ПИСЬМО 63 318 Превосходнейшему и проницательнейшему философу Б. д. С. от г. Г. Шуллера.

Я должен был бы краснеть за свое долгое молчание и опасаться обвинения в неблагодарном отношении к Вашему благосклонному и незаслуженному мною расположению, если бы я не думал, что Ваша великодушная натура более склонна извинять, чем обвинять людей, и если бы я не знал, что Вы заняты — на общее благо всем друзьям Вашим — такими серьезными размышлениями, прерывать которые без какой-нибудь особенной причины было бы просто преступно.

600

добром здоровье. Но настоящим письмом я хочу сообщить Вам, что наш благороднейший друг господин фон Чирнгаузен все еще пребывает в Англии, находясь, подобно нам, в добром здоровье, и в трех своих письмах ко мне поручает передать Вам свой глубочайший привет и засвидетельствовать Вам свое почтение. Он многократно просит меня представить на Ваше рассмотрение нижеследующие его сомнения и испросить столь желанного для него ответа на них.

А именно: не соблаговолите ли Вы убедить нас каким-нибудь прямым доказательством (а не путем приведения к абсурду) в том, что мы не можем познавать иных атрибутов бога, кроме мышления и протяжения? И затем: не следует ли отсюда, что существа, состоящие из других атрибутов, наоборот, не могут помыслить никакого протяжения, — в соответствии с чем нужно было бы допустить столько миров, сколько есть атрибутов бога; при этом, сколь велик, например, наш «мир протяжения» (если можно так выразиться), столь же велики должны были бы быть и другие миры, состоящие из других атрибутов, — и как мы, кроме мышления, перципируем только протяжение, так существа этих других миров должны были бы перципировать только атрибут своего мира и мышление?

Во-вторых, так как ум бога отличается от нашего ума как по своей сущности, так и по своему существованию, то, следовательно, он не будет иметь ничего общего с нашим умом; а отсюда (по теореме 3-й I книги) 319 следует, что ум бога не может быть причиной нашего ума.

В-третьих, в схолии к теореме 10 320 Вы говорите: ничего не может быть яснее того, что каждое существо (ens) должно быть мыслимо под каким-нибудь атрибутом (что я понимаю как нельзя лучше) и что, чем больше оно имеет реальности или бытия (esse), тем больше атрибутов принадлежит ему. Отсюда должно было бы, по-видимому, следовать, что есть существа, обладающие тремя, четырьмя и более атрибутами, тогда как из только что доказанного можно было бы заключить, что каждое существо состоит только из двух атрибутов: из какого-нибудь определенного атрибута бога и из идеи этого атрибута.

В-четвертых, я хотел бы получить примеры того, что произведено богом непосредственно и что через посредство какой-нибудь бесконечной модификации.

601

ние; к последнему же — разум в мышлении, движение — в протяжении и т.п.

Вот то, что просит Вас разъяснить упомянутый Чирнгаузен (вместе со мной), — если только Вам позволит время.

Затем он сообщает, что господин Бойль и Ольденбург составили себе о Вашей персоне весьма странное мнение. Мнение это Чирнгаузен не только у них рассеял, но привел еще доводы, под влиянием которых они снова не только мыслят вполне достойным и вполне благосклонным образом о Вашей персоне, но и высоко ценят «Богословско-политический трактат», о чем я, повинуясь Вашим указаниям, не осмеливался извещать Вас 321. Будьте вполне уверены, благороднейший муж, в том, что я всегда готов к всевозможным услугам. Преданный слуга Ваш

Г. г. Шуллер.

Амстердам, 25 июля 1675 г.

Д. а. Гент 322 шлет свой сердечный привет, равно как и И. Рив 323.