§ 174. Смерть телесная и бессмертие души

Жизнь каждого человека необходимо оканчивается телесной смертью: о Адаме еси умирают. По целям и намерениям Творца смерть тела не есть окончательное уничтожение человека, а ведет за собой на некоторое время бытие души без тела, иначе — соединена с бессмертием души.

Под бессмертием души часто разумеют и признают бессмертие лишь в том смысле, что со смертью тела не уничтожается духовное начало (субстанция) в человеке, что оно продолжает жить, но не допускают личного (индивидуального) бессмертия. О такого рода бессмертии, бессмертии просто духовной сущности, говорится обычно в системах пантеистической философии. Но такое бессмертие, в сущности, есть отрицание того бессмертия, в которое все люди верили и верят и которого ожидают, есть уничтожение человека, как личности. Под бессмертием в истинном и собственном смысле нужно разуметь бессмертие не просто духовной сущности, но и всего ее духовного содержания, приобретенного во время связи с телом, бессмертие этой отдельной души, мыслившей, любившей, действовавшей, страдавшей в течение более или менее продолжительной земной жизни. Откровение учит, что бессмертие, даруемое Богом душе человеческой, не есть бессмертие только по ее существу (субстанции), но именно бессмертие личное.

Истина o личном бессмертии и личной загробной жизни души в откровении связана с целым вероучением. Она предполагается учением o человеке, как образе Божием. Богу принадлежит вечное и нескончаемое бытие, а человека Бог создал для нетления и сделал образом вечного бытия Своего (Прем Сол 2, 23). Смерть — явление случайное, временное, простирающееся лишь на тело, но не на душу; душа не могла бы быть образом Божиим, если бы не имела бессмертного назначения. Та же истина предполагается и требуется учением об искуплении: вся вера наша была бы суетна, мы были бы самые несчастные существа в мире, если бы не было бессмертия, если бы мы только в этой жизни надеялись на Христа (1 Кор 15, 14-19).

Но в откровении и в прямых и ясных выражениях утверждается бессмертие человеческой души. Уже самые обозначения телесной смерти, как только изведение души из темницы (Пс 101, 8), разрешение ее от уз тела (Филип 1, 23), исход (Лк 9, 31; 2 Пет 1, 15; Евр 13,17), отшествие (2 Тим 4, 6) из настоящего временного мира в другой, вечный (2 Кор 5, 1), возвращение души к Богу (Еккл 12, 7), указывают на ее бессмертие, — по крайней мере в смысле неразрушимости и самостоятельности бытия (против материализма). По словам Спасителя, душа и не может быть лишенной жизни: не убойтеся от убивающих тело, души же не могущих убити (Мф 10, 28; сн. Лк 12, 4-5). Она, следовательно, продолжает существование и по смерти тела. Саддукеям, отрицавшим бессмертие человека, Он говорил: несте ли чли реченнаго вам Богом, глаголющим: Аз есмь Бог Авраамов, и Бог Исааков, и Бог Иаковль; несть Бог, Бог мертвых, но Бог живых. Вси бо Тому (у Него) живи суть (Лк 20, 38). Евангельские повествования o явлении во время преображения Господа не только взятого живым на небо пр. Илии, но и умершего, подобно другим, Моисея, которые беседовали с Ним об исходе Его, предстоявшем Ему в Иерусалиме (Лк 9, 30-31; Мф 17, 3-4), также яснейшим образом удостоверяют в действительности загробной

жизни по смерти тела. Сам И. Христос, во всем подобный нам, кроме греха, перед Своей смертью возгласил: Отче! в руце Твои предаю Дух Мой. И сия рек издше (Лк 23, 46).

Душа по смерти тела сохраняет все силы и способности, данные ей Творцом, и продолжает жить полной внутренней жизнью, с памятованием о проведенной на земле жизни. Особенно ясно это видно из притчи о богатом и Лазаре (Лк 16, 19-31). Евангельский богач, находясь во аде, помнит о своих братьях, говорит о Моисее, ясно представляет свою земную жизнь и сознает, что привело его в это место мучений. Ап. Петр, говоря о сошествии И. Христа во ад, когда тело Его лежало в гробе, указывал, что Господь продолжает жить по духу, т.

Итак, земным существованием не оканчивается бытие человека; душа и по отшествии из тела будет продолжать жить личной сознательной жизнью и, следовательно, кроме настоящей жизни, есть еще жизнь будущая, загробная. Само собой понятно, что бессмертие души в последнем своем основании составляет дар милости и благодати Божией. Бог един есть имеяй бессмертие (1 Тим 6, 16). Душа человеческая, как не самобытная, подлежит велениям Своего Создателя. «Создавшему возможно уничтожить и бессмертное», — говорит св. Епифаний (Ер. LXIV, 27). Однако и в самой природе души — простой и невещественной, — нечему умирать и разрушаться. Тварный дух не может сам по себе прекратить или прервать свое существование, иначе — умертвить себя. Лишь действие внешней, творческой силы могло бы прекратить бытие души, созданной лишенною задатков к собственному разложению (т. е. с бессмертием натуральным).

Но уничтожение Творцом Своего создания нравственно невозможно. Бессмертие души человеческой, утверждаемое откровением, составляет и требование здравого мышления. Свидетельством тому служат существующие в богословии и философии доказательства бессмертия души. Истина бессмертия души в них выводится из свойств Божиих (т. н. теологические доказательства), из наблюдения над природными свойствами и высоким назначением человека (телеологическое), из присущей человеку идеи правды (нравственное) и всеобщности верований в загробную жизнь (онтологическое).