<<
>>

Проблема правопонимания в ретроспективе западной правовой мысли.

   Как было отмечено выше, проблема правопонимания и, соответственно, обоснования правовой теории во многом зависит от тех культурных кодов,  при помощи которых происходит интерпретация правовых феноменов.

В различных цивилизациях право играет различную роль, занимает разные места в системе социальных ценностей и по-разному воспринимается и объясняется.

Русская правовая мысль возникла значительно позже, чем в Европе и в наиболее древних регионах Востока. Само российское государство сформировалось тогда, когда на Западе государственность уже существовала тысячелетия. Какое же влияние оказала западноевропейская правовая мысль на российскую правовую теорию?

   В рамках западной правовой традиции долгие годы доминирующую роль играла идея естественного права, во многом определившая становление западной теоретико-правовой мысли и правовой культуры в целом. Но сама концепция естественного права, как чего-то принципиально отличного от права, существующего в обществе и государстве, не является корректным ответом на ту теоретическую проблематику, которой она была вызвана к жизни. Необходимо иметь в виду, что правопонимание, характеризуемое как «естественное», впервые возникает в обществах, где право, неотделяемое еще от религиозного закона, являлось высшей социальной ценностью. Закон имел сакральное значение и как архефакт[22] древней культуры получал признаки, свойственные Божеству. Так же как Божеству, закону приписывались атрибуты совершенства: вездесущность, неизменность, благостность. В силу этого закон понимался как действовавший повсюду: и в природе, и в обществе, и в государстве (древнеримские юристы). Но лишь в государстве человек оказывался соучастником Божьего дела и по мере своих слабых сил мог также создавать законы, более или менее соответствующие Божественным образцам. Неизменность закона также рассматривалась как выражение совершенства: только пребывающее вовеки могло господствовать над временным и преходящим.

Не меньшее значение имела и сопричастность закона Высшему благу, в силу чего он понимался и как критерий морали, и как высшее выражение справедливости. Такое мифологическое восприятие права и закона ушло в прошлое вместе с развитием науки, и вместе с ним должна была уйти в прошлое и идея естественного (природного или божественного, но - трансцендентного обществу и государству) права, если бы не актуальность той проблематики, на которой сформировалась идея юснатурализма и которая отражает реальные аспекты правового бытия.

     В этой проблематике стоит выделить два момента: онтологический  и аксиологический. В онтологическом плане идея естественного права была призвана дать объяснение тому факту, что законы государства не исчерпывают собой бытие права. Естественное право изначально и было понято как право (закон), но возникающее независимо от государства и общества, т.е. в генетическом плане как асоциальное. Такой ответ на данную проблему неудовлетворителен, но сама проблема определения  внегосударственных границ бытия права остается.

   Другой аспект онтолого-правовой проблематики связан с необходимостью объяснения того исторического факта, что наряду с бесконечной изменчивостью отдельных правовых норм и отношений в праве существует нечто постоянное и неизменное, переходящее из одной правовой системы в другую, – некие основополагающие принципы и правоположения, которым в силу их онтологической укорененности в социальной системе придавалось значение естественно-правовых (как, например, в философии Аристотеля). Отметим, что и в этом случае естественно-правовая трактовка таких норм становится излишней и не выдерживает конкуренции, например, с концепцией феноменологической школы (см. об этом лекцию «Основные этапы развития общей теории права и государства в России»), объясняющей существование таких неизменных правовых феноменов, не прибегая к юснатурализму.

   В аксиологическом аспекте большое значение имеет, впервые сформулированная как естественно-правовая, проблема ценностной легитимации (обоснования) права.

Юснатурализм верно установил неразрывную связь между правом и социальными ценностями, такими как мораль, религия, справедливость, однако неправомерно ее абсолютизировал, настаивая на возможности свести все право к конкретному набору ценностей.

       Итак, надо признать, что поразительная живучесть естественно-правовой идеи объясняется непреходящей актуальностью связанной с ней проблематики. Но сама концепция естественного права, как права отличного от позитивного, содержит неустранимые противоречия, для разрешения которых требуется или отказаться от самой идеи «естественного права» в пользу, например, «правового идеала» (т.е. совокупности представлений о должном праве), или признать естественным правом особую разновидность права позитивного (имеющего соответствующую правовую структуру и, следовательно, реально функционирующего в обществе) – что обесценивает саму идею естественного (природного) права, как права независимого от права позитивного.

   Действительно, если право как специфическое явление, отличное от других, даже и схожих явлений, обладает собственным набором отличительных признаков, собственной структурой, то и естественное и позитивное право, как право, должны обладать общими системными элементами. Проблема  подавляющего большинства теорий естественного права заключается в том, что последнее в них предстает как некий феномен в своих сущностных чертах отличный от права позитивного и, таким образом, при помощи родового понятия "право" описываются структуры, хотя и взаимосвязанные в определенных моментах, но принадлежащие к разным реальностям. Таковы, например, трактовки естественного права или как закона природы, или как идеи, олицетворяющей справедливость,  индивидуальную свободу, социальный компромисс, общественное согласие и т.д. В первом случае отсутствует элемент долженствования, поскольку законы природы представляют собой законы сущего и, как следствие, не образуют никаких прав и обязанностей субъектов. Во втором случае происходит смешение идеи справедливого права, с правом как неким реальным действующим феноменом, объективной социальной реальностью.

А ведь всякое право, как верно подчеркивал в свое время известный российский ученый Б.А. Кистяковский, "именно потому, что оно есть право, является всегда действующим или осуществляющимся правом".[23]

   Другой часто встречающейся ложной посылкой юснатурализма  является отмеченное выше убеждение в том, что право олицетворяет собой абсолютное добро и не может выступать ни в какой иной роли. Здесь имеет место смешение рационально-этических целей, реализуемых или в потенции могущих быть реализованными в конкретной правовой системе, с правовой действительностью, в которой эти целивсегда имеют лишь относительную степень воплощения. Убедиться в том, что присущий многим концепциям юснатурализма аксиологический максимализм не имеет ни научного смысла, ни практического значения довольно легко - стоит только попробовать применить эти критерии к каким-либо действующим правовым нормам. Таковых в этом случае просто не окажется из-за их практического несовершенства и возможности различной оценки.

   Известным слабым звеном естественно-правовых теорий является и неспособность отделить естественное право от морали, что зачастую ведет к их прямому отождествлению. Но то, что было закономерно на заре человеческой мысли, простительно в эпоху ее формирования, извинительно в период перехода к современному научному знанию, недопустимо сегодня, если только российская юриспруденция претендует на то, чтобы быть наукой.[24]

   На исходе тысячелетия  идея индивидуалистически истолкованного естественного права, как в практике построения правового государства, так и в правовой теории, выполняет, прежде всего, идеологическую функцию легитимации политического строя либеральной демократии. Научное значение концепции естественных прав человека, т.е. прав, дарованных ему природой (Богом?), - ничтожно, но идеологическое значение – огромно, т.к. таким образом, нравственно ограничивается возможность власти произвольно посягать на свободу индивидуума. Подобное ограничение совершенно необходимо, вопрос заключается лишь в том, какими средствами его добиваться. И если наука будет по-прежнему служанкой идеологии, то ей не останется ничего другого, как подгонять научные теории под идеологический заказ. Но единственный ли это путь для упрочения прав и свобод личности? Думается, что нет. Идея прав человека может и должна быть философски обоснована и идеологически сформулирована как необходимый момент общего статуса человеческой личности. И утверждение этой идеи в общественном правосознании будет являться основной гарантией того, что она не останется только идеей, а получит устойчивую правовую форму. Но для своей социальной легитимации в стране со специфической (в основе своей православной) культурой эта идея  должна быть истолкована только духовно, религиозно-нравственно, а не в духе западного, юридического по своей сути, мировоззрения.[25]

   Далеко не случайно то обстоятельство, что в русской политико-правовой мысли идея естественного права практически не находила своего отклика, а если и находила, то в таком своеобразном преломлении, что от естественного права в западноевропейском смысле ничего не оставалось (например, «возрожденное естественное право» начала ХХ в.). Иначе и быть не могло в исторически сложившейся культурной среде, и духовно и социально отрицающей принцип индивидуализма (эгоизма, себялюбия) как основы общественного уклада. Естественно-правовые веяния впервые проникли в Россию вместе с протестантскими ересями ХУ1 в. и были восприняты именно как ересь. Дальнейшая их судьба была связана с западной ориентацией официальной российской              идеологии и государственности, и лишь в ХХ в. состоялась попытка возродить идею естественного права как некоего нравственного идеала, т.е. вполне в русле традиционного российского менталитета. (Само использование словосочетания «естественное право» объяснялось отсутствием другой сложившейся терминологии).

   Но не более приемлемыми для российской правовой теории являются и другие варианты западного правопонимания. Основной их недостаток  заключается в свойственной западному мышлению  схематичности. К ним вполне приложимо разработанное в свое время  В.С. Соловьевым понятие «отвлеченного начала».[26] Действительно, и правовой этатизм и социологической направление в правоведении представляются такими началами, отвлеченными от живого организма права. Поэтому и в теории права следует не пребывать в «эйфории восторгов перед «процветающим Западом»,[27] а опираться на собственные философско-правовые традиции, которые в лучших своих образцах как раз и ориентированы на целостное, органическое восприятие правовой действительности.

    На пути к интегральному правопониманию.   ХХ век впервые поставил теоретическую задачу обосновать целостную концепцию права, которая могла бы объединить жизненные идеи основных правовых школ и направлений. Это понимают и авторитетные ученые на западе.  Так, например, Г.Дж. Берман пишет в своем фундаментальном исследовании «Западная традиция права: эпоха формирования»: «Нам необходимо преодолеть… заблуждение относительно исключительно политической и аналитической юриспруденции («позитивизм»), или исключительно философской и моральной юриспруденции («теория естественного права»), или исключительно исторической и социоэкономической юриспруденции  («историческая школа», «социальная теория права»). Нам нужна юриспруденция, которая интегрирует все три традиционные школы и выходит за их пределы. Такая единая юриспруденция подчеркивала бы, что в право надо верить, иначе оно не будет работать; а это включает не только разум, но также чувства, интуицию и веру. Это требует полного общественного осознания».[28]

    Серьезные шаги в этом направлении были сделаны уже в дореволюционной России (правовая концепция В.С. Соловьева, школа «возрожденного естественного права», феноменологическая концепция права, «плюралистическая» теория права Б.А. Кистяковского, «синтетическая» теория права А.С. Ященко и др.). Характерной особенностью почти всех теоретиков указанных школ являлось стремление выйти за строгие рамки одной доктрины и использовать сильные стороны конкурирующих теорий. Особенно преуспели в этом, помимо выше упомянутых,  Е.Н. Трубецкой, П.И. Новгородцев, Н.Н. Алексеев.[29] Особого внимания заслуживает концепция Л.И Петражицкого и его последователей, в частности, П.А. Сорокина.[30]  Поэтому задача нашего правоведения в ХХ1 в. –продолжить поиск в этом направлении - поиск путей формирования нового, интегрального типа правопонимания, возникающего на основе диалога всех школ и направлений в современном правоведении, как западных, так и восточных. Смоделированная таким образом интегральная правовая онтология может явиться основанием для создания целостной концепции права, включающей в себя и его философию, т.е. метафизически-ценностное обоснование правовых идеалов. Такое правовидение, при всей своей возможной интеллектуальной утонченности и абстрактности, в основе своей должно быть просто и применимо на практике.[31]

     Решение этой задачи, направленной на осмысление права как единства, существующего в разных ипостасях, формах и видах, не предполагает создание единой теории права, пригодной на все времена и находящейся вне определенных социокультурных рамок.[32] Речь идет лишь о векторе развития правовой мысли на исходе тысячелетия, и история ХХ в. подтверждает, что это направление остается магистральным.

                         Дополнительная литература по теме:

   Алексеев Н.Н. Основы философии права. СПб., 1998.

   Алексеев С.С. Право: азбука-теория-философия. Опыт комплексного исследования. М., 1999.

   Алексеев С.С. Право на пороге нового тысячелетия. М., 2000.

Анализ систем на пороге ХХI века: теория и практика. М.,      1996.

Берман Г.Дж. Западная традиция права: эпоха формирования.    М.., 1998.

Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. Трактат по социологии знания. М., 1995.

     Булгаков С.Н. Философия имени. Париж, 1953.

     Бурдье П. Начала. М., 1994.

     Бурдье П. Социология политики. М., 1993.

    Вебер М. Избранные произведения. М., 1990.

Гадамер Х.-Г. Истина и метод. Основы философской герменевтики. М., 1988.

Гайденко П.П. Эволюция понятия науки. М., 1980.

Герлох А. О методах познания права // Правоведение. 1983.      №1.

Графский В.Г. Интегральная (синтезированная) юриспруденция: актуальный и все еще не завершенный проект // Правоведение. 2000. №3.

Гревцов Ю.И. Социология права: Статус. Метод. Предмет // Правоведение. 1996. №1.

Гревцов Ю.И. Очерки теории и социологии права. СПб., 1996.

Грязин И.Н. Текст права: Опыт методологического анализа конкурирующих теорий. Таллин, 1983.

Гуссерль Э. Идеи к чистой феноменологии и феноменологической философии. Т.1. Общее введение в чистую феноменологию. М., 1999.

Деррида Ж. Голос и феномен и другие работы по теории знака Гуссерля. СПб., 1999.

Ильин В.В. Критерии научности знания. М., 1989.

Казимирчук В.П. Право и методы его изучения. М., 1965.

Карпович В.Н. Системность теоретического знания. Новосибирск, 1984.

Кедров Б.М. Классификация наук. Кн. 1-3. М., 1961-1985.

Керимов  Д.А. Философские основания политико-правовых исследований. М., 1986.

Кнапп В. О возможности использования кибернетических методов в праве. М., 1965.

Козлихин И.Ю. Право и политика. СПб., 1996.

Козлихин И.Ю. Позитивизм и естественное право // Государство и право. 2000. №3.

Козлов В.А. Проблемы предмета и методологии общей теории права. Л., 1989.

Козлов В.А., Суслов Ю.А. Конкретно-социологические исследования в области права. Л., 1981

Леонтьев К.Н. Византизм и славянство // Записки отшельника. М., 1992.

Лейст О.Э. Три концепции права // Советское государство и право. 1991. №4.

Лосев А.Ф. Самое само. М., 1999.

Лотман Ю.М. Избранные статьи в 3-х тт. Т.1.: Статьи по семиотике и типологии культуры. Таллинн, 1992.

Лукич Р. Методология права. М., 1981.

Луковская Д.И. Политические и правовые учения: историко-теоретический аспект. Л., 1985.

Луковская Д.И. Принципы познания в науке истории политических и правовых учений // Политическая организация и правовые системы за рубежом: История и современность. Свердловск, 1987.

Мальцев Г.В. Понимание права. Подходы и проблемы. М., 1999.

Мамут Л.С. Анализ правогенеза и правопонимания // Историческое в теории права. Тарту, 1989.

Манхейм К. Идеология и утопия // Манхейм К. Диагноз нашего времени. М., 1994.

Матузов Н.И. Право в системе социальных наук // Правоведение. 1996. №

Методологические проблемы правоведения. М., 1994.

Нерсесянц В.С. Философия права. М., 1997.

Новгородцев П. И. Кризис современного правосознания. Введение в философию права. М., 1996.

Новгородцев П.И. Об общественном идеале // Сочинения. М., 1991.

Новгородцев П.И. О своеобразных элементах русской философии права // Сочинения. М., 1995.

Новгородцев П.И. Право на достойное человеческое существование // Сочинения. М., 1995.

Общее учение о праве Ганса Кельзена. Вып. 1-2. М., 1987.

Парсонс Т. Система современных обществ. М., 1998.

Победоносцев К.П. Великая ложь нашего времени. М., 1993.

Поляков А.В. Петербургская школа философии права и задачи современного правоведения // Правоведение. 2000. №2.

Проблемы ценностного подхода в праве: традиции и обновление. М., 1996.

Рикер П. Конфликт интерпретаций. Очерки о герменевтике. М., 1995.

Садовский В.Н. Основания общей теории систем. М., 1974.

Самощенко И.С. Методологическая роль системного подхода  к изучению структуры законодательства // Вопросы философии. 1979. №2.

Самощенко И.С., Сырых В.М. О методах познания государственно-правовых явлений // Советское государство и право. 1975. №9.

Соколов А.В. Введение в теорию социальной коммуникации. СПб., 1996.

Сорокин В.Д. Метод правового регулирования. М., 1976.

Социокультурное пространство диалога. М., 1999.

Степанов Ю.С. В трехмерном пространстве языка (семиотические проблемы лингвистики, философии, искусства). М., 1985.

Сурия Пракаш Синха. Юриспруденция. Философия права. Краткий курс. М., 1996

Сырых В.М. Логические основания общей теории права. Т.1. Элементный состав. М., 2000.

Тилле А.А., Швеков Г.В.  Сравнительный метод в юридической дисциплине. М., 1978.

Уемов А.И. Системный подход и общая теория систем. М., 1978.

Философия и общество. 1998. №2.

Флоренский П.А. У водоразделов мысли. Т.2. М., 1990

Формации или цивилизации? (Материалы “круглого стола”) // Вопросы философии. 1989. №10.

Франк С.Л. Введение в философию в сжатом изложении. Птб., 1922.

Фуко М. Слова и вещи: Археология гуманитарных наук. М., 1977.

Хабермас Ю. Теория коммуникативного действия // Вестник МГУ. Сер.7. Философия. 1993. №4.

Хабермас Ю. Мораль и теория коммуникативного действия. М., 2000.

Хабермас Ю. Демократия. Разум. Нравственность. М., 1995.

Хантингтон С. Столкновение цивилизаций? // Полис. 1994. №1.

Хеффе О. Политика. Право. Справедливость. Основоположения критической философии права и государства. М., 1994.

Честнов И.Л. Постмодернистский вызов историко-юридической науке и диалогическая методология как возможный ответ на него // Состояние и методология историко-юридической науки. Труды теоретического семинара юридического факультета СПбВЭСЭП. Вып. 1. СПб., 2000.

Честнов И.Л. Универсальны ли права человека? // Правоведение. 1999. №1.

Честнов И.Л. Право как диалог: к формированию новой онтологии правовой реальности. СПб., 2000.

Шандыбин С.А. Постмодернистская методология и вопрос о политической ангажированности социального исследования (на примере этнологии) // Философия и общество. Научно-теоретический журнал. 1998. №2.

Шмитт К. Понятие политического // Вопросы социологии. Т.1. М., 1992

Шмитт К. Политическая теология. М., 2000.

Юридические понятия и язык права в современных зарубежных исследованиях. Научно-аналитический обзор. М., 1986.

Явич Л.С. Сущность права. Л., 1985.

<< | >>
Источник: А.В. ПОЛЯКОВ. ВВЕДЕНИЕ В ОБЩУЮ ТЕОРИЮ ПРАВА И ГОСУДАРСТВА. КУРС ЛЕКЦИЙ. 2000. 2000

Еще по теме Проблема правопонимания в ретроспективе западной правовой мысли.:

  1. Содержание
  2. ЛЕКЦИЯ 1. Проблема правопонимания в истории человеческой   мысли
  3. Проблема правопонимания в ретроспективе западной правовой мысли.
- Административное право зарубежных стран - Гражданское право зарубежных стран - Европейское право - Жилищное право Р. Казахстан - Зарубежное конституционное право - Исламское право - История государства и права Германии - История государства и права зарубежных стран - История государства и права Р. Беларусь - История государства и права США - История политических и правовых учений - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминалистическая тактика - Криминалистическая техника - Криминальная сексология - Криминология - Международное право - Римское право - Сравнительное право - Сравнительное правоведение - Судебная медицина - Теория государства и права - Трудовое право зарубежных стран - Уголовное право зарубежных стран - Уголовный процесс зарубежных стран - Философия права - Юридическая конфликтология - Юридическая логика - Юридическая психология - Юридическая техника - Юридическая этика -