<<
>>

Познание: религиозные и научные знания

изъяснюсь вам или откровением, или познанием, или... учением

(14:6 1-е Коринфянам) Ибо и Иудеи требуют чудес, и Эллины ищут мудрости

(1:22 1-е Коринфянам) Всякий [поступай] по удостоверению своего ума

(14:5 К Римлянам) Вера же есть., уверенность в невидимом

(11:1 К Евреям) веруйте в Бога, и в Меня веруйте (14:1 От Иоанна)

Ещё одно, что бросается в глаза, - это способы получения знаний.

Животные познают мир, копируя поведение "старших", натаскиваясь этими "старшими", или на собственной шкуре, на личном опыте (об инстинктах, или их аналогах в человеческом обществе в виде общественного сознания, - традиций и обычаев, - говорить здесь не будем). Человек также использует на бытовом уровне в основном именно эти способы добычи знаний, метод "тыка", копирования и подражания. Но, в отличие от животных, ему не всегда, но иногда присуще ещё и стремление к пониманию, к осознанию причинной связи всех явлений и желание хоть как-то объяснить эти причины, или истоки и предвидеть их последствия. Для жизни это не совсем обязательно, но это имеет место быть. Именно способность подражать всему и всем, обезьянничание, копирование и тотем, отличает поведение человека от животного (кроме этого человека от животного отличает вера в Бога, но это из другой области и не по теме).

В плане такого отличия человека и животного Маркс заметил: 'Животное строит только сообразно мерке и потребности того вида, к которому оно принадлежит, тогда как человек умеет производить по меркам любого вида". Многие восточные единоборства основаны на подражании движениям животных, а в тотеме люди, те даже прямо не столько подражают животным, но даже отождествляют себя с животными. Бездумное копирование "Западных" стандартов рекламы и иных стилей жизни, чтобы всё у нас было так, как и у "людей", или принцип самолечения: типа помогло знакомому, - должно помочь и мне, в комментариях не нуждаются. А теперь рассмотрим очень важный и существенный момент для правильной (в моём понимании) классификации способов познания. Читайте здесь внимательней!

Способы получения знаний, основанные на копировании, подражании, простом тупом следовании, доверии или на индивидуальном единичном опыте, я назову религиозными. Возможно, исторически, это и есть первый вид познания, - прямое копирование, как таковое, вообще. Только человек способен копировать всё, или подражать всему и всем, и только человеку свойственна религиозность и, в силу этого, самосознание. Это название, или определение мною религиозного знания несколько не стандартно и даже неожиданно. Но это обосновано и отвечает сущности способа, поскольку этот вид познания подразумевает простую веру в уже имеющиеся знания, заключённые в нормах морали и обычаях, веру в "свои убеждения". Он принимает веру в авторитеты и в чужое мнение, веру в общественное мнение по любому вопросу, веру в себя и в свою правоту в таком "познании". Этот способ познания не требует осмысления причин явлений, или критического отношения к источнику таких знаний и напрямую основан на подражании, доверии и копировании. Фразы типа: "как говорят...", "есть примета...", "недавно писали...", "как вы думаете...", "а вы верите, что...", "вот мне посоветовали...", "вчера по телевизору...", - отражают именно религиозную форму получения и обработки знаний, основанную на вере (с маленькой буквы), или доверии.

Это такой способ познания, когда, за неимением лучшего, за неимением времени или опыта, за неимением или ума, или способности мыслить самостоятельно, а то и просто из-за лени - доверяют источнику и руководствуются этим в своём поведении. О таком способе познания Гоббс говорил, что человек: "напрасно тратит свой труд: он ничего не знает, а лишь верит". И Аврелий прямо призывал: "Будем же верить, если не можем уразуметь". Во всяком случае, только умный видит свою дурость, а дурак видит только свой ум, ибо основная масса склонна видеть дурость только у других и, тем не менее, слепо... копировать их же поведение. Тот же Гоббс по этому поводу отмечал: "Незнание значения слов, т.е. отсутствие понимания, делает людей склонными брать на веру не только истину, которая им неизвестна, но и ошибки и, мало того, нелепости тех, кому они доверяют". Отмечал Гоббс и тот факт, что незнание чего- либо предпочтительней ложных знаний, основанных на доверии. Читаем: "Тем не менее те, кто не обладает никаким научным знанием, находятся в лучшем и более достойном положении со своим природным благоразумием, чем люди, которые вследствие собственного неправильного рассуждения или доверия к тем, кто неправильно рассуждает, приходят к неправильным и абсурдным общим правилам". Вот ещё интересное наблюдение Энгельса о вере и скепсисе: "Насколько скептически подобного рода эмпирия относится к результатам современной ей научной мысли, настолько же слепо она доверяет результатам мышления своих предшественников", все мы скептически относимся к новому и верим старому по той причине, что благодаря этой вере мы дожили до данного момента, а что нам принесёт новое, современное, - то ещё: "вилами по воде писано". Большинство советских людей, не вникая в сущность и не понимая марксизма, вынуждено доверились этой нелепости, или смирились с насаждённой в обществе идеологической верой в исключительно силовую возможность построения "светлого будущего" и, в силу этого, их "познания" в этой области можно считать именно религиозными. Основой для религиозного типа познания является ВЕРА в самом широком понимании этого слова. Преимуществом такого рода познания является и то, что опыт у отдельного индивидуума, увы, ограничен, а совокупный опыт человеческого познания - неизмеримо больше. Выбирая из "общего котла" свою долю, каждый довольно быстро и беспроигрышно, или с минимальными издержками адаптируется к внешней среде. Поскольку любая религия основана именно на вере (и на церкви), но только в более узкой, духовной области, то принятие и усвоение знаний на принципе веры будем считать религиозным. В этом случае Вера в Бога представляет лишь некоторую часть общей картины религиозного познания мира. Даже современные нам научные знания воспринимаются и усваиваются обывателем... на веру в силу вышеуказанных причин, и, потому, также носят с их стороны религиозный характер. Естественно, что познание такого рода приводит к тому, что такие псевдо знатоки впоследствии набивают шишки (оказываются обманутыми и обворованными), ищут: "Кто виноват?", и спрашивают: "Что делать?" у очередного пророка. Но это неизбежное следствие, своего рода необходимая расплата за доверие. Принимая знания "на веру", человек выигрывает во времени, но тут же проигрывает во всём остальном и, в частности, в понимании сущности полученных знаний. К религиозному типу знаний мы отнесём и, т.н., "общественные знания": пословицы, притчи, поговорки, афоризмы, которые всё же отражают многовековой опыт человечества, и моральные нормы различных социальных групп людей, применяемые людьми, как руководство к действию. Богданов отмечал, что: "Когда - у нас нет прямого знания - мы создаем верования с помощью слов и даже действий, которые не дают нам действительного полного знания или дают противоречивое знание". Шопенгауэр говорил, что: "Установлению истины наиболее препятствует... заранее сложившееся мнение, предубеждение, предрассудки". Гегель в "Философии права" указал нечто противоположное относительно предубеждений, что: "Позиция непредубежденного человека проста и состоит в том, что он с доверием и убежденностью придерживается публично признанной истины и строит на этой прочной основе свой образ действий и надежное положение в жизни". Как видим, и предубеждение, и непредубеждённость одинаково препятствуют достижению истины. Великая истина пребывает, поэтому всегда в золотой середине между указанными крайностями - в сомнении. Обратите внимание на то, что здесь истина на бытовом уровне это есть нечто публично признанное, а не подтверждённое практикой. К вопросу истины и к этому высказыванию Гегеля мы ещё и не раз вернёмся в 1И-й части. Умнейший человек был этот Гегель в рамках принятых им аксиом в его философии, и как далеки от него в этом плане наши "остепенённые" профессора-современники: и как философы, и как учёные.

Именно такая религиозная, универсальная форма познания для каждого индивида своя и является окончательной, не подлежащей пересмотру (за редкими исключениями) базой формирования "интеллекта" личности. Это относится как к верующим, так и к атеистам. C возрастом база забивается такими "знаниями", потому переубедить кого-либо, в чём-либо практически уже невозможно, да и не нужно - личность уже сформирована, меняться не собирается, становясь ортодоксом, - хранилищем общественного опыта и традиций. Сумма, или, скорее, масса таких ортодоксальных знаний и составляет т.н. "общественное сознание", из которого формируются знания каждого индивида. Это применимо, и как к неграмотным, так и к господам философам. Каждый, в том числе и я, - автор этих строк, именно свою позицию всегда считает единственно верной позицией, и, даже внимательно слушая, уже не способен услышать (точнее, понять) собеседника, разве что тот сообщит нечто вообще неожиданное. Энгельс также отмечал, что: "Фактически каждое мысленное отображение мировой системы остается ограниченным, объективно - историческими условиями, субъективно - физическими и духовными особенностями его автора". Пока оставим без анализа и комментариев тот факт, что мировая система механики Ньютона субъективно не ограничена, ибо она полностью лишена субъективизма, как и всякая наука... При этом, зачастую, даже и сам индивид никак не может определить, являются приобретённые им знания результатом его собственного "труда", или результатом некой внешней обработки его сознания "общественным мнением", историческими условиями или даже некоторыми его духовными особенностями. Когда некто говорит: "Всем очевидно...", "Я уверен...", "Я убеждён...", "По моему мнению...", или: "Без сомненья...", - то так и хочется задать ему встречные вопросы: "Для кого очевидно?", "Откуда у тебя уверенность?", "Кто тебя убедил?", "Где и кем формировалось твоё мнение?", или возразить такому, что: "Не сомневаются, только люди чистые в Вере". Наиболее ярко таковое проявляется в т.н. "политических убеждениях", ибо подобные начала фраз встречаются в основном у политиков. Во всяком случае, у подавляющего большинства политиков (или у журналистов) не религиозных знаний быть не должно по определению, поскольку пляшут они всегда под дудку публично признанной истины купивших их хозяев. По вопросу веры и доверия читаем у мудрого Гоббса: "в... вере заключается два мнения: одно - о высказывании человека, другое - о его качествах. Верить в человека, или доверять ему, означает одно и то же". А что будет, уважаемый г-н Гоббс, если "качественный" человек... да заблуждается?

Здесь и далее под религиозностью будет пониматься именно некоторая склонность или даже, если хотите, способность личности к внушению или к некритичному восприятию нею как знаний, так и внешних влияний (со стороны). В этом плане все мы религиозны, и это естественно. Многие знают формулу площади круга. Но те, кто способен её доказать - те обладают научным знанием, а те, кто её обычно применяют, не думая взяв из справочника, - религиозным. Результат-то - одинаков, но именно способ его получения различный. Любые непроверенные индивидом знания являются для него изначально религиозными. Увы, критерий проверки у каждого свой, и это именно то место, где весьма сложно однозначно отличить знания научные от знаний религиозных. Одни и те же знания один индивид может считать научными и даже достоверными, а с точки зрения другого - всё это некая "голая" эмпирика, научно недоказанный факт, или вообще бред. Противоположности религиозности и научности знаний обуславливают существование друг друга и замещают друг друга.

Современная гносеология уделяет этому факту мало внимания, хотя человечество на 99% использует именно таковой, быстрый, доступный и относительно надёжный религиозный способ познания. Применяемое в философии, или в той же гносеологии понятие обыденного сознания, или обыденного познания, - это более широкое обобщение, включающее в себя и религиозный и научный способы. Наше обыденное знание-сознание это довольно забавная смесь как религиозных, так и научных знаний, переплетённых причудливым образом. Но в формировании обыденного сознания доминирует именно вышеуказанный, религиозный способ. Кто-то, что-то, где-то услышал, прочитал, узнал, поверил, применил. Получилось, - советует другим, нет, - забыл и ищет ещё что-либо. Причём, не важно из какого источника поступает эта информация, то ли из научного справочника, то ли из базарных сплетен, то ли из личного опыта. В дело идёт и обрабатывается всё. Имеем в чистом виде традиционный метод "экспериментального тыка" с последующей проверкой практикой и, как следствие, накопление в "базе" или позитивного, или же негативного, не обязательно сопряжённого с истиной "жизненного опыта", или жизненной мудрости. "Не ошибается тот, кто ничего не делает", - этот народный афоризм подтверждает вышеизложенное. Наличие в обществе людей, которые даже без специального образования, но как-то "добиваются успеха в жизни", - лишнее подтверждение всему сказанному. Эти люди удачно на веру перенимали чужой, оказавшийся позитивным, опыт и при этом случайно почти совсем не ошибались, - теория вероятности подобное допускает в виде отношения 1:107. Остальные, совершившие хоть одну ошибку, по сравнению с ними - это, как верно говорят в народе: "типичные неудачники".

Особенно ярко религиозный способ познания проявляется в обычаях, традициях и в народной медицине. Причём наблюдаются две, как активная (при интересе субъекта), так и

пассивная (незаметное внушение субъекту с помощью рекламы, TV, СМИ, сказаний, книг, морали), формы подобного познания. Особо следует отметить и принудительную форму этого вида познания (поучение, послушание, воспитание, натаскивание, тренинг, на основе наказаний и поощрений), когда человека вышеупомянутые ортодоксы силой или угрозами заставляют приобретать "нужные" (большой вопрос кому?) знания. Можно указать также и на негативную форму познания, когда по ряду чисто субъективных причин ученик всё не воспринимает, или всё делает наоборот, например, непослушные дети делают всё вопреки наставлениям родителей. Этот момент характерен исключительно для феномена моды, как отрицания чего-либо вообще в его прямую противоположность с субъективной целью.

Любой информационный обмен между людьми подразумевает именно такое, взаимное религиозное обучение. Обобщая можно сказать, что отношения людей между собой - это отношения взаимных веры или неверия, принятия и отчуждения - это чисто религиозные отношения, и это есть главная форма реализации общественного сознания. Вера в бога (теизм), вера в дьявола (сатанизм), вера в отсутствие оных (атеизм) - это тоже часть этих общественных и потому, религиозных отношений. Отношения людей и природы лежат уже более в иной, в объективной плоскости - в плоскости (научного) познания. Когда мы кого-то слушаем, или с кем-то спорим, или кого-то убеждаем, наше сознание параллельно "фильтруя базар" в соответствии, или со своими убеждениями, или же с общепринятыми традициями отторгает (принцип отражения) или принимает (см. ниже - принцип обмена) полученную информацию для её дальнейшего анализа, или сразу для прямого применения. Оценивается только неожиданная информация, а то, что соответствует или почти соответствует нашим убеждениям, пропускается "фильтром" и принимается, как дополнение к существующей базе уже на веру и без его анализа. Вот что говорил по этому поводу наш современник, лауреат нобелевской премии в области экономике Ф.А_Тфон"-Хайек, двойственность позиции которого касательно социализма будет рассмотрена в 1У-й части: "Я не сразу сообразил, что большую часть знания дает нам не непосредственный опыт и не наблюдение, а непрерывный процесс "пропускания через себя" усваиваемых традиций... традиция в определенных отношениях выше или «мудрее» человеческого разума". А здесь я, забегая вперёд, сделаю небольшое отступление. Как аксиомы материалистами принимается наличие у человека феномена сознания и самосознания, и движение этих феноменов порождает процесс познания и накопления знаний. Критерием истинности полученных знаний служит практика конкретной личности. А если общество людей тоже рассматривать как некий живой единый организм, то следует признать также наличие особенного сознания и самосознания у такого организма и, как следствие, - аналогичный процесс отдельно общественного познания, как накопления общественных знаний. Критерием истинности общественных знаний должна быть некая общественная практика. Но общественная практика есть только отношения между людьми. Отношения между людьми, если исключить из них прямое насилие, в том числе и "чисто материальные", - есть отношения всегда субъективные, чисто религиозного плана, в моём понимании это отношения доверия и недоверия (проверьте!). Поэтому отмеченные Хайеком традиции и есть такое религиозное общественное знание. Именно поэтому разные народы, (как и разные люди) в плане их традиций (знаний) так существенно разнятся между собой. Знания музыканта и сталевара так же полярно разнятся, как и традиции китайцев-японцев с традициями народов США. Практика жизни шахтёра и балерины (их бытие) даёт каждому свои критерии истинности их знаний, равно как и традиции разных народов являются истинными для них общественными знаниями. Мусульмане молятся по пять раз на дню, а советские атеисты вообще не знали, что такое молитва, и оба народа никак не сомневаются в "истинности" своей общественной практики. Отсюда простой, но весьма важный вывод. Лозунг марксизма: "общественное бытие определяет общественное сознание", или в прямой цитате Маркса: «Не сознание людей определяет их бытие, а, наоборот, их общественное бытие определяет их сознание» - перекошен и неверный, ибо в аналогичной степени и само: "общественное сознание формирует общественное бытие". Капиталистическое бытие Японии и США практически одинаково, а традиции прямо противоположны. То общее, что есть в их общественных отношениях, определяется их капиталистическим бытием, а то в чём они различаются - это продукт традиций массового общественного сознания. Как и один человек есть носитель материального и идеального (его религиозного) опыта, так и общество имеет материальную (формация) и идеальную (религиозную) составляющие своего бытия. Здесь религиозность надо понимать в самом широком плане, - в то, во что верит большинство

людей, вступая в отношения между собой. Вольтер говорил, что: "Люди легко верят тому, чего страстно желают". Поэтому массовое общественное сознание и есть та общественная "практика" для проверки истины в отношениях людей внутри данного общества. Подводя краткий итог, скажу, что для людей истина в познании есть то, во что верит большинство.

Общественное сознание обретает истину именно в вере. В СССР большинство граждан верили в "светлое будущее" и, потому, люди строили свои отношения на этой основе, а граждане США верят в могущество доллара и все их отношения крутятся вокруг этой оси, а в мусульманских странах... Поэтому повлиять на общественное сознание довольно просто. Надо вызвать кризис прежней веры и силой насадить свою веру. И как только новая идея овладеет массами - общественное сознание такого общества в ваших руках. Так Владимир Великий крестил Русь, но и также "Владимир Картавый" отлучил её от Веры. Об этом, не стесняясь, он так прямо и говорил: "Идея становится материальной силой, когда овладевает массами". Если посмотреть со стороны на всё мировое сообщество, то в данный период просматривается насильственное внедрение в общественное сознание фальшивой религии т.н. "демократических ценностей". Сообществу систематически и ежедневно внушается, что самая прогрессивная форма организации любого общества - это и есть демократия и, что авторитаризм - это плохо и потому, с ним надо... бороться. Ибо, как верно сказал Гольбах: "Выбор религии народом всегда определяется его правителями", а религия это не только вера в Бога, но в широком смысле есть "церковь" или общественная идеология, а, значит, и истина. Нобелевский лауреат Хайек тоже разделял эту точку зрения: "Диктатура наиболее эффективное орудие насилия и принудительного насаждения обязательных для всех идеалов". Реальный диктат накрыт фиговым листком демократии, которым прикрывается откровенно плутократическая сущность "современных демократий", а с авторитаризмом ведётся борьба отнюдь не потому, что он "плохой", а за источники сырья и энергоресурсы. Но об этом более подробно будет сказано ниже. Вот фраза Маркса, которая нам говорит об отсутствии таланта у... Ленина и пр. Вождей Мировой Революции: "Талант должен убедить массу в истинности своих идей, и тогда ему больше не придётся беспокоиться об их осуществлении". Убеждение массы в истинности марксизма не состоялось, и, потому Вожди весьма серьёзно беспокоились об их осуществлении. И... полностью религиозное сочетание слов: "убедить... в истинности". В науке не убеждают, а просто доказывают, и демонстрируют истинность чего-либо (той же теории) на практике. Ещё цитата Маркса: "из... материальных условий выводится все остальное". Что понимать под всем остальным - непонятно. Если это отношения в обществе, то почему бы это прямо не указать? А то я это могу понять превратно. Изначально материальные условия наших пращуров и диких животных были одинаковы: их кормила мать-природа, а почему именно из пращуров, а не из тигров сформировался социум и цивилизация, когда у Маркса всё выводится только из материальных условий, - не ясно.

Для верующих масс марксисты повесили лозунг о первичности общественного бытия, а сами "на всю катушку" пользовались фактором общественного сознания для внедрения в массовое общественное сознание истины своих: "...измов". Лозунг и есть такая краткая концентрированная мысль для религиозного усвоения этой мысли массами. Пословицы и поговорки - есть привычная всем форма выражения истины со стороны общественного сознания и, потому, лозунги в таком их кратком оформлении очень легко воспринимаются в качестве истинных. Ещё раз подчеркну, что каждый человек религиозен, поскольку во что-то верит, или аналогично во что-то... не верит, и вынужден верить, или не верить в то, что не поддаётся проверке его жизненным опытом. Христианин верует в существование Бога, а атеист верит в его, Бога отсутствие, янки верят в могущество доллара, а домохозяйки - в истинность того, что видят по TV, детки верят родителям, а родители не верят родному правительству. И Вера, и её диалектическая противоположность Неверие - есть две стороны религиозного познания мира человеком. Атеист - он такой же религиозный человек, как и язычник, или христианин. Вот, что по этому поводу говорил Амброз: "Безбожие - основная из великих религий мира". Но вернёмся к нашим фильтрам, и к их роли в нашем общении.

Например, если вы негативно относитесь к соседу, и вам дополнительно сообщат, что он когда-то "мотал срок", то вы, не потрудившись проверить, примите это как бесспорную истину, и она, ложная или правдивая, легко закрепится в вашем сознании и станет для вас истиной. Если вам сообщат, что тот же ваш ненавистный сосед половину своих доходов отдаёт в детдом на благотворительность, то вы потребуете доказательств этого, и это, возможно, заставит вас изменить по отношению к нему своё отношение. На этом основано "религиозное" оболванивание толпы или (что проще) молодёжи. Ей исподволь незаметно внушают некоторую идейку, например, что настоящие немцы это прямые потомки Великих Арийцев. Везде и всюду описывают (псевдо) героические деяния этих Великих. У немецкого обывателя возникает чувство единения и сопричастности. Потом мимоходом сообщают, что славяне не арийцы. У того же обывателя мгновенно возникает уже в подсознании презрение к славянам. Потом сообщают, что у славян много земли. У того же обывателя автоматом возникает в том же месте чувство... "справедливого негодования". А когда обыватели узнают, что славяне пьют много водки, у них низкие урожаи, да и они просто игнорируют или вообще не признают Арийцев, им из подсознания в голову начинает бить "благородная ярость". А дальше-дело техники. Никто, ничего, никому прямо не говорил и не агитировал, атолла или молодёжь уже готова к нужным (кому?) действиям - только поднеси спичку. Если в фильмах российских кино-теле компаний всем отрицательным героям, начальникам тюрем, лагерей и "паханам" дать украинские, или грузинские фамилии, то со временем получим аналогичный результат. Таким же методом формируются: патриоты, шахиды, неонацисты, "зелёные" и прочие фанаты. Простенько и со вкусом, действуй: "...и внушай их детям (6:7 Второзаконие)".

Любые националисты, фанаты, бритоголовые, верующие, жено-муже-ненавистники, наркоманы, марксисты, маньяки и пр. последователи новомодных течений когда-то случайно попали в некоторую среду, или, по-современному, на "тусовку". Там, будучи в неадекватном состоянии, впитали на некритическом (религиозном) уровне информационный фон данной среды и в дальнейшем всю поступающую извне информацию "фильтровали" в соответствии с "уже своими" начальными фоновыми установками, называя это личными убеждениями. Особенно такое впитывание информационного фона характерно для молодого возраста. Главное поставить молодёжь лицом в нужном направлении, - в спорт, в пиво, в национализм, т.е. установить начальный фильтр. И чем больше у человека "проблем", тем больше у него имеется соответствующих фильтров по каждой из них. Потребность молодёжи к "движению вперёд" сама толкнет их к движению, но в уже заданном "нужном" направлении. Поставьте годовалого ребёнка, который только начал ходить, на ножки и он всегда пойдёт "лицом вперед", пойдёт в установленном вами направлении, пусть даже впереди будет пропасть.

Дальнейший интеллект (...??) у молодёжи будет сам формироваться путём непрерывного некритичного усвоения нею того, что проходит через фильтр и, яростного сопротивления любому проникновению чуждой информации. Это происходит субъективно потому, что так легче и не надо ни о чём задумываться и переучиваться, а дел, желаний и возможностей - их и так по горло, не до мыслей тут. Объективно это и есть выражение степени религиозности вашего сознания. Объективно есть люди, подвергаемые гипнозу, а есть и сами гипнотизёры. Налицо, отмеченный в картине великого Гойя, факт, что: "Сон разума, порождает чудовищ". Забейте в голову индивиду нужную вам идейку, убедите индивида уже в его, а не вашей, правоте, и дальше он сам "добровольно" дойдёт до нужной вам кондиции. Фильтр полезен для быстрого принятия решений в привычной среде, и он прямо препятствует адаптации к среде чужеродной. Вот почему мы, живя в одном городе, такие разные, и вот почему именно ваше конкретное бытие и определяет наше сознание. И вот почему учёные даже в одной области иногда часто не понимают друг друга, вот почему многим трудно адаптироваться в чужой стране - во всём этом "виноват" фильтр, а, точнее, - высота планки этого фильтра.

Более того, всё современное т.н. "европейское" школьное образование, основанное на проверке "знаний" тестированием, есть именно такая религиозная форма познания. Детки безоговорочно верят взрослым дядям и тётям, "заканчивают" (читай "проходят"), не очень вникая (а, точнее, совсем не желая вникать) в сущность, определённый (кем?) курс такого насильственного обучения. После тестирования получают аттестат, о том, что отмеченный им индивид... уже натаскан на определённую веру, или вполне усвоил стандартную базу "нужных" (кому-то?) знаний. Тестирование есть способ проверки вашей верь/, но никак не ваших знаний, или способностей к дальнейшему познанию мира. О сущности этого метода сказал Э.Галуа: "Ученик заботится не о том, чтобы получить образование, а о том, чтобы выдержать экзамены". И это было сказано два века назад! Так было, и так... будет всегда.

Для получения религиозно-школьного, да и не только начального, но и самого "высшего специального" образования, достаточно иметь отличную память и к ней ещё и пустую голову, что свойственно в основном детям, или молодёжи. В молодую болванку-голову закачивается определённый объём (признанных государством и общественным сознанием истинными^ знаний, и... выдаётся диплом. Если память плохая, или в голове уже что-то есть "своё", то приходится уже думать сравнивать, строить какие-то логические связки для усвоения (а не зубрёжки) материала, а тут возникают "ненужные" вопросы и даже (!) сомнения, в т.ч. и в авторитете преподавателей, или в истинности их выводов... Именно так впоследствии и формируются "товарищи учёные", но и не всегда. Вот верные слова Маркса: "исследование уже заранее понимается как нечто противоположное истине", где нам прямо говорится, что подвергнув сомнению истину, можно начинать и научный поиск. Настоящая "высшая школа" должна давать не заданный объём канонизированных в вере знаний, а научить учащихся правильно ставить задачи, видеть проблемы, дать им методы их решения и научить распознавать лженауку и отличать заведомую рейтинговую ложь от горькой и низкой правды. Но и это тоже отдельная тема, которая будет лишь слегка задета в этой работе.

Крайним проявлением религиозного познания является истинная Вера (с большой буквы), где бессильный что-либо понять в этом мире индивид, отчаявшись в своих способностях и силах, добровольно ищет "истину" и... обретает её у абсолютного уже для него авторитета, даже безотносительно к фактам практики. Вера в гносеологии трактуется и как уверенность, некая абсолютная психологическая установка, притяжение к чему-либо, или же как желание сверхъестественных явлений, именно как... религиозная вера. Верить можно только в то, что нуждается в вере, и без веры быть не могло бы. Вера - это некоторые, возможно даже иногда и истинные знания, но не отягощённые процессом познания, или осмысления основ. Вера ставит вас на конечную точку познания, не требуя прохождения вами определённого "тернистого пути". Сам путь ваш к Вере, возможно, и тернист и многотрудный, но это не путь собственного труда познания, но это путь душевных сомнений или самоубеждения, путь переосмысления ценностей, или "замены фильтра" в рамках догматов "новой" Веры. Вера - это единое для всех данное, стационарное и поэтому многими принимаемое без сомнения, естественное, массовое и публично признанное знание. Обретя Веру, человек успокаивается в Вере. Фейербах говорил: "В религии человек отрицает свой разум... он может только верить в божественное откровение". В истинной Вере вообще не предполагается практическое подтверждение её положений, ибо, в противном случае, это будет уже не Вера, а некоторая примитивная философия, или некоторый "зачаток науки". Люди склонные к религиозному познанию приходят к Вере естественно и свободно, а склонные к нигилизму, критике или к сомнению-скептицизму, - те если и приходят, то трудно и долго, зачастую "ломая" себя.

Философия. - возникает после религии, возникает как её следствие, как протест против закостенелости религиозных догматов Веры, как некое наполовину научное, наполовину мистическое, но тоже вероучение потому, что религия, по Фейербаху, возникает из тех же самых предпосылок, что и философия, из свойств самого сознания и самосознания в их взаимодействии. Большое разнообразие, если не сказать большее, философских течений и объясняется тем, что это всегда есть некие вероучения, некий симбиоз уже индивидуально отторгнутой Веры и, ещё не понятой индивидом, Науки. Философия - не наука, а учение с расплывчатой, неопределённой, произвольной и спорной (в силу своей индивидуальной уникальности) аксиоматической базой и методикой, отражающей конкретное мнение или умонастроение философствующей личности. Лишь по этим причинам это всегда некоторые спекулятивные "псевдо науки" или некие "псевдо религии", создаваемые для тех, кто готов в них "доказательно" верить. Никакая гениальность "Учителя", в силу неопределённости исходных посылок "учения", спасти положение не в состоянии, даже если ему случайно и удастся наткнуться на некую "истину". Грамши верно отмечал: "Массы, как таковые не могут усваивать философию иначе, как веру". - но без указания истинных причин этого. А я от себя добавлю, что не только массы, но и философы, как таковые, свою и чужую философию могут усваивать тоже только как веру. Причина проста, и философия с этих позиций занимает некоторое промежуточное положение между "настоящей Наукой" и "истинной Верой". C одной стороны философия - не Вера, поскольку философ, отравленный ересью сомнения, что-то ещё пытается пояснить и самому себе, по крайней мере, доказать, а с другой - не наука, поскольку ещё много положений принимается на веру по произволу в философских трактатах. Характерна в этом плане позиция т.н. объективных идеалистов. Они признают существование Бога или высшей идеи и пытаются их... объяснить или изучить. C т.з. Веры - это ереси, поскольку никому не дано познать промысел Божий, а с т.з. науки - шарлатанство, поскольку нельзя изучать то, с чем невозможно провести однозначный эксперимент. В этом плане эти философы (объективные идеалисты) - обычные мошенники по определению.

В основном любое философское учение строится по некоторой стандартной схеме. У Учителя-гуру возникает некоторая идея, затем подыскиваются факты для её подтверждения, а после этого им и начинается построение некоторого "здания" на каркасе этой идеи с использованием псевдонаучной терминологии, или прямой лжи на основе умолчания, и латания дырок (нестыковок в стенах этого здания) ширмочками из паутины словоблудия. Философия - это некая прослойка между наукой и религией, присвоившая себе ярлык "науки наук". Современная философия - просто паразит, питающийся одновременно и за счёт Науки и за счёт Веры, живущий исключительно для себя, презирающий (в силу своей зависимости) своих "хозяев" и оказывающий некое раздражающее действие на них. Так и напрашивается сравнение философии с интеллигенцией. По определению большевиков, интеллигенция - это классовая прослойка между рабочими и крестьянами, живущая за счёт их труда и присвоившая себе ярлыки: "творческой элиты", или некоторого: "теина в чаю". И рабочие, и крестьяне, и... капиталисты болтливых интеллигентов терпят, но не уважают.

Способ получения знаний, основанный на анализе причин и поиске сущности явлений и осмысления их для дальнейшего использования, назовём научным. Гоббс определял науку как: "искусство доходить до общих и непреложных правил". Если же быть кратким, то с современных позиций, для научного познания вам надо (в голове) создать некоторую идеальную простую понятийную (и понятную) модель явления (теорию), на базе этой простой и понятной модели можно делать предсказания явлений и, сверяя результаты теоретических предсказаний с практикой, и вновь менять или же подкорректировать модель. Здесь можно согласиться с примером "пчелы и архитектора" у классиков марксизма, в котором говорится, что даже самый плохой архитектор в отличие от пчелы, всегда строит своё здание первоначально в голове, в виде некоторой идеальной модели. Фразы типа: "как показывают расчёты...", "по аналогии с...", "можно доказать, что...", "необходимо провести проверку...", "проведенные эксперименты показали...", - отражают, по их построению, именно научную форму получения знаний и обработки материала, когда, разрабатывая и проверяя теории, руководствуются ими в своём поведении. Учёные видят мир тоже несколько "извращённо", через упрощённые призмы построенных ими моделей мира. Кстати, это также относится, как и к философам, так и к верующим, ибо основное отличие между ними в принципах построения модели мира. Научные модели ближе к миру материальному, а остальные отягощены в той или иной мере примесью субъективизма. Наука допускает применение "общественных знаний" в виде пословиц, афоризмов, но только в качестве косвенного доказательства некоторых положений, как ссылку на обобщённый общественный опыт, но не как само прямое доказательство, или же прямое руководство к действию.

Научный способ получения знаний, несмотря на огромное значение в жизни общества, распространен в узкой среде профессионалов и общественности доступен в основном опять- таки... религиозно, только через веру в авторитет "товарищей учёных". Отсюда и массовое распространение фальсификаций в виде лжи, лжеучений и шарлатанства, основанных на слепом веровании простого "ненаучного" народа в "могущество Науки". Стоит указать в рекламе, что учёные одного университета в результате многолетних исследований придумали вот эту таблетку, - и треть обывателей, получив удар дубиной по голове словом "учёный", готовы верить услышанному, и тут же бежать за таблеткой в аптеку. Если в рекламе указать наименование несуществующего университета, и пару фамилий даже вымышленных учёных, или ссылку на их несуществующие "труды", то в аптеку побегут 90% уже и "образованной" публики, не потрудившись проверить достоверность подобных "фактов". Вообще же, все вопросы фальсификации знаний (или, попросту, - лжи), или товаров (контрафакт), а также тотальная фальсификация всей т.н. "современной общественной жизни", в т.ч. и по теме: подтасовка фактов, терминологии, документов и самой истории заслуживают отдельного рассмотрения. И "виновато" в этом именно наше с вами родное государство, которому по его сути имманентны как воровство, так и ложь (об этом, и много, будет говориться ниже).

Основоположники марксизма, назвав своё учение "Наукой" также прибегли к такой же естественной фальсификации. Если провести аналогию, то обычную науку можно сравнивать с хлебом насущным, добываемым: "в поте лица твоего (3:19 Бытие)", а веру - с сыром в известной мышеловке для первой мышки. Каждый волен, выбирать то, что ему симпатичнее, а вот философия, - это вечно живая вторая мышка, - риска и ответственности у ней нет, а сыр ей достаётся всегда. Отсюда простой, исключительно для практического применения вывод. Верить во что-то, или кому-то можно только в Церкви, - там вас никогда не обманут, а в "миру" вера или доверие приводит к провокации лжи, заблуждениям и "шишкам". Именно наличие феномена доверчивости порождает и провоцирует ложь и воровство. "Мир" основан на скепсисе, неверии и на познании, а "Церковь" - на истинной слепой Вере и... догматах. И, тем не менее, вера или религиозность - это некоторый базис, или некая необходимая платформа, из которой произросли все существующие ныне религии, философии и... науки.

Религиозный и научный способы познания неразрывно связаны между собой. Как говаривал Эйнштейн: "Наука без религии хрома, а религия без науки - слепа". Точно, правда, не помню, но, вполне возможно, что это относилось к взаимодействию науки и философии. Гегель, тот также указывал, что: "Религия есть та форма познания, в которой истина доступна всем людям, какова бы ни была степень их образования; научное же познание истины есть особая форма ее осознания, работу над которой готовы брать на себя лишь немногие. Содержание этих двух форм познания - одно и то же". Если религия апеллирует к чувству, то наука. - к разуму, и в этом тоже проявляется их единство в человеке разумном, наделённом и чувствами. Религиозная часть (не путать с Верой) отвечает за консерватизм в познании, а научная - и за изменение и "прогресс" познания. Содержание науки и религии - это всегда некоторые знания, а сами и религия, и наука, - формы познания. Но религия - это получение "знаний" в относительном покое сознания, а наука - получение в его "абсолютном" движении.

Для создания научной теории надо исходить из некоторой аксиоматической базы, которая принимается на веру, и её истинность, или ложность проверяется потом прямо или косвенно последующей практикой. Уровень и глубина аксиоматики - отдельный вопрос. Доказанное и проверенное практикой положение в дальнейшем становится как бы новой "аксиомой" и принимается уже "на веру", как учёными для получения новых знаний, так и народом для практического применения. Это отметил сам Гегель, утверждая, что: "Главное для науки не столько то, что началом служит нечто исключительно непосредственное, а то, что вся наука в целом есть в самом себе круговорот, в котором первое становится также и последним, а последнее - также и первым". По Гегелю наука одновременно стоит и в начале будущего познания и в конце нею познанного. А мы ещё добавим, что наука - это вера по отношению к будущему знанию и ересь по отношению к знаниям прошлым. В религии всё наоборот, и она есть вера знаниям прошлым и ересь к знанию новому (пример - отношение церкви к Д. Бруно и Н.Копернику)! Не все могут доказать теорему Пифагора, или закон Архимеда, или вывести формулу площади круга, но доверяя науке, пользуются ими, не проводя доказательство "с нуля". Ещё раз повторюсь, справочные пособия, энциклопедии, всякие сборники и прочее, - это продукция научной кухни именно для облегчения жизни верующего в науку, религиозного большинства. По этому поводу Гоббс предостерегал людей, которые черпают свои знания только из книг, относительно опасности чисто книжных учёных: "признаком безрассудства, презрительно называемого педантизмом, является то, что человек, не имеющий в каком-либо деле безошибочного знания, необходимого для успеха в этом деле, отказывается от собственной природной способности суждения и руководствуется общими сентенциями, вычитанными у писателей и подтвержденными многочисленными исключениями". И ниже я покажу, что основоположники марксизма полностью попали под это "определение Гоббса", относительно их безрассудства и педантизма, отсутствия у них способности суждения и построении теорий скорее не на фактах, а на базе вычитанных многочисленных исключений.

Но это, тем не менее, всё же некий позитив религиозной части науки. К негативам её религиозной части, которые тормозят научный поиск, следует отнести естественные для каждого, приобретаемые в процессе познания фильтры. Это вера в авторитеты, доверие к мнению учёного большинства, вера в традиционную практику, вера во "всемогущество" математики или... компьютеров, вера во все точные науки вообще, вера в однозначность толкования эксперимента, чисто эмоциональный, или чувственный (религиозный) момент непризнания чужой концепции, или вообще чужого, вера в свою исключительность (чем страдал-гордился Маркс), вера в свою судьбу-удачу и пр. Поэтому, даже самые из самых атеистически настроенных учёных-материалистов, и те на -30...50% религиозны, в плане имеющихся у них т.н. "знаний". Характерно в этом плане высказывание Планка о том, как преодолевается этот "негатив" в науке: "Обычно новые научные истины побеждают не так, что их противников убеждают, и они признают свою неправоту, а большей частью так, что противники эти постепенно вымирают, а подрастающее поколение усваивают истину сразу". А убеждение в новой истине новых поколений и происходит на религиозном уровне у них первичного накопления знаний. Но, всё равно, и для такого массового усвоения истины изначально нужны учителя, признавшие свою неправоту перед новой истиной. Да и не всякая новая истина, усвоенная наивными подростками, суть Истина (с большой буквы).

Отличие религии от науки, в принципе - только в количестве аксиом. У науки число аксиом имеет тенденцию к минимизации. У религии, а тем более у Веры - наоборот. Если каждая наука в своей области исследований и познания стремится, как и философия, все явления объяснить чем-то одним, а, если точнее, то неким минимальным "джентльменским набором" аксиом, то, например, пантеистические религии или верования практически каждое новое явление объявляли аксиомой и объясняли его действиями и волей, соответствующего этому явлению, определённого... Бога. В быту религиозность (суеверие) проявляется верой в особых языческих богов государства и цивилизации: Науку, Политику, Медицину, силу Закона или мудрость Вождей, Демократию, TV и власть человека над природой, или той же верой в несостоятельность некоторых из этих всеобщих "божеств". C этим положением соглашался и Гоббс: "Страх перед невидимой силой, придуманной умом или воображаемой на основании выдумок, допущенных государством, называется религией, не допущенных - суеверием". Значит, всё, что мы имеем в государстве, в т.ч. закон, власть и деньги, политика и Право - есть всеобщая религия, а те, кто эту религию отрицают или придумывают нечто своё - они просто суеверны. Третьего не дано, и моя работа до уровня "религии" вряд ли дотянет.

Крайним проявлением науки являются виртуальные, абстрактные модели, которые на данном этапе ещё не могут быть проверены практикой (геометрии Лобачевского или Римана, "теория большого взрыва") - и, поэтому, являются неким абстрактным знанием, в которое можно тоже... верить, или не верить. К знаниям такого рода относятся, и различные философские течения, поскольку позитивной философской мысли также присуще, хотя и расплывчатое, но тоже некоторое "моделирование мира", в том числе и даже вне пределов возможностей человеческого опыта. Философия и является той точкой, где сходятся в некоторой расплывчатой неопределённости две крайности познания - чистая истинная Вера и чистая абстрактная Наука. А Наука начинается с Веры в возможности... той же Науки.

Все эти, и научные, и религиозные знания, подчеркну, независимо от их происхождения могут быть как истинными, проверенными практикой, так и ложными, практикой ещё не подтвержденными. Например, строгая физическая теория, разработанная на неверной аксиоматической базе, в конце концов, всегда оказывается ложной (теория теплорода, теория электрической жидкости, в экономике это т.н. "Теория предельной полезности"), и наоборот, сведения, услышанные на базаре, в транспорте, или по TV и принятые субъектом на веру, совершенно неожиданно, случайно могут оказаться для него и "истинными". Публично признанные знания обладают этими свойствами истины и лжи одновременно в их единстве и в их снятии. Например, многие народные приметы о погоде и перемене погоды истинные, хотя и имеют не научный, а религиозный характер, ввиду отсутствия модели явления. А те же приметы или суеверия в плане прогноза судьбы, или гаданий в плане прогноза слепого случая, - ложны, хотя тоже религиозны по своей форме. И те, и другие приметы являются атрибутами массового общественного сознания и, потому, мирно уживаются рядом, поскольку критерием истины массового общественного сознания являются не истина или ложь, как таковые, а только массовость или общепризнанность тех или иных отношений и явлений в обществе. И пояснение этого феномена давно дал Конфуций, поскольку по его наблюдениям: "Народ можно принудить к послушанию, его нельзя принудить к знанию". А послушание есть некая форма того же религиозного знания, внушенного извне с помощью силы - именно это и есть одна из форм проявления массового принудительного общественного знания.

В СССР издавался журнал "Наука и религия", где клеймили религиозное мракобесие, и доказывали истинность научного познания мира. Под религией понималась только вера в Бога, а под наукой понималась (тоже вера) возможность познания объективного мира, но без гипотезы Бога. Столкнулись на одной территории идеологической борьбы два религиозных вероучения: религия и атеизм. Каждое имело свой печатный орган, клеймивший противную сторону (за неимением каких-либо доказательств именно своей правоты), орган, который был призван вербовать сторонников и приверженцев. Считалось, что у кого приверженцев было больше, тот и обладал абсолютной истиной в познании. Сейчас этот журнал ("Наука и религия") пытается примирить обе позиции, разделив их "сферы влияния": науке отдаётся на откуп всё материальное, а религии - той всё духовное. Такой подход анти диалектичен, ибо и наука, и религия, - это две стороны одной медали для получения знаний: познания мира.

Подготовка к ЕГЭ/ОГЭ
<< | >>
Источник: Шамшин В.Η. Философия воровства (анти - марксизм). - Издательство «Альбион» (Великобритания),2015. - Количество с. 353. 2015

Еще по теме Познание: религиозные и научные знания:

  1. 1. Особенности социально-политического знания
  2. ФАУСТОВСКОЕ И АПОЛЛОНОВСКОЕ ПОЗНАНИЕ ПРИРОДЫ
  3.   2. Проблема отношения религиозного сознания к внешнему миру  
  4.   3. Религиозная вера и «рационализм» неотомистской философии  
  5. 4.10. Вера, сомнение, знание в социально-гуманитарных науках  
  6. ВНУТРЕННИЙ АНАЛИЗ СОЗНАНИЯ
  7. Понятие мировоззрения, его структура и основные типы. Знания, ценности и убеждения в структуре мировоззрения
  8. 2. Структура правосознания
  9. §23.4. Влияние правосознания на правовую культуру
  10. Познание: религиозные и научные знания