Юридическая
консультация:
+7 499 9384202 - МСК
+7 812 4674402 - СПб
+8 800 3508413 - доб.560
 <<
>>

Почему нет, и не может быть экономики, как науки

они развращают целые домы, уча, чему не должно, из постыдной корысти

(1:11 К Титу)

всегда учащихся и никогда не могущих дойти до познания истины

(3:7 2-е Тимофею)

судят за подарки... учат за плату...

предвещают за деньги

(3:11 Михей)

Деньги, налоги, государственное регулирование и прочие прелести экономики берутся современными экономистами даже без их определений, как наличные сущности. Возьмём, к примеру, очередное учение: "Экономикс" Стенли Л.Брю, или других экономистов США. Вот определение им предмета: "Экономикс исследует проблемы эффективного использования ограниченных производственных ресурсов или управления ими с целью достижения максимального удовлетворения материальных потребностей человека". - где нас пытаются убедить, что некий дядя собирается управлять ограниченными ресурсами, чтобы какому-то другому, постороннему человеку можно было бы удовлетворять его потребности, и не просто так, а максимально. Что-то подобное мы слышали, и дядя назывался то ли РСДП(б), то ли КПСС, и человеки именовались то ли пролетариат, то ли прогрессивное человечество, а вышло всё вопреки декларации, ибо в итоге человеками оказались воры в Законе, - вся правящая верхушка, потребности которых в т.ч. даже не материальные, удовлетворялись по полной программе. Маркс: "никогда нельзя изображать капиталистическое производство тем, чем оно не является на самом деле, именно таким производством, которое имеет своей непосредственной целью потребление или изготовление предметов потребления". И более чётко: "капитал и самовозрастание его стоимости является исходным и конечным пунктом, мотивом и целью производства; производство есть только производство для капитала, а не наоборот". И если автор "Экономикс" выдвигает противоположное, то необходимо объяснить, в чём Маркс не прав и почему он не прав. Не может же новая и более правильная теория исследовать те проблемы, которые, по словам экономистов-предшественников не присущи объекту исследования. Повторю ещё раз Маркса: "целью политической экономии является несчастье общества". И Маркс неоднократно отмечал позицию "буржуазных экономистов", его предшественников в вопросе назначения науки-политэкономии: "политэконом... скудную жизнь (существование)... принимает в своих расчетах за масштаб и притом за всеобщий масштаб - всеобщий потому, что он имеет силу для массы людей". Чтобы превратить экономику в науку, её надо рассматривать в необходимом единстве и борьбе с политикой, как с естественной противоположностью. Экономическая наука должна называться (и именно поэтому) политэкономией, а наличие только: "Экономикс" и подобных ему учений говорит о метафизическом (одностороннем) подходе и, потому, о заведомо ложных его результатах.

Я в начале работы приводил пример того, к какой научной катастрофе привело "Капитал" Маркса только одно неверное определение им предмета экономики. Если это "новое" определение предмета экономики, верно, то пусть авторы на первых же страницах пояснят читателю, откуда в мире столько фальсификата и вредной для здоровья и жизни продукции? Ведь одной из потребностей человека является сохранение жизни и здоровья.

Более 150 лет назад и Маркс говорил, что: "общее ухудшение качества товаров, фальсификация. подделка, массовое отравление, как это наблюдается в крупных городах..." и, потому-то, по Марксу: "целью политической экономии является несчастье общества", и это "ложное" его положение, как и положение политэкономии всего марксизма, просто необходимо "разоблачить".

Далее читаем: "Экономикс - это исследование поведения людей в процессе производства- распределения и потребления, материальных благ, в мире ограниченных ресурсов", - на эти грабли наступают экономисты, включая Маркса и Л.Брю, ибо люди у них - белые, пушистые, дружно производящие, справедливо распределяющие и потребляющие блага, - почти при коммунизме. Только у Маркса люди из-за нехватки ресурсов, занимаются классовой борьбой, а у Брю помирились (без объяснения причин) и стали "цивилизованными". Непроизводящих, а только потребляющих людей у Брю, и у Маркса, не существует. И, если производство и потребление благ каждый может себе представить на основании собственного жизненного опыта, то что скрывается за термином распределения - никакой экономической школой не уточняется. Если это некоторый обмен товаров на деньги, то почему это прямо не указано? А если это какой-то дядя, который что-то всегда имеет в большой корзине и распределяет это что-то "своим людям", то почему нам прямо не называется его имя (государство) и способ наполнения им волшебной корзины (налоги, войны или даже прямой грабёж соседей)?

Далее, у авторов "проблема" экономики состоит в том, что: "материальные потребности индивидов... неутолимы, а экономические ресурсы... ограничены или редки", - что-то такое о безграничных потребностях человека и его способностях к труду мы тоже недавно слышали в контексте: "Программы Построения Коммунизма". И ещё один проблемный вопрос: как-так при неутолимых потребностях и при ограниченных-то ресурсах, хотя бы теоретически, могут быть кризисы перепроизводства? И ещё вопрос. Как неутолимые потребности стыковать с теорией предельной полезности, которая почти полтора столетия утверждает, что любая потребность имеет предел насыщения, и эта теория также признаётся многими авторами.

Все эти декларации авторов взяты явно "с потолка", для рекламы учебника и предмета экономики, а публика в престижных экономических университетах их заглатывает, и "на ура!". Действительно, нельзя же в учебнике назвать всю экономику воровской, а всех читателей этого учебника ворами. Такую книгу никто не купит, и такую экономику учить не будут. А вот, что по поводу тенденции капиталистического производства говорил Ленин в разрезе развития капитализма в России: "Противоречие между стремлением к безграничному расширению производства и ограниченным [!!] потреблением - не единственное противоречие капитализма". Здесь экономические кризисы перепроизводства им прямо положены в основу экономики и, естественно обречены на существование. Как видим, здесь, то ли Россия есть нечто особое в мировой цивилизации, в плане ограниченного потребления и безграничного расширения производства, или экономисты, политики и философы никак не стыкуются между собой в своих т.н. "учениях", основанных не на фактах, но на умонастроениях и мнениях. Два прямо противоположных заявления в рамках одной "науки" - экономики капитализма, и ни у кого не возникает никаких дополнительных вопросов. Жаждущий знаний ненасытный народ "хавает" всё, в силу "неутолимости потребности", или же информационного голода. Любое вероучение, как отмечалось, всегда имеет пророков и находит приверженцев. Какую ерунду ни говори, - контингент сторонников и фанатов найдётся всегда (рейтинг требует). В силу этого, экономику можно в лучшем случае отнести к некоторому мировоззрению, или к философии, а в худших вариантах её реализации - к истовой религии, но только не к науке.

В "Нищете философии" Маркс пытался классифицировать партийность экономических школ. "Есть экономисты-фаталисты... Романтики принадлежат нашей эпохе... Затем выступает гуманистическая школа... Филантропическая школа есть усовершенствованная гуманистическая школа". - и даже у самого Маркса, любителя навешивать на всех ярлыки, - никаких оценок (негативных или позитивных), в плане "истинности" подобной партийности в науке, почему-то не даётся. Это тем более странно, что любая оплошность оппонентов, которую он находит, подвергается с его стороны разгромной критике, путём высмеивания и навешивания на них ярлыков. А здесь... ничего нет, и партийность (разночтение) есть основа.

Более того, поскольку вся экономика партийная, то и свою экономику для пролетариата он предполагает строить... по тому же принципу: "Точно так же, как экономисты служат учеными представителями буржуазного класса, социалисты и коммунисты являются теоретиками класса пролетариев". Тот факт, что механика и математика не имеют партбилетов и ищут, поэтому реальную и беспартийную истину им здесь игнорируется, или он об этом вовсе не подозревает. Действительно. Поскольку математики, как науки, Маркс вообще не понимал (о его познаниях в естествознании промолчим), то с наивностью ребёнка в принципе считал и все науки... партийными: "наука, порожденная историческим движением и принимающая в нем участие с полным знанием дела, перестает быть доктринерской и делается революционной". Если наука революционна, то это и есть высший критерий её истинности в глазах Маркса. А как отличить истинную революционность от её противоположности, - контрреволюционности, от доктринёрства, или даже от жульничества - нигде в его трудах вы не найдёте, ибо понятия воровства у него нет. Создайте любое учение, назовите его наукой, прилепите к нему ярлык революционности и вы... обретёте истину, если силой протолкнёте её в массовое общественное сознание. Только там, в массовом общественном сознании критерием истинности знаний и служит сама массовость их признания. Всё гениальное - просто. Если детей убедить, что их приносит, и приносил аист, то так оно и есть.

Если ты хочешь научно рассмотреть некоторое явление и выдвигаешь некоторые аксиомы для построения модели, типа неутолимости потребностей, то необходимо их обосновать, а потом посмотреть, что по этому поводу говорили твои предшественники в этой же области. И, при расхождениях, вообще необходимо сопоставить твои "верные" положения C их "не верными" и, с высоты и правоты своей истины, хотя бы пожурить туповатых и недалёких (по умственному развитию) предшественников. Пожурить, как делаю я в этом исследовании, и как делали наши основоположники, все произведения которых всегда обязательно включали критику кого-то или чего-то, высмеивание и обильное цитирование "ошибок" оппонентов.

И ещё одно. Необходимо изначально как-то доказать читателю, что если твоя концепция и отличается от аналогов, то в сторону её большего приближения к истине. Так требует научный подход. В противном случае имеет место лишь очередное религиозное учение очередного гуру, в которое надо просто всем поверить и оно... обретёт истину. Брать в качестве аксиомы неутолимость потребностей человека и на этом основании строить теорию - это круче "идеального государства" Платона. Тем более, что концепция противоречит (повторяю) теории предельной полезности, "доказывающей", что любые потребности имеют насыщение. Утолить неутолимую потребность, - значит иметь бесконечный резерв времени. Человек в работе и утолении потребностей ограничен временем. И потребности стоят денег. Чем больше я удовлетворяю "неутолимые", тем меньше времени остаётся на работу, которая даёт деньги, больше денег отнимает и ремонт средств утоления, и растут эксплуатационные расходы и, тем меньше средств для утоления и средств ремонта я могу заработать. Работа и потребление, "железно" завязаны этой взаимной зависимостью и ограничены временем и экономическими ресурсами. Чем больше я работаю, тем меньше времени на потребление, и чем больше я потребляю, тем меньше времени на работу. Здесь явный оптимум, наличие которого теоретики игнорируют. Из этого оптимума есть исключения, и действительно "неутолимые потребности" могут позволить себе иметь Воры в Законе, контролирующие воровской "общак". Это Воры в Законе, или правящая (и как я уже доказал тоже воровская) "элита", контролирующая бюджетные потоки и денежную систему государства. Их главная задача не зарабатывать, - а только искать поводы для отъёма денег у трудящейся и производительной части общества и тратить, тратить всё, ими наворованное и созданное другими. И чем больше они тратят, тем больше их претензии на ещё большие траты. Почему-то экономические категории желаемого (это наши потребности) и действительного (возможности) авторами экономик не рассматриваются и не анализируются, и я делаю вывод, что их экономика неутолимых потребностей при ограниченных ресурсах справедлива только для ненасытной (всё распределяющей) "элиты", которая... финансирует этих авторов.

Следовательно, нечёткость в постановочных вопросах в предметах исследования и в аксиоматике, не говоря уже об отсутствии чёткой и, однозначно понимаемой всеми, методики исследований, приводит (меня, по крайней мере) к объективным и однозначным выводам о несостоятельности экономической науки. И это не только моё мнение. Маркс сам признался, что он в результате многолетних исследований так и не смог определить всеобщий масштаб для своей стоимости. В IV-й части работы я дам цитаты не только Маркса, но и нобелевских лауреатов в области экономических наук, где они прямо заявляют о бессилии экономики, как науки, в решении ряда элементарнейших рыночных проблем. А, если разобраться, то они расписываются в собственном бессилии своих попыток создать научную экономику без учёта факта наличия в обществе системы нужного обществу государственного воровства.

Научный подход подразумевает построение идеальной (с разумными упрощениями, но с такими, которые вместе с водой не выплёскивают и ребёнка) и понятной модели объекта, и на основе этой модели изучение и прогнозирование явлений в области исследования. Например, для падающего вертикально камня математической моделью будет в первом приближении вот такое уравнение движения: S = So + Vot + 0.5»g»t:., во втором приближении можно учесть и сопротивление среды, в третьем - зависимость g = g(S) и т.д.. Можно применять и моделирование по аналогии. Например, зная законы движения жидкости можно, изменив её гидравлические параметры, из известных законов, на соответствующие им электрические параметры, изучать движение тока в сплошных средах или, наоборот.

Сейчас при наличии компьютеров (ПК) можнощне мудрствуя лукаво, строить прямо "в лоб" компьютерные, и цифровые модели явлений. В 1У-Й части работы для нобелевских лауреатов (уж они-то должны уметь работать на компьютере) я применил за неимением времени и достаточных специальных знаний именно этот метод тупого компьютерного моделирования простейшего рынка - рынка услуг. В моей модели группа людей имеет на руках наличные деньги и каждая случайно выбранная пара обменивается услугами и деньгами, типа: один оказал услугу, а другой ему заплатил из наличной у него суммы. Модель - ну, проще уж не может быть, а результаты даже для меня после их правильной интерпретации оказались просто потрясающими. Почему этого не делают экономисты, а если и делают, то почему широко не публикуют результаты, - я этого не понимаю. Пусть они не знают алгебры, но уж компьютером сейчас пользуются все, а программируют даже школьники, не знающие ещё вообще, что существует некая наука-алгебра. До тех пор, пока в экономику не проникнет математика, - толку не будет. Но вернёмся во времена Маркса, который тонко иронизировал по этому поводу, говоря о разночтениях: "в высшей степени характерны^] для современного состояния так называемой экономической «науки»". И в заключение приведу слова Великого экономиста, подтверждающие заголовок этого раздела: "как только перед нами встает какое- нибудь конкретное экономическое явление, к нему никогда нельзя просто и непосредственно применять общие экономические законы". В науке-механике, в науке-математике и в науке- физике, - там применять общие законы можно, а в науке-экономике... никогда низзя! И ещё в адрес коллеги-журналиста Луи Блана характерное замечание Маркса: "Луи Блан... обладает слишком интуитивным мышлением, чтобы справиться с претенциозными псевдонаучными экономическими положениями", - где мэтр сам и указал на псевдонаучность политэкономии. А его фраза: "закон определяется в политической экономии через свою противоположность, через отсутствие закона", - в моих жалких комментариях не нуждается. Наблюдение Маркса: "законы она [политическая экономия - В.Ш.] не осмысливает...". - тоже говорит о многом, да и как можно осмыслить то, что напрочь отсутствует? А это уже фраза отчаяния, и не иначе (при детях не читать): "Современные экономисты настолько превратились в [прислужников] буржуа, что хотят его уверить в том, что если кто-нибудь ищет вшей у него в голове или трет ему некий деликатный орган, то такой труд тоже является производительным". И вот ответ Маркса на вопрос, вынесенный в заголовок раздела (почему нет, и не может быть экономики, как науки), ответ прост: "классическая политическая экономия занимается обманом", ибо у Маркса политэкономия: "Это... апология экономики... плутовства с огромной самонадеянной претензией на абсолютную «научность»". А что бы сказал наш мэтр об этой, моей, работе?

В этой и в других моих работах я много раз показывал, что экономика не может считаться наукой. Приведу ещё один аргумент в подтверждение этого положения. Как известно, в науке относительно недавно открыт, закон сохранения и превращения энергии, сущность которого в том, что что для замкнутой физической системы существует некий инвариант, называемый энергией, который при любых изменениях параметров системы сохраняется, переходя из одной формы в другую. На основании открытого закона при изменении в параметрах системы можно, составив уравнение баланса энергии до и после, прогнозировать и восстанавливать обратным ходом неизвестные значения одного параметра. Например, электрическая лампа накаливания. Потреблённая ею "из розетки" электроэнергия: W затрачивается на обогрев: Q и освещение: L комнаты. По закону должно выполняться соотношение: W = Q + L, поэтому-то зная: W - показания "счётчика" и: Q - тепло выделенное лампочкой, которое можно замерить калориметром, мы можем рассчитать энергию светового излучения: L = W-Q. Поскольку от лампочки нас интересует не тепло, а свет, то отношение полезных затрат на свет: L к общим затратам энергии: W, носит название коэффициента полезного действия (к.п.д.), который не может быть больше единицы: L/W < 1. На основании этого, проверенного практикой, закона выдвинут постулат о невозможности вечного двигателя (Perpetuum Mobile) первого рода, или устройства с к.п.д. > 1. Зачем я привёл столь длинное "лирическое отступление", известное практически всем грамотным читателям? По молодости, я "нашёл" один термодинамический парадокс, который мне никто пояснить не смог (позже я потерял к нему интерес), это парадокс холодильника. Суть его в следующем. Если открыть холодильник и включить его в розетку, то он будет работать, как обогреватель комнаты. Вся потреблённая им энергия: W перейдёт в тепловую. Если вы закроете холодильник, и потребите "из розетки" столько же: W энергии, то комната (по идее парадокса) нагреется больше за счёт перекачки тепла изнутри холодильника в комнату. Если после этого отключить холодильник и открыть его дверцу, то получим тот же конечный эффект, что при работе с открытой дверцей: часть "холода изнутри" вернётся в комнату, и вы получите полный её обогрев на уровне потреблённой энергии: W. И сущность парадокса в том, что, если использовать холодильник в качестве обогревателя, например, выставив его открытой камерой на улицу, а радиатором в помещение, то тепловой эффект обогрева должен быть больше единицы: тепло "из розетки": W попадёт в комнату, плюс, пусть и немного, тепла "с улицы" перекачивается в комнату самим холодильником.

Если не учитывать этот (не понятый мною) парадокс холодильника, то в научных теориях закон сохранения энергии применяется, поскольку на практике выполняется. Совсем другое дело в экономике. Относительно феномена прибыли мы там имеем... Perpetuum Mobile, но не в энергетическом его плане, а в... денежном При нормальной "успешной" деятельности, фирма всегда имеет денежную прибыль, как разность денежного дохода и денежных затрат. И это несмотря на то, что в принципе деньги, как и кровь в организме, циркулируют примерно в одинаковом их объёме (печатный станок пока исключаем), но при этом как-то исхитряются и наращивают их "одинаковый" объём. Налицо явный парадокс феномена денежной прибыли: денежные затраты практически всегда ниже денежных же поступлений (Perpetuum Mobile). И вот стенания Маркса по этому поводу: "откуда берутся деньги для превращения в золото избыточной денежной стоимости... это увеличение может быть достигнуто только благодаря тому, что большая часть всего авансированного капитала общества будет вкладываться непосредственно в добычу золота". А избыточная денежная стоимость - и есть та прибыль, о которой экономистам всё известно, за исключением одной мелочи: она всё время растёт, но не известно откуда. Ещё вопрос Маркса: "...Д-Т-Д'. Так как владельцем денег является класс капиталистов, то... как он может извлекать из обращения больше денег, чем он в него бросает? Очевидно, это лишь кажущееся выражение того факта, что из обращения извлекается больше стоимости... В результате капиталистического процесса производства возрастает масса и стоимость товаров, авансированных для процесса производства как капитал". Вопросы Маркс задаёт, но его ответы явно не убедительны, ибо в первом его ответе фигурирует "извечное" золото, а во втором - короткоживущие товары. И "разрешение" этого парадокса Марксом: "как... часть прибавочной стоимости... может накопляться в форме денег, и... совершенно независимо от обмена с производящим золото... капиталистом... как это может происходить в масштабе всего общества? Дальнейшее выяснение этого вопроса следует отложить". А здесь накопление уже не зависит от объёма золота. Парадокс-то налицо, но его выяснение следует... отложить. Как известно, прибыль в её отношении к оборотным средствам образует расчётную величину: норму прибыли. Чем больше прибыль при заданных затратах, тем выше и норма прибыли. Вот ещё фраза Маркса по этому поводу: "Абсолютно невозможно понять, почему конкуренция доводит общую норму прибыли... до 15%, а не до 1500%. Она, самое большее, может лишь приводить общую норму прибыли к одному уровню. Напротив, в ней нет абсолютно никакого элемента, который определял бы самый этот уровень". Обратите внимание на слова: "Абсолютно невозможно понять", в устах учёного-экономиста. И после этого у экономистов хватает наглости относить их "экономику" к науке. Ещё одна попытка "пояснения" парадокса Марксом: ’’Если каждый капиталист к своим издержкам производства прибавляет 10%, то это означает лишь то, что один капиталист прибавляет на столько-то больше, другой - на столько-то меньше, чем он действительно производит сверх... издержек производства”. Пояснение на уровне детского лепета, ибо суть того, что, как капиталисту всё же удаётся производить сверх издержек - замята для ясности.

Как видим, парадокс роста денежной прибыли, поставленный более полутора веков тому назад, и занимавший внимание Великих экономистов той эпохи, так и остался нерешённым, а современные нам лауреаты, для вящего спокойствия, о нём просто не упоминают. Прибыль от любой деятельности всегда будет - это аксиома по умолчанию, и проблема экономической науки в том и состоит, чтобы эту прибыль "справедливо" разделить между толпой жаждущих. И опять возникает парадокс - парадокс государства. Как, из каких источников может иметь (и не хилую) прибыль государство, которое кроме вреда-убытков ничего не производит? Значит, для получения прибыли (из убыточной деятельности) производство вовсе не обязательно, но кто (или что) же тогда вообще производит прибыль? Откуда она берётся? Ответа нет, ибо от учёных экономистов всех времён и народов, простите, оговорился... от ученых экономистов всех школ-направлений - имеем заговор молчания, или "молчание ягнят" по этой проблеме. И, действительно, крестьянина прежде всего интересует, как разумно распределить осадки и солнечное тепло для получения максимального урожая, а не то откуда все эти блага берутся. Вот и экономика решает свои проблемы на типично крестьянском уровне: прибыль, она есть и завсегда будет (как и осадки: когда больше, когда меньше) и задача экономической науки... теряет объект исследования, ибо проблемой распределения дармового занято и государство, а это уже сфера не экономики, а политики. Недаром же полтора столетия назад и возникла т.н. наука политэкономия, пытавшаяся с разрешения государства оттяпать на себя часть его проблем по перераспределению краденного (для крестьянина - падающего с неба) добра. Из этого "единства противоположностей" политики и экономики ничего так и не вышло, поскольку научная часть, пытаясь что-то пояснить, напрочь игнорировала часть политическую, точнее, никак не понимала назначения политической части экономики, впадая в грех одностороннего, или метафизического подхода к изучению "предмета". Вот и повторю стенания профессоров экономики в лице Р.М.Нуреева: "Из нерасчлененной совокупности обществознания еще не выделился не только метод, но и предмет экономической науки)", откуда видим, что и своего предмета исследования у "науки"-экономики нет. От того же профессора, но в другом месте несколько иное заявление: "В ходе развития экономической теории ее предмет определялся по-разному". А здесь: или предметов исследования много, или же он один, но под разными наименованиями. Наука, не имеющая собственного предмета исследования, - это что угодно, но только не наука. Даже лженауки, типа: нумерологии, астрологии, хиромантии и те имеют свой предмет: "судьбу человека", а здесь и предмета исследования не наблюдается. Причина одна и она на поверхности. Проблемами перераспределения неизвестно откуда возникающей прибыли занимается главный вор всех времён и народов: государство. Оно имеет дармовое корыто из которого в карманы сатрапов (как дождик и солнышко для крестьянина) притекают блага. Учёные-экономисты тоже люди и тоже хотят кушать. Вот и трутся они возле чужого-то корыта, за неимением своего (предмета), с банальной целью перехватить... предметы и себе. Предмет для государства - это бюджет-корыто. Источник прибыли в корыте - налоги, акцизы и прочий рэкет. А откуда всё это берётся, точнее, откуда берётся прибыль в тех источниках, которые корыто наполняют - это государство не волнует, и волновать не должно. Его задача и "предмет исследования" - перераспределение благ из корыта. Тысячи лет существования цивилизации экономическая деятельность человека обходилась без специальной науки. В той её паразитической форме, в которой экономика существует сейчас, она просто дублирует (на бумаге в научных сочинениях) функции государства, которое надеется с помощью этой науки неясно что улучшить. Не выйдет, ибо предмета для улучшения в воровской среде нету.

8.1.

<< | >>
Источник: Шамшин В.Η.. Экономика воровства (анти - "Капитал"). - Издательство «Альбион» (Великобритания),2015. - Количество с. 614, рис. 2. 2015

Еще по теме Почему нет, и не может быть экономики, как науки:

  1. Самоопределение социологии журналистики как науки
  2. Приложение А Круглый стол «Верховенство права как ОПРЕДЕЛЯЮЩИЙ ФАКТОР ЭКОНОМИКИ» (стенограмма) (Москва, ИНСОР, 31.01.2012) УЧАСТНИКИ:
  3. Русские мыслители и практики, близкие к славянофилам
  4. ЭКОНОМИКА И СОЦИОЛОГИЯ В РЕЧИ ДОНА СТУРДЗО1
  5. КАК МОЛОДЫ МЫ БЫЛИ, КАК ИСКРЕННЕ ТОМСКИЙ ПОЛИТЕХНИЧЕСКИЙ ЛЮБИЛИ...
  6. Пункт 7. Специфика Религии, Науки и марксизма
  7. ЧАСТЬ II- ЭКОНОМИКА ВОРОВСТВА (Анти - "Капитал")
  8. Политэкономия, как воровство прибыли
  9. Стоимостная "каша на кухне" экономики Маркса
  10. Почему нет, и не может быть экономики, как науки
  11. ОГЛАВЛЕНИЕ
  12. 2. Графическая "Экономика" Пола Самуэльсона
  13. Экономика и государство после XX века
  14. Безграмотность фальсифицирует науку