<<
>>

Глава 3.2. ПРЕДМЕТ ПРЕСТУПЛЕНИЯ ЛЕГАЛИЗАЦИИ (ОТМЫВАНИЯ) ДОХОДОВ, ПРИОБРЕТЕННЫХ ПРЕСТУПНЫМ ПУТЕМ

Под предметом легализации (отмывания) понимаются доходы, приобретенные преступным путем, - денежные средства или иное имущество, приобретенные преступным путем (в ст. 174 УК РФ) или в результате совершения преступления (в ст. 174.1 УК РФ).

Под денежными средствами понимаются наличные и безналичные <1> деньги в любой валюте. Валюта Российской Федерации - это: денежные знаки в виде банкнот и монеты Банка России, находящиеся в обращении в качестве законного средства наличного платежа на территории Российской Федерации, а также изымаемые либо изъятые из обращения, но подлежащие обмену указанные денежные знаки; средства на банковских счетах и в банковских вкладах.

Иностранная валюта: денежные знаки в виде банкнот, казначейских билетов, монеты, находящиеся в обращении и являющиеся законным средством наличного платежа на территории соответствующего иностранного государства (группы иностранных государств), а также изымаемые либо изъятые из обращения, но подлежащие обмену указанные денежные знаки; средства на банковских счетах и в банковских вкладах в денежных единицах иностранных государств и международных денежных или расчетных единицах <2>.

--------------------------------

<1> См.: Яни П.С. Уголовная ответственность за легализацию имущества, приобретенного незаконным путем // Право и экономика. 1998. N 1. С. 34.

<2> Федеральный закон от 10 декабря 2003 г. N 173-ФЗ "О валютном регулировании и валютном контроле" (с изменениями от 29 июня 2004 г., 18 июля 2005 г.) // СЗ РФ. 2003. N 50. Ст. 4859.

В.А. Никулина под денежными средствами понимает не только национальную или иностранную валюту, но и все другие средства платежа, включая акции и другие ценные бумаги <3>.

--------------------------------

<3> См.: Никулина В.А. Отмывание "грязных" денег. С. 89.

Согласно действующему законодательству РФ внутренние ценные бумаги - это эмиссионные ценные бумаги, номинальная стоимость которых указана в валюте Российской Федерации и выпуск которых зарегистрирован в Российской Федерации; иные ценные бумаги, удостоверяющие право на получение валюты Российской Федерации, выпущенные на территории Российской Федерации; внешние ценные бумаги - это ценные бумаги, в том числе в бездокументарной форме, не относящиеся в соответствии с настоящим Федеральным законом к внутренним ценным бумагам.

Согласно словарю по бухгалтерии денежные средства - это средства в российской и иностранной валютах, а также легко реализуемые ценные бумаги, платежные и денежные документы. Они могут находиться в кассе, на расчетном и валютном счетах в кредитных организациях как на территории страны, так и за ее пределами. Основные источники поступления денежных средств: выручка от продажи товаров, работ и услуг; доходы от финансовых операций; кредиты банков и другие заемные средства; целевые ассигнования и поступления <4>.

--------------------------------

<4> См.: Бакаев А.С. Бухгалтерские термины и определения // Бухгалтерский учет. 2002. N 2. С. 34.

Таким образом, денежными средствами следует признать средства в национальной и иностранной валюте, находящиеся в кассе, на расчетном, валютном и других счетах в банках на территории страны и за рубежом, в ценных бумагах, а также в платежных и денежных документах.

Термин "имущество" в теории права понимается неоднозначно. В немалой степени тому способствуют пробелы в гражданском законодательстве, в котором нет легального определения данного понятия.

Статья 128 ГК РФ перечисляет лишь виды объектов гражданских прав: вещи, включая деньги и ценные бумаги, иное имущество, в том числе имущественные права; работы и услуги; информация; результаты интеллектуальной деятельности, в том числе исключительные права на них (интеллектуальная собственность); нематериальные блага. Для нужд гражданского оборота этого, может быть, и достаточно, однако для уголовного права требуется более четкое раскрытие содержания термина "имущество".

Под "имуществом" понимают "вещи" - недвижимые и движимые. К недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, участки недр, обособленные водные объекты и все, что прочно связано с землей, т.е. объекты, перемещение которых без ущерба их назначению невозможно, в том числе леса, многолетие насаждения, здания, сооружения, воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания, космические объекты. Согласно ГК РФ вещи, не относящиеся к недвижимости, включая деньги и ценные бумаги, признаются движимым имуществом (ст. 130 ГК РФ).

Наиболее часто под имуществом подразумевают вещь или совокупность вещей. Иногда это объединение имеющих денежную оценку вещей и имущественных прав. В таких случаях право на имущество не распространяется не только на вещи, но и на причитающиеся доходы и иные права.

Существует и другое значение термина "имущество": под "наследственным имуществом" понимают и имущественные права (активы) и обязательства (пассивы), которые переходят от наследодателя к наследникам. Согласно п. 2 ст. 38 Налогового кодекса РФ под "имуществом" понимаются виды объектов гражданских прав, относящихся к имуществу в соответствии с Гражданским кодексом РФ. То есть для правильного понимания термина "имущество" правоприменитель вынужден "каждый раз определять точное значение данного термина путем толкования текста правовой нормы" <5>, что вряд ли способствует единообразному применению закона.

<5> Комментарий к Гражданскому кодексу РФ, части первой / Отв. ред. О.Н. Садиков. М.: Юринформцентр, 1995. С. 78.

Таким образом, в различных отраслях права существует разное понимание содержания понятия "имущества". Думается, что в уголовном праве должен быть выработан унифицированный подход к определению имущества, учитывая, что бланкетность уголовно-правовой нормы нередко распространяется и на признаки предмета преступления <6>.

--------------------------------

<6> Уголовное право России. Учебник для вузов. В 2 т. Общая часть / Отв. ред. А.Н. Игнатов и Ю.А. Красиков. С. 123.

Анализируя состав легализации (отмывания), для удобства пользования термины "денежные средства" и "имущество" допустимо заменять термином "предметы легализации".

Однако делить предмет легализации (отмывания) на "денежные средства" и "иное имущество" необоснованно. Во-первых, в диспозициях ст. 174 и 174.1 УК РФ сам законодатель поставил между ними знак равенства, указав, что "денежные средства" являются хоть и "иным", но "имуществом". Во-вторых, как было отмечено выше, в соответствии со ст. 128 ГК РФ понятие "имущество" охватывает и деньги, которые согласно ч. 2 ст. 130 ГК РФ относятся к движимому имуществу. Таким образом, понятия "имущество" и "денежные средства" соотносятся как "целое" и "часть", т.е. первое шире второго, и разделять их не следует.

Кроме того, термин "имущество" давно используется в УК РФ для обозначения предмета посягательства при конструировании различных составов преступлений (например, против собственности).

Причем он включает в себя и денежные средства, и иное имущество. Предмет преступления, предусмотренного ст. 175 УК РФ "Приобретение или сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем", также не разделен на "денежные средства" и "имущество", хотя включает в себя и то и другое <7>.

--------------------------------

<7> См.: Дробот С.А. Уголовно-правовая и криминологическая характеристика приобретения или сбыта имущества, заведомо добытого преступным путем: Дис. ... канд. юрид. наук. М.: Московская академия МВД России, 2000. С. 15.

Практика показывает, что предметом легализации (отмывания) могут быть не только денежные средства или имущество, но и право на имущество (имущественные права), которое также является самостоятельным предметом уголовно-правовой охраны (в ст. 159, 163 УК РФ). И.А. Клепицкий справедливо отмечает, что имущество в ст. 174 УК РФ "понимается в широком значении, принятом в гражданском праве, и включает не только вещи (наличные деньги, ценные бумаги, вещи в узком смысле слова), но и имущественные права" <8>.

--------------------------------

<8> Уголовное право РФ. Особенная часть / Под ред. А.И. Рарога. М., 2001.

О необходимости включения имущественных прав в предмет состава отмывания также говорится в Страсбургской конвенции, Рекомендательном акте для Содружества Независимых Государств и Модельном законе СНГ "О противодействии легализации ("отмыванию") доходов, полученных преступным путем" <9>.

--------------------------------

<9> Приняты на 7-м пленарном заседании Межпарламентской Ассамблеи государств - участников СНГ 17 февраля 1996 г.

Следует согласиться с мнением авторов, предлагающих в предмет легализации (отмывания) включить и другие объекты гражданских прав, предусмотренные гражданским законодательством, в частности работы и услуги, информацию, результат интеллектуальной собственности, в том числе исключительные права на них (интеллектуальная собственность), иные объекты гражданских прав <10>, так как в теории гражданского права договоры на оказание услуг относят к имущественным договорам <11>, а "услуги имущественного характера" предусматриваются уголовным законом в качестве предмета некоторых преступлений (например, ч. 3 и 4 ст. 184, ч. 1 и 3 ст. 204, ст. 304 УК РФ).

--------------------------------

<10> Михайлов В.И. Криминологические особенности и юридический анализ легализации (отмывания) денежных средств и иного имущества, приобретенных заведомо незаконным путем // Законодательство. 1999. N 4. С. 23; Камышин И.Д. Указ. соч. С. 68.

<11> См.: Степанов Д. Услуги как объект гражданских прав // Российская юстиция. 2000. N 2. С. 90.

Учитывая, что в правовом смысле понятие "имущество" включает в себя вещи, в том числе деньги и ценные бумаги, а также имущественные права (ст. 128 ГК РФ) по отношению к предмету преступления, предусмотренного ст. 174 и 174.1 УК РФ, предлагается использовать обобщающий термин - "доход", который шире определения "имущество".

Определение дохода приводится в п. "а" ст. 1 Конвенции Совета Европы от 8 ноября 1990 г. "Об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности" <12> и обозначает любую материальную выгоду, полученную в результате совершения уголовных правонарушений; эта выгода может включать имущество любого вида. Аналогичное положение - доходы от преступлений или имущества, стоимость которого соответствует таким доходам, - содержится в ст. 2 Конвенции ООН против транснациональной организованной преступности, принятой в Вене на X Конгрессе ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями 10 - 17 апреля 2000 г. <13>

--------------------------------

<12> СЗ РФ. 2003. N 3. Ст. 203.

<13> СЗ РФ. 2004. N 40. Ст. 3882.

Поэтому к доходам, приобретенным преступным путем, следует отнести полученные с нарушением действующего уголовного законодательства материальные блага, являющиеся объектами гражданских прав: недвижимые вещи (недвижимое имущество, недвижимость - ч. 1 ст. 130 ГК РФ); движимые вещи, т.е. вещи, не относящиеся к недвижимому имуществу (ч. 2 ст. 130 ГК РФ); услуги, информацию, результаты интеллектуальной деятельности, в том числе исключительные права на них (интеллектуальная собственность), приносящие материальную выгоду.

Одним из признаков предмета преступного посягательства (отмытых доходов) является их преступный путь приобретения.

Поэтому для отнесения способа приобретения предметов легализации к преступному необходимо установить, какой путь приобретения денежных средств или имущества следует считать преступным.

Считается, что в соответствии с ч. 1 ст. 49 Конституции РФ преступный путь приобретения денежных средств или иного имущества может установить только вступивший в законную силу приговор суда по первоначальному преступлению <14>. То есть прежде надо выявить преступление и преступника, приобретенный преступный доход, доказать, что преступление действительно совершено, и только потом можно возбуждать уголовное дело по отмыванию <15>.

--------------------------------

<14> Кужиков В.И. Указ. соч. С. 57.

<15> Хамараев В. Отсрочка для "прачечных" // Политика и общество. 2001. 28 июня. С. 12; Гвоздев Д. Действие рождает противодействие // Бизнес-адвокат. 2001. N 41. С. 18.

С таким мнением согласиться нельзя, так как во внимание не берется то, что вступивший в законную силу приговор суда, о котором говорится в ч. 1 ст. 49 Конституции РФ, необходим для признания лица виновным в совершении какого-либо преступления, но не для признания самого события преступления. Преступность события приобретения предметов легализации определяется не наличием судебного решения о признании лица виновным в совершении преступления, а наличием факта самого преступления, т.е. достаточных данных, указывающих на признаки преступления (ч. 2 ст. 140 УПК РФ), в результате которого доходы были приобретены. Вступившего в законную силу приговора суда по данному преступлению впоследствии может и не быть, например по причине смерти виновного, но отсутствие такого приговора не делает это деяние непреступным. В соответствии с ч. 1 ст. 21 УПК РФ достаточность данных, указывающих на признаки преступления, определяют органы, уполномоченные государством: прокурор, следователь или дознаватель. Поэтому приобретение легализуемых денежных средств или имущества предлагается считать преступным не с момента вступления в законную силу приговора суда в отношении лица, совершившего первоначальное преступление, а с того момента, когда правоохранительным органом будут получены данные, указывающие на наличие в действиях лица признаков состава преступления.

Причем подобный подход существует и в других статьях уголовного закона. Так, допускается задержание с причинением вреда лицу, совершившему преступление (ст. 38 УК РФ), несмотря на то, что в отношении его нет не только вступившего в законную силу приговора суда, но и постановления о возбуждении уголовного дела.

Не требуется приговор суда о виновности лица в совершении акта терроризма при применении ст. 16.1 Федерального закона "О борьбе с терроризмом", согласно которой "погребение террористов, умерших в результате пресечения террористической акции, осуществляется в порядке, устанавливаемом Правительством РФ. При этом их тела для захоронения родственникам не выдаются, и о месте их захоронения не сообщается" <16>. То есть тело террориста не выдается его родственникам и в том случае, если судом он не был признан преступником.

--------------------------------

<16> Федеральный закон от 21 ноября 2002 г. N 144-ФЗ "О внесении дополнения в Федеральный закон "О борьбе с терроризмом" // Российская газета. 2002. 27 нояб.

При квалификации действий лица, совершившего убийство "с целью скрыть другое преступление" (п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ), также не требуется вступивший в законную силу приговор суда.

Отметим, что ст. 174 и 174.1 УК РФ - не единственные, в которых употребляется термин "преступный". В ближайшей к ним ст. 175 УК РФ также говорится о преступном пути добытого имущества. Причем для квалификации деяния в этом случае достаточно доказательства заведомой осведомленности лица о том, что имущество было получено в результате совершения преступления. Так, в Определении по делу Д. Верховный Суд СССР указал, что для состава преступления, предусмотренного ст. 208 УК РСФСР (ст. 175 УК РФ), не требуется обязательной осведомленности виновного, каким именно преступлением добыто приобретенное им имущество, важно, чтобы он сознавал, что это имущество добыто преступным путем <17>.

--------------------------------

<17> Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда СССР по делу Д. // Бюллетень Верховного Суда СССР. 1965.

Поэтому в целях эффективного применения ст. 174 и 174.1 УК РФ для признания приобретения денежных средств или иного имущества преступным будет достаточным установление одного лишь события предикатного (основного) преступления, приговор же суда в этом случае в законную силу может вступить, а может и не вступить.

Вступивший в силу приговор по основному преступлению, конечно же, упрощает доказательство вторичного уголовно наказуемого деяния, однако суд, которому надлежит вынести приговор относительно события отмывания денег, может и без вступившего в силу приговора по первому преступлению самостоятельно проверить и установить необходимые признаки состава преступления <18>.

--------------------------------

<18> См.: Кернер Х.-Х., Дах Э. Отмывание денег. М., 1996. С. 134.

Приведем одно из мнений российских экспертов по вопросу квалификации ст. 174 УК РФ с учетом доказательства совершения основного преступления, высказанное по одному из уголовных дел.

Констатация совершения основного преступления может иметь место только в двух случаях:

- в случае возбуждения уголовного дела и привлечения в него конкретных подозреваемых (в данном случае имеет место констатация возможного основного преступления);

- в случае наличия обвинительного приговора судебного органа (в данном случае имеет место совершенное основное преступление).

До момента возбуждения уголовного дела по основному преступлению, т.е. до момента составления и вынесения постановления о возбуждении уголовного дела и о привлечении лица в качестве подозреваемого, может присутствовать лишь личное мнение правоохранительных органов о том, что определенное лицо может иметь отношение к определенным действиям, которые, по мнению данного органа, могут быть рассмотрены как противоправные.

Подобное мнение правоохранительных органов, по словам эксперта, носит форму констатации возможного совершения основного преступления только в том случае, если данное мнение будет подкреплено необходимыми и достаточными доказательствами, в результате чего в установленном порядке будет возбуждено соответствующее уголовное дело.

Поэтому эксперт считает, что только факт возбуждения уголовного дела, т.е. факт вынесения уполномоченным лицом соответствующего процессуального документа, в котором будет четко выражено имеющее место подозрение, равно как уполномоченное лицо в установленном порядке примет на себя ответственность за выдвигаемые подозрения, будет являться основанием для утверждения о том, что присутствует констатация возможного совершения основного преступления. В противном случае мнение любого оперативного сотрудника о возможной причастности лица к определенному преступлению будет выступать достаточным основанием для возбуждения и расследования дела о легализации, несмотря на то обстоятельство, что данное мнение может стать обоснованным и неложным только после прохождения установленных уголовно-процессуальным законом процедур на предмет выявления достаточных поводов для возбуждения уголовного дела.

Возбуждение же уголовного дела о легализации лишь на том основании, что присутствует никак процессуально не оформленное мнение оперативно-розыскных органов о возможном совершении основного преступления, в результате которого у определенного лица, подозреваемого в совершении данного преступления, мог возникнуть нелегальный доход, является незаконным и противоречащим основополагающим принципам уголовного права.

Мы считаем, что возбуждение уголовного дела о легализации возможно также и в случае, если подозреваемые получали соответствующие денежные средства от лиц, которые были задействованы в совершении определенных преступлений, в результате которых образовался незаконный доход, который бы в последующем передавался в распоряжение подозреваемых.

Иными словами, только в том случае, если присутствуют соответствующие документы, подтверждающие, что определенное лицо получало денежные средства от другого лица, которое в определенный момент было осуждено или в установленном порядке привлечено к ответственности за совершение определенного преступления (например, торговлю наркотиками), дело о легализации может быть возбуждено и в процессе расследования.

Таким образом, дело о легализации без предварительной констатации наличия основного преступления возбудить нельзя, так как дело о легализации возбуждается исключительно при обнаружении деяния, свидетельствующего о доходе, приобретенном преступным путем, что само по себе автоматически указывает на констатацию совершения определенного (основного) преступления, в результате которого возник преступный доход. Иными словами, невозможно указать определенный доход как полученный преступным путем без указания на то преступление, в результате которого мог образоваться данный доход.

Иной подход к решению данных вопросов был обнаружен нами при анализе уголовных дел, расследуемых по каналам международного сотрудничества, т.е. с применением иностранного материального права по легализации.

В качестве примера приведем законодательный и правоприменительный опыт Франции, где законность возбуждения уголовного дела по отмыванию оценивается с учетом комбинированных положений ст. 80.1 УПК и 324.1 УК.

Из положений ст. 80.1 параграфа 1 УПК Франции следует, что судья может привлечь к уголовной ответственности только тех лиц, в отношении которых существуют данные о том, что они могли участвовать как исполнители или как соучастники в совершении правонарушений <19>, которые он расследует. Следовательно, лицо не может быть привлечено к уголовной ответственности при отсутствии выявления очевидности правонарушения, расследование по которому принято к производству следственным судьей за отмывание, которое является сложным преступлением, поскольку предполагает совершение главного преступления.

--------------------------------

<19> В уголовном законодательстве Франции понятия "правонарушения" и "преступления" с юридической точки зрения идентичны (см.: Criminal Code. Editions Dalloz, 1993. P. 1230; Code de Procedure Penale. Editions Dalloz, 1993. P. 1050).

Из Инструкции Министерства юстиции Франции от 10 июля 1996 г. crim. N 96/11 G ясно следует, что стороне обвинения следует доказывать существование основного преступления или проступка. Следовательно, когда основное преступление не констатировано специальным образом, преступление отмывания не образовано и не может преследоваться.

Из п. 1 ст. 81.1 УПК и ст. 324.1 УК Франции следует, что никакое следствие по отмыванию не может иметь место при отсутствии предварительной констатации следственным судьей основного преступления, доход которого предположительно "отмыт".

Однако согласно уголовному юридическому классификатору ст. 324.1 - 324.9 (описание 20, параграф 13) текст ст. 324.1 Уголовного кодекса Франции не требует, чтобы автор(ы) преступления или основного правонарушения был(и) осужден(ны) или даже подвергался(лись) уголовным преследованиям, для того чтобы правонарушение об отмывании денег было принято, только существование основного преступления должно быть констатировано, даже если эти обстоятельства не были полностью выяснены.

"Констатация преступления", т.е. не доказывание в установленном порядке всех элементов состава преступления, а просто его признание совершенным без выяснения каких-либо обстоятельств.

Учитывая, что граждане РФ нередко выступают субъектами преступления по уголовным делам о легализации преступных доходов и такие дела рассматриваются в соответствии с иностранной юрисдикцией, на наш взгляд, подобную практику, отрицающую наличие какой-либо обоснованности доказывания факта совершения основного преступления, следует признать неправильной.

В приведенном нами примере Франции грубо нарушается та последовательность, которая заложена в самом законодательстве о легализации - первичным становится не основное преступление, первичным становится подозрение в легализации, которое по смыслу законодательства о легализации всегда является вторичным в отношении основного преступления.

В рассматриваемом случае следственные органы Франции, выявив определенные денежные средства, источник получения которых для них сомнителен, предпринимают усилия для того, чтобы в какой-нибудь стране обнаружить преступление, которое могло бы иметь связь с обнаруженными ими денежными средствами, легализация которых, по их мнению, имеет место на территории Франции.

"Преступный путь" приобретения денежных средств или иного имущества в ст. 174, 174.1 УК означает, что они могут быть приобретены в результате совершения любых преступлений, за исключением предусмотренных ст. 193, 194, 198, 199, 199.1 или 199.2 УК РФ.

Как отмечается в Методических рекомендациях для органов внутренних дел <20>, а также установлено нами в результате анализа 89 уголовных дел, предметом легализации является имущество, приобретенное в результате совершения таких преступлений, как хищения, контрабанда, вымогательство, незаконный оборот наркотических средств и психотропных веществ, оружия, незаконные предпринимательство и банковская деятельность, организация и содержание притонов для занятия проституцией, распространение порнографических материалов, получение взятки, незаконные операции с ценными бумагами, нарушение авторских и смежных прав, незаконное пользование природными ресурсами и т.д. Например, некие лица были признаны виновными в незаконной порубке деревьев и кустарников (ст. 260 УК РФ) и легализации преступно добытого имущества (ст. 174 УК РФ), которые перерабатывали незаконно добытую древесину на арендованной им пилораме в колхозе "Мир" Максатихинского района Тверской области и реализовывали пиломатериалы третьим лицам.

--------------------------------

<20> См.: Расследование преступлений в сфере экономики: Сборник методических рекомендаций. М.: ВНИИ МВД России, 2005. С. 55.

Среди предикатных преступлений законодатель рассматривал следующие составы:

- кража, мошенничество, присвоение или растрата, грабеж, разбой, вымогательство, причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления, совершенные организованной группой;

- бандитизм и организация преступного сообщества;

- незаконная торговля, хищение либо вымогательство ядерных материалов или радиоактивных веществ, оружия, его основных частей, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств, совершенные организованной группой;

- незаконная торговля, хищение, вымогательство наркотических средств или психотропных веществ, а также склонение к их потреблению и организация притонов для их потребления, совершенные организованной группой;

- вовлечение в занятие проституцией и организация или содержание притонов для занятия проституцией, совершенные организованной группой;

- злоупотребление должностными полномочиями и получение взятки должностным лицом <21>.

--------------------------------

<21> Заключение Комитета по проекту Федерального закона "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем" (первое чтение) // Комитет Государственной Думы по кредитным организациям и финансовым рынкам (Председатель Комитета А.Н. Шохин) // http://asozd.duma.gov.ru/k... 6 июня 2001 г.

Среди российских правоведов нет единства взглядов на рассматриваемую проблему. Так, Н.А. Лопашенко, давая характеристику предикатным преступлениям, указывает: "К таким преступлениям относятся, например, корыстные или заказные убийства, хищения, вымогательство, приобретение или сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем, незаконное использование товарного знака, злоупотребления при выпуске ценных бумаг (эмиссии), фальшивомонетничество, коммерческий подкуп, незаконный оборот оружия, наркотических средств или психотропных веществ, взяточничество и т.д.".

Первой международной конвенцией о борьбе с легализацией (отмыванием) преступных доходов явилась Конвенция ООН о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ 1988 г. <22> Тогда международное сообщество признало, что опасным является легализация (отмывание) доходов от преступного наркобизнеса.

--------------------------------

<22> См.: Противодействие незаконному обороту наркотических средств и психотропных веществ: Учеб. пособ. / Под ред. А.Н. Сергеева. М.: УБНОН МВД России, Московская академия МВД России, Изд-во "ЩИТ-М", 2001. С. 170.

Последующие ратифицированные Россией акты международного права предоставляют российскому законодателю в определенных рамках возможность самому решать, какие преступления должны рассматриваться в качестве предикатных для ст. 174 и 174.1 УК РФ, а какие нет.

Так, согласно международно-правовым нормам (Конвенция ООН против транснациональной организованной преступности 2000 г.) каждое государство в отношении криминализации отмывания доходов от преступлений должно стремиться к регламентации самого широкого круга основных правонарушений <23> и включать в число основных правонарушений преступления, содержащие следующие признаки:

--------------------------------

<23> См.: статья 6 Конвенции Организации Объединенных Наций против транснациональной организованной преступности // СЗ РФ. 2004. N 40. Ст. 3882.

- "серьезное преступление" означает преступление, наказуемое лишением свободы на максимальный срок не менее четырех лет или более строгой мерой наказания (ст. 2 "Термины");

- деяния, совершенные в организованной преступной группе (ст. 5 "Криминализация участия в организованной преступной группе");

- умышленные деяния, предусмотренные ст. 8 "Криминализация коррупции":

a) обещание, предложение или предоставление публичному должностному лицу, лично или через посредников, какого-либо неправомерного преимущества для самого должностного лица или иного физического или юридического лица, с тем чтобы это должностное лицо совершило какое-либо действие или бездействие при выполнении своих должностных обязанностей (соответствует ст. 291 "Дача взятки" УК РФ);

b) вымогательство или принятие публичным должностным лицом, лично или через посредников, какого-либо неправомерного преимущества для самого должностного лица или иного физического или юридического лица, с тем чтобы это должностное лицо совершило какое-либо действие или бездействие при выполнении своих должностных обязанностей (соответствует ст. 290 "Получение взятки" УК РФ);

- деяния, направленные на воспрепятствование осуществлению правосудия (ст. 23 "Криминализация воспрепятствования осуществлению правосудия").

Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. N 162-ФЗ перечень преступных способов приобретения отмываемых денежных средств (ст. 174 и 174.1 УК РФ) был дополнен вновь введенными в УК РФ преступлениями: неисполнение обязанностей налогового агента (ст. 199.1) и сокрытие денежных средств либо имущества организации или индивидуального предпринимателя, за счет которых должно производиться взыскание налогов и (или) сборов (ст. 199.2).

Вместе с тем исключение из предмета легализации денежных средств, приобретенных в результате совершения преступлений, предусмотренных ст. 193, 194, 198, 199, 199.1 и 199.2 УК РФ, признается необоснованным, нарушает конституционный принцип равенства граждан перед законом, независимо от их должностного и имущественного положения (ч. 2 ст. 19 Конституции РФ), а также отраслевые принципы справедливости (ст. 6 УК РФ) и опять же равенство граждан перед законом (ст. 4 УК РФ) <24>.

--------------------------------

<24> Якимов О.Ю. Указ. соч. С. 19.

Так, из диспозиций анализируемых уголовно-правовых норм предлагается исключить "исключения", т.е. перечень тех статей, которые не могут составлять предыдущий преступный путь, необходимый для установления уголовно наказуемой легализации <25>.

--------------------------------

<25> См.: Босхолов А.С. Уголовная ответственность за легализацию денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Иркутск, 2005. С. 22.

Попытка легализовать доходы от налогового мошенничества, например, в США рассматривается как отмывание "грязных" денег со всеми вытекающими последствиями. В Европе, где господствуют принципы так называемого континентального права, подход к этой проблеме более осторожный, но многие страны также рассматривают налоговое мошенничество в качестве предикатного (т.е. основного или первичного) преступления по отношению к легализации (отмыванию) "грязных" денег. "Грязные" деньги - это деньги, с помощью которых умышленно занижаются налоги" <26>. Акты международного права не только не препятствуют государствам-участникам рассматривать налоговые преступления в качестве предикатных по отношению к легализации (отмыванию) "грязных" денег, но и прямо поощряют к этому.

--------------------------------

<26> Юцкова Е.М. Указ. соч. С. 57.

Основной довод сторонников нынешней редакции ст. 174 и 174.1 УК РФ из числа российских ученых заключается в том, что исключенные из диспозиции этих статей преступления (в том числе налоговые) при их совершении не увеличивают имущество виновного лица. Считается, что в результате перечисленных и других преступлений лицо, его совершившее, получает преступный доход, т.е. увеличивает свое имущество, приобретая преступно то, чего ранее у него не было. Что касается преступлений, предусмотренных ст. 193, 194, 198 и 199 УК РФ, исключенных законодателем из преступлений, в отношении которых возможна легализация, они не приносят совершившему их преступного дохода в обозначенном выше смысле. В результате их совершения происходит преступное неуменьшение, сохранение прежних размеров своего имущества или имущества организации, в которой это лицо работает. Мы с этим мнением не согласны.

На вопрос о том, следует ли исключить какие-либо преступления, за легализацию доходов от которых уголовная ответственность не предусматривается, 70% от всех опрошенных ответили отрицательно, 3% высказались за исключение из данного перечня сокрытия денежных средств/имущества организации или индивидуального предпринимателя, за счет которых должно производиться взыскание налогов и (или) сборов (ст. 199.2 УК РФ), неисполнение обязанностей налогового агента (ст. 199.1 УК РФ). По 1% от общего числа опрошенных высказались за исключение уклонения от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица (ст. 198 УК РФ) и уклонения от уплаты налогов и (или) сборов с организации (ст. 199 УК РФ), 7% считают необходимым исключить все данные преступления <27>.

--------------------------------

<27> См.: Приложение 1.

Редакции ст. 174 и 174.1 УК формулируют содержание объективной стороны: "...заведомо приобретенными другими лицами" и "...приобретенными лицом", таким образом, эти шесть составов при данном подходе законодателя не могут быть "предикатными". Данный вывод следует из того, что элементом объективной стороны последних является удержание или распоряжение принадлежащими субъектам этих преступлений денежными средствами (своих). Следовательно, ничего не приобретается (преступно), а, в нарушение закона, не отчуждается (ст. 194, 198, 199, 199.1 и 199.2 УК РФ) или не устанавливается иной предписанный законом правовой режим (ст. 193 УК РФ).

Но в то же время не все так однозначно. В эту гипотезу в то же время не вписывается ст. 199.1 "Неисполнение обязанностей налогового агента" УК РФ. В данной статье денежные средства не принадлежат субъекту преступления.

Целесообразно изменить редакцию ст. 174 и 174.1 УК РФ и в дальнейшем пойти по пути признания не всех шести статей предикатными.

То есть в данных статьях следует оставить упоминание только о ст. 194, 198, 199 и 199.2 УК РФ, причем не только исходя из вышеизложенной аргументации, но и по причине сложностей в отделении в активах именно неуплаченных налоговых платежей. Это приведет к проблемам в процессе правоприменения. А с существующим в России уровнем коррупции вообще сделает "легализаторные" статьи инструментом давления - политического, административного и т.д.

Так, предмета преступления в налоговых преступлениях может и не быть. К примеру, лицо сокрыло от налогообложения вексель номиналом 1 000 000 руб., а реализовало с дисконтом 20% за 800 000 руб. Затем на вырученные денежные средства приобрело оборудование за 500 000 руб. Налоги с операции с векселем в этом случае составляют 140 000 руб. Как определить тогда легализацию и какая сумма была легализована?

Но, учитывая латентность указанных преступлений, особенно налоговых, расширение криминализации будет противоречить ее принципам, в частности, это издержки правоохранительной системы, возможность выявления и т.д. Но в будущем, когда латентность налоговых преступлений будет не 95%, а в пределах уровня преступлений экономической направленности, безусловно, объективно необходимо идти по пути развитых стран и делать их предикатными.

В результате этих манипуляций законный доход приобретает признаки незаконного и до определенного времени в значительной своей части остается в теневом секторе экономики. Но рано или поздно наступает необходимость легализации этих средств. При легализации (отмывании) денег процесс идет в противоположном направлении: незаконно полученному (теневому) доходу придается видимость дохода законного. Причем преступно нажитые денежные средства или иное имущество с помощью того же набора финансовых манипуляций выводятся из теневого сектора экономики и неизбежно в той или иной своей части попадают под налогообложение.

Вместе с тем ст. 193 "Невозвращение из-за границы средств в иностранной валюте" УК РФ вообще пора исключить из уголовного закона, так как необходимость в валютном регулировании в связи с ныне сформированной бивалютной корзиной в РФ вообще отпала. Экономический смысл обязательной продажи доллара государству отсутствует, а ЦБ РФ сам свободно играет на валютном рынке.

Рассмотрим обязательность возврата средств в иностранной валюте с экономической и правовой точки зрения, так как они будут дополнять друг друга при формулировании гипотезы.

Причем предложение о необходимости декриминализации этого деяния встречалось в литературе и раньше, но аргументация в приведенных случаях не совпадает с предложенной ниже <28>.

--------------------------------

<28> См., например: Яковлев А.М. Законодательное определение преступлений в сфере экономической деятельности // Государство и право. 1999. N 11. С. 38 - 43.

В соответствии с Федеральным законом "О валютном регулировании и валютном контроле" и Инструкцией ЦБ России от 30 марта 2004 г. N 111-И "Об обязательной продаже части валютной выручки на внутреннем валютном рынке Российской Федерации" (с изменениями от 10 июня, 26 ноября 2004 г.), валютная выручка (внешнеэкономическая деятельность) подлежит обязательному зачислению на транзитный счет в уполномоченном банке. Затем 10% суммы продается, и после этого обе части поступают на текущий валютный счет <29>.

--------------------------------

<29> Вестник Банка России. 2004. N 29.

Целью нормы, содержащейся в ст. 193 УК РФ, изначально была борьба с оттоком капитала за границу (это понятие трактуется по-разному, но вывод активов может быть обусловлен чисто экономическими соображениями - рынком, и надо менять внутренние правила экономической игры, чтобы заинтересовать хозяйствующих субъектов оставлять в России свои активы). Но эта, казалось бы, понятная цель является проявлением (формой) другой проблемы, существовавшей в нашей стране с начала 90-х гг., это проценты по займам (ГКО и т.д.), которые девальвировали рубль настолько, что монетарным путем сохранить финансовую стабильность государства уже не получалось. В тот период (конец 90-х) у ЦБ РФ не хватало долларов (те 13 валют, которые подлежат продаже (см. Инструкции ЦБ РФ) сразу же конвертировались в доллары). В настоящее время, правда, евро становится второй валютной составляющей золотовалютных резервов, чтобы выкупать рубли и хоть как-то удерживать курс.

В тот период и курс конвертации на валютном рынке был допустим в 12 руб., а действовавший в то время Закон о валютном регулировании установил обязательную продажу валюты государству по 8 руб., тем самым ЦБ РФ получал дешевые доллары. Уголовной нормой и было решено это требование охранять.

Сейчас ситуация изменилась: ЦБ РФ активно скупает доллары за рубли в ущерб собственной стабильности, чтобы удержать высокий курс доллара США, так как в противном случае весь российский экспорт "рухнет", т.е. станет убыточным.

Таким образом, основная и единственная причина необходимости криминализации невозвращения из-за границы средств в иностранной валюте в настоящее время отпала.

Что касается ст. 193 УК РФ как нормы, препятствующей (противодействующей) выводу капитала за рубеж, то это также не соответствует объективным реалиям по следующим основаниям.

1. Способов вывести активы из-под юрисдикции РФ бесчисленное множество, и доля в этом оформления экспортных контрактов ничтожно мала. Так, государство Люксембург (офшор), по данным Росстата за 2005 г., является основным инвестором России, а эти портфельные инвестиции как раз и есть легализация введенного в теневой сектор российского капитала <30>.

--------------------------------

<30> См.: http://www.gks.ru/wps/portal/!ut/p/.cmd/cs/.ce/7_0_A/.s/.

2. Если выводятся криминальные деньги - значит, по основному преступлению они уже утратили "легальность" происхождения, следовательно, участвовать во внешнеэкономической деятельности эти денежные средства будут после легализации (требования паспортизации сделки и т.д.).

Смысл при этом не возвращать средства в иностранной валюте из-за рубежа отпадает, так как цель легализации уже достигнута.

В то же время по примеру ряда европейских стран, например Франции, государственное регулирование данной сферы в определенной части следует оставить. И хотя соответствующей степени общественной опасности в данных действиях нет, но в целях установления контроля за внешнеэкономической деятельностью и предупреждением экономических катаклизмов, например дефолта, это делать стоит. Ответственность в этом случае должна быть не уголовно-правовая, так как по своей сути эти отношения лежат в диспозитивной плоскости: кто осуществляет права собственника имущества, в данном случае - валютной выручки? Поэтому применять целесообразнее финансово-правовую, административную ответственность, например штраф в размере суммы неперечисленной валютной выручки. Оформление же паспорта внешнеэкономической сделки является промежуточным элементом контроля, и его совершенствование может отграничить невозвращение из-за границы средств в иностранной валюте от других правонарушений.

Оставление в ст. 174 и 174.1 УК РФ налоговых преступлений также на первый взгляд может вызвать ряд затруднений.

Предположим такой случай. Финансовая организация, осуществляющая легализацию чужих преступных доходов, например заключающая договор займа, знает о преступном происхождении денежных средств, но каким путем, в результате совершения какого конкретного преступления эти доходы были приобретены - представления не имеет. Да и не требуется обязательной осведомленности виновного, каким именно преступлением добыто приобретенное им имущество, важно, чтобы он осознавал, что это имущество добыто преступным путем <31>.

--------------------------------

<31> Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда СССР по делу Д. // Бюллетень Верховного Суда СССР. 1965. N 25.

Получается, если основное преступление - хищение, банк несет ответственность, а если уклонение от налогов - нет. Это несправедливо, и как быть с банком, который отмывает средства, полученные в результате неуплаты налогов или таможенных платежей, - ведь его деятельность ни под ст. 174 УК РФ, ни под новый Закон о противодействии отмыванию не подпадает.

По нашему мнению, в случае с банком, если отсутствуют основания для квалификации по ст. 33 УК РФ в легализации, то речь должна идти о нарушении должностными лицами банка правовых норм, за то, что, не зная в результате какого преступления, но зная, что денежные средства имеют преступное (нелегальное) происхождение, обязательного уведомления Росфинмониторинга, ЦБ РФ не производят.

Наряду с иными вопросами, связанными с правильной квалификацией отмывания денежных средств, не менее важной является проблема разграничения денежных средств или иного имущества, приобретенных в результате совершения преступлений, предусмотренных ст. 193, 194, 198, 199, 199.1 и 199.2 УК РФ, от незаконного предпринимательства, незаконной банковской деятельности и контрабанды (ст. 171, 172 и ч. 1 ст. 188 УК РФ).

Преступными последствиями первых двух составов является неуплата обязательных платежей, установленных законом:

1) репарационных сборов;

2) сборов за выдачу или продление лицензий, если они необходимы для конкретных видов предпринимательской деятельности (для ведения банковской деятельности лицензия ЦБ РФ необходима в обязательном порядке);

3) собственно налогов и сборов, обязательных при осуществлении предпринимательской или банковской деятельности (законной). Общественно опасным последствием простой (неквалифицированной) контрабанды (ч. 1 ст. 188 УК РФ) является неуплата таможенных платежей, подлежащих уплате при осуществлении внешнеэкономической деятельности без нарушения установленного для нее порядка.

Рассматривая основные цели борьбы с отмыванием доходов, можно сделать вывод, что ни международное сообщество, ни зарубежное законодательство не связывают отмывание доходов с конкретными видами предикатных преступлений. Определить на практике, где у преступника доходы от незаконного предпринимательства или контрабанды, а где "укрытые" налоги, довольно сложно, да, по нашему мнению, и не нужно. Следует исключить из диспозиции ст. 174 и 174.1 УК РФ перечень финансовых преступлений как ненужный, вредный для борьбы с отмыванием доходов, противоречащий Конституции РФ и принципам уголовного закона. Ведь общественная опасность налоговых преступлений ничуть не ниже контрабанды или незаконного предпринимательства.

Поэтому нельзя согласиться с точкой зрения Н.А. Лопашенко, которая предлагает в примечании к ст. 174 УК РФ закрепить, что преступный путь приобретения означает получение виновным денежных средств или имущества в результате любого тяжкого и особо тяжкого преступления <32>.

--------------------------------

<32> Лопашенко Н.А. Глава 22 Уголовного кодекса нуждается в совершенствовании // Государство и право. 2000. N 12. С. 75.

Г.А. Тосунян и А.Ю. Викулин также предлагают в данных статьях УК РФ особо выделить категории и виды основных преступлений:

1) совершенные из корыстных побуждений или по найму, преступления средней тяжести, максимальное наказание за совершение которых равняется или превышает четыре года лишения свободы;

2) тяжкие преступления, совершенные из корыстных побуждений или по найму;

3) особо тяжкие преступления, совершенные из корыстных побуждении или по найму <33>.

--------------------------------

<33> См.: Тосунян Г.А., Викулин А.Ю. Противодействие легализации (отмыванию) денежных средств в финансово-кредитной системе. С. 98.

Будучи первоначально связанным с незаконным оборотом наркотиков, отмывание доходов впоследствии приобрело общественную опасность само по себе, как деяние, угрожающее финансово-экономическим системам государств, вне зависимости от способа получения этих преступных доходов.

Диспозиция ч. 1 ст. 174 УК РФ по характеру описания является слишком оценочной, и в отличие от описания ряда иных преступлений в сфере экономической деятельности законодатель, используя при конструировании искомой статьи бланкетный метод изложения диспозиции, не предусмотрел специальных криминализационных признаков, таких как ущерб или размер.

В настоящее время законодатель отказался от минимального размера предмета преступления по ст. 174 и 174.1 УК РФ как границы наступления уголовной ответственности за легализацию.

По мнению К.Н. Алешина, исключение крупного размера отмываемого имущества из числа обязательных признаков состава легализации является ошибочным. В результате принятых изменений законодатель дал правоприменителям формальную возможность для привлечения к уголовной ответственности за легализацию даже тех лиц, которые совершали сделки с преступно нажитым имуществом небольшой стоимости. Следует согласиться, что подобное расширение охвата охраняемых уголовным законом интересов противоречит сути исследуемых норм, чье предназначение заключается в первую очередь в защите от проникновения преступных денег в легальный оборот на макроэкономическом уровне <34>.

--------------------------------

<34> Алешин К.Н. Указ. соч. С. 8.

В момент начала действия уголовно-правового запрета на легализацию (1 января 1997 г.) состав преступления, предусмотренный ст. 174 УК РФ, не имел минимальной границы наступления уголовной ответственности. "Крупный размер" тогда был особо квалифицирующим признаком, предусмотренным ч. 3 ст. 174 УК, без указания, какой именно размер следует признавать "крупным".

Предложения ученых по этому вопросу в то время были различными. Большинство из них (Б.В. Волженкин <35>, А.Э. Жалинский <36>, А.Ф. Истомин <37>, С.В. Максимов <38>, В.Е. Мельникова <39>, В.И. Михайлов <40>, Т.Ю. Погосян <41>, В.И. Тюнин <42>, А.М. Яковлев <43> и П.С. Яни <44>) "крупным" считали размер легализации, превышающий 500 МРОТ, хотя и по-разному это аргументировали.

--------------------------------

<35> Волженкин Б.В. Отмывание денег: Современные стандарты в уголовном праве и уголовном процессе. СПб., 1998. С. 134.

<36> Жалинский А.Э. Комментарий ст. 174 УК РФ // В кн.: Комментарий к Уголовному кодексу РФ / Под общ. ред. Ю.Н. Скуратова, В.М. Лебедева. М., 1996. С. 46.

<37> Истомин А.Ф. Легализация денежных средств или иного имущества, приобретенного незаконным путем. М.: НИИ проблем укрепления законности и правопорядка при Ген. прокуратуре РФ, 2001. С. 345.

<38> Гаухман Л.Д., Максимов С.В. Преступления в сфере экономической деятельности. С. 37.

<39> Уголовное право РФ. Особенная часть / Под ред. Б.В. Здравомыслова. М., 1996. С. 65.

<40> Михайлов В.И. Криминологические особенности и юридический анализ легализации (отмывания) денежных средств и иного имущества, приобретенных заведомо незаконным путем // Законодательство. 1999. N 4. С. 65.

<41> Уголовное право. Особенная часть. Учебник для вузов / Отв. ред. И.Я. Козаченко, В.А. Незнамова, Г.И. Новоселов. М.: Изд. группа НОРМА-ИНФРА-М, 2000. С. 89.

<42> Тюнин В.И. Уголовно-правовая охрана отношений в сфере экономической деятельности. Автореф. дис. ... докт. юрид. наук. СПб., 2001. С. 126.

<43> Уголовное право России. Особенная часть: Учебник / Под ред. В.Н. Кудрявцева, А.В. Наумова. С. 57.

<44> Яни П.С. Легализация имущества, приобретенного незаконным путем // Законодательство. 1999. N 7. С. 48.

У законодателя не было единого подхода к количественному выражению "крупного размера". В одной только гл. 22 УК РФ "крупный размер" варьировался от 1 МРОТ (ст. 200 УК РФ - ныне декриминализирована) до 10 тыс. МРОТ (ст. 193 УК РФ - в действующей редакции "крупный размер" составляет 5 млн. руб.), что было обусловлено различным характером и степенью общественной опасности преступлений.

В нормах о легализации в тот момент законодатель избрал иной путь: отказавшись от крупного размера как особо квалифицирующего признака, предусмотренного ч. 3 ст. 174 УК РФ (в ред., действовавшей до 1 февраля 2002 г.), он сделал его криминообразующим признаком данного преступления. За основу при установлении того размера разработчиками была взята пороговая сумма, необходимая для осуществления полной идентификации клиентов и всех сделок в соответствии со ст. 2 и 3 Директивы 91/308 Совета Европы от 10 июня 1991 г., равная или превышающая 15 тыс. ЭКЮ <45>. Затем, с 1 февраля 2002 г., уголовная ответственность за легализацию (отмывание) наступала только в том случае, если финансовые операции и другие сделки с денежными средствами или иным имуществом совершались в крупном размере, т.е. на сумму, превышающую 2000 минимальных размеров оплаты труда (МРОТ).

--------------------------------

<45> Алиев В.М. Указ. соч. С. 90.

Причем, декриминализовав легализацию на сумму, равную или менее 2000 МРОТ, законодатель не предусмотрел за нее даже административной ответственности. И только с 8 декабря 2003 г. "крупный размер" перестал быть минимальной границей наступления уголовной ответственности за легализацию, а стал ее квалифицирующим признаком, предусмотренным ч. 2 ст. 174, ст. 174.1 УК РФ; изменилось и его количественное выражение.

Но все равно остается неясным, за легализацию какой суммы возможно привлечение к уголовной ответственности? В соответствии с положениями Закона о легализации сомнительными сделками, которые необходимо отслеживать соответствующим структурам, в том числе и Комитету по финансовому мониторингу, являются сделки на сумму, превышающую 600 тыс. руб. Означает ли это, что на приведенную сумму следует ориентироваться правоохранительным органам, решая вопрос о привлечении лица к уголовной ответственности? В то же время применительно к иным составам преступлений, содержащимся в гл. 22 УК РФ, крупный размер (за исключением анализируемых статей и ст. 185, 185.1, 193, 194, 198, 199, 199.1 УК РФ) равен 250 тыс. руб. (примечание к ст. 169 УК РФ).

Если сравнивать преступления, включенные в гл. 22 УК РФ, на которые распространяется примечание к ст. 169 УК РФ, с отмыванием доходов, можно увидеть, что общественная опасность последних не меньше, а даже выше большинства из них. Но это не означает, что нижний порог привлечения к уголовной ответственности за легализацию должен быть менее 250 тыс. руб. или вообще "нулевым".

Имеют место случаи предъявления обвинения по легализации преступных доходов, когда суммы легализируемых средств очевидно малы. Так, Кусинским ОВД преступные действия Л., который похитил деньги на общую сумму 3998 руб. и в дальнейшем на данные преступные деньги приобрел в магазине музыкальный центр, были квалифицированны по ч. 2 ст. 158 УК РФ и ч. 1 ст. 174.1 УК РФ.

Суть борьбы с отмыванием доходов состоит не в том, чтобы "парализовать" финансовую систему государства, сделать ее малоподвижной, загрузить органы финансового контроля функциями тотального "слежения" практически за всеми финансовыми операциями, переориентировать подразделения органов внутренних дел исключительно на борьбу с отмыванием доходов. Все это не так.

Факты легализации доходов становятся серьезным нарушением экономического публичного порядка только по причине размеров затронутых сумм. Опасной представляется только та легализация, которая посягает на основные принципы существования финансовой системы государства и международных союзов.

Кроме того, наличие "нулевого" размера легализованных доходов в УК РФ неизбежно ведет к повышению уровня латентности данного вида преступлений, отрицается такой важный принцип уголовной политики, как неотвратимость наказания, дискредитируется деятельность в целом всех государственных органов, призванных обеспечивать финансовую безопасность нашего государства.

Обратим внимание и на другую проблему, связанную с квалификацией размера предмета преступного посягательства по ст. 174, 174.1 УК РФ. Так, примечание к ст. 174 УК РФ содержит определение "крупного размера": в ст. 174 и 174.1 УК РФ (сумма, превышающая один миллион рублей) применительно к финансовым операциям и другим сделкам с денежными средствами или иным имуществом.

Вместе с тем согласно ст. 174.1 УК РФ этот размер не распространяется на действия, связанные с использованием денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления для осуществления предпринимательской или иной экономической деятельности.

В этой связи можно сделать вывод о том, что законодатель не смог четко сформулировать норму, определяющую сумму крупного размера дохода для использования его при осуществлении предпринимательской или иной экономической деятельности. И.А. Клепицкий, например, предлагает руководствоваться "крупным размером", определенным в примеч. к ст. 169 УК РФ (250 тыс. руб.) <46>. Возможно, что такое предложение и решило бы обозначенную выше проблему, однако согласиться с ученым нельзя, так как в примечании к ст. 169 УК РФ содержится четкая позиция законодателя, что сумма, превышающая 250 тыс. руб., как крупный размер применима не ко всем статьям гл. 22 УК РФ и, в частности, по отношению к ст. 174.1 УК РФ не используется.

--------------------------------

<46> Клепицкий И.А. Система хозяйственных преступлений. С. 527.

Думается, что сумма, превышающая один миллион рублей, как критерий крупного размера в ст. 174, 174.1 УК РФ должна распространяться и на размер денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления при осуществлении предпринимательской или иной экономической деятельности.

Тем более что снижение суммы "крупного размера" до 250 тыс. руб., исходя из предложения И.А. Клепицкого, ничем не обусловлено. Из его умозаключения следует, что такие действия, как совершение финансовых операций и других сделок с денежными средствами или иным имуществом, заведомо приобретенными преступным путем, менее опасно, чем использование указанных средств (имущества) для осуществления предпринимательской или иной экономической деятельности.

В заключение рассмотрения вопросов определения признаков предмета преступления по легализации доходов, приобретенных преступным путем, отметим следующее.

1. Предмет легализации не обоснован, но разделен на "денежные средства" и "иное имущество", так как термин "имущество" охватывает и "деньги". Вместе с тем нынешнее законодательное определение предмета легализации не охватывает "права на имущество", что следует признать недостатком.

2. Приобретение легализуемых денежных средств или иного имущества предлагается считать преступным не с момента вступления в законную силу приговора суда в отношении лица, совершившего первоначальное преступление, а с того момента, когда правоохранительным органом будут получены данные, указывающие на наличие в действиях лица признаков основного состава преступления.

3. В составе преступления, предусмотренного ст. 174 УК РФ, содержится два самостоятельных состава. Признаки состава первого преступления (объективные и субъективные) характеризуют признак второго преступления - предмет (легализованные доходы), причем при отсутствии наличия всех признаков основного преступления нельзя определить преступность предмета легализации, что и будет свидетельствовать об отсутствии в деянии по отмыванию денег признаков дополнительного преступления.

Взаимосвязь признаков составов основного и дополнительного преступлений можно представить в виде схемы:

Схема N 1

Состав преступления, связанного с легализацией доходов:

     Основное преступление                Дополнительное

      (за искл. ст. 193,                   преступление

     194, 198, 199, 199.1,                  (ст. 174 и

          199.2 УК РФ)                      174.1 УК РФ)

    ----------------------T-----------T--------------------

    ¦        Объект       ¦  ПРЕДМЕТ  ¦       Объект       ¦

    L---T-----------------+-----------+----------T----------

        ¦                                        ¦

    ----+----------------            -----------+---------

    ¦ Объективная сторона¦            ¦ Объективная сторона¦

    L---T-----------------            L----------T----------

        ¦                                        ¦

    ----+---------------             -----------+---------

    ¦      Субъект      ¦             ¦      Субъект       ¦

    L---T----------------             L----------T----------

        ¦                                        ¦

    ----+----------------            -----------+---------

    ¦Субъективная сторона¦            ¦Субъективная сторона¦

    L---------------------            L---------------------

4. Исключение из предмета легализации денежных средств, приобретенных в результате совершения преступлений, предусмотренных ст. 193 и 199.1 УК РФ, является необоснованным. В ст. 174 и 174.1 УК РФ следует оставить упоминание только о четырех статьях - 194, 198, 199 и 199.2 УК РФ, исключив ст. 199.1 УК РФ, а ст. 193 УК РФ "Невозвращение из-за границы средств в иностранной валюте" вообще декриминализировать.

5. В ст. 174 и 174.1 УК РФ следует установить минимальный размер суммы финансовой сделки и распространить его на действия, связанные с использованием денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления для осуществления предпринимательской или иной экономической деятельности (ст. 174.1 УК РФ).

<< | >>
Источник: Букарев В.Б., Трунцевский Ю.В., Шулепов Н.А.. Уголовная ответственность за легализацию (отмывание) доходов, приобретенных преступным путем. – М.: Издательская группа «Юрист»,2007. – 144 с.. 2007

Еще по теме Глава 3.2. ПРЕДМЕТ ПРЕСТУПЛЕНИЯ ЛЕГАЛИЗАЦИИ (ОТМЫВАНИЯ) ДОХОДОВ, ПРИОБРЕТЕННЫХ ПРЕСТУПНЫМ ПУТЕМ:

  1. 4. Предотвращение легализации (отмывания) доходов, полученных незаконным путем
  2. О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных незаконным путем"
  3. ГЛАВА II. Предупреждение легализации ("отмывания") доходов, полученных незаконным путем
  4. ГЛАВА III. Компетенция государственных органов по противодействию легализации ("отмыванию") доходов, полученных незаконным путем
  5. Статья 15. Ответственность за нарушение правил, установленных в целях противодействия легализации ("отмыванию") доходов, полученных незаконным путем
  6. Букарев В.Б., Трунцевский Ю.В., Шулепов Н.А.. Уголовная ответственность за легализацию (отмывание) доходов, приобретенных преступным путем. – М.: Издательская группа «Юрист»,2007. – 144 с., 2007
  7. Раздел 1. СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ОБУСЛОВЛЕННОСТЬ И ОБЩЕСТВЕННАЯ ОПАСНОСТЬ ЛЕГАЛИЗАЦИИ (ОТМЫВАНИЯ) ДОХОДОВ, ПРИОБРЕТЕННЫХ ПРЕСТУПНЫМ ПУТЕМ
  8. Глава 1.1. СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ОБУСЛОВЛЕННОСТЬ УГОЛОВНО-ПРАВОВЫХ МЕР ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ ЛЕГАЛИЗАЦИИ (ОТМЫВАНИЮ) ДОХОДОВ, ПРИОБРЕТЕННЫХ ПРЕСТУПНЫМ ПУТЕМ
  9. Глава 1.2. ОБЩЕСТВЕННАЯ ОПАСНОСТЬ КАК ОСНОВАНИЕ КРИМИНАЛИЗАЦИИ ЛЕГАЛИЗАЦИИ (ОТМЫВАНИЯ) ДОХОДОВ, ПРИОБРЕТЕННЫХ ПРЕСТУПНЫМ ПУТЕМ
  10. Раздел 2. ИСТОРИЧЕСКИЙ, МЕЖДУНАРОДНЫЙ И ЗАРУБЕЖНЫЙ ОПЫТ В СФЕРЕ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ ЛЕГАЛИЗАЦИИ (ОТМЫВАНИЮ) ДОХОДОВ, ПРИОБРЕТЕННЫХ ПРЕСТУПНЫМ ПУТЕМ
- Авторское право России - Аграрное право России - Адвокатура - Административное право России - Административный процесс России - Арбитражный процесс России - Банковское право России - Вещное право России - Гражданский процесс России - Гражданское право России - Договорное право России - Европейское право - Жилищное право России - Земельное право России - Избирательное право России - Инвестиционное право России - Информационное право России - Исполнительное производство России - История государства и права России - Конкурсное право России - Конституционное право России - Корпоративное право России - Медицинское право России - Международное право - Муниципальное право России - Нотариат РФ - Парламентское право России - Право собственности России - Право социального обеспечения России - Правоведение, основы права - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор России - Семейное право России - Социальное право России - Страховое право России - Судебная экспертиза - Таможенное право России - Трудовое право России - Уголовно-исполнительное право России - Уголовное право России - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России - Ювенальное право России -