаций, введения украинского языка в польских школах и пропаганды польско-украинского сотрудничества. С одной стороны, таким путем ограничивалось влияние на Волынь украинского движения из Восточной Галиции. В то же время, в условиях активного проведения украинизации на Советской Украине подобная политика носила в определенной степени ответный характер и должна была нивелировать советское влияние на западноукраинское население.

Советская украинизация распространялась практически на все стороны жизни национальной республики. Большевистское руководство стремилось не только к укреплению партийных и советских структур в УССР за счет привлечения местных кадров на руководящие должности, но и предпринимала большие усилия по внедрению украинской советской идентичности в массовое сознание путем проведения соответствующей политики в области образования и культуры. На украинский язык переводились учебные заведения, на украинском языке печатались книги, газеты и журналы, поддерживалась украинская литература и искусство.

Республиканские власти к концу 1920-х годов уже могли оперировать довольно высокими показателями украинизации. Именно в этот период статистические данные об украинизации школ, печати и т.п. достигли своих наивысших значений. Например, динамика украинизации начальной (трудовой, или школы социального воспитания) школы был следующим: в 1922 г. украинских было 6105 школ, в 1925 г. - 10774, в 1930 г. - 14430. В школах другого типа результаты не были столь яркими, однако, например, уже к 1925/1926 г. профшколы по языку обучения были на 51,9 % украинскими и только на 27,6 % - русскими. Определенные успехи были достигнуты и в украинизации высшей школы. По состоянию на 1927 г. среди институтов было 14 украинских, 2 российских и 23 - двуязычных803.

Изменялся и социальный состав студенчества: на смену интеллигенции и мещанству, в массе своей русскоязычным, пришла рабочая и крестьянская молодежь. При этом четко проявлялась тенденция увеличения численности украинцев среди студентов за счет уменьшения приема евреев и русских. К 1928 г. число украинцев среди студентов вузов достигло 54 %, техникумов - 63 %804. А к следующему учебному году

805

показатель для вузов был еще выше - 62,8 %, в 1930 - свыше 70 % . Кроме того, руководство УССР прилагало немалые усилия для внедрения украинского языка в высшие учебные заведения. 6 июля 1931 года Наркомпрос УССР, что все поступающие в высшие учебные заведения, высшие технические школы и техникумы обязаны знать украинский язык и, поступая в институт, обязаны подавать все письменные работы на украинском языке. А в постановлении от 19 декабря 1931 года Наркомпроса говорилось об обязательности изучения украинского языка для всех студентов вузов и техникумов, а не только для тех, кто не знает украинского языка806. Еще одним полем украинизации стала наука. Здесь

также возросло число научных сотрудников-украинцев (с 28 % в 1925 г. до 45,9 % в 1929 г.)807.

Помимо науки и просвещения, украинизация затронула все стороны культурной жизни республики. На украинский язык переводились произведения русской и зарубежной классики, выросло количество и тираж периодических изданий. К 1928 г. на украинском языке выходило 58

OAO

газет, что составляло 68,8 % от их общего количества в УССР . В 1930 г. украинизация прессы достигла 68,8 %, а в 1932 г. - цифра поднялась до 87,5 %. На 1930 г. только три крупные газеты еще выходили на русском языке («Вечерние известия» в Одессе, в также органы печати в Донецке и Мариуполе)809. Что касается журналов, то в 1928 г. 71,2 % из них

издавались на украинском языке, а в следующем году эта цифра достигла

810

84 %. Украинские книги в общей массе книжной продукции составляли: в 1925-1926 гг. - 45,8 %, в 1927-1928 гг. - 53,9 %. В 1931 г. - 76,9 %811.

В конце 1920-х гг. продолжал активно развиваться и украинский кинематограф. В 1927-1929 гг. в Киеве была построена новая киностудия, самая большая в тогдашней Европе. В киноискусстве продолжала доминировать украинская проблематика. Продолжалась и украинизация театрального искусства. Первоначально в этой сфере (особенно в оперных театрах) украинизация продвигалась с большим трудом. На конец ноября 1927 г. вся театральная сфера была украинизована только на 26 %. Однако в начале 1930-х годов русскоязычные театры были фактически вытеснены с Украины, а центральные театральные помещения перешли к украинским

труппам. В 1931 г. в УССР было 66 украинских, 12 еврейских и 9 русских

812

стационарных театров .

Постепенно менялся и этносоциальный облик УССР. Происходил прирост рабочих украинского происхождения на заводах Донбасса и Днепропетровского региона. Например в 1930 г. 80 % вновь завербованных рабочих для шахт Донбасса составляли выходцы из украинского села . Постепенно вырастало и новое поколение украинской интеллигенции. Уже в 1929 г. украинцами было 50 % инженеров в

814

угледобывающей промышленности . В этом же году доля украинцев

815

среди занятых интеллектуальным трудом составила 58 %. Вообще по данным переписи 1926 г. национальный состав интеллигенции Украины распределялся следующим образом. Среди работников культуры и просвещения украинцы составили 69,2 %, среди работников суда, прокуратуры и адвокатуры - 43,6 %, среди технических специалистов - 47, 6 %. В медицине 56,7 % составляли евреи.

Доля же русских нигде не составила и половины общей численности интеллигенции. Больше всего их было среди технических специалистов (35,1 %) и художников (30,2 %). В то же время среди руководителей в промышленности места среди русских, украинцев и евреев распределились почти поровну и составляли соответственно 31,5, 30, 7 и 25,8 %. Среди руководящего состава в сельском хозяйстве преобладали со значительным отрывом украинцы - 62,3 % (русские составили 15,8 %, евреи - 9,6 %)816.

Постепенно менялся и национальный состав партийного и государственного аппаратов. Если накануне официального принятия курса на коренизацию доля украинцев среди служащих составляла лишь 35 %, а государственный аппарат функционировал исключительно по-русски, то в 1925 г. уже 50 % государственных служащих были украинцами, в 1926 г. -

817

уже 54 %. Правда, на службе продолжало оставаться немало чиновников, всячески сопротивлявшихся украинизации.

В партийной системе ситуация складывалась лучше, нежели в государственной. Если в 1920 г. численность украинцев среди коммунистов была невелика и достигала всего 20,1 %, то в 1927 г. - уже

Ol O

52 %, в 1933 г. - 60 % . Правда, при этом в 1925 г. численность украинцев в Центральном Комитете украинской компартии достигла всего 25 %819.Таким образом, в ходе украинизации была заложена основа для формирования этнической республиканской элиты, включавшая, помимо партийных функционеров и управленцев, представителей научной и творческой интеллигенции.

Темпы украинизации в Красной Армии были значительно ниже, чем в других сферах, особенно в плане изучения командным составом украинского языка. Красноармейский командно-политический состав с трудом переходил на украинский язык, а подготовка украинских кадров была явно недостаточной. Так, в 1925 г. в украинизованных дивизиях 40,9 % командиров и 37,1 % политработников вообще не владели

украинским языком. А в 1926 г. выпуск украинизованных военно-учебных

820

заведений смог бы покрыть недостачу кадров только в двух дивизиях .

В мае 1927 г. РВС СССР утвердил шестилетний план национальновойскового строительства на 1927-1933 гг., в соответствии с которым национальными должны были стать еще две территориальные дивизии. Однако выполнение этого плана тоже проходило со значительными трудностями. Проверка 1929 г. показала, что командный состав с трудом овладевал украинским языком, причем чем выше была категория комсостава, тем меньше там говорили и понимали по-украински. При этом украинизация невольно приводила к обострению отношений между русскими красноармейцами, пополнявших кадровые и специальные части, и украинцами. Украинские исследователи приводят немало примеров стычек между красноармейцами на бытовом уровне. При этом русские вполне могли назвать украинский язык «петлюровским» и «китайской

грамотой», а украинцы настаивали на необходимости «все

821

украинизовать» .

Объявляя о необходимости проведения политики коренизации, Сталин на XII съезде партии в 1923 г. особо подчеркивал, что одной из ее целей является выравнивание экономического и социального уровня разных наций. «Равенство правовое мы провозгласили и проводим его, - объяснял генеральный секретарь, - но от правового равенства, имеющего

само собой величайшее значение в истории развития советских республик,

822

все-таки далеко до равенства фактического» . Фактическое равенство понималось Сталиным прежде всего как равенство экономическое. Поэтому экономическое развитие республик имело не меньшее значение, чем культурное развитие: «...На школах тут далеко не уедешь, они, эти самые школы, развиваются, язык тоже развивается, но неравенство фактически - это основа всех недовольств и всех трений. Тут школами и языком не отговоришься, тут нужна действительная, систематическая, искренняя, настоящая пролетарская помощь с нашей стороны трудящимся массам отсталых в культурном и хозяйственном отношении национальностей. Необходимо, чтобы, кроме школ и языка, российский пролетариат принял все меры к тому, чтобы на окраинах, в отставших в культурном отношении республиках, . необходимо добиться того, чтобы

823

в этих республиках были устроены очаги промышленности» . Решалась эта задача путем индустриализации и создания «национальных отрядов рабочего класса». Если к выравниванию культурного уровня республик приступили (или должны были приступить) уже после XII съезда, то экономический аспект коренизации стал реализовываться фактически после разработки стратегии форсированной индустриализации, сформулированной Сталиным в речи на пленуме ЦК ВКП(б) 19 ноября 1928 г.

В период индустриализации (и, конечно, коллективизации) Украина испытала на себе все преимущества и недостатки курса центрального партийного руководства на форсированное экономическое развитие. Темпы экономического роста на Украине были весьма высокими, и по данным, которые признают достоверными и современные украинские историки, к 1940 г. промышленное производство выросло в 7,3 раза по

ОЛД

сравнению с показателями 1913 г. В 1932 г. УССР производила 70 % угля, железной руды и чугуна, а также 63 % стали всего СССР . Из 35

826

промышленных объектов первых пятилеток 12 приходилось на Украину . Были построены три крупнейших металлургических завода (Запорожсталь, Криворожсталь, Азовсталь), Днепрогэс, Днепровский алюминиевый комбинат, Краматорский завод тяжелого машиностроения, Харьковский тракторный завод. Был реконструирован Луганский паровозостроительный завод и четыре металлургических завода (в Макеевке, Днепродзержинске, Днепропетровске, Коммунарске). Помимо Днепрогэса было построено множество электростанций: Штеровская, Зуевская, Криворожская, Северскодонецкая, Киевская, Харьковская Днепродзержинская ГРЭС, Краснозаводская ТЭЦ в Харькове, Киевская ТЭЦ.

Экономический прогресс Украинской ССР был тем заметнее, что западноукраинские земли оставались в индустриальном плане гораздо менее развитыми. Так, промышленность украинских регионов Польши специализировалась в основном на переработке сельскохозяйственной продукции. По переписи 1931 г. из 730 тыс. наемных работников 332 тыс.

827

работало в сельском хозяйстве . В Румынии украинские земли также оставались слаборазвитыми, а промышленные предприятия там - мелкими и полукустарными. Крупные же заводы и фабрики вывозились в центральные районы Румынии, как это произошло с Аккерманскими

трамвайными мастерскими, прядильной фабрикой, оборудованием

828

Измаильского и Ренийского портов . Никаких крупных промышленных объектов не было построено и в чехословацком Закарпатье. В 1930 г. доля промышленной продукции в совокупном общественном продукте края равнялась 2 %, а численность занятых в промышленности составляла 16 тыс. человек829.

Примечания

1 Mironowicz E. Bialorusini i Ukramcy w polityce obozu pilsudczykowskiego. Bialystok, 2007.

S. 88-89.

2

Кабузан ВМ. Украинцы в мире: динамика численности и расселения. 20-е годы XVIII века - 1989 год. М., 2006. С. 362.

2 Там же. С. 363.

3 Ольховский С.В. Основные тенденции развития украинского национального движения в

межвоенной Польше // Проблемы истории, филологии, культуры. № 4. 2013. С. 272.

4 Національне питання в Україні ХХ - початку XXI ст.: історичні нариси. Київ, 2012. С.

265.

5 Гаврецька М.Е. Правовий режим української мови за конституційними актами

Республіки Польща (Другої Речі Посполитої) // Часопис Київського університету права. 2013. № 2. С. 48-49.

6 Dziennik Ustaw. RP 1921. Nr 44. Poz. 267.

7 Dziennik Ustaw. RP 1922. Nr 90. Poz. 829/

8 Гаврецька М.Е. Правовий режим української мови за конституційними актами

Республіки Польща (Другої Речі Посполитої). С. 49-50.

9 Ольховский С.В. Основные тенденции развития украинского национального движения в межвоенной Польше. С. 273.

10 Давидюк Р.П. Еволюція національно-демократичного руху на Волині у 20-х рр. ХХ ст. //Актуальні проблеми вітчизняної та всесвітньої історії. 2012. Вип. 23. С. 206.

12

Федевич К.К. Галицькі українці у Польщі 1920-1939 (Інтеграція галицьких українців до Польської держави у 1920-1930-ті рр.). Київ, 2009. С. 56-59.

13

См., напр., схему организаций: Moklak J. Lemkowszczyzna w Drugiej Rzeczypospolitey: Zagadnienia polityczne i wyznaniowe. Krak0w, 1997. S. 44.

11 Матвеев Г.Ф. Русинский вопрос в Чехословакии и Польше в межвоенные годы // Карпатские русины в славянском мире: актуальные проблемы. Материалы международного научного круглого стола. М.; Братислава, 2009. С. 97.

12 Обращение II съезда Коммунистической рабочей партии Польши ко всему трудовому народу // Коммунистическая партия Польши в борьбе за независимость своей страны. Материалы и документы. М., 1955. С. 62.

13 Там же.

Пролетариат Польши - руководитель и защитник интересов всей нации // Коммунистическая партия Польши в борьбе за независимость своей страны. Материалы и документы. С. 52.

17

18

19

17 21 22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

Відозва ЦК КПЗУ до трудящих з закликом боротися за возз’єднання Західної України з Радянською Україною. Січень 1924 р. // Національні процеси в Україні. Історія і сучасність. Документи і матеріали. У 2 част. Ч. 2. Київ, 1997. С. 43.

Пиріг М. Становлення та організаційні принципи діяльності Українського селянсько- робітничого соціалістичного об'єднання (Сельроб) у 1926-1928 роках // Мандрівець. 2013. № 4. С. 32.

Польша в ХХ веке: Очерки политической истории. М., 2012. С. 136-137.

Там же. С. 137.

Ольховский С.В. Основные тенденции развития украинского национального движения в межвоенной Польше. С. 276.

Соляр І.Я. Радянофільство у Західній Україні // Український історичний журнал. 2009. № 1. С. 55-56.

Вербова О.С. Аграрна політика польскої держави міжвоєнного періоду та українське питання // Науковий вісник Національного лісотехнічного університету України: зб. наук.-техн. пр. Вип. 18. Львів, 2008. С. 128-130.

Нагірняк А.Я. Особливості антиукраїнської політики Польської влади в Галичині у 1920-х рр. // Вісник Національного університету «Львівська політехніка»: сборник. Вип. 652: Держава та армія. Львів, 2009. С. 113.

Мосійчук Т. Боротьба УНДО з утраквізацією освіти в Галичині // Україна: культурна спадщина, національна свідомість, державність. Вип. 23. Львів, 2013. С. 467.

Там же. С. 469-470.

Гетьманчук М.П. Між Москвою та Варшавою: українське питання у радянсько- польских відносинах міжвоєнного періоду. Львів, 2008. С. 241.

Там же. С. 243.

Mironowicz E. Bialorusini I Ukramcy w polityce obozu pilsudczykowskiego. Bialystok, 2007. S. 144.

Калакура О.Я. Поляки в етнополітичних процесах на землях України у ХХ столітті. Київ, 2007. С. 266.

Гетьманчук М.П. Між Москвою та Варшавою: українське питання у радянсько- польских відносинах міжвоєнного періоду. С. 243-244.

33

Цит. по: Гаврецька М.Е. Правовий режим української мови за конституційними актами Республіки Польща (Другої Речї Посполитої). С. 50.

33 Ще про наше становище до Радянської України // Національні процеси в Україні. Історія і сучасність. Документи і матеріали. Ч. 2. С. 55.

35

Mironowicz E. Bialorusini I Ukramcy w polityce obozu pilsudczykowskiego. S. 141-142.

34 Ольховский С.В. Основные тенденции развития украинского национального движения в межвоенной Польше. С. 276-277.

37

Комар В.Л. Концепція прометеїзму в політиці Польщі (1921—1939 рр.). Івано- Франківськ, 2011. С. 125-126. См. также: Симонова Т.М. Именем революции: мир и счастье — на штыках // Родина. 2000. № 10. С. 59-62; Симонова Т.М. Прометеизм во внешней политике Польши. 1919-1924 // Новая и новейшая история. 2002. № 4. С.47-63.

38

Комар В.Л. Концепція прометеїзму в політиці Польщі (1921-1939 рр.). С. 155.

39

См.: ПортновА.В. Наука у вигнанні: Наукова і освітня діяльнісь української еміграції в міжвоєнній Польщі (1919-1939). Харків, 2008. С. 155-186.

35 Комар В. Українське питання в політиці Польщі (1926-1939) // Український історичний

журнал. 2001. № 5. С. 121-122.

36 ЮрикЮ. Протистояння ОУН і Польської держави (1929-1935 рр.) // Проблеми історії України: факти, судження, пошуки: Міжвід. зб. наук. пр. Вип. 13. Київ, 2005. С. 379-380.

42

ГрицівМ. Пацифікація 1930 р. і судова система Другої Речі Посполитої // Український визвольний рух: наук. зб. Вип. 15. Львів, 2011. С. 33-34.

37 Польша в ХХ веке: Очерки политической истории. С. 200.

38 Савченко О.О. Польські репресії проти народу Галичини у 30-х рр. XX ст. // Вісник Національного університету «Львівська політехніка». 2010. № 670. С. 148-149. См. также: Комунікат українських політичних партій Західної України у зв’язку з пацифікацією 1 жовтня 1930 р. // Український національно-визвольний рух на Прикарпатті в ХХ столітті. Документи і матеріали. Т. 1. Кн. 2: 1929-1939. Івано- Франківськ, 2014. С 98-99; Пастирський лист греко-католицького духовенства з осудом саботажів ОУН та пацифікації 13 жовтня 1930 р. // Український національно- визвольний рух на Прикарпатті в ХХ столітті. Документи і матеріали. С. 100-101; Промова посла Михайла Галущинського в польському сеймі в справі пацифікації 20

січня 1931 р. // Український національно-визвольний рух на Прикарпатті в ХХ столітті. Документи і матеріали. С. 142-148.

45

46

47

48

49

50

51

52

53

54

55

56

57

58

59

60

61

62

Гавришко М. Заходи ОУН на міжнародній арені у справі «пацифікації» в Галичині у 1930 р. // Український визвольний рух. Зб. 19. Львів, 2014. С. 182-186.

Федевич К.К. Галицькі українці у Польщі. 1920-1939 рр. (Інтеграція га лицьких українців до Польської держави у 1920-1930 ті рр.). С. 130-131.

Комар В.Л. Концепція прометеїзму в політиці Польщі (1921-1939 рр). С. 272.

Там же. С. 274, 276.

ЮрикЮ. Протистояння ОУН і Польської держави (1929-1935 рр.). С. 380-381.

Федевич К.К. Галицькі українці у Польщі. 1920-1939 рр. (Інтеграція га лицьких українців до Польської держави у 1920-1930 ті рр.). С. 140, 144, 152-153.

Листівка ОУН до батьків українських школярів із закликом до захисту української школи // Український національно-визвольний рух на Прикарпатті в ХХ столітті. Документи і матеріали. Т. 1. Кн . 2: 1929-1939. С. 219.

Польша в ХХ веке: Очерки политической истории. С. 211-212.

Крамар Ю.В. Українсько-польські взаємовідносини на Волині у міжвоєнний період (за документами Державного архіву Волинської області) // Архіви України. 2013. № 3. С. 120-121.

Цит. по: Каліщук О. До проблеми сокальського кордону (за матеріалами міжвоєнної преси) // Україна: культурна спадщина, національна свідомість, державність: Зб. наук. пр. Вип. 21. Львів, 2012. С. 355.

Соляр ЬЯ. Радянофільство у Західній Україні. С. 59.

Там же. С. 64.

Там же.

Там же. С. 64-65.

Цит. по: Каліщук О. До проблеми сокальського кордону (за матеріалами міжвоєнної преси). С. 356.

Вишиванюк А. Украинизаторские процессы в Православной церкви в межвоенной Польше // Государство, религия, церковь в России и за рубежом. 2014 № 4 (32). С. 176. Там же.

Там же. С 178-179.

Крамар Ю.В. Українсько-польські взаємовідносини на Волині у міжвоєнний період (за документами Державного архіву Волинської області). С. 121-122.

65

66

67

67 69

70

71

72

73

74

Цит. по: Давидюк Р. Від угодовства до автономізму: чинники і складові розколу уенерівського політичного табору Волині у другій половині 1930-х років // Europa Orientalis: Studia z Dziej0w Europy Wschodniej i Paήstw Baltyckich. 2012. № 3. С. 68; См. также: Юзевський Г. Замість щоденника // «Роде наш красний...» Волинь у долях краян і людських документах. Т. 2. Луцьк, 1996. С. 196.

Цит. по: Давидюк Р. Від угодовства до автономізму: чинники і складові розколу уенерівського політичного табору Волині у другій половині 1930-х років. С. 68-69; См. также: Балябо А. «Ми» і «ви» в українській нацполітиці // Волинське слово. 1937. № 8. С. 4.

Давидюк Р. Від угодовства до автономізму: чинники і складові розколу уенерівського політичного табору Волині у другій половині 1930-х років. С. 69.

Панасюк В. «Волинська політика» воєвод Г. Юзевського та А. Ґавке-Новака 1928-1939 років: проблеми україно- та німецькомовної освіти // Етнічна історія народів Європи: зб. наук. пр. Вип. 16. Київ, 2004. С. 126.

Крамар Ю.В. Українсько-польські взаємовідносини на Волині у міжвоєнний період (за документами Державного архіву Волинської області). С. 122-123.

Макарчук С.А. Этносоциальное развитие и национальные отношения на западноукраинских землях в период империализма. Львов, 1983. С. 160; Нагорнюк О.М. Трансформація російсько-єврейських відносин на Західній Волині в 1920-х -1930-х рр. // Матеріали міжнародної науково-практичної конференції «Євреї в Україні: історія і сучасність». Збірник наукових праць. Житомир, 2009. С. 310-311.

Панасюк В. «Волинська політика» воєвод Г. Юзевського та А. Ґавке-Новака 1928-1939 років: проблеми україно- та німецькомовної освіти. С. 127.

Там же. С. 129.

Крамар Ю.В. Українсько-польські взаємовідносини на Волині у міжвоєнний період (за документами Державного архіву Волинської області). С. 123.

Звіт волинського воєводи 1936 р. // СивіцькийМ. Історія польсько-українсьтких конфліктів. У 3 т. Т. 1. Київ, 2005. С. 206.

Витяг з листа к.слухачки Аделі Стегнівни до Галіни Юршової, керівника Народного університету в Михайлівці Дубнівського повіту на Волині // Сивіцький М. Історія польсько-українських конфліктів. Т. 1. С. 199.

75

Ленартович О. Формування організаційної структури та діяльність українського націоналістичного підпілля на Волині у 1930-х рр. // Проблеми історії України: факти, судження, пошуки: Міжвід. зб. наук. пр. Вип. 19(2). Київ, 2010. С. 170-174.

75 Гудь Б. Українсько-польські конфлікти новітньої доби: етносоціальний аспект. Харків, 2011. С. 346.

77

Матвеев Г.Ф. Русинский вопрос в Чехословакии и Польше. С. 104.

78

Шевченко К.В. Славянская Атлантида: Карпатская Русь и русины в XIX - первой половине XX вв. М., 2010. С. 150.

79

Національне питання в Україні ХХ - початку XXI ст.: історичні нариси. Київ, 2012. С. 287; Шевченко К.В. Славянская Атлантида: Карпатская Русь и русины в XIX - первой половине XX вв. С. 155.

80

Магочій П.Р. Формування національної самосвідомості: Підкарпатська Русь (1848— 1948). Ужгород, 1994. С. 168.

81

Закарпаття в етнополітичному вимірі. Київ, 2008. С. 261.

82

Даниленко О. Українська еміграція в Чехословаччині (1920-і роки): соціокультурний аспект // Етнічна історія народів Європи. 2001. Вип. 10. С. 38-39.

83

Шевченко К.В. Русины в поисках идентичности: борьба русофилов и украинофилов в Подкарпатской Руси в 1920-е годы // Величие и язвы Российской империи: международный научный сборник в честь 50-летия О.Р. Айрапетова. М., 2012. С. 549.

84

См. подробнее: Дронов М.Ю. Роль Греко-католической церкви в формировании этнонациональной идентичности русинов Словакии (1919-1938). Дисс. ... канд. ист. наук: 07.00.03. М., 2013. С. 40-68.

85

Шевченко К.В. Культурно-национальная политика властей Чехословакии в русинском вопросе в 1920-е годы // Карпатские русины в славянском мире: актуальные проблемы. Материалы международного научного круглого стола. М.; Братислава, 2009. С. 136, 138,

76 Національне питання в Україні ХХ - початку XXI ст.: історичні нариси. С. 300-301.

87

Пушкаш А.И. Цивилизация или варварство: Закарпатье а 1918-1945 гг. М., 2006. С. 123.

77 Стряпко !.О. Роль української політичної еміграції у розвитку освіти на Закарпатті 1919-1939 рр. // Наукові праці історичного факультету Запорізького національного університету. 2014. Вип. 39. С. 132.

89

Шевченко К.В. Славянская Атлантида: Карпатская Русь и русины в XIX - первой половине XX вв. С. 163.

78 Закарпаття 1919-2009 років: історія, політика, культура. Ужгород, 2010. С. 76.

79 Національне питання в Україні ХХ - початку XXI ст.: історичні нариси. С. 299-300.

92

Шевченко К.В. Русинский вопрос и политика Чехословакии в межвоенный период // Русский сборник: исследования по истории России ХІХ-ХХ вв. Т. 1. М., 2004. С. 294.

93

Закарпаття 1919-2009 років: історія, політика, культура. С. 76.

80 Національне питання в Україні ХХ - початку XXI ст.: історичні нариси. С. 299-300.

81 Шевченко К.В. Культурно-национальная политика властей Чехословакии в русинском вопросе в 1920-е годы. С. 137, 141-142.

82 Магочій П.Р. Формування національної самосвідомості: Підкарпатська Русь

(1848-1948). С. 139.

97

Якою мовою в школах повинні навчати наших дітей? // Борканюк О.О. Чим є для нас Радянський Союз (вибрані статті, промови, інтерпеляції). Ужгород, 1976. С. 221.

98

Магочій П.Р. Формування національної самосвідомості: Підкарпатська Русь

(1848-1948). С. 140.

83 Там же. С. 139-140.

84 Там же. С. 124-124.

85 Шевченко К.В. Славянская Атлантида. С. 223.

102

Магочій П.Р. Формування національної самосвідомості: Підкарпатська Русь

(1848-1948). С. 126-127.

103

Марчук Н.В. Формування етнокультурної самосвідомості (період Чехословацької окупації) // Наукові праці Чорноморського державного університету імені Петра Могили. Сер. Політологія. 2011. Т. 155, Вип. 143. С. 102.

86 Магочі П Р. Формування національної самосвідомості: Підкарпатська Русь (1848-1948). Ужгород, 1994. С. 126-127; Пушкаш А.И. Цивилизация или варварство: Закарпатье в 1918-1945 гг. С. 94.

87 Магочій П.Р. Формування національної самосвідомості: Підкарпатська Русь

(1848-1948). С. 107; Шевченко К.В. Культурно-национальная политика властей Чехословакии в русинском вопросе в 1920-е годы. С. 143-144,149-150.

88 Магочій П.Р. Формування національної самосвідомості: Підкарпатська Русь

(1848-1948). С. 107.

107

Магочій П.Р. Україна: історія її земель та народів. Ужгород, 2012. С. 595.

108

Національне питання в Україні ХХ - початку XXI ст.: історичні нариси. С. 299.

110 Шевченко К.В. Славянская Атлантида. С. 256.

111 Пушкаш А.И. Цивилизация или варварство: Закарпатье в 1918-1945 гг. С. 96.

112 И.Г. Буркут считает: «Чехословацкие власти оказывали поддержку одновременно разным течениям в общественно-политической жизни Закарпатья: москвофильству, украинофильству и русофильству. Поддержка противоположных сил в конце концов вела к углублению раскола среди автохтонного населения Закарпатья...» (Буркут І.Г. Русинство: минуле і сучасність. Чернівці, 2009. С. 168).

113 Кравчук О. Національні відносини в Чехословаччині 1918-1935 рр.: погляд Т.Ґ. Масарика // Проблеми історії країн Центральної та Східної Європи: зб. наук. пр. Вип. 3. Кам’янець-Подільський, 2012. С. 175.

114 См., напр.: Віднянський С. Національна політика Праги у Підкарпатській Русі // Національне питання в Україні ХХ - початку XXI ст.: історичні нариси. С. 301-302.

115 Шевченко К.В. Русинский вопрос и политика Чехословакии в межвоенный период. С. 294.

116 Пушкаш А.И. Цивилизация или варварство: Закарпатье в 1918-1945 гг. С. 123; см. также: Магочій П.Р. Формування національної самосвідомості: Підкарпатська Русь (1848-1948). С. 137.

117

Магочій П.Р. Формування національної самосвідомості: Підкарпатська Русь (1848— 1948). С. 138.

117 Рендюк Т. Національна політика королівської Румунії у міжвоєнний період та під час Другої світової війни // Міжнародні зв’язки України: наукові пошуки та знахідки: Міжвід. зб. наук. пр. Київ, 2010. Вип. 19. С.141.

118 Буковина 1918-1940 рр.: зовнішні впливи та внутрішній розвиток: Матеріали і документи. Чернівці, 2005. С. 124, 170.

120

Національне питання в Україні ХХ - початку XXI ст.: історичні нариси. С.312.

121

Василик Л.Є., Попович Ю.О. Місячник «Самостійна думка» та тижневик «Самостійність» - речники українського життя на Буковині у міжвоенний період // Вісник Харківського національного університету ім. В.Н. Каразіна: Сер. «Соціальні комунікації». 2011. Вип. 3. 2011. С. 47.

122 Рендюк Т.Г. Українці Румунії: Національно-культурне життя та взаємовідносини з владою. Київ, 2010. С. 26.

123

Національне питання в Україні ХХ - початку XXI ст.: історичні нариси. С. 313.

124

Пиддубный И. Деятельность правительства и реформы 1922-1926 гг. в Румынии // Codrul Cosminului. Vol. XX. 2014. № 2. P. 482.

125

Національне питання в Україні ХХ - початку XXI ст.: історичні нариси. С. 313-314; Рендюк Т. Національна політика королівської Румунії у міжвоєнний період та під час Другої світової війни С. 143-144.

123 Пиддубный И. Деятельность правительства и реформы 1922-1926 гг. в Румынии. P. 483-484.

127

Національне питання в Україні ХХ - початку XXI ст.: історичні нариси. С. 316.

128

Буркут И. Деятельность советского и украинского националистического подполья на территории Черновицкой области в 1941-1944 гг. // Русин. 2010. № 4. С. 90; Макар Ю.І. Є. Коновалець та розвиток українського націоналістичного руху на Буковині // Вісник центру буковинознавства. Серія історична. Вип. 1. Чернівці, 1993. С. 159.

129

Центральный государственный архив общественных объединений Украины (Центральний державний архїв громадських об’єднань України, ЦДАГОУ). Ф. 1. Оп. 1. Д. 112. Л. 24.

124 Там же. Л. 24-25.

125 Там же. Л. 25.

132

Там же.

126 Там же. Л. 14.

127 Схему комиссий см.: «Українізація» 1920-30-х рокїв: передумови, здобутки, уроки. Київ, 2003. С. 71.

128 ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 1660. Л. 4.

129 Там же. Л. 5.

137

«Українізація» 1920-30-х рокїв: передумови, здобутки, уроки. С. 70.

130 Про заходи у справі українізації шкільно-виховних і культурно-освітніх установ // Збірник узаконень та розпоряджень робітничо-селянського уряду України за 1923 рік. Харків, 1923. Від. 1. № 29. Арт. 430.

139

Про заходи забезпечення рівноправ'я мов і про допомогу розвитку української мови // Збірник узаконень та розпоряджень робітничо-селянського уряду України за 1923 рік. Харків, 1923. Від. 1. № 29. Арт. 435. См. также: Культурне будівництво в Українській РСР. Важливі рішення Комуністичної партії і Радянського Уряду 1917-1959 рр.: Зб. докум.: В 2 т. Т. 1. Київ, 1959. С. 242-243.

140

Там же.

146

147

148

149

150

151

152

153

154

155

156

157

158

159

146 161 162

163

164

165

166

141

142

143

144

145

«Українізація» 1920-30-х років: передумови, здобутки, уроки. С. 62-63.

Там же. С. 137.

Там же.

Куліш Г.Вплив політики українізації на розвиток мережі шкільної освіти та структури на вначальних закладів у 20-х рр. ХХ ст. // Гуманітарний вісник ДВНЗ «Переяслав-Хемельницький державний педагогічний університет імені Григорія Сковороди»: Збірник наукових праць. Вип. 22. Переяслав-Хмельницький, 2011. С. 77-78.

ЦДАГОУ. Ф. 237. Оп. 1. Д. 4. Л. 227.

Там же. Л. 225-226.

Історія українського війска (1917-1995). Львів, 1996. С. 231-232.

«Українізація» 1920-30-х років: передумови, здобутки, уроки. С. 152.

Там же. С. 153.

Рафальський О.О. Національні меншини України у ХХ столітті: Історіографічний нарис. Київ, 2000. С. 128.

Там же. С. 123-125.

Про виділення національних районів і Рад // Збірник узаконень та розпоряджень робітничо-селянського уряду України (ЗУ України) 1925. № 6-7. Арт. 99.

Рафальський О.О. Національні меншини України у ХХ столітті. С. 130-131, 133.

См.: Дроздов К.С. Государственное регулирование русско-украинских национальных отношений в Центральном Черноземье (1923-1933 гг.). Дисс. ... к.и.н. М., 2010. Национальная политика России: история и современность. М., 1997. С. 283-284. «Українізація» 1920-30-х років: передумови, здобутки, уроки. С. 275.

Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. 6892. Оп. 1. Д. 4. Л. 136. ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 1660. Л. 6.

Там же. Л. 7.

Там же. Л. 13.

Там же.

Там же. Л. 14.

Там же.

Там же. Л. 15.

167 Лебедь Д.З. Советская Украина и национальный вопрос за пять лет. Харьков, 1924. С. 28.

168 ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 112. Л. 4.

169 Рубльов О.С. Західноукраїнська інтелігенція у загальнонаціональних політичних та культурних процесах (1914-1939). Київ, 2004. С. 91.

170

«Українізація» 1920-30-х років: передумови, здобутки, уроки. С. 100.

171

Письмо И.В. Сталина Д.З. Мануильскому с замечаниями к резолюциям (проектам) V конгресса Коминтерна по национальному и колониальному вопросам 31 июля 1924 г. // Политбюро ЦК РКП(б)-ВКП(б) и Коминтерн. 1919-1943. Документы. М., 2004. С. 270.

170 ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 129. Л. 199.

171 Там же. Л. 200

172 Там же. Л. 2.

175

«Українізація» 1920-30-х років: передумови, здобутки, уроки. С. 73.

173 Из записки заместителя заведующего Организационно-распределительным отделом ЦК РКП(б) В.Ф. Черного в ЦК РКП(б) «О советском строительстве в национальных республиках и областях» 30 сентября 1925 г. // ЦК РКП(б) - ВКП(б) и национальный вопрос. Кн. 1: 1918-1933. М., 2005. С. 319.

177

Там же.

174 Там же. С. 320.

175 ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 2112. Лл. 99-100.

180

180 Справка Организационно-распределительного отдела ЦК РКП(б) о ходе украинизации партийного и государственного аппаратов в УССР 2 апреля 1925 г. // ЦК РКП(б) - ВКП(б) и национальный вопрос. Кн. 1: 1918-1933. С. 274.

181 Там же. С. 275.

182 Там же. С. 299.

183 Історія України: нове бачення. Т. 2. Київ, 1996. С. 204.

184

184 Российский государственный архив социально-политической истории (РГАСПИ). Ф. 81. Оп. 3. Д. 108. Л. 111.

185 Там же. Л. 112.

186 Там же. Л. 113.

187

Каганович Л.М. Памятные записки рабочего, коммуниста-большевика, профсоюзного, партийного и советско-государственного работника. М., 1996. С. 373.

188

Чуев Ф.И. Так говорил Каганович: Исповедь сталинского апостола. М., 1992. С. 46.

190

191

192

193

194

195

Павлов Д.Б. Большевистская диктатура против социалистов и анархистов. 1917-середина 1950-х годов. М., 1999. С. 206.

РГАСПИ. Ф. 523. Оп. 1. Д. 105. Л. 2.

Там же. Л. 3.

Там же. Л. 8.

Там же. Л. 12.

Там же. Л. 13.

Там же.

196 Кульчицький С.В. Комунізм в Україні: перше десятиріччя (1919-1928). Київ, 1996. С. 238.

197

«Ильич был тысячу раз прав» (Из переписки членов Политбюро ЦК РКП(б) в июлеавгусте 1923 г.) // Известия ЦК КПСС. 1991. № 4. С. 200.

198

Коржихина Т.П. Советское государство и его учреждения: ноябрь 1917 - декабрь 1991.

М., 1994. С. 25.

Каганович Л.М. Памятные записки рабочего, коммуниста-большевика, профсоюзного, партийного и советско-государственного работника. С. 373.

РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 108. Л. 111.

Там же. Л. 112.

Там же. Л. 113.

ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 160. Л. 44.

Там же. Л. 44 об.

Там же. Л. 51об.

Там же. Л. 71.

ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 1976. Л. 18.

208 Протокол № 50 (Особый № 37) заседания Политбюро ЦК РКП(б) от 25.02.1925, п. 26 // Материалы «Особой папки» Политбюро ЦК РКП(б)-ВКП(б) по вопросу советскопольских отношений 1923-1944 гг. М., 1997. С. 12-13.

209 Кен О.Н., Рупасов А.И. Политбюро ЦК ВКП(б) и отношения СССР с западными соседними государствами (конец 1920-х - 1930-х гг.). Проблемы. Документы. Опыт комментария. Ч. 1. Декабрь 1928 - июнь 1934 г. СПб., 2000. С. 80-81.

199

200

201

202

203

204

205

206

207

210

Там же. Там же.

Цит. по Кен О.Н., Рупасов А.И. Политбюро ЦК ВКП(б) и отношения СССР с западными соседними государствами (конец 1920-х - 1930-х гг.). С. 82.

213

Письмо Ф.Э.Дзержинского в Секретно-оперативное управление Г.Г. Ягоде 25 июня 1926 г. // Феликс Дзержинский. Дневники. Письма. М., 2007. С. 427.

214

«Українізація» 1920-30-х років: передумови, здобутки, уроки. С. 70-78.

213 Там же. С. 129.

214 На путях становления украинской и белорусской нации: факторы, механизмы, соотнесения. М., 2004. С. 213.

217

«Українізація» 1920-30-х років: передумови, здобутки, уроки. С. 131.

215 Про заходи термінового проведення повної українізації радянського апарату // Збірник узаконень та розпоряджень робітничо-селянського уряду України за 1925 рік. Харків, 1925. Від. 1. №. 26 Арт. 202.

216 гр

Там же.

217 Про практичні заходи по українізації радянського апарату // Збірник узаконень та розпоряджень робітничо-селянського уряду України за 1925 рік. Харків, 1925. Від. 1. № 56. Арт. 332.

221

См. подробнее: БорисенокЕ.Ю. «Могут быть... уволены без выдачи выходного пособия»: о том, как срочно проводили полную украинизацию // Родина. 2013. № 8. С. 110-113.

222

222 Решение перевести «Коммунист» на украинский язык было принято Политбюро ЦК КП(б)У 2 апреля 1926 года (ЦДАГОУ. Ф. 1 Оп. 6. Д. 85. Л. 36.)

223

Перваченко МУкраинизация советского аппарата должна быть закончена // Коммунист. 1925, 6 июня.

224

Бодняк Ю. Об украинизации советского аппарата (Ответ т. Перваченко) // Коммунист. 1925, 20 июня.

223 ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 1976. Л. 97.

226

Іам же.

224 Там же. Л. 99.

225 ЦГАВОВУ Ф. 1. Оп. 3. Д. 182. Л. 26.

229

«Українізація» 1920-30-х років: передумови, здобутки, уроки. С. 83.

226 Центральный государственный архив высших органов власти и управления Украины (Центральний державний архів вищих органів влади та управління України, ЦДАВОВУ). Ф. 2. Оп. 5. Д. 243. Л. 21.

Там же. Л. 30.

244

245

246

247

248

249

250

251

252

242

243

231

232

233

234

235

236

237

238

239

240

241

Там же. Л. 35.

См. подробнее: БорисенокЕ.Ю. «Перевести делопроизводство на родной язык...» Избранные места из переписки в период активного проведения украинизации // Родина. 2014. № 1. С. 117-120.

Мартин Т. Империя «положительной деятельности». Нации и национализм в СССР, 1923-1939. М., 2011. С. 161.

Там же.

Там же.

Там же. С. 161-162.

Там же. С. 162.

Там же. С. 163.

Там же. С. 162.

Постановление Политбюро ЦК ВКП(б) «О языках, употребляемых в сношениях государственных учреждений СССР и предприятий общесоюзного значения, а равно и государственных учреждений и предприятий союзных республик, находящихся на территории других союзных республик» 24 мая 1928 г. // ЦК РКП(б)-ВКП(б) и национальный вопрос. Кн. 1. 1918-1933 гг. С. 566.

Там же.

Докладная записка Организационно-распределительного отдела ЦК РКП(б) о положении в парторганизациях национальных республик и областей. Не позднее 18 декабря 1925 г. // ЦК РКП(б)-ВКП(б) и национальный вопрос. Кн. 1: 1918-1933 гг. С. 358.

Рубльов О.С., Черченко Ю.А. Сталінщина й доля західноукраїнської інтелігенції 20-50 -ті роки ХХ ст. Київ, 1994. С. 34.

Там же. С. 33, 37.

Там же. С. 28.

Там же.

Там же. С. 42.

Там же. С. 31.

Там же. С. 32.

РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 120. Л. 4-5.

253

«Українізація» 1920-30-х років: передумови, здобутки, уроки. С. 63.

254

Каганович Л.М. Памятные записки рабочего, коммуниста-большевика, профсоюзного, партийного и советско-государственного работника. С. 376-377.

253 Там же. С. 375.

254 Там же. С. 378.

255 РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 127. Л. 3.

258

XV конференция прошла 26 октября - 3 ноября 1926 г., так что в тексте должно быть -XIV (апрель 1925 г.), на которой произошло фронтальное столкновение Г.Е. Зиновьева и Л.Б. Каменева с И.В. Сталиным.

256 РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 127. Л. 1.

257 Там же. Л. 2.

258 Каганович Л.М. Памятные записки рабочего, коммуниста-большевика, профсоюзного, партийного и советско-государственного работника. С. 375.

259 РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 105. 34 об.

260 Там же. Л. 37 об.

261 Там же. Л. 61об.

262 См.: Скрипник М. УСРР - П'ємонт українських трудящих мас: [3 доповіді на XI Всеукраїнському з’їзді рад 1929 р.: «Стан та перспективи культурного будівництва на Україні»] // Скрипник М. Статті й промови з національного питання. Мюнхен, 1974. С. 178-184.

263 Идейным вдохновителем украинских «неоклассиков» был Н.К. Зеров.

264 Шудрик І. Літературні дискусії у Харкові 1925-1928 років // Пространство литературы, искусства и образования - путь к миру, согласию и сотрудничеству между славянскими народами: сб. науч. тр. по матер. VII Междунар. науч.-практич. конференции, 20 декабря 2012 г. Харьков, 2013. С. 312.

268

Мейс Дж. Микола Хвильовий // Історія України в особах XIX-XX ст. Київ, 1995. С. 372.

269

По словам автора, «сивих дідусів».

270

Агеєва В.П. Примітки // Микола Xвильовий. Новели, оповідання «Повість про санаторійну зону», «Вальдшнепи». Роман. Поэтичні твори. Памфлети. Київ, 1995. С. 789.

265 Там же. С. 790.

Шкандрій М. Модерністи, марксисти і нація: українська літературна дискусія 1920-х років. Київ, 2006. С. 39. См. также: ШкандрійМ. В обіймах імперії: Російська і українська літератури новітньої доби. Київ, 2004. Указанные издания являются переводами на украинский язык: Shkandrij М. Modernists, Marxists and the Nation: The Ukrainian Literary Discussion of the 1920s. Edmonton, 1992; Shkandrij М. Russia and Ukraine: Literature and the Discourse of Empire from Napoleonic to Postcolonial Times. McGill-Queen's University Press, 2001.

273

274

275

276

277

278

279

273 281 282

283

284

285

286

287

288

289

290

291

292

293

294

«Про Копернїка з Фрауенбурга, або абетка азїатського ренесансу в мистецтві».

«Про демагогічну водичку, або справжня адреса української воронщини, вїльна конкуренцїя, ВУАН i т.д.»

22, 29 ноября и 13 декабря, «Культура i побут», № 44-46.

Хвильовий М.Г. Думки проти течії // Микола Хвильовий. Новели, оповїдання «Повїсть про санаторїйну зону», «Вальдшнепи». Роман. Поэтичш твори. Памфлети. С. 659.

Там же.

Там же.

Там же. С. 660.

Там же. С. 661.

Там же.

Там же. С. 675.

Там же. С. 676.

Там же. С. 677.

Хвильовий М.Г. Україна чи Малоросія? // Микола Хвильовий. Новели, оповїдання «Повїсть про санаторшну зону», «Вальдшнепи». Роман. Поэтичш твори. Памфлети. С. 727.

Там же.

Там же. С. 728.

Там же.

Там же.

Там же. С. 729.

Ковалів Ю. І. Літературна дискусія 1925-1928 рр. Київ, 1990 . С. 33.

Хвильовий М.Г. Україна чи Малоросія? С. 730.

Там же.730.

Там же. С. 731.

295

296

297

298

299

300

301

302

303

304

305

306

307

308

309

310

311

312

313

314

315

316

317

318

319

320

Там же. С. 732.

Хвильовий М.Г. «Ахтанабіль» сучасності, або Валерян Поліщук у ролі лектора комуністичного університету // Микола Хвильовий. Новели, оповідання «Повість про санаторійну зону», «Вальдшнепи». Роман. Поэтичні твори. Памфлети. С. 698. Хвильовий М. Апологети писаризму (До проблем культурної революції) // Хвильовий М. Україна чи Малоросія? Памфлети. Київ, 1993. С. 202.

Там же.

Там же.

Там же. С. 203-204.

Там же. С. 207.

Там же. С. 209-210.

Там же. С. 215.

Там же. С. 216.

Хвильовий М.Г. «Ахтанабіль» сучасності, або Валерян Поліщук у ролі лектора комуністичного університету // Микола Хвильовий. Новели, оповідання «Повість про санаторійну зону», «Вальдшнепи». Роман. Поэтичні твори. Памфлети. С. 698.

Хвильовий М.Г. Україна чи Малоросія? // Микола Хвильовий. Новели, оповідання «Повість про санаторійну зону», «Вальдшнепи». Роман. Поэтичні твори. Памфлети. С. 734.

Там же.

Там же.

Там же.

Там же. С. 735.

Там же. С. 736.

Там же.

Там же.

Там же.

Там же.

Там же. С. 738.

Там же. С. 741.

Там же. С. 742.

Глазунов Г.П. Политические обвинения сняты // Коммунист Украины. 1990. № 10. С. 72.

331

322

323

324

325

326

327

328

329

330

Там же. С. 748.

Хвильовий М. Камо грядеши // Хвильовий М. Україна чи Малоросія? Памфлети. С. 54-55.

Там же. С. 55-56.

Хвильовий М.Г. Україна чи Малоросія? // Микола Хвильовий. Новели, оповідання «Повість про санаторійну зону», «Вальдшнепи». Роман. Поэтичні твори. Памфлети. С. 749.

Там же.

Там же. С. 749-750.

Там же. С. 750.

Донцов Д. Крок уперед (До «літературного» спору) // Шляхи розвитку української пролетарської літератури. Літературна дискусія (1925-1928). Зб. Матеріялів (статті, літ. маніфести, постанови партії.). Харків, 1928. С. 117.

Там же. С. 111.

Семененко О. Вечірні дзвін (спогади про М.Хвильового) // Прапор. 1990. № 7. С. 141.

332

332 З промови О. Шумського на червневому Пленумі ЦК КП(б)У про підсумки українізації // Національні процеси в Україні. Історія і сучасність. Документи і матеріали. Ч. 2. Київ, 1997. С. 78.

333

Шумський О. Ідеологічна боротьба в українськом у культурноу процесі // Більшовик України. 1927. № 1. С. 12.

334

335

Там же. С. 14. Там же. С. 17.

336

337

Скрипник М. Хвильовизм чи шумськизм? // Більшовик України. 1927. № 1. С. 30. Мейс Дж. Микола Хвильовий. С. 375.

338

Цвілюк С.А. Українізація України: Тернистий шлях національно-культурного відродження доби сталінізму. Одеса, 2004. С. 65-66.

339

Куліш М.Г. Мина Мазайло // Твори: В 2 т. Т. 2: П’єси, статті, виступи, документи, листи, спогади. Київ, 1990. С. 3-83.

339 Комаренко Т.О., ШиповичМ.А. Влада і літературно-мистецька інтелігенція радянської України: 20-ті роки ХХ ст. Київ, 1999. С. 45-46.

342 ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 2031. Л.1.

343 Там же. Л. 1-2.

344 Там же. Л. 3.

345 Там же. Л. 2.

346 Там же. Л. 37.

347 Там же Л. 29.

348

См.: Васильєв В. Політичне керівництво УРСР і СРСР: динаміка відносин центрсубцентр влади (1917-1938). Київ, 2014. С. 167-171.

348 Єфіменко Г., Якубова Л. Національні відносини в радянській Україні (1923-1938) // Національне питання в Україні ХХ - початку XXI ст.: історичні нариси. Київ, 2012. С.

208.

350

ВолобуєвМ. До проблеми української економіки // Більшовик України. 1928. № 3. С.

44.

351

352

353

354

355

Там же. С. 49.

Там же. С. 51.

Там же. С. 59.

Там же. С. 61.

Скрипник М. З приводу економічної платформи націоналізму // Більшовик України.

1928. № 6. С. 46.

356 Там же. С. 49.

357

Перчик Л. Найновіша «теорія» радянської экономіки // Більшовик України. 1928. № 6.

С. 52.

358

Украинская коммунистическая партия (УКП), основана в 1919 г. на базе вышедшего из Украинской социал-демократической рабочей партии левого крыла. Стояла на платформе украинского коммунизма (одной из разновидности национал-коммунизма).

357 РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 127. Л. 11.

358 Там же. Л. 11 об.

359 Там же. Л. 12 об., 18 об.

360 ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 4127. Л. 40.

363

Там же.

361 РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 130. Л. 71-72.

362 Там же.

363 Борисенок Е.Ю. Слово от редактора // Русские об Украине и украинцах. Под ред. Е.Ю. Борисенок. СПб., 2012. С. 5-6.

364 Рубльов О.С., Черченко Ю.А. Сталінщина й доля західноукраїнської інтелігенції 20-50 - ті роки ХХ ст. С. 19-20.

365 Редакційна стаття у львівському щоденнику «Діло» «Інавгураційний виступ - з нагоди вступу на посаду консула СССР у Львові Ю. Лапчинського 7 червня 1928 р. // Україна - Польща 1920-1939 pp.: З історії дипломатичних відносин УССР з Другою Річчю Посполитою: Документи і матеріали. Київ, 2012. С. 345.

366 Кедрин I. Життя-події-люди. Спомини і коментарі. Нью-Йорк, 1976. С. 97.

370

Соляр І.Я. Радянофільство у Західній Україні // Український історичний журнал. 2009. № 1. С. 56-57.

367 Там же. С. 57.

372

Чумак В.М. Ставлення західноукраїнських політичних партій і організацій до політики українізації в УСРР у 1920-х - на поч. 30-х рр. // Наукові записки Інститута політичних і етнонаціональних досліджень. 2001. Вип. 13: Схід і захід України: проблеми єднання. С. 188-189.

373

373 Українська радикальна партія про радянську владу на Україні // Національні процеси в Україні: історія і сучасність. Документи і матеріали. Ч. 2. С. 54.

374

Чумак В.М. Ставлення західноукраїнських політичних партій і організацій до політики українізації в УСРР у 1920-х - на поч. 30-х рр. С. 189-190; см. также: Програма і резолюції другого народного з’їзду Українського національно-демократичного об’єднання // Українська суспільно-політична думка в ХХ ст. У 3 т. Сучасність, 1983. Т. 2. С. 172-183.

375

Там же. С. 190-191; см. также: Мудрий В. Наше відношення до Радянської України: Відбиток з «українського національного календаря». Перемишль, 1927.

374 Липинський В. Листи до братів-хліборобів. Про ідею і організацію українського монархізму. Нью-Йорк, 1954. С. 446-447; Чумак В.М. Ставлення західноукраїнських політичних партій і організацій до політики українізації в УСРР у 1920-х - на поч. 30-х рр. С. 191-192.

375 Кучабський В. Большевизм і сучасні завдання українського Заходу. Національно- політичні замітки. Львів, 1925. С. 64-65, 118-125; см. также: Кучабський В. Большевизм і сучасні завдання українського Заходу // Українська суспільно-політична

378

379

380

381

382

383

384

385

386

387

388

389

390

391

392

393

394

395

396

397

398

399

400

401

402

403

404

думка в ХХ ст. Т. 2. С. 107; Чумак В.М. Ставлення західноукраїнських політичних партій і організацій до політики українізації в УСРР у 1920-х - на поч. 30-х рр. С. 192. Чумак В.М. Ставлення західноукраїнських політичних партій і організацій до політики українізації в УСРР у 1920-х - на поч. 30-х рр. С. 193.

См. подробнее: Борисенок Е.Ю. Русские об Украине и украинизации 1910-1930-х годов // Русские об Украине и украинцах. СПб., 2012. С. 362-414.

РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 26. Д. 1. Л. 79.

Там же. Л. 79 об.

РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 130. Л. 12.

Там же.

Там же.

Там же. Л. 13.

ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 4171. Л. 19.

Там же. Л. 21.

Українська інтелігенція і влада: Зведення секретного відділу ДПУ УСРР 1927-1929 рр. Київ, 2012. С. 154-155.

Там же. С. 168.

Ідріс Н. Антиукраїнські настрої у містах УСРР за доби «українізації» у 20 - на початку 30-х pp. XX ст. // Мандрівець. 2010. № 5. С. 36-39. С. 38.

Єфремов С.О. Щоденники. 1923-1929. Київ, 1997. С. 355.

Там же. С. 386.

Там же. С. 431.

Там же. С. 155.

Там же. С. 431.

РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 26. Д. 3. Л. 216.

ЦДАВОВУ. Ф. 1. Оп. 3. Д. 182. Л. 22.

ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 2631. Л. 10.

Там же.

Там же.

Там же. Л. 11.

Там же. Л. 9.

ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 4172. Л. 17.

«Українізація» 1920-30-х років: передумови, здобутки, уроки. С. 82.

405 Українська інтелігенція і влада: Зведення секретного відділу ДПУ УСРР 1927-1929 рр. С. 188.

406 ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 2894. Л. 53-54.

407 ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 2632. Л. 5.

408 «Українізація» 1920-30-х років: передумови, здобутки, уроки. С. 83.

409 Рубльов О.С., Черченко Ю.А. Сталінщина й доля західноукраїнської інтелігенції 20-50- ті роки ХХ ст. С. 44.

410 Цит. по: Мейс Дж. Микола Хвильовий. С. 374.

411 ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 6220. Л. 55.

412 Там же. Л. 56.

413 Там же.

414 Рубльов О.С., Черченко Ю.А. Сталінщина й доля західноукраїнської інтелігенції 20-50- ті роки ХХ ст. С. 39.

415 Там же. С. 40.

416 ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 4172. Л. 33.

417 Там же. Л. 34.

418

Українська інтелігенція і влада: Зведення секретного відділу ДПУ УСРР 1927-1929 рр. С. 63.

418 ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 2906. Л. 19. Письмо без даты, предположительно - 1929 г., подпись - К. Цыбульский, член партии с 1905 г.

419 Имеется в виду русское и еврейское население городов Украины. В период индустриализации в украинские города прибыло немало выходцев из украинского села.

420 ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 2631. Л. 33.

421 Там же. Л. 34.

422 Там же. Л. 38.

423 К сожалению, документ не датирован. Предположительно относится к 1926 г.

424 ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 2253. Лл. 91-92.

425 Голос народа. Письма и отклики рядовых советских граждан о событиях 1918-1932 гг. М., 1997. С. 183. В цитате сохранен стиль источника.

427

Там же.

428

Там же.

426 Майстренко I. Історія моего покоління. Спогади учасника революційних подій в Україні. Едмонтон, 1985. С. 204, 206.

Там же. С. 207.

430

431

432

433

434

435

436

437

438

439

440

441

442

443

444

445

446

447

448

449

450

451

452

453

454

455

456

457

458

459

460

За цілковиту українізацію! Чому треба вивчати українську мову та як її треба вивчати. Дніпропетровск, 1929. С. 11.

ГАРФ. Ф. 6892. Оп. 1. Д. 17. Л. 35.

Там же. Л. 31, 35.

Там же. Л. 26.

Там же. Л. 26-27.

ГАРФ. Ф. 6892. Оп. 1. Д. 14. Л. 28.

Там же. Л. 30.

Там же. Л. 31.

Там же. Л. 33.

РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 127. Л. 200.

Там же.

Там же. Л. 201.

Там же.

Там же.

ЦДАВОВУ. Ф. 1. Оп. 4. Д. 616. Лл. 38-39.

Там же. Л. 39.

Там же.

ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 2253. Л. 20.

Там же. Л. 21.

Там же. Л. 22-23.

Там же. Л. 24-24 об.

РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 130. Л. 4.

Там же.

Там же.

Там же.

Там же.

Там же. Л. 4-5.

Там же. Л. 5.

ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 2247. Л. 3.

См. подробнее: Борисенок Е.Ю. Пять портретов товарища Рыкова // Родина. 2012. № 7. С. 124-129.

461 Десятый съезд РКП(б). Март 1921 г. Стенографический отчет. М., 1963. С. 606.

462 Двенадцатый съезд РКП(б). 17-25 апреля 1923 года. Стенографический отчет. М., 1968. С. 696.

463 Материалы к докладу правительства Украины на второй сессии Центрального Исполнительного Комитета СССР третьего созыва. Харьков, 1926. С. 193.

464 Якубова Л. Етнічні меншини в суспільно-політичному та культурному житті УСРР. 20-і - перша половина 30-х р. ХХ ст. Київ, 2006. С. 207.

465 См. подробнее: БорисенокЕ.Ю. «Перевести делопроизводство на родной язык...» Избранные места из переписки в период активного проведения украинизации // Родина. 2014. № 1. С. 117-120.

466 Слова Затонского, цит. по: Мартин Т. Империя «положительной деятельности». Нации и национализм в СССР. 1923-1939. М., 2011. С. 59.

467 Мартин Т. Империя «положительной деятельности». Нации и национализм в СССР.

1923-1939. С. 59.

468

469

470

471

472

473

474

475

476

477

478

479

480

481

482

483

484

485

Якубова Л. Повсякденне життя етнічних меншин Радянської України у міжвоєнну добу. Київ, 2011. С. 71.

Там же. С. 72.

Третий съезд Советов СССР. Стенографический отчет. М., 1925. С. 275.

Там же. С. 275.

Там же. С. 277.

Там же.

Там же. С. 278.

Там же.

Там же. С. 279-280.

Там же. С. 280.

Там же.

Там же.

Там же. С. 281.

Там же.

Там же. С. 282.

Там же. С. 292.

Там же.

Там же. С. 316

Там же. С. 231.

486

487

488

489

490

491

492

493

494

495

496

497

498

499

500

501

502

503

504

505

506

507

508

509

510

511

512

513

514

515

516

порядке

порядке

С. 401.

Вторая сессия ЦИК СССР Третьего созыва. Стенографический отчет. М., 1926. Там же. С. 458.

Там же. С. 460.

Там же. С. 461.

Там же. С. 462.

Там же. С. 463.

Там же. С. 464-465.

Там же. С. 466.

Там же. С. 467.

Там же. С. 473.

Там же. С. 474.

Там же.

Там же.

Там же. С. 501.

Там же. С. 517.

Там же. С. 534.

Там же. С. 505-506.

Там же. С 507.

Там же. С. 542.

Енукидзе А.С. Итоги 2-й сессии ЦИК СССР 3-го созыва. М.-Л., 1926. С. 39. ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 2256. Л. 1.

Ларин Ю. Об извращениях при проведении национальной политики (в обсуждения) // Большевик. 1926. № 23-24. С. 50.

Там же. С. 51.

Там же.

Там же. С. 53.

Там же. С. 54.

Там же. С. 55.

Там же. С. 56-57.

Ларин Ю. Об извращениях при проведении национальной политики (в обсуждения) // Большевик. 1927. № 1. С. 60.

Там же. С. 59-60.

517 Там же. С. 61.

518 Там же. С. 64.

519 Там же. С. 65-68.

520

Українська інтелігенція і влада: Зведення секретного відділу ДПУ УСРР 1927-1929 рр. С. 37.

521

Докладная записка заместителя секретаря ЦИК СССР Н.И. Пахомова в Президиум ЦИК СССР о Совещании представителей национальных меньшинств УССР. 19 января 1927 г. // ЦК РКП(б) - ВКП(б) и национальный вопрос. Кн. 1: 1918-1933. С. 464.

522

Там же.

520 гр

Там же.

521 Там же. С. 465.

522 Там же.

523 Адміністріяльний поділ УСРР при 3-х ступневій системі врядування (за даними на 1 жовтня 1925 року). Харків, 1925. С. 87-89.

527

527 Постановление совещания представителей национальных меньшинств УССР о работе среди русского населения на Украине. 19 января 1927 г. // ЦК РКП(б)-ВКП(б) и национальный вопрос. Кн. 1: 1918-1933. С. 465.

528

Материалы к докладу правительства Украины на второй сессии Центрального Исполнительного Комитета СССР третьего созыва. С. 193.

529

529 Постановление совещания представителей национальных меньшинств УССР о работе среди русского населения на Украине. 19 января 1927 г. // ЦК РКП(б)-ВКП(б) и национальный вопрос. Кн. 1: 1918-1933. С. 465.

530

Черлюнчакевич Н. Національні меншості на Україні // Більшовик України. 1926. № 4-5. С. 109.

530 ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 2456. Л. 8.

532

Мартин Т. Империя «положительной деятельности». Нации и национализм в СССР, 1923-1939. С. 69-70.

533

Резолюція ЦК КП(б)У про підсумки украйнізації // Вісті ВУЦВК. 1927 р., 19 квітня.

534

Там же.

535

Про забезпечення рівноправ'я мов і про сприяння розвитку української культури // Збірник узаконень та розпоряджень робітничо-селянського уряду України за 1927 рік. Харків, 1927. № 34. Арт. 157. См. также: Національні процеси в Україні. Історія і сучасність. Документи і матеріали. Ч. 2. С. 139-141.

531 Україна в цифрах. 1927. Харків, 1927. С. 4. К какому месяцу 1927 года относятся эти цифры, не указано, однако предисловие датировано 22 июня 1927 г.

537

Єфіменко В. Створення російських національних районів УСРР // Проблеми історії України: факти, судження, пошуки: Міжвідомчий збірникнаукових праць. Вип. 21. Київ, 2012. С. 89-91.

532 Там же. С. 91-95.

539

Довідник адмінтерподілу УСРР за станом на 15 грудня 1935 р. Київ, 1936. С. 210.

533 Шевельов Ю. Українська мова в першій половині двадцятого століття (1900-1941). Стан і статус. Чернівці, 1998. С. 97-98.

534 См. подробнее: Борисенок Е.Ю. Проблема украинизации пролетариата в национальной политике 1920-х годов // Историческое пространство. Проблемы истории стран СНГ. 2012. М., 2012. С. 153-166.

542

542 Шевельов Ю. Українська мова в першій половині двадцятого століття (1900 1941). Стан і статус. С. 92-93.

543 ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 2016. Л. 1-4.

544 См. подробнее: Годун Н. Політична діяльність А. Хвилі в УСРР (1926-1936 рр.): функції і завдання головного цензора // Проблеми історії України: факти, судження, пошуки. Міжвідомчий збірник наукових праць. Вип. 15. Київ, 2006. С. 155-167.

545 Хвыля А. Национальный вопрос на Украине. Киев, 1926. С. 21.

546 Там же. С. 69.

547 гр

Там же.

548

Там же.

548 Там же. С. 69.

549 ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 2632. Л. 53.

550 Там же. Л. 53об.

551 Там же.

553

Кузьменко М.М. Науково-педагогічна інтелігенція в УСРР 20-30-х років: соціально- професійний статус та освітньо-культурний рівень. Донецьк, 2004. С. 98.

552 ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 160. Л. 44.

553 Там же. Л. 52 об.

554 РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 135. Л. 21, 30.

555 ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 6. Д. 85. Л. 25.

556 Там же. Лл. 36-37

559 Мартин Т. Империя «положительной деятельности». Нации и национализм в СССР, 1923-1939. С. 137.

560 Васильєв В. Політичне керівництво УРСР і СРСР: динаміка відносин центр-субцентр влади (1917-1938). С. 150.

561 ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 6. Д. 85. Л. 37.

562 Васильєв В. Політичне керівництво УРСР і СРСР: динаміка відносин центр-субцентр влади (1917-1938). С. 150.

563 Панчук M.I. «Націонал-ухильництво». Анатомія проблеми // Маршрутами історії. Київ, 1990. С. 221-222; На приеме у Сталина. Тетради (журналы) записей лиц, принятых И.В. Сталиным (1924-1953). М., 2008. С. 24.

564 Сталин И.В. Тов. Кагановичу и другим членам ПБ ЦК КП(б)У // Сталин И.В. Сочинения. Т. 8. М., 1948. С. 149-150.

565 Там же.

566 Там же. С. 151.

567 гр

Там же.

568 Там же.

569 Там же. С. 152.

570

Там же.

570 РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 135. Л. 22-23.

572

Там же.

571 Там же. Л. 23.

572 Там же. Л. 26.

573 РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 113. Л. 20.

574 РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 135. Л. 21, 30.

575 Там же. Лл. 21, 30.

578

Васильєв В. Політичне керівництво УРСР і СРСР: динаміка відносин центр-субцентр влади (1917-1938). С. 151.

576 Там же. С. 152.

580

Письмо членов Политбюро ЦК КП(б) Украины И.В. Сталину об обвинениях, выдвигаемых А.Я. Шумским, в адрес украинского руководства. Позднее 12 мая 1926 г. // ЦК РКП(б) - ВКП(б) и национальный вопрос. Кн. 1: 1918-1933. С. 399.

577 Там же.

578 Там же. С. 400.

579 гр

Там же.

580 Каганович просил перенести встречу на следующий день, 23 мая, аргументируя тем, что ему нужно готовиться к заседанию политбюро. О своей встрече с Шумским Каганович в письменном виде уведомил членов украинского политбюро (Записка секретаря ЦК КП(б)Украины Л.М. Кагановича членам Политбюро ЦК КП(б) Украины о беседе с А.Я. Шумским. 25 мая 1926 г. // ЦК РКП(б) - ВКП(б) и национальный вопрос. Кн. 1: 1918-1933. С. 402).

585

Записка секретаря ЦК КП(б)Украины Л.М. Кагановича членам Политбюро ЦК КП(б) Украины о беседе с А.Я. Шумским. 25 мая 1926 г. // ЦК РКП(б) - ВКП(б) и национальный вопрос. Кн. 1: 1918-1933. С. 402-403.

581 Там же. С. 403.

587

Шаповал Ю.І. Л.М.Каганович на Україні // Український історичний журнал. 1990. № 8. С. 69.

588

Каганович Л.М. Памятные записки рабочего, коммуниста-большевика, профсоюзного, партийного и советско-государственного работника. С. 383.

582 РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 107. Л. 12-13.

583 Двенадцатый съезд РКП(б). 17-25 апреля 1923 года. Стенографический отчет. С. 650.

584 РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 107. Л. 18-19, 22, 24.

585 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 26. Д. 1. Л. 141 об.

586 Там же. Л. 142.

587 РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 107. Л. 57 об.

588 РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 107. Л. 59 об.

589 ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 209. Л. 1.

590 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 26. Д. 1. 143 об.

598

Васильєв В. Політичне керівництво УРСР і СРСР: динаміка відносин центр-субцентр влади (1917-1938).С. 154.

599

Там же.

591 Там же. С. 155.

592 РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 135. Л. 117.

593 Шумський О. Ідеологічна боротьба в українськом у культурноу процесі // Більшовик України. 1927. № 1. С. 14.

594 Скрипник М. Хвильовизм чи шумськизм? // Більшовик України. 1927. № 1. С. 26.

595 Там же. С. 29.

Там же. С. 33.

605

606

607

608

609

605 611 612

613

614

615

616

617

618

619

613 621 622

623

624

625

626

627

628

629

630

631

РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 106. Л. 13-13 об.

Ваганян В.А. О национальной культуре. М.; Л., 1927. С. 49, 51.

Там же. С. 58-59.

Там же. С. 60-61.

Там же. С. 120.

Там же. С. 121.

Там же. С. 129.

Там же. С. 129-130.

РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 113. Л. 31-32.

Там же. Л. 26-28.

Там же. Л. 29-30.

ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 6. Д. 121. Л. 18.

РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 135. Л. 144.

ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 253. Л. 13.

РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 107. Л. 167.

Там же. Л. 159-160.

Максимович К. Заява на березневому Пленумі ЦК КП(б)У 1927 р. // Національні процеси в Україні. Історія і сучасність. Документи і матеріали. Ч. 2. С. 113-114. Постанова пленуму ЦК КПЗУ // Національні процеси в Україні. Історія і сучасність. Документи і матеріали. Ч. 2. С. 116-117.

См. Сливка Ю.Ю. Сторінки історії КПЗУ. Львів, 1989. С. 21-92; Чумак В. Ставлення західноукраїнських політичних партій і організацій до політики українізації в УСРР у 1920-х - на поч. 30-х рр. С. 186-187.

ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 2479. Л. 4.

Там же.

Там же. Л. 11.

Резолюция ЦК КП(б) Украины о позиции компартии Западной Украины в национальном вопросе. 16 мая 1927 г. // ЦК РКП(б) - ВКП(б) и национальный вопрос. Кн. 1: 1918-1933. С. 494.

Там же. С. 494-495.

РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 26. Д. 9. Л. 53а.

ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 2485. Лл. 36.

632 ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 2455. Лл. 56.

633 Там же. Л. 64.

634 Там же. Л. 65.

635 ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 2479. Л. 51.

636 Там же. Л. 79.

637 Из протокола № 9 (Особый № 9) заседания Политбюро ЦК ВКП(б). 9 февраля 1928 г. // Политбюро ЦК РКП(б) - ВКП(б) и Коминтерн. 1919-1943. Документы. С. 505.

638 РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 108. Л. 10.

639 РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 135. Л. 171.

640 См.: Из протокола № 26 (Особый № 25) заседания Политбюро ЦК ВКП(б) 24 мая 1928 г. // Политбюро ЦК РКП(б) - ВКП(б) и Коминтерн. 1919-1943. Документы. С. 528-529.

641 РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 135. Л. 180.

642 Там же. Л. 199.

643 Там же. Л. 163.

644 РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 124. Л. 28.

645 Там же. Л. 28.

646 Там же.

647 Там же. С. 35.

648 Там же. Л. 55.

649 Мейс Дж., Солдатенко В.Ф. Національне питання у житті й творчості Миколи Скрипника // Український історичний журнал. 1996. № 3. С. 136.

650 Двенадцатый съезд РКП/б/. 17-25 апреля 1923 года. Стенографический отчет. С. 43

651 Тринадцатый съезд РКП(б). Май 1924 г. Стенографический отчет. М., 1963. С. 42-43.

652 Мартин Т. Империя «положительной деятельности». Нации и национализм в СССР, 1923-1939. С. 326.

653 Проект платформы большевиков-ленинцев (оппозиции) к XV съезду ВКП(б) // Архив Троцкого. Коммунистическая оппозиция в СССР. 1923-1927 гг. Т. 4. М. 1990. С.143-145.

654 Мельниченко В.Е. Раковский против Сталина. М., 1991. С.17.

655 Там же. С. 18.

656 Мейс Дж., Солдатенко В.Ф. Національне питання у житті й творчості Миколи Скрипника. С. 136.

657 РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 107. Лл. 250-251.

658 Там же. Л. 251.

659 Там же.

660 РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 115. Л. 159.

661 РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 120. Л. 42. В тексте сохранена орфография оригинала.

662 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 26. Д. 9. Л. 139.

663 rp

Там же.

664 rp

Там же.

665 Каганович Л.М. Памятные записки рабочего, коммуниста-большевика, профсоюзного, партийного и советско-государственного работника. С. 382.

666 Чуев Ф.И. Так говорил Каганович: Исповедь сталинского апостола. С. 53.

667 РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 106. Л. 13.

668 Там же. Л. 15-16.

669 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 26. Д. 8. Л. 133.

670 Там же. Л. 243.

671 Затонський В. Матеріяли до українського національного питання // Більшовик України. 1927. № 6. С. 15.

672 Там же. С. 16.

673 Там же. С. 18-19.

674 Національне питання на Україні та опозиція // Більшовик України. 1927. № 10. С. 4.

675 Там же. С. 5.

676 Хвиля А. Ларінська русотяпська «практика» // Більшовик України. 1927. № 11. С. 69.

677 Там же. С. 74-75.

678 Там же. С. 75.

679 Юринець В. Національне питання на Х з’їзді КП(б)У // Більшовик України. 1927. № 15. С. 51.

680 Юринець В. Про націоналістичні ухили в комуністичній партії Західної України // Більшовик України. 1927. № 9. С. 15.

681 Проти зрадників! Проти розбивачів! (До розколу в КПЗУ) // Більшовик України. 1928. № 5. С. 3.

682

Вікул С. До коріння націоналізму та опортунізму в КПЗУ // Більшовик України. 1928. № 5. С. 10.

683 Гірчак Є. Шумськизм і розкол у КПЗУ // Більшовик України. 1928. № 5. С. 40.

Каганович Л. Розлам в КПЗУ i національна політика КП(б)У // Більшовик України. 1928. № 6. С. 17.

703

704

705

701

702

692

693

694

695

696

697

698

699

700

684

685

686

687

688

689

690

691

Пятнадцатый съезд ВКП(б). Декабрь 1927 года. Стенографический отчет. М., 1961. С. 716-718.

Там же. С. 720.

РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 26. Д. 15. Л. 74 об.

РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 115. Л. 139-140.

РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 18. Л. 103.

РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 115. Л. 160.

Докладная записка Организационно-распределительного отдела ЦК ВКП(б) в ЦК ВКП(б) о практике национализации советских, партийных, профессиональных и кооперативных аппаратов. 16 сентября 1927 г. // ЦК РКП(б)-ВКП(б) и национальный вопрос. Кн. 1: 1918-1933 гг. С. 520-521.

Там же. С. 504.

Там же. С. 505.

Там же. С. 508.

Там же.

Там же. С. 511-512.

Там же. С. 512.

Там же.

Там же. С. 513.

Про забезпечення рівноправ'я мов і про сприяння розвитку української культури // Збірник узаконень та розпоряджень робітничо-селянського уряду України за 1927 рік. Харків, 1927. № 34. Арт. 157. См. также: Національні процеси в Україні. Історія і сучасність. Документи і матеріали. Ч. 2. Київ, 1997. С. 142-143.

ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 2632. Л. 5.

Докладная записка Организационно-распределительного отдела ЦК ВКП(б) в ЦК ВКП(б) о практике национализации советских, партийных, профессиональных и кооперативных аппаратов. 16 сентября 1927 г. // ЦК РКП(б)-ВКП(б) и национальный вопрос. Кн. 1: 1918-1933 гг. С. 513.

Там же.

Там же. С. 513-514.

Там же. С. 516.

706

707

708

709

710

711

712

713

714

715

716

717

718

719

720

721

722

723

724

725

726

727

728

729

730

731

732

733

Там же. С. 517.

Там же.

РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 108. Л. 53.

Васильєв В. Політичне керівництво УРСР і СРСР: динаміка відносин центр-субцентр влади (1917-1938). С. 181.

РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 108. Л. 63.

Там же. Л. 66.

Там же. Л. 70.

Там же. Л. 79.

Там же. Л. 84.

Каганович Л.М. Памятные записки рабочего, коммуниста-большевика, профсоюзного, партийного и советско-государственного работника. С. 392.

Шубин А.В. Вожди и заговорщики. М., 2004. С. 160.

РГАСПИ. Ф. 82. Оп. 2. Д. 136. Л. 2.

Там же. Л. 3.

Там же. Л. 4.

Там же. Л. 12.

Там же. Л. 30.

История России. ХХ век / А.Н. Боханов, М.М. Горинов, В.П. Дмитренко и др.; отв ред. В.П.Дмитренко. М., 2001. С. 323.

Власть и оппозиция. Российский политический процесс ХХ столетия. М., 1995. С. 148. Кен О.Н., Рупасов А.И. Политбюро ЦК ВКП(б) и отношения СССР с западными соседними государствами (конец 1920-х - 1930-х гг.). С. 512.

Власть и оппозиция. Российский политический процесс ХХ столетия. С. 141-142.

Кен О.Н., Рупасов А.И. Политбюро ЦК ВКП(б) и отношения СССР с западными соседними государствами (конец 1920-х - 1930-х гг.). С. 508-514.

Там же. С. 219-221. В ноте речь шла также и о Х Всебелорусском съезде Советов. Власть и оппозиция. Российский политический процесс ХХ столетия. С. 139.

РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 26. Д. 23. Л. 28.

Там же.

Там же.

Там же.

Там же. Л. 14.

734 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 26. Д. 31. Л. 134.

735 Там же. Л. 136-137.

736 Любопытно, что в 1927-1928 гг. министр иностранных дел УНР Р. Смаль-Стоцкий информировал британского представителя о наличии разведывательной сети в УССР, которая действовала под патронажем II Отдела Генштаба Польши. Смаль-Стоцкий утверждал, что его опорами являются Церковь, кооперативные общества и Академия наук. См. Кен О.Н., Рупасов А.И. Политбюро ЦК ВКП(б) и отношения СССР с западными соседними государствами (конец 1920-х - 1930-х гг.). С. 504.

737

Цвілюк С.А. Українізація України: Тернистий шлях національно-культурного відродження доби сталінізму. С. 85.

738

Пристайко В., Шаповал Ю. Михайло Грушевський і ГПУ-НКВД. Трагічне десятиліття: 1924-1934. Київ, 1996. С. 231.

739

ПирігР.Я. Життя М.Грушевского: останнє десятиліття (1866-1934). Київ, 1993. С. 118.

737 Рубльов О.С., Черченко Ю.А. Сталінщина й доля західноукраїнської інтелігенції. 20-50 -ті роки ХХ ст. С. 98.

741

См.: Пристайко В., Шаповал Ю. Михайло Грушевський і ГПУ-НКВД. Трагічне десятиліття: 1924-1934. Київ, 1996.

742

Мартин Т. Империя «положительной деятельности». Нации и национализм в СССР. 1923-1939. С.334-335.

743

Там же.

738 Там же. С. 333.

739 .

Перчик Л. Ухили в партії та національне питання // Більшовик України. 1929. № 13. С. 29-31.

740 Гірчак Є. Проти ревізії ленінізму в національному питанні (відповідь т. Перчику) // Більшовик України. 1929. № 13. С. 32.

741 Там же. С. 42.

748

Хвиля А. Про одну спробу ревізії ленінізму // Більшовик України. 1929. № 19. С. 27.

742 Там же. С. 32.

750

Гехтман I. До проблеми національної культури (З приводу доповіді т. С. Діманштейна в Комакадемії) // Більшовик України. 1929. № 21-22. С. 107-108.

743 Там же. С. 113.

752

752 Сенченко Ан. Національне питання в період розгорнутого соціялістичного наступу на всьому фронті // Більшовик України. 1930. № 17. С. 48-49.

753 Там же. С. 52.

754

Солдатенко В.Ф. Незламний. Життя i смерть Миколи Скрипника. Київ, 2002. С. 149-150.

754 Там же. С. 163.

755 Там же. С. 160.

756 Там же. С. 158.

757 Там же. С. 159.

758 Там же. С. 173.

759 Скрипник М. Лінія освітньої роботи в будуванні соціялізму (промова на Всеукраїнської нараді профспілкових бібліотечних робітників 7 березня 1927 р. // М. Скрипник. Статті й промови. Харьків, 1930. Т. IV. Ч. 1. Питання соціялістичної освіти. Харків, 1930. С. 10.

760 Там же.

761 СкрипникМ. Нові лінії в національно-культурному будівдництві. Харків, 1930. С. 27

763

Там же.

762 Там же. С. 22.

763 Там же. С. 26.

764 Єфіменко Г.Г. Національно-культурна політика ВКП(б) щодо радянської України (1932-1938). Київ, 2001. С. 144.

765 Шевельов Ю. Українська мова в першій половині двадцятого століття (1900-1941). Стан і статус. С. 97

768

Микола Скрипник. Перебудовними шляхами // Українська мова у ХХ сторіччі: історія лінгвоциду. Документи і матеріали. Київ, 2005. С. 49; В. Стремецкая, основываясь на данных национальной переписи рабочих и служащих Украины в октябре-ноябре 1929 г., приводит другие цифры: в 1926 г. на Украине было 49,9% рабочих-украинцев, в 1929 г. эта цифра увеличилась до 57,2%. См. СтремецькаВ.О. Участь профспілок в українізаційних процессах на півдні України в 1920-ті роки // Наукові записки Національного університету «Києво-Могилянська академія». Т. 19. Ч. 1. Київ, 2001. С. 150.

766 Марчуков А.В. Украинское национальное движение. УССР. 1920-1930-е годы. Цели, методы, результаты. М., 2006. С. 208.

767 Там же. С. 209

Как ломали НЭП. Стенограммы пленумов ЦК ВКП(б) 1928-1929 гг. В 5 т. Т. 3: Пленум ЦК ВКП(б) 16-24 ноября 1928 г. М., 2000. С. 406.

772

Скрипник М. Про кордони УРСР // Статті й промови. Харків, 1929. Т. 2. Ч. 1. С. 316.

773

Там же. С. 317.

774

Из протокола № 4 (Особый № 4) заседания Политбюро ЦК ВКП(б) 5 января 1928 г. // Политбюро ЦК РКП(б)-ВКП(б) и Коминтерн. 1919-1943. Документы. С. 499.

775

Рубльов О.С., Черченко Ю.А. Сталінщина й доля західноукраїнської інтелігенції. 20-50-

776

ті роки ХХ ст. С. 54-57. Там же. С. 68.

777

778

779

780

781

782

783

784

См. подробнее: Там же. С. 51-52, 78-80, 84.

Там же. С. 72.

Там же. С. 74-79.

Там же. С. 78.

Там же.

Там же. С. 281.

Там же. С. 83.

«Українізація» 1920-30-х років: передумови, здобутки, уроки. С 130-131.

785

Шевельов Ю. Україньска мова в першій половині ХХ століття (1900-1941). Стан і статус. С. 106.

786

На путях становления украинской и белорусской наций: факторы, механизмы, соотнесения. С. 213.

787

787 Шевельов Ю. Україньска мова в першій половині ХХ століття (1900-1941). Стан і статус. С. 108.

788

Українська державність у ХХ столітті. Історико-політологічний аналіз. Київ, 1996. С. 37.

789

789 См. подробнее: Політичний терор і тероризм в Україні: ХІХ-ХХ ст. історичні нариси. Київ, 2002. С. 267.

790

791

792

793

794

Там же.

Как ломали НЭП: Стенограммы пленумов ЦК ВКП(б), 1928 - 1929 гг.: В 5 т. Т. 2: Пленум ЦК ВКП(б) 4-12 июля 1928 г. М., 2000. С. 20-21.

Там же. С. 567-568.

Там же. С. 568.

ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 2894. Л. 13.

Там же. Л. 18-19.

795

796

797

798

799

800

801

802

803

804

805

806

807

808

809

803 811

812

813

Там же. Л. 19.

ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 314. Л. 202.

Там же. Л. 202 об.

Как ломали НЭП: стенограммы Пленумов ЦК ВКП(б), 1928-1929 гг. В 5 т. Т. 5: Пленум ЦК ВКП(б) 10-17 ноября 1929 г. М., 2000. С. 500.

Скорочена доповідь Народнього Комісара Освіти України т. Скрипника М. На VII Всесоюзному з'їзді робітників освіти СРСР) // Більшовик України. 1929. № 7-8. С. 45. Там же. С. 46.

Там же. С. 46-47.

«Українізація» 1920-30-х років: передумови, здобутки, уроки. С. 89, 91,102.

Там же. С. 94, 96.

Там же. С. 102.

Єфіменко Г.Г. Національно-культурна політика ВКП(б) щодо радянської України (1932-1938). С. 146, 181.

«Українізація» 1920-30-х років: передумови, здобутки, уроки. С. 109.

Там же. С. 140.

Шевельов Ю. Україньска мова в першій половині ХХ століття (1900-1941). Стан і статус. С. 95.

«Українізація» 1920-30-х років: передумови, здобутки, уроки. С. 143.

Шевельов Ю. Україньска мова в першій половині ХХ століття (1900-1941). Стан і статус. С. 96.

«Українізація» 1920-30-х років: передумови, здобутки, уроки. С. 147-149.

Кравченко Б. Соціальні зміни і національна свідомість в Україні XX ст. Київ, 1997. С.

169.

814 Там же. С. 173.

815 Там же.

816 Кульчицький С.В. Україна між двома війнами (1921-1939 рр.). Київ, 1999. С. 120.

817

Кравченко Б. Соціальні зміни і національна свідомість в Україні XX ст. С. 141-142.

817 Там же. С. 135, 195.

818 Там же. С.135.

819 Там же. С. 155-156.

820 Там же. С. 160,162.

Двенадцатый съезд РКП(б). 17-25 апреля 1923 года. Стенографический отчет. С. 486. Там же.

823

824

825

826

827

823 829

Кравченко Б. Соціальні зміни і національна свідомість в Україні ХХ ст. С. 154-155. Там же. С. 154.

Кульчицький С.В. Україна між двома війнами (1921-1939 рр.). С. 214.

Там же. С. 288.

Там же.

Там же.

<< | >>
Источник: Борисенок Елена Юрьевна. Концепции «украинизации» и их реализация в национальной политике в государствах восточноевропейского региона (1918-1941 гг.). 2015

Еще по теме § 9 Украинизация в период «развернутого наступления социализма по всему фронту» (1928-1932 гг.):

  1. СОДЕРЖАНИЕ
  2. § 9 Украинизация в период «развернутого наступления социализма по всему фронту» (1928-1932 гг.)
- Археология - Великая Отечественная Война (1941 - 1945 гг.) - Всемирная история - Вторая мировая война - Древняя Русь - Историография и источниковедение России - Историография и источниковедение стран Европы и Америки - Историография и источниковедение Украины - Историография, источниковедение - История Австралии и Океании - История аланов - История варварских народов - История Византии - История Грузии - История Древнего Востока - История Древнего Рима - История Древней Греции - История Казахстана - История Крыма - История науки и техники - История Новейшего времени - История Нового времени - История первобытного общества - История Р. Беларусь - История России - История рыцарства - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - Історія України - Методы исторического исследования - Музееведение - Новейшая история России - ОГЭ - Первая мировая война - Ранний железный век - Ранняя история индоевропейцев - Советская Украина - Украина в XVI - XVIII вв - Украина в составе Российской и Австрийской империй - Україна в середні століття (VII-XV ст.) - Энеолит и бронзовый век - Этнография и этнология -